АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, 

вступивших в законную силу 

«

Дело № А23-11148/2021

г. Калуга

11» апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «04» апреля 2024 года  Постановление изготовлено в полном объеме «11» апреля 2024 года  

 Арбитражный суд Центрального округа в составе:  

председательствующего Серокуровой У.В., 

судей Егоровой Т.В.,   Нарусова М.М.,  

при участии в заседании: 

от общества с ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод»:  представитель ФИО1 по доверенности от 25.03.2024,  

ФИО2 - лично, предъявлен паспорт, представителя  ФИО3 по доверенности от 12.12.2023,  

от ФИО4: представитель ФИО3 по доверенности  от 12.12.2023,  

от ФИО5: представитель ФИО3 по доверенности  от 20.02.2024,  

от ФИО6: представитель ФИО3 по доверенности от  16.03.2023,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с  ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод» на постановление  Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по делу № А2311148/2021,  

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод» (далее  - общество, ООО «Калугарембытхолод», истец) обратилось в Арбитражный суд  Калужской области с исковым заявлением к Межрегиональному  территориальному управлению Федерального агентства по управлению  государственным имуществом в Калужской, Брянской и Смоленской областях  о признании в силу приобретательской давности права собственности на  нежилое помещение - гараж, расположенный на земельном участке с  

кадастровым номером 40:26:000312:5 по адресу: 

<

...>, площадью 65,5 кв.м (далее - спорный объект).  

Определением суда от 04.03.2022 произведена замена ненадлежащего  ответчика на надлежащего - городскую управу города Калуги (далее -  горуправа, ответчик) на основании статьи 47 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований  относительно предмета спора, привлечены: управление архитектуры,  градостроительства и земельных отношений города Калуги (далее -  управление), ФИО6, ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО5, главное управление Министерства Российской Федерации по  делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации  последствий стихийных бедствий по Калужской области (далее - третьи лица).  

Решением Арбитражного суда Калужской области от 29.09.2023 исковые  требования удовлетворены.  

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от  19.01.2024 вышеуказанное решение отменено, в иске отказано, распределены  судебные расходы.  

Истец обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит  отменить постановление суда апелляционной инстанции и оставить в силе  решение суда первой инстанции. Кассатор не согласен с оценкой, данной  судами имеющимся в деле доказательствам, и сделанными на ее основе  выводами. Ссылается на то, что действовал добросовестно. По мнению  заявителя жалобы, спорный объект обладает признаками объекта капитального  строительства и недвижимого имущества.  

В судебном заседании суда округа представитель истца поддержал  доводы кассационной жалобы в полном объеме.  

ФИО2 и ее представитель, представитель ФИО4,  ФИО5, ФИО6 возражали против удовлетворения кассационной  жалобы.  

Иные лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте  судебного разбирательства, своих представителей в судебное заседание суда  округа не направили. Судебная коллегия считает возможным провести  судебное заседание в порядке ч. 3 ст. 284 АПК РФ в отсутствие их  представителей.  

Проверив в порядке главы 35 АПК РФ правильность применения судами  норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о  применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся  в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы и возражений  на нее, суд округа не находит оснований для ее удовлетворения в связи со  следующим.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество является  правопреемником товарищества с ограниченной ответственностью  

«Калугарембытхолод» (далее - ТОО «Калугарембытхолод»), созданного в  результате приватизации арендного предприятия.  

Согласно протоколу заседания совета арендаторов от 19.07.1994 за ТОО  «Калугарембытхолод» закреплены металлические сооружения - позиции № 17,  18, 21.  

На схеме планировки территории, приложенной к указанному протоколу,  усматривается, что металлическое сооружение под № 17 примыкает  непосредственно к кирпичному зданию № 18 и расположено рядом с проходом  (въездом) между сооружением № 17 и котельной, который ведет на территорию  дома № 62 по ул. Дзержинского.  

08.09.1994 ТОО «Калугарембытхолод» выдано свидетельство о  собственности участка по ремонту холодильников и ритуальных услуг с  помещением по адресу: 

<

...>.  

18.10.1994 между Фондом имущества г. Калуги и ТОО  «Калугарембытхолод» заключен договор выкупа арендованного имущества с  помещением участка по ремонту холодильников, в том числе помещения по ул.  Дзержинского, корпус № 1 - 13, 2 кв.м; корпус № 3 - 669 кв.м. На указанном  договоре проставлена регистрационная отметка ГУМДП «Техническая  инвентаризация» от 10.12.1996, согласно которой за ТОО  «Калугарембытхолод» на праве собственности зарегистрированы указанные  помещения.  

Дополнительным соглашением к договору от 18.10.1994 уточнены  площади выкупаемых помещений по ул. Дзержинского, 58: к. 1, эт. 1  производственное помещение - 13,2 кв.м, места общего пользования - 5,4 кв.м  без выделения в натуре; к. 3, эт.1 производственное помещение - 588,4 кв.м,  места общего пользования - 79,7 кв.м без выделения в натуре.  

Согласно техническому паспорту по состоянию на 26.03.1999 по адресу:  Дзержинского, 58, имелись основные строения лит. А (к. 1) и В (к. 3),  пристройка лит. В, гараж лит. Г, навес лит. Г1, палатка лит. Г2. По описанию  гаража лит. Г, он имел металлические стены, крышу, ворота, асфальтированные  полы и площадь 88,2 кв.м.  

Впоследствии общим собранием учредителей общества от 27.06.2000  принято решение провести реконструкцию металлического гаража по ул.  Дзержинского, 58, корп. 3, уменьшив площадь на 20 кв.м, с указанием на то,  что он вплотную прилегает к зданию, а обслуживание и реконструкцию  производить не представляется возможным.  

Распоряжением горуправы от 06.12.2000 обществу разрешено разработать  проект реконструкции металлического гаража под здание капитального гаража  с надстройкой 2-го этажа под административное помещение в существующих  границах на земельном участке, предоставленном в аренду по ул.  Дзержинского, 58, корп.3, и на общество возложены обязанности выполнить:  топогеодезические работы с получением разрешения на их производство в  комитете по планированию развития города; инженерно-геологические  изыскания с получением разрешения на их производство в управлении  

архитектуры и градостроительства. Кроме того, общество обязано разработать  согласно архитектурно-планировочному заданию, утвержденному в управлении  архитектуры и градостроительства, проектную документацию.  

Пунктом 3 распоряжения обществу предложено обратиться в горуправу  для подготовки правовых документов, разрешающих реконструкцию объекта  после разработки и согласования проектной документации в установленном  порядке.  

Распоряжением горуправы от 24.05.2001 изменено целевое назначение  надстройки 2-го этажа (с административного помещения на помещения  подсобного назначения).  

Во исполнение распоряжений обществом получено заключение об  инженерно-геологических изысканиях на площадке проектирования и  строительства 2-х этажного кирпичного гаража по ул. Дзержинского, из  которого следует, что на момент изысканий на площадке находилось здание  металлического гаража на 4 автомашины, и было рекомендовано перед  заложением фундаментных подушек, в случае необходимости, применить  щебеночную подготовку, а также предусмотреть мероприятия по защите  котлована в процессе строительства.  

Остальные условия распоряжения от 06.12.2000 обществом не  выполнены.  

Согласно техническому паспорту по состоянию на 19.11.2003, гараж лит.  Г имел площадь 88,2 кв.м и характеристики - бетонный фундамент,  металлические стены, перегородки и крышу, асфальтированные полы.  

Обращаясь в суд, общество представило технический паспорт на спорный  объект по состоянию на 06.12.2021, в котором его площадь составляет 65,5  кв.м, имеет бетонное основание, стены - деревянные, металлические, крышу -  профнастил, полы - бетонная стяжка, двери - металлические, электроснабжение  - центральное (отопление, водопровод, канализация, газоснабжение -  отсутствуют).  

Ссылаясь на то, что спорный объект расположен на земельном участке с  кадастровым номером 40:26:000312:0005, который предоставлен истцу на  основании договора аренды от 03.07.2002 для эксплуатации производственных  зданий и сооружений, он открыто, непрерывно, добросовестно владеет им в  качестве собственного имущества более 27 лет, общество обратилось в  арбитражный суд с настоящим иском.  

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался пунктом 1  статьи 8, статьей 12, пунктом 3 статьи 218, статьями 234, 225, 234  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пунктом 2  статьи 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной  регистрации недвижимости», разъяснениями пунктов 15, 16, 19 постановления  Пленумов Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 22 «О некоторых  вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров,  связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее -  

постановление Пленумов № 10/22) и пришел к выводу о добросовестном  владении ООО «Калугарембытхолод» спорным объектом.  

Отменяя решение Арбитражного суда Калужской области от 29.09.2023,  апелляционный суд, руководствуясь ст. 222 ГК РФ, пунктом 16 постановления  Пленумов № 10/22, статьей 15 Закона РСФСР «О приватизации  государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации»,  пунктом 7 Указа Президента Российской Федерации от 14.10.1992 № 1230 «О  регулировании арендных отношений и приватизации имущества  государственных и муниципальных предприятий, сданного в аренду», сделал  обоснованный вывод о том, что фактически истец просит признать право  собственности на объект, реконструированный им без получения необходимой  разрешительной документации.  

В пункте 26 Обзора судебной практики по делам, связанным с  самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 16.11.2022, разъяснено, что суд не вправе отказать в  иске ввиду неправильного указания истцом нормы права. Правоотношения, из  которых возник спор, и нормы права, подлежащие применению, определяются  судом при разрешении спора.  

Отсутствие разрешения на строительство и на ввод в эксплуатацию  свидетельствует о том, что возникшие правоотношения регулируются нормами  о самовольной постройке. В связи с чем ссылка истца на статью 234 ГК РФ,  исходя из указанных разъяснений, не является основанием для нерассмотрения  его требований по существу.  

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в  судебной практике при применении норм о самовольной постройке» (далее -  постановление Пленума № 44) разъяснено, что право собственности на  самовольную постройку может быть признано за лицом, в собственности,  пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании  которого находится земельный участок, на котором возведен (создан) объект,  при одновременном соблюдении следующих условий:  

- если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку,  имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;  

- если на день обращения в суд постройка соответствует установленным  требованиям;  

- если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом  интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан (пункт 3  статьи 222 ГК РФ).  

При этом необходимо учитывать, что для целей признания права  собственности самовольная постройка должна отвечать требованиям,  установленным правилами землепользования и застройки, документации по  планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки,  установленным на день обращения в суд (абзац четвертый пункта 2, абзац  

третий пункта 3 статьи 222 ГК РФ, пункты 4, 7 статьи 2 Градостроительного  кодекса Российской Федерации).  

Признание права собственности на самовольную постройку является  основанием возникновения права собственности по решению суда. В связи с  этим при рассмотрении иска о признании права собственности на самовольную  постройку применению подлежат положения пункта 3 статьи 222 ГК РФ в той  редакции, которая действовала на момент принятия решения суда (пункт 2  статьи 4 ГК РФ) (пункт 40 постановления Пленума № 44).  

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума № 44, постройка,  возведенная (созданная) в результате реконструкции объекта недвижимого  имущества, которая привела к изменению параметров объекта, его частей  (высоты, количества этажей, площади, объема), может быть признана  самовольной и подлежащей сносу или приведению в соответствие с  установленными требованиями при наличии оснований, установленных  пунктом 1 статьи 222 ГК РФ.  

Согласно пункту 41 постановления Пленума № 44, арендатор земельного  участка, в том числе находящегося в публичной собственности, вправе  обращаться с иском о признании права собственности на самовольную  постройку, если земельный участок предоставлялся для строительства  соответствующего объекта.  

Суд второй инстанции установил, что в данном случае земельный участок  предоставлен обществу в аренду по договору от 03.07.2002 для эксплуатации  производственных помещений и сооружений на срок 49 лет. При этом ранее  обществом в процессе приватизации было приобретено движимое и  недвижимое имущество, в том числе и спорный гараж, а изменение параметров  спорного строения (уменьшение площади) было осуществлено им после 2003  года.  

Апелляционный суд сделал верный вывод о том, что поскольку  реконструкция ранее включенного в состав выкупаемого при приватизации  имущества была осуществлена после 2003, то общество должно было  соблюдать действующее на момент такой реконструкции законодательство, в  связи с чем к реконструкции, осуществленной с нарушением этого  законодательства, применимы нормы статьи 222 ГК РФ.  

Тот факт, что спорный объект был создан до введения в действие ГК РФ,  ввиду чего к нему не могут быть применены нормы статьи 222 ГК РФ, не  означает правомерности осуществления его реконструкции после введения в  действие названного Кодекса без соблюдения его норм.  

Более того, истец просил признать право собственности не на объект,  созданный до введения в действие ГК РФ, и сохранившийся в том же  состоянии, а на объект, реконструированный после введения в действие ГК РФ.  

Доказательства исполнения всех условий распоряжения горуправы от  06.12.2000 в материалах дела не имеются.  

Апелляционным судом установлено, что на момент осуществления  реконструкции действовал Федеральный закон от 17.11.1995 № 169-ФЗ «Об  

архитектурной деятельности в Российской Федерации» (далее - ФЗ «Об  архитектурной деятельности в РФ»), пункт 1 статьи 3 которого  предусматривал, что заказчик (застройщик) - гражданин или юридическое  лицо, имеющие намерение осуществить строительство, реконструкцию (далее -  строительство) архитектурного объекта, для строительства которого требуется  разрешение на строительство, - обязан иметь архитектурный проект,  выполненный в соответствии с архитектурно - планировочным заданием  архитектором, имеющим лицензию на архитектурную деятельность (далее -  лицензия).  

Разрешение на строительство выдается соответствующим органом  архитектуры и градостроительства в порядке, установленном  законодательством Российской Федерации (пункт 5 статьи 3 ФЗ «Об  архитектурной деятельности в РФ»).  

Доказательств принятия обществом надлежащих мер к получению  указанного разрешения в материалы дела истцом не представлено (ст.ст. 9, 65  АПК РФ).  

Апелляционным судом установлено, что истец обратился с настоящим  иском (21.12.2021) после предъявления третьим лицом - ФИО2 в  Калужский районный суд иска к обществу об устранении нарушений прав, не  связанных с лишением владения (06.12.2021).  

В обоснование иска ФИО2 сослалась на то, что в результате  размещения спорного объекта, оказался невозможным проезд к жилому  многоквартирному дому № 62 по ул. Дзержинского - ранее существовавший  проезд был уменьшен, что не позволяет проезжать личным и  специализированным автомобилям - управляющей организации, скорой  помощи, пожарной технике и тому подобным.  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений  раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее -  постановление Пленума № 25) разъяснено, что оценивая действия сторон как  добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения,  ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права  и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в  получении необходимой информации.  

Апелляционный суд сделал обоснованный вывод о том, что ожидаемым  поведением лица, имеющего намерение реконструировать объект, является  совершение каких-либо действий, направленных на получение необходимых  разрешений и согласований для осуществления реконструкции объекта до  начала или в период такой реконструкции. Проект реконструкции обществом  не разработан, за его согласованием оно не обращалось; разрешение на  реконструкцию не получено, равно как и не представлено доказательств,  свидетельствующих о том, что ему было необоснованно отказано в выдаче  соответствующих разрешительных документов.  

Таким образом, реконструкция металлического сооружения в отсутствие  действий по получению надлежащей разрешительной документации, не  свидетельствует о добросовестности поведения и не служит основанием для  легализации правонарушения, которым является собой самовольное  строительство (реконструкцию).  

Суд второй инстанции установил, что реконструкция объекта  осуществлялась с нарушением установленного порядка исключительно по вине  истца, в связи с чем отсутствуют основания для признания на него права  собственности.  

Иной подход ставит добросовестного застройщика, получающего  необходимые для строительства (реконструкции) документы в установленном  порядке, в худшее положение по сравнению с самовольным застройщиком,  который не принимал действий по исполнению установленных законом  требований (определение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 306-ЭС20-118).  

Таким образом, анализ материалов дела позволил суду апелляционной  инстанции установить, что изначально металлическое сооружение под № 17  примыкало непосредственно к кирпичному зданию № 18 и было расположено  рядом с проходом (въездом) между сооружением № 17 и котельной, который  ведет на территорию дома № 62 по ул. Дзержинского. Впоследствии общим  собранием учредителей общества от 27.06.2000 принято решение провести  реконструкцию металлического гаража по ул. Дзержинского, 58, корп. 3,  уменьшив его площадь на 20 кв.м, с указанием на то, что он вплотную  прилегает к зданию, а обслуживание и реконструкцию производить не  представляется возможным.  

Согласно заключению проведенной по делу экспертизы от 31.01.2023,  спорное здание площадью 88,2 кв.м было построено до 1994 и по  произведенной позднее реконструкции (уменьшении площади с 88,2 кв.м до  65,5 кв.м, которая, по мнению экспертов, осуществлена с декабря 2003 по  декабрь 2021) примыкало к нежилому двухэтажному зданию с кадастровым  номером 40:26:000312:1005.  

При этом, приняв во внимание представленные в дело истцом, третьими  лицами, и содержащиеся в экспертном заключении фотографии, суд второй  инстанции указал на то, что спорный гараж является отдельно стоящим  строением, не имеющим непосредственного примыкания к иному объекту;  между гаражом и соседними строениями с одной стороны находится калитка, с  другой - ограждение из профлиста. Согласно экспертному заключению, проход  через калитку составляет 2 метра, что подтвердило позицию третьих лиц о том,  что спорный гараж был перемещен истцом с ранее расположенного на иное  место, тем самым уменьшив ранее существовавший проезд.  

Руководствуясь пунктами 1, 2 статьи 10 ГК РФ, правовыми позициями,  изложенными в пункте 43 постановления Пленума № 44, пункте 9 Обзора  судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  

16.11.2022, пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 2(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 22.07.2020, согласно которым при недоказанности  добросовестности действий общества по получению необходимой  разрешительной документации на реконструкцию, отсутствии объективных  причин невозможности ее получения, суд второй инстанции правомерно  отказал в иске.  

Апелляционный суд сделал верный вывод о том, что признание права  собственности на самовольно реконструированный гараж в порядке статьи 234  ГК РФ также невозможно в рассматриваемом случае, поскольку исходный  объект был создан до введения в действие ГК РФ, а самовольная реконструкция  осуществлена в период после введения в действие указанного Кодекса. При  этом исходный объект приобретен обществом в процессе приватизации, то есть  сам истец является его собственником, ввиду чего к данным правоотношениям  не могут быть применены нормы статьи 234 ГК РФ.  

Довод заявителя жалобы о том, что спорный объект обладает признаками  объекта капитального строительства и недвижимого имущества, являлся  предметом рассмотрения апелляционного суда и правомерно отклонен.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности  и взаимосвязи в порядке ст. 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции сделал  обоснованный вывод о невозможности признать спорный объект недвижимым  имуществом, в то время как согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5  постановления Пленума № 44, положения статьи 222 ГК РФ регулируют  отношения, связанные с самовольным возведением (созданием) зданий,  сооружений, отвечающих критериям недвижимого имущества вследствие  прочной связи с землей, исключающей их перемещение без несоразмерного  ущерба назначению этих объектов (абзацы первый, третий пункта 1 статьи 130,  пункт 1 статьи 141.3 ГК РФ).  

Суд второй инстанции установил, что как до приватизации, так и после в  представленных в материалы дела документах спорный объект поименован как  металлический гараж, в составе выкупаемого имущества отдельно не обозначен  (в договоре выкупа от 18.10.1994 между Фондом имущества г. Калуги и ТОО  «Калугарембытхолод» указано имущество с помещением участка по ремонту  холодильников, ранее арендованное по договору аренды - помещения по ул.  Дзержинского, корпус № 1 - 13,2 кв.м; корпус № 3 - 669 кв.м; в протоколе  общего собрания учредителей общества от 27.06.2000 указано на принятие  решения о реконструкции металлического гаража; распоряжением управы от  06.12.2000 обществу разрешено разработать проект реконструкции  металлического гаража; в технических паспортах гараж также указан как  металлический). Таким образом, по существу данный объект представлял собой  типовую вспомогательную хозяйственную постройку, отраженную в  документах приватизации в составе движимого имущества.  

Делая заключение о том, что само по себе наличие у него бетонного  основания и электроснабжения, появившихся позже в техпаспортах, не  

свидетельствует о неразрывной связи с землей и невозможности перемещения  без несоразмерного ущерба назначению, суд апелляционной инстанции  правомерно основывал свое мнение на пункте 1 статьи 130, статье 131 ГК РФ,  пункте 10 статьи 1, подпунктах 2, 3 пункта 17 статьи 51 Градостроительного  кодекса Российской Федерации, разъяснениях в пункте 38 постановления  Пленума № 25.  

Таким образом, апелляционный суд сделал обоснованный вывод о том,  что понятие капитальности строения, сооружения, относящиеся к их  техническим признакам, включается в более широкую категорию объектов,  прочно связанных с землей, перемещение которых без несоразмерного ущерба  их назначению невозможно. Именно с этими правовыми категориями закон  связывает отнесение объекта к недвижимому имуществу, в связи с чем, в  каждом конкретном случае, с учетом совокупности всех обстоятельств суд,  рассматривающий спор, должен определить, несколько прочно как физически,  так и функционально объект связан с земельным участком, на котором  располагается, и будет ли сохранено его предназначение при перемещении.  

Наличие у объекта признаков капитальности (фундамента) само по себе  не соответствует критериям, названным в статье 130 ГК РФ.  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда РФ от 22.12.2015 по делу N 304-ЭС15-11476 сформулирован правовой  подход, в силу которого при решении вопроса о признании вещи  недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации  права собственности на нее, необходимо установить наличие у нее признаков,  способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к  недвижимым объектам.  

Для признания имущества недвижимым необходимо представить  доказательства возведения его в установленном законом и иными  нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для  строительства объекта недвижимости, с получением разрешительной  документации с соблюдением градостроительных норм и правил.  

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 1 Обзора судебной  практики по делам, связанным с оспариванием отказа в осуществлении  кадастрового учета, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 30.11.2016, не является капитальным объект, являющийся типовым,  изготовленным в заводских условиях, части и соединительные элементы  которого поставляются в разобранном состоянии, собранная конструкция  крепится на бетонную площадку креплениями, обеспечивающими временную  прочную связь с такой площадкой, установка объекта производится без  устройства заглубленного в землю фундамента, который свидетельствовал бы о  наличие прочной связи с землей. Размещение строений на металлических  трубах не может рассматриваться как доказательство строительства  капитального здания, поскольку такого рода фундамент используется и для  возведения временных сооружений.  

Таким образом, вопрос квалификации объекта в качестве недвижимой  вещи является вопросом права, а не вопросом специальных познаний.  

Использование специальных познаний возможно для установления  технических (строительных) вопросов создания строения в целях последующей  правовой квалификации объекта в качестве движимой или недвижимой вещи.  

Приходя к выводу о наличии у спорного объекта признаков недвижимой  вещи, суд первой инстанции руководствовался заключением судебной  экспертизы от 31.01.2023, согласно которому спорный объект обладает  признаками объекта капитального строительства и объекта недвижимого  имущества; строение классифицировано экспертами как стационарно  неподвижный объект, перемещение которого без несоразмерного ущерба его  назначению невозможно; связь исследуемого объекта с землей обеспечена  устройством комбинированного фундамента; работоспособное техническое  состояние, жесткость и устойчивость строительных конструкций, качество  выполненных при строительстве и реконструкции работ, периодические  действия собственника для поддержания объекта в надлежащем техническом  состоянии обеспечивают безопасную эксплуатацию стационарно неподвижного  производственного объекта и характеризуют его как объект, не создающий  угрозу жизни и здоровью граждан.  

При этом, в исследовательской части экспертного заключения указано,  что спорный объект представляет собой одноэтажное металлическое здание  гаража, литер Г, стены - металлический каркас из профильной трубы и уголков  разного сечения, обшит листовым железом; крыша (перекрытие) -  металлические треугольные фермы и прогоны, покрытие - листовое железо,  кровля - профлист. Все соединения металлических конструкций (рамный  каркас, листовая обшивка) выполнены сваркой. Гараж, литер Г, имеет в своем  составе одно помещение площадью 65,5 кв.м, вход в которое организован со  стороны южного фасада через дверь, установленную в распашных воротах; в  помещении гаража оборудована смотровая яма, заглубленная на 1,25 м ниже  уровня пола. У объекта фактически неразборная конструкция стен и  перекрытия: металлический каркас из профильной трубы и уголков разного  сечения на сварных соединениях с обшивкой листовым железом не  предусматривает перемещение и установку конструкции на иное место без  нанесения несоразмерного ущерба его назначению. Конструкции не подлежат  разборке на составляющие элементы по причине отсутствия болтовых  соединений рамного металлического каркаса стен и перекрытия. Работы по  разборке (демонтажу) объекта приведут к образованию набора частично  годных остатков - фрагменты металлических балок, листового железа,  профилированного кровельного железа и строительного мусора. Установлено  наличие у объекта комбинированного фундамента и узлов сопряжения:  «несущая стена - фундамент и основание» со стороны главного (южного) и  частично бокового (восточного) фасадов (второй основной признак  капитальности на спорном объекте соблюдается частично).  

Руководствуясь частями 4, 5, 7 статьи 71, пунктом 2 части 4 статьи 170  АПК РФ, разъяснениями пункта 12 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых  вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об  экспертизе», не принимая выводы экспертизы в качестве безусловных  доказательств наличия у гаража признаков недвижимости, суд апелляционной  инстанции обоснованно исходил из того, что понятия «капитальный объект» и  «объект недвижимости» не являются тождественными, а отнесение того или  иного объекта к недвижимой вещи относится к сфере правовой квалификации.  

Наличие у спорного объекта комбинированного фундамента не делает его  недвижимостью, не является единственным и достаточным признаком для  отнесения сооружения к недвижимому имуществу и не свидетельствует о  невозможности его перемещения без несоразмерного ущерба его назначению.  Напротив, из имеющихся в материалах дела документов (технических  паспортов) следует, что указанный объект является металлической  конструкцией, что не исключает фактической возможности ее перемещения, а  указанная экспертами прочная связь с землей в виде фундаментной плиты не  является единственным признаком, по которому объект может быть отнесен к  недвижимости.  

Таким образом, апелляционный суд верно указал на то, что поскольку  понятие «недвижимость» является правовой категорией, признание объекта  недвижимой вещью на том лишь основании, что он связан с землей,  невозможно, и сделал обоснованное заключение о том, что спорный объект  соответствует понятию части 10.2 статьи 1 Градостроительного кодекса  Российской Федерации, согласно которой к некапитальным строениям,  сооружениям относятся строения, сооружения, которые не имеют прочной  связи с землей и конструктивные характеристики которых позволяют  осуществить их перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без  несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик  строений, сооружений (в том числе киосков, навесов и других подобных  строений, сооружений).  

Анализ материалов дела позволил суду апелляционной инстанции прийти  к верному выводу о том, что гараж был приватизирован в составе выкупаемого  имущества как движимая вещь, представляющая собой металлическую  конструкцию вспомогательного хозяйственного назначения.  

Согласно ранее действовавшему законодательству, прием в эксплуатацию  сооружений (складов, электроподстанций, компрессорных и насосных станций,  пожарных депо, ремонтных цехов, подъездных дорог и др.), входящих в состав  крупных предприятий (их очередей, пусковых комплексов), по мере их  готовности рабочими комиссиями застройщика (заказчика) до приемки  предприятия в целом (его очереди, пускового комплекса) осуществлялся  государственной приемочной комиссией, актами рабочих комиссий на  основании пункта 1.7 СНиП, утвержденных Госстроем СССР от 30.12.1962  (часть III, раздел А, глава 10). При этом датой ввода в эксплуатацию  

вспомогательных сооружений, принимаемых рабочими комиссиями в  соответствии с названным пунктом, считалась дата подписания акта рабочей  комиссии (пункт 1.12 СНиП).  

В рассматриваемом случае такие документы в материалах дела не  имеются, что также не позволило апелляционному суду сделать вывод о  создании исходного объекта (металлического гаража) как недвижимой вещи.  

Таким образом, отсутствие у спорного имущества признаков недвижимой  вещи явилось самостоятельным основанием для отказа в иске по правилам  статьи 222 ГГ РФ.  

Убедительных доводов, основанных на доказательной базе и  позволяющих отменить или изменить оспариваемые решение и постановление,  кассационная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.  

В соответствии с положениями ст. 286, ч. 2 ст. 287 АПК РФ, суду  кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать  фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении,  давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или  считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении  или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной  инстанции.  

Поскольку все обстоятельства, имеющие существенное значение для  разрешения спора, были предметом рассмотрения арбитражных судов двух  инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, нарушений норм  процессуального права при принятии обжалуемого постановления не выявлено,  суд кассационной инстанции не находит оснований для его отмены.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от  19.01.2024 по делу № А23-11148/2021 оставить без изменения, а кассационную  жалобу общества с ограниченной ответственностью «Калугарембытхолод» - без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может  быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской  Федерации в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, в срок, не превышающий  двух месяцев.  

Председательствующий У.В. Серокурова  

Судьи Т.В. Егорова 

 М.М. Нарусов