Арбитражный суд Челябинской области

Воровского ул., дом 2, Челябинск, 454091, www.chel.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-27552/2019

29 мая 2024 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 15 мая 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 29 мая 2024 года.

Судья Арбитражного суда Челябинской области Мрез И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Елагиной Д.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Технобазис» к обществу с ограниченной ответственностью «Промкомплект» о взыскании задолженности,

по заявлению Прокуратуры Челябинской области к обществу с ограниченной ответственностью «Технобазис», обществу с ограниченной ответственностью «Промкомплект», о признании сделки недействительной (ничтожной), применении последствий ничтожности сделки 

при участии в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Прокуратуры Челябинской области,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому округу, Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области, 

при участии в судебном заседании представителей: от Прокуратуры Челябинской области – ФИО1 (служебное удостоверение), от Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области – ФИО2 (доверенность от 19.12.2023, паспорт, диплом), представители иных лиц, участвующих в деле в судебное заседание не явились, звещены,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Технобазис» к обществу с ограниченной ответственностью «Промкомплект» о взыскании задолженности в размере 29 413 908 рублей. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.08.2019 заявление ООО «Технобазис» (Конкурсный управляющий Яковенко Евгений Анатольевич) принято к производству, делу присвоен номер А76-27552/2019.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 23.10.2019 исковые требования удовлетворены; с общества с ограниченной ответственность «Промкомплект» в пользу общества с ограниченной ответственность «Технобазис» взыскан основной долг в сумме 29 413 908 рублей, а также в доход федерального бюджета госпошлина в сумме 170 070 рублей. 

Решение Арбитражного суда Челябинской области от 23.10.2019 вступило в законную силу 26.11.2019. 

24.02.2022 прокуратура Челябинской области в интересах Российской Федерации обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 06.10.2022 заявление Прокуратуры Челябинской области о пересмотре решения Арбитражного суда Челябинской области от  23.10.2019 по делу № А76-27552/2019 по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворено,  решение Арбитражного суда Челябинской области от 23.10.2019 по делу № А76-27552/2019 отменено.

Прокуратурой Челябинской области было заявлено о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора с исковым требованием к ООО «Промкомплект» и ООО «Технобазис» о признании недействительным (ничтожным) договор поставки № б/н от 08.10.2018., заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Технобазис», ОГРН 

<

***>, г.Челябинск, и обществом с ограниченной ответственностью «Промкомплект», ОГРН 

<

***>.

Определением указанное заявление судом было удовлетворено. Суд отмечает, что Прокуратура Челябинской области как третье лицо, заявляющее самостоятельные требования на предмет спора, вступает в процесс с целью защиты публичных интересов, нарушенных либо оспоренных прав и законных интересов. Наличие у такого лица права связано с тем, что оно является предполагаемым субъектом спорного материального правоотношения, то есть заявленное третьим лицом по делу № А76-27552/2019 самостоятельное требование должно быть связано с предметом первоначальных требований. 

Орган, обратившийся в арбитражный суд в защиту публичных интересов, организации и граждане, обратившиеся в защиту прав и законных интересов других лиц, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности истца (часть 4 статьи 53 АПК РФ). 

Статья 53 АПК РФ подлежит расширительному толкованию, так как указывает на возможность иных органов обратиться с исками или заявлениями в арбитражный суд в защиту публичных интересов. Ничто не мешает отнести прокуратуру к указанным иным органам. 

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. 

В данном случае, требование истца и требование третьего лица, защищающего публичные интересы и заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, должны иметь взаимоисключающий характер, при этом третье лицо заинтересовано в таком материально-правовом разрешении спора, которое исключает удовлетворение притязаний как истца, так и ответчика. 

От ООО «Технобазис» поступило ходатайство о прекращении производства по делу на основании пункта 5 части 1 статьи 150 АПК РФ в связи с внесением в ЕГРЮЛ записи об исключении ответчика ООО «Промкомплект» из ЕГРЮЛ.

В силу пункта 5 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована.

Ходатайство общества «Технобазис» о прекращении производства по делу не подлежит удовлетворению судом, поскольку  16.01.2024 записи об исключении ООО «Промкомплект» из ЕГРЮЛ признана налоговым органом недействительной на основании решения вышестоящего налогового органа, то есть, ООО «Промкомплект» на момент рассмотрения настоящего дела не исключено из ЕГРЮЛ, следовательно, основание, предусмотренное пунктом 5 части 1 статьи 150 АПК РФ, отсутствует. 

От ООО «Технобазис» поступило заявление об отказе от исковых требований в полном объеме.

Прокуратурой Челябинской области, а также УФНС России по Челябинской области были представлены письменные пояснения по делу, в которых было указано на недопустимость принятия отказа от иска, поскольку он связан с намерением стороны избежать дальнейших неблагоприятных последствий, связанных с недобросовестной экономической деятельностью по организации «теневой площадки» и схемы по обналичиванию денежных средств.

В соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Как отмечено в Постановлении Президиума ВАС РФ от 29.10.2013г. № 3862/13 по делу № А41-31138/2009, предусмотренное ч. 2 ст. 49 АПК РФ право истца на отказ от иска вытекает из принципа диспозитивности, согласно которому стороны свободно распоряжаются своими процессуальными правами. В связи с этим при отказе от иска (требования) волеизъявление истца должно быть направлено на прекращение процесса вследствие утраты интереса к судебному рассмотрению спора, нежелания дальнейшего использования механизмов судебной защиты.

Как разъясняется в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда России от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", по смыслу части 5 статьи 49 АПК РФ арбитражный суд должен проверить ходатайство об отказе от иска на предмет наличия противоречий закону или нарушений прав других лиц, в том числе путем оценки доводов и возражений сторон. Отказ истца от иска противоречит закону в случае, если арбитражный суд установит, что отказ от иска, например, совершается истцом вследствие обмана, насилия, угрозы или под влиянием существенного заблуждения либо при отсутствии полномочий лиц, заявивших соответствующее ходатайство.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда РФ от 23.04.2015г. № 743-О, определение того, нарушает или нет отказ истца от иска права и законные интересы других лиц, должно производиться судом в каждом случае индивидуально, исходя из конкретных обстоятельств данного дела, что соответствует закрепленным статьями 118 (часть 1) и 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации принципам независимости и самостоятельности судебной власти.

Отказ истца от иска не должен противоречить закону или нарушать права других лиц, при этом независимо от того, заявлен ли отказ от иска вследствие добровольного удовлетворения ответчиком требований истца, утраты интереса к судебному рассмотрению спора, нежелания дальнейшего использования механизмов судебной защиты, прощения долга полностью или в части, оценки возражений ответчика относительно обоснованности предъявленных требований и судебных перспектив рассмотрения дела (п.25 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.07.2014г. № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе»).

В пункте 4 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020 отмечается, что суд при рассмотрении спора, возникшего из гражданских правоотношений, вправе отказать в утверждении мирового соглашения, не принять признание иска ответчиком (признание стороной обстоятельств) и иные результаты примирения сторон, если имеются основания полагать, что лица, участвующие в деле, намерены совершить незаконную финансовую операцию при действительном отсутствии спора о праве между ними.

Необходимо отметить, что обращаясь с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, прокуратура со ссылкой на положения пункта 1 части 2 статьи 311 АПК РФ в качестве существенных для дела обстоятельств указала на выявленную Росфинмониторингом схему по организации «теневой площадки» по «обналичиванию» денежных средств с использованием процедуры банкротства, активное участие в которой принимало ООО «Технобазис», отраженную в справке по результатам анализа операций (сделок) проверяемых лиц на предмет связи с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем. Кроме того, в представленном отзыве  Росфинмониторинг сообщил, что различными кредитными организациями установлены множественные признаки сомнительности операций ООО «Технобазис» в период с октября 2012 года по январь 2020 года.

Судами первой, апелляционной, кассационной инстанций вышеуказанные доводы были признаны обоснованными, что обусловило необходимость пересмотра решения Арбитражного суда Челябинской области по настоящему делу по вновь открывшимся обстоятельствам

В рассматриваемом случае для суда очевидно, что отказ от иска заявлен обществом «Технобазис» лишь после того, как для истца стали очевидны возможные неблагоприятны правовые последствия рассмотрения дела по существу, связанные с выявлением Росфинмониторингом схемы по "обналичиванию" денежных средств с использованием процедуры банкротства, активное участие в которой принимало общество "Технобазис".

При указанных обстоятельствах суд усматривает в заявлении общества «Технобазис» об отказе от иска злоупотребление с его стороны соответствующим процессуальным правом.

Отказ от иска в данном случае не может быть принят судом как очевидно противоречащий публично-правовым интересам, нарушающий  права Российской Федерации в лице Прокуратуры Челябинской области как лица, участвующего в настоящем деле. 

Следовательно, заявление об отказе от иска ООО «Технобазис» не подлежит принятию на основании части 5 статьи 49 АПК РФ. 

В судебном заседании представитель заявителя ходатайствовал об отложении судебного разбирательства по делу, поскольку общество «Технобазис» оспаривает решение УФНС по Челябинской области о восстановлении записи о ООО «Промкомплект» в ЕГРЮЛ.

Судом не установлено оснований для отложения судебного разбирательства, поскольку само по себе оспаривание данного решения не умаляет наличия процессуальной правосубъектности ООО «Промкомплект» на настоящий момент, равно как в период возникновения и развития спорных правоотношений.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на следующие обстоятельства:

08.10.2018 между истцом ООО «Технобазис» (поставщик) и ответчиком ООО «Промкомплект» (покупатель) подписан договор поставки .

Согласно условиям указанного договора поставщик обязуется поставить покупателю запчасти (товар), а покупатель обязуется оплатить и принять товар на условиях настоящего договора (пункт 1.1 договора).

Вид, ассортимент, количество, цена товара согласовываются сторонами и отражаются в счет-фактуре, а также в товарной накладной (пункт 2.3 договора).

Общая цена договора определяется совокупной ценой, указанной в счетах-фактурах, за каждую партию товара, поставленную поставщиком покупателю, в течение срока действия настоящего договора (пункт 6.3 договора).

Право собственности на товар переходит от поставщика к покупателю с момента его поставки. Моментом поставки признается передача товара. Передача товара оформляется подписание товарной накладной, уполномоченным лицом покупателя и проставлением печати покупателя (пункт 7.1 договора).

Поставщиком в соответствии с условиями договора поставки на основании  универсальных передаточных документов (л.д.13-34) поставлен товар на сумму 29 413 908 рублей.

Указанная продукция получена покупателем в полном объеме, о чем в универсальном передаточном документе  имеются соответствующие отметки. 

Поставленная продукция в срок, установленный договором, оплачена не была, в результате за ним образовалась задолженность в сумме 29 413 908 рублей.

Поставщиком в адрес ответчика была направлена претензия от 18.03.2019 исх.17/п с требованием оплаты задолженности.

Указанная претензия оставлена ответчиком без ответа.

Из материалов дела следует, что ООО «Промкомплект» в нарушение положений ч.1 ст.131 АПК РФ отзыв на исковое заявление не предоставлен. 

В силу ч.4 ст.131, ч.1 ст.156 АПК РФ, непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам.

Оценив, в порядке, предусмотренном статьями 71, 162 АПК РФ, представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующим выводам:

Из материалов дела следует, а также поведением сторон договора поставки с очевидностью подтверждается, что, заключая договор поставки, стороны не намеревались его исполнить, доказательства фактического перемещения товара от истца ответчику в материалах дела отсутствуют, оригиналы первичных документов бухгалтерского учета в материалы дела не представлены, из совокупности доказательств по делу следует, что перечисление денежных средств по договору имело цель «обналичивания» денежных средств через использование процедуры банкротства общества «Технобазис». 

При этом ни ООО «Технобазис», ни ООО «Промкомплект» несмотря на весьма длительный срок судебного разбирательства по настоящему делу не представили в материалы дела доказательств реальности исполнения поставщиком договора поставки, хотя соответствующий вопрос ставился судом на обсуждение перед лицами, участвующими в деле.

МРУ Росфинмониторинга по УФО выявлена схема по организации «теневой площадки» по «обналичиванию» денежных средств с использованием процедуры банкротства, активное участие в которой принимало общество «Технобазис», отраженная в справке по результатам анализа операций (сделок), проверяемых лиц на предмет связи с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем.

В справке МРУ Росфинмониторинга по УФО указано, что применение описанной им схемы позволяет совершать операции по взысканию денежных средств на основании множества исполнительных документов централизованно в пользу одного лица, после чего распределять взысканные денежные средства между физическими лицами, с минимальным риском применения банками противолегализационных мер, поскольку в обоих случаях перечисления денежных средств фактически санкционированы вступившими в законную силу судебными актами.

В период судебного разбирательства по настоящему делу ООО «Технобазис» инициировало процедуру своей ликвидации, ООО «Технобазис» противодействует восстановлению в ЕГРЮЛ записи об ООО «Промкомплект» как о действующем юридическом лице.

Недобросовестность действий ООО «Технобазис» и его контрагента ООО «Промкомплект» подтверждается материалами другого арбитражного дела № А76-38352/2018 о банкротстве должника ООО «Технобазис» по заявлению ООО «Проектный дом».

Так, определением Арбитражного суда Челябинской области от 17.12.2018г. возбуждено производство по делу № А76-38352/2018 о банкротстве ООО «Технобазис» по заявлению конкурсного кредитора ООО «Проектный дом». 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.01.2019г. в отношении должника введена процедура банкротства наблюдение, утвержден временный управляющий.

Решением арбитражного суда от 30.05.2019г. ООО «Технобазис» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий.

По делу № А76-38352/2018 в реестр требований кредиторов включены требования 7 кредиторов на общую сумму 192 608 417.23 руб., из них:

1)ФНС России – 38 436.89 руб.;

2)ООО "ПРОЕКТНЫЙ ДОМ" - 1 043 725 руб.;

3)ФИО4 - 30 036 115.70 руб.;

4)ФИО5 - 70 000 517.62 руб.;

5)ООО «СФЕРА» - 10 295 882.86 руб.;

6)ФИО6 - 30 494 348.80 руб.;

7)ФИО7 - 50 699 390.36 рублей.

Конкурсным управляющим проведена инвентаризация имущества должника, по результатам которой выявлено следующее имущество: 1 нежилое помещение и дебиторская задолженность в размере 455 835 618 рублей. Оценка имущества не проводилась.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 12.01.2021г. производство по делу прекращено в связи с полным погашением реестра требований кредиторов и всех расходов по делу о банкротстве. Погашение реестра требований кредиторов осуществлялось за счет взыскания дебиторской задолженности в рамках исполнительных производств.

Наиболее крупные дебиторы:

1.ООО «АВТОХИМТОРГ» ИНН 

<

***> КПП 744801001 - 30 258 52.20 руб. Дело А76-27546/2019 по договору поставки от 28.09.2018;

2.ООО «АЗИЯ ТРЕЙД» ИНН 

<

***> КПП 744801001 - 25 756 355,51 руб. Дело А76-27545/2019 по договору поставки от 03.10.2018;

3.ООО «ГРАНИТ» ИНН 

<

***> КПП 744801001 - 19 415 968,49 руб. Дело А76-27554/2019 по УПД в период октябрь - декабрь 2018;

4.ООО «КЕВЛАР» ИНН 

<

***> КПП 744801001 - 29 553 263,13 руб. Дело А76-27553/2019 по договору поставки от 05.10.2018;

5.ООО «СИРИУС» ИНН 

<

***> КПП 746001001 - 30 592 095,71 руб. Дело А76-27555/2019 по договору от 09.10 2018;

6.ООО «СТРОЙГАРАНТ» ИНН 

<

***> КПП 744801001 - 23 420 747,93 руб. Дело А76-27550/2019 по договору поставки от 03.10.2018;

7.ООО «ТУРРИС» ИНН 

<

***> КПП 744701001 - 29 543 145,27 руб. Дело А76-27548/2019 по договору поставки от 31.10.2018 и др.

Прекращено производство по делу № А76-38352/2018 о банкротстве ООО «Технобазис» по решению суда 14.01.2021г.

Вышеизложенное подтверждает реализацию недобросовестными лицами схемы по «обналичиванию» денежных средств с использованием процедуры банкротства ООО «Технобазис», свидетельствует о наличии признаков фиктивности правоотношений, являвшихся основанием исковых   требований   по   другим   арбитражным   делам.

С учетом вышеизложенного, суд соглашается с мнением Прокуратуры Челябинской области, что, искусственно образуя дебиторскую задолженность по мнимым сделкам, общество «Технобазис» в рамках своего банкротства (дело № А76-38352/2018) путем инициирования множества судебных разбирательств осуществляло ее взыскание и распределение между кредиторами, среди которых наибольшим объемом требований к должнику обладали физические лица (ФИО4 – 30 036 115,70 руб.; ФИО5 – 70 000 517,62 руб., ФИО6 – 30 494 348,80 руб.; ФИО7 – 50 699 390,36 руб.). 

Кроме того, с учетом правовых позиций МРУ Росфинмониторинга по УФО, Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области следует, что ООО «Технобазис» и ООО «Промкомплект» являются «транзитными» организациями, фактически не осуществляющими финансово-хозяйственную деятельность, что подтверждается полученными прокуратурой документами в рамках общенадзорных проверочных мероприятий, проведенных территориальными прокуратурами.

ООО «Промкомплект» является технической организацией и выступает в качестве промежуточного звена с целью создания видимости хозяйственных взаимоотношений путем формирования формального документооборота.

ООО «Технобазис» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.03.2010г. года с уставным капиталом 10 000 руб., не имеющим в собственности основных средств, недвижимости, транспортных средств. Основным видом деятельности является - торговля оптовая эксплуатационными материалами и принадлежностями машин. Среднесписочная численность общества- 0 человек.

При исследовании ООО «Технобазис» налоговой отчетности по НДС, содержащейся в ПО АИС Налог-3, установлено, что налоговые декларации представлены с «нулевыми» показателями или с незначительными суммами налога к уплате при миллионных оборотах, удельный вес вычетов составляет 100%.

При обследовании юридического адреса ООО «Технобазис» установлено, что организация по адресу не находится. Внесена запись о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ в части адреса налогоплательщика 03.08.2020г.

По результатам анализа имеющихся сведений о мнимости (фиктивности) сделок между ООО «Технобазис», ООО «Промкомплект» и другими контрагентами свидетельствуют следующие факты.

1. Участники сделки обладают признаками и характеристиками, позволяющими отнести их к «транзитным» организациям, не осуществляющим реальную финансово-хозяйственную деятельность, представляющих налоговую отчетность с минимальными суммами налога к уплате или нулевую отчетность. Расходы организаций максимально приближены к доходам, отмечается низкий уровень налоговой нагрузки и рентабельности.

2. При анализе участников сделок с ООО «Технобазис» установлены налогоплательщики с множественными признаками недобросовестности (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридических лицах, в отношении которых налоговым органом внесена запись о недостоверности сведений, предоставленных этими юридическими лицами государственному регистрирующему органу), которые на настоящий момент исключены из ЕРЮЛ, ликвидированы, или находятся в стадии ликвидации.

3. При сопоставлении данных расчетных счетов и книги покупок за 2018-2019 годы установлено не сопоставление товарного и денежного потоков.

4. При исследовании схемы «Дерево связей», построенной с помощью ПО «АСК НДС-2» в отношении ООО «Технобазис», и его контрагентов установлена закольцованность поставщиков, фактически не осуществляющих финансово-хозяйственную деятельность, что свидетельствует об отсутствии источника для приобретения налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

Связь участников сделки установлена по общему IP адресу, общему юридическому адресу: 454138, 

<

...>, общих сотрудников, по номеру телефона, через банковские счета, открытые в одном кредитном учреждении. Совпадение по IP адресу является признаком согласованности и действия от имени организаций одного заинтересованного лица.

С учетом изложенного, следует прийти к выводу, что заключенный между сторонами договор поставки № б/н от 08.10.2018 в действительности являлся мнимой сделкой, не предполагавшей поставку товара как таковую. Следовательно, правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований ООО «Технобазис» к ООО «Промкомплект» отсутствуют.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса России (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце 2 пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 25), стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле (статья 65 АПК РФ).

В соответствии с разъяснениями пункта 8 Постановления Пленума ВС РФ № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса.

Согласно пункту 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020 обход участниками гражданского оборота положений законодательства в противоправных целях, связанных с совершением незаконных финансовых операций, может являться основанием для вывода о недействительности сделки и отказа в удовлетворении требований, предъявленных в суд в этих целях.

Таким образом, реальность обязательств по сделке не исключает право суда отказать в удовлетворении требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством.

В соответствии с положениями статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016г. по делу №305-ЭС16-2411, при рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Согласно обзору по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020г. на основании статьи 170 Гражданского кодекса сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу частей 1, 2 и 4 статьи 167 РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

В соответствии со статьей 169 РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

В части 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 года разъяснено следующее.

На основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

Исходя из этого сделки, направленные на придание правомерного вида операциям с денежными средствами и имуществом, полученным незаконным путем, в том числе мнимые и притворные сделки, а также сделки, совершенные в обход положений законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, могут быть признаны посягающими на публичные интересы и ничтожными, что исключает возможность удовлетворения судом основанных на таких сделках имущественных требований, не связанных с их недействительностью.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу пункта 2 статьи 7 Закона №115-ФЗ такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г. №32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем».

Суд, исследовав представленные в материалы дела доказательства в совокупности, считает, что истцом не доказана реальность спорной сделки, а спорный контракт имеет признаки мнимой сделки, не предусматривающей осуществление поставки товара в адрес покупателя. Цель контракта - уклонение от процедур контроля, установленного Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

При этом судом признаются обоснованными вышеуказанные доказательства, представленные третьими и заинтересованными лицами, характеризующие деятельность ООО «Технобазис» и ООО «Промкомплект», их учредителей и руководителей, анализ условий спорного договора, поведение сторон сделки, в т.ч.  – процессуальное (при рассмотрении настоящего дела).

Кроме того, суд учитывает отсутствие доказательств, подтверждающих проверку правоспособности ответчика, отсутствие доказательств, наличие сомнений в реальном получении ответчиком претензии в связи с отсутствием какой-либо информации об организации ответчика и ее работниках (представителей), наличие доказательств, подтверждающих направленность действий истца на совершение сделок, обладающих признаками подозрительности с учетом количества однотипных заключенных истцом сделок с иностранными юридическими лицами, по которым им поданы иски о взыскании денежных средств, перечисленных за пределы Российской Федерации. Таким образом, доказательств реальности действий сторон по намерению поставки товара по спорному контракту суду не представлено.

Кроме того, сторонами в материалы дела не представлены документы, подтверждающие фактическую возможность исполнения спорного договора поставки, в частности наличие работников, находящихся в штате организации или привлеченных на основании договора.

При изложенных обстоятельствах, проанализировав представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, учитывая непоследовательность действий истца, в том числе отсутствие безусловных доказательств волеизъявления сторон на создание правового результата, характерного для сделки поставки, суд приходит к выводу о том, что договор спорный контракт является мнимой сделкой, поскольку предусмотренные данным договором хозяйственные операции между указанными лицами в действительности не осуществлялись.

С учетом указанного, суд полагает установленным отсутствие оснований для удовлетворения требований истца, а также наличие оснований для удовлетворения требования Прокуратуры Челябинской области о признании договора поставки № б/н от 08.10.2018 недействительной (ничтожной) сделкой. 

Как неоднократно указывалось Верховным Судом Российской Федерации, суд по общему правилу обязан разрешить вопрос о возврате всего полученного по недействительной сделке одновременно с признанием сделки недействительной (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016г.), Определения Верховного Суда РФ (Судебная коллегия по гражданским делам) от 01.03.2016г. № 5-КГ15-198,  от 13.10.2015г. № 55-КГ15-5, от 11.08.2015г. № 4-КГ15-36, от 19.05.2015г. № 127-КГ15-6).

В постановлении Президиума ВАС РФ от 12.10.2010г. № 5243/10 по делу № А32-7122/2009-54/80 прямо указано, что по смыслу п. 2 ст. 167 ГК РФ суд обязан разрешить вопрос о реституции одновременно с признанием сделки недействительной.   

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.01.2005г. № 23-О отмечено, что последствия недействительности сделки предусмотрены положением данного (п.2 ст.167 ГК РФ) пункта, согласно которому каждая из сторон возвращает все полученное по сделке, т.е. стороны возвращаются в то имущественное положение, которое имело место до исполнения этой сделки; отсутствие в данной норме правила о возмещении одной стороне рыночной стоимости имущества на момент его возвращения при двусторонней реституции другой стороне не может рассматриваться как нарушающее равенство участников данных гражданско-правовых отношений и не обеспечивающее гарантии права частной собственности; вместе с тем названное законоположение не препятствует индексации подлежащих возврату денежных сумм с учетом инфляции, при этом как сам факт инфляции, так и размер возможной индексации могут быть установлены судом, рассматривающим соответствующий гражданско-правовой спор.

Правовое последствие недействительности сделки в виде «restitutio in integrum» предполагает 1) восстановление сторон в первоначальное положение, 2) а также уничтожение наступивших правовых последствий.

Как следует из материалов, 02.12.2019 ООО «Технобазис» был выдан исполнительный лист ФС № 031331128.

Из информации МСОСП г.Челябинска по ЮЛ УФССП России по Челябинской области, указанный исполнительный лист для исполнения не предъявлялся.

В п.2 Определения Конституционного Суда РФ от 08.06.2004г. № 226-О разъяснено, что понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Статья 169 ГК Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Как разъяснено в п.85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно статье 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

В силу ч.2 ст.325 АПК РФ, если не приведенный в исполнение судебный акт отменен полностью или в части и принят новый судебный акт о полном или частичном отказе в иске, либо иск оставлен без рассмотрения полностью или в части, либо производство по делу прекращено, арбитражный суд принимает судебный акт о полном или частичном прекращении взыскания по отмененному в соответствующей части судебному акту.

Поскольку решение по настоящему делу отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, принудительное взыскание по нему подлежит прекращению. Выданный ранее исполнительный лист серия ФС № 031328538 от 14.11.2019 следует признать ничтожными и подлежащим незамедлительному возврату в Арбитражный суд Челябинской области.

Поскольку из информации МСОСП г.Челябинска по ЮЛ УФССП России по Челябинской области, исполнительный лист серии ФС № 031331128 от 02.12.2019 для исполнения не предъявлялся, то надлежит прекратить взыскание с общества с ограниченной ответственностью «Промкомплект», ОГРН 

<

***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Технобазис», ОГРН 

<

***>, г.Челябинск, по отмененному по вновь открывшимся обстоятельствам решению Арбитражного суда Челябинской области от 23.10.2019 по делу А76-27552/2019, а также выданному на его основании исполнительному документу - исполнительному листу серии ФС № 031331128 от 02.12.2019.

ООО «Технобазисом заявлено о пропуске Прокуратурой срока исковой давности для применения последствий ничтожной сделки.

В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В рассматриваемом случае из  материалов дела следует, что Прокуратуре, не являющееся стороной соответствующей сделки, стало известно о нарушении требований закона при заключении спорной сделки 25.11.2021 по поступлении информации ДСП № 21-40-10/8312, предоставленной территориальным органом Росфинмониторинга. 

Следовательно, вопреки утверждению истца срок исковой давности Прокуратурой не пропущен.

В соответствии с ч.2 ст.168 АПК РФ, при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

Согласно ч.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются со стороны. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (ст.101 Кодекса).

Принципы исчисления и размер государственной пошлины, уплачиваемой при подаче искового заявления в арбитражные суды, установлены статьей 333.21 НК РФ.

Учитывая цену иска, уплате подлежит государственная пошлина в размере 170 070 (Сто семьдесят тысяч семьдесят)  рублей 00 копеек.

При обращении в суд истцом государственная пошлина ООО «Технобазис» уплачена не была, в связи с предоставлением отсрочки на указанную сумму государственной пошлины.

Как разъяснено в п.16 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014г. № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств.

Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

При указанных обстоятельствах взысканию с истца в доход федерального бюджета подлежит сумма государственной пошлины в размере 170 070 (Сто семьдесят тысяч семьдесят)  рублей 00 копеек.

Руководствуясь статьями 49, 167-170, 176, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Технобазис» об отказе от иска по делу № А76-27552/2019, ходатайства общества с ограниченной ответственностью «Технобазис» о прекращении производства по делу № А76-27552/2019  отказать.

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Технобазис», ОГРН 

<

***>, г.Челябинск, в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение дела в размере 170 070 (Сто семьдесят тысяч семьдесят)  рублей 00 копеек.

Заявление Прокуратуры Челябинской области удовлетворить.

Признать договор поставки № б/н от 08.10.2018., заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Технобазис», ОГРН 

<

***>, г.Челябинск, и обществом с ограниченной ответственностью «Промкомплект», ОГРН 

<

***>, недействительной (ничтожной) сделкой.

Прекратить взыскание с общества с ограниченной ответственностью «Промкомплект», ОГРН 

<

***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Технобазис», ОГРН 

<

***>, г.Челябинск, по отмененному по вновь открывшимся обстоятельствам решению Арбитражного суда Челябинской области от 23.10.2019 по делу А76-27552/2019, а также выданному на его основании исполнительному документу - исполнительному листу серии ФС № 031331128 от 02.12.2019.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия (изготовления в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Челябинской области.

 Судья                                                                                         И.В. Мрез