ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15324/2024

г. Челябинск

22 января 2025 года

Дело № А07-27739/2024  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Скобелкина А.П., рассмотрел без вызова сторон в порядке упрощенного производства апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 07.11.2024 по делу № А07-27739/2024.  

Общество с ограниченной ответственностью «Союзмультфильм» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – истец, ООО «Союзмультфильм», общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ответчик, предприниматель, ИП ФИО1) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 20 000 руб.  

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 226 - 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел дело в порядке упрощенного производства.  

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 07.11.2024 (резолютивная часть от 21.10.2024) исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак № 754872 в размере 10 000 руб., 225 руб. в возмещение расходов по приобретению спорного товара, 168 руб. 02 коп. в возмещение почтовых расходов, 100 руб. в возмещение расходов на получение выписки из ЕГРИП, а также 1000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.  

Ответчик, не согласившись с вынесенным судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит решение суда отменить.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что истец не доказал факт принадлежности ему авторского права, так как в материалах дела отсутствуют соответствующие документы подтверждающие факт регистрации права в Федеральной службе интеллектуальной собственности. Кассовый чек и видеосъемка не могут свидетельствовать о совершении правонарушения именно ответчиком. Кроме того, ответчик ссылается на чрезмерность суммы компенсации, указывая на наличие оснований для снижения размера  

компенсации (наличие на иждивении малолетних детей) до 1000 руб.  

В представленном отзыве истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указанный отзыв приобщен судом к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству суда апелляционной инстанции, в том числе публично, путем размещения информации на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.  

Как следует из материалов дела, федеральное государственное унитарное предприятие «Творческо-производственное объединение «Киностудия «Союзмультфильм» (далее – ФГУП «ТПО «Киностудия «Союзмультфильм») является обладателем исключительных прав на товарный знак:  

 № 754872 , что подтверждается свидетельством на товарный знак № 754872, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 24.04.2020 (с датой приоритета 27.07.2018 и сроком действия до 27.07.2028).  

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц Федеральное государственное унитарное предприятие «Творческо-производственное объединение «Киностудия «Союзмультфильм» реорганизовано в форме преобразования в акционерное общество «Киностудия «Союзмультфильм».  

ООО «Союзмультфильм» является обладателем права использования товарного знака № 754872 на условиях исключительной лицензии на основании договора, заключенного между ФГУП «ТПО «Киностудия «Союзмультфильм» и ООО «Союзмультфильм», что подтверждается представленным в материалы дела свидетельством выданным Федеральной службой по интеллектуальной собственности в отношении товарного знака № 754872.  

Товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 754872, зарегистрирован, в том числе в отношении товаров «сумки» 18-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ).  

Как указывает истец, 06.05.2024 в торговой точке по адресу: 

<

...> предлагался к продаже и был реализован товар (сумка), на котором, по мнению истца, размещено  

изображение сходное до степени смешения с товарным знаком истца № 754872.  

В подтверждение факта заключения договора розничной купли-продажи истцом представлены: товарный чек от 06.05.2024, на котором указано наименование и стоимость товара, дата совершения покупки; видеозапись момента приобретения товара; спорный товар.  

Ссылаясь на то, что осуществляя реализацию товара с изображением товарного знака № 754872, ответчик допустил нарушение принадлежащих истцу исключительных прав на товарный знак № 754872, истец направил в адрес ответчика претензию № 38674 с предложением добровольно уплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак.  

Претензия оставлена ИП ФИО1 без ответа и удовлетворения. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.  

Удовлетворяя частично исковые требования, арбитражный суд первой инстанции исходил из доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца, однако, определил сумму компенсации в размере 10 000 рублей.  

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.  

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания, а также произведения искусства.  

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).  

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.  

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.  

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.  

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.  

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.  

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.  

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в  

отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.  

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.  

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходными с ним до степени смешения обозначениями, используемыми без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.  

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.  

Материалами дела подтверждается факт наличия у истца исключительных прав на товарный знак № 754872.  

Доводы апеллянта о недоказанности факта принадлежности истцу исключительных прав опровергаются представленным в материалы дела свидетельством Федеральной службы интеллектуальной собственности.  

Как следует из материалов дела, 06.05.2024 истцом был выявлен факт продажи продукции, нарушающей исключительные права истца. В торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, предлагался к продаже и был реализован товар, обладающий техническими признаками контрафактности – «Сумка».  

В соответствии с пунктом 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.  

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое  

производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.  

Исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарными знаками истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.  

Методология определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте определена Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России N 482 от 20.07.2015 (далее - Правила № 482) и пунктом 162 Постановления № 10.  

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.  

В соответствии с пунктом 43 Правил № 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.  

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:  

1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);  

5) сочетание цветов и тонов. 

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.  

Как разъяснено в пункте 162 Постановления № 10, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство -  

сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.  

Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.  

При визуальном сравнении товарного знака истца, а также изображения размещенного на приобретенном товаре ответчика, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о возможности реального их смешения в глазах потребителей.  

Более того, при установлении смешения сходных обозначений также проводится анализ однородности товаров, для которых зарегистрированы защищаемый истцом товарный знак, со спорным товаром ответчика.  

Как следует из пункта 45 Правил № 482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.  

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).  

Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные. К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары. Остальные признаки относятся к вспомогательным.  

Чаще всего основанием для признания товаров однородными является их принадлежность к одной и той же родовой или видовой группе. При определении однородности товаров с учетом их назначения целесообразно принимать во внимание область применения товаров и цель применения.  

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.  

Товарный знак истца № 754872 зарегистрирован в отношении, в том числе товаров 18 класса МКТУ (сумки).  

Товар ответчика является однородным к товарам по классу МКТУ, в отношении которого зарегистрирован товарный знак истца.  

С учетом установленной высокой степени сходства сравниваемых  

товарного знака истца и используемых ответчиком обозначений и однородности сравниваемых товаров, апелляционный суд пришел к выводу о возможности их смешения в гражданском обороте.  

Факт реализации указанного товара подтверждается представленным товарным чеком на сумму 450 руб.; видеозаписью, произведённой истцом в порядке самозащиты гражданских прав; образцом реализованного товара.  

Из частей 1,2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.  

В соответствии со статьей 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.  

Как следует из пунктов 2.1, 3 статьи 2 Федерального закона от 22.05.2003 № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» индивидуальные предприниматели могут осуществлять расчеты без применения контрольно-кассовой техники при условии выдачи (направления) покупателю (клиенту) документа, подтверждающего факт осуществления расчета между индивидуальным предпринимателем и покупателем (клиентом), содержащим сведения, установленные абзацами четвертым - двенадцатым пункта 1 статьи 4.7 настоящего Федерального закона: наименование документа; порядковый номер документа, дату его выдачи; наименование для организации (фамилия, имя, отчество - для индивидуального предпринимателя); идентификационный номер налогоплательщика, присвоенный организации (индивидуальному предпринимателю), выдавшей (выдавшему) документ; наименование и количество оплачиваемых приобретенных товаров (выполненных работ, оказанных услуг); сумму оплаты, осуществляемой наличными денежными средствами и (или) с использованием платежной карты, в рублях; должность, фамилию и инициалы лица, выдавшего документ, и его личную подпись.  

Из материалов дела следует, что при приобретении контрафактного товара продавец не выдал покупателю кассового чека, покупателю был выдан товарный чек.  

Как усматривается из информации, содержащейся на товарном чеке от 06.05.2024, на нем указано наименование и стоимость товара, дата совершения покупки.  

Представителем правообладателя был сделан соответствующий запрос в УФНС России по Республике Башкортостан.  

В ответ на обращение представителя правообладателя о проведении проверки магазина, расположенного по адресу: Республика Башкортостан, г.  

Уфа, б-р Тухвата Янаби, д. 22, поступил ответ от УФНС России по Республике Башкортостан от 24.11.2023 № 14-09/26121@, согласно которому деятельность в вышеуказанном отделе осуществляет индивидуальный предприниматель с ИНН 

<

***>.  

Указанный номер ИНН 

<

***> совпадает с данными ответчика, содержащимися в выписке из ЕГРИП.  

Данный адрес торговой точки (

<

...>) полностью соответствует адресу, по которому была произведена покупка спорного товара.  

Доказательств того, что ответчик не осуществлял деятельность в данной торговой точке последним не представлено. Иное в порядке ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказано.  

Кроме того, к материалам дела приобщен компакт-диск с видеозаписью процесса покупки спорного товара, подтверждающий факт покупки данного товара в торговой точке ответчика 06.05.2024.  

Из представленной в материалы дела видеозаписи закупки спорного товара, усматривается, что закупка произведена в отделе под вывеской «Детский дворик», расположенном по адресу: 

<

...>. Доказательств, удостоверяющих принадлежность данной торговой точки иному лицу, из видеозаписи не просматривается, и ответчиком не доказано.  

На видеозаписи приобретения 06.05.2024 в торговой точке ответчика, расположенной по адресу: 

<

...>, зафиксировано следующее:  

- 00:21- 00: 31 мин. - фиксация внешнего вида стеллажа с сумками; - 00:32 – 00:34 мин. - покупатель осуществлен выбор спорного товара; - 00:43 – 00:44 – продавец передает покупателю спорный товар; - 00:45-01:36 – покупатель осматривает товар; 

-01:43 – 02:07 мин. - покупатель оплачивает спорный товар безналичными денежными средствами через терминал;  

- 01:51 – 01:54 продавец набирает стоимость товара на терминале; 

- 02:09 мин – продавец в ответ на просьбу покупателя отказывает в выдаче терминального (кассового) чека;  

- 02:50 – 02:58 мин.- продавец заполняет товарный чек; - 03:01 мин. - продавец передает покупателю товарный чек; 

- 03.23 – 03.26 мин. – продавцом пояснено, что терминальный чек на лицензионную продукцию не выдается;  

- 03.26 мин. - покупатель покидает торговую точку; 

- 05: 40 мин. - 06:03 мин. фиксация выданного товарного чека крупным планом;  

- 06:15 мин. – 06:45 мин. - фиксация спорного контрафактного товара крупным планом.  

- 06.49 – 07.09 мин – фиксация адреса торговой точки. 

Таким образом, на видеозаписи однозначно зафиксирован внешний вид стеллажа, где был расположен спорный товар, внешний вид приобретаемого  

товара, место расчетов, факт оплаты, выдача товарного чека.  

Последовательность действий покупателя и продавца, отраженная на видеозаписи, в том числе с учетом того, что спорный товар находился в торговой точке ответчика, однозначно свидетельствует о заключении договора розничной купли-продажи между представителем истца, производившим видеосъемку, и ответчиком.  

Кроме того, из исследованной судом видеозаписи усматривается, что после получения товарного чека покупателем с 03:26 мин. зафиксирован путь следования представителя истца к транспортному средству с купленным товаром и чеком, соответствующим представленному в материалы дела. На протяжении указанного периода времени видеозапись является непрерывной и фиксирует нахождение у представителя истца указанного чека.  

Следовательно, недостатки оформления выданного чека (отсутствие подписи продавца, печати предпринимателя и указания его реквизитов) не могут сами по себе повлечь негативные последствия для истца в лице представителя, проводящего контрольную закупку и добросовестно предполагавшего, что он получает от продавца в подтверждение совершенной покупки надлежаще оформленный документ. При этом значимым для настоящего дела является установление факта распространения предпринимателем контрафактного товара, а не соблюдение им обязательных нормативных требований при его продаже.  

Согласно абзацу 3 пункта 55 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10)) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.  

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.  

В соответствии с частью 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.  

Частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской  

Федерации в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.  

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.  

Содержащаяся на представленном истцом диске формата DVD-R видеозапись позволяет с достоверностью определить место, в котором была осуществлена реализация товара, и обстоятельства, при которых покупка была произведена.  

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленный истцом чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу. Видеозапись покупки отображает внутренний вид торгового пункта ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты, а также подтверждает, что представленный товар был приобретен у ответчика.  

При таких обстоятельствах представленный в материалы дела диск с видеозаписью, фактически произведенными методом скрытой камеры, является допустимым доказательством.  

Оценив представленные истцом доказательства в их совокупности при установлении обстоятельства неправомерного распространения контрафактного товара в рамках договора розничной купли-продажи от 06.05.2024, суд апелляционной инстанции учитывает, что представленный товарный чек также как и видеозапись процесса покупки контрафактного товара в совокупности и взаимосвязи с иными материалами дела подтверждают факт приобретения спорного товара именно в торговой точке ответчика. Все эти доказательства составляют неразрывную, логически последовательную цепочку материалов, подтверждающих нарушение исключительных прав истца действиями ответчика.  

О фальсификации товарного чека или видеозаписи суду первой инстанции в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не было заявлено. Оснований полагать, что данные доказательства получены с нарушением федерального закона, не имеется.  

Таким образом, оценив доказательства в их совокупности, суд  

апелляционной инстанции приходит к выводу о подтвержденности факта продажи контрафактного товара именно в магазине ответчика. При этом доказательств законности использования ответчиком товарного знака, права на который принадлежат истцу, в материалы дела не представлено.  

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.  

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.  

Из приведенных положений закона и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что минимальным размером определяемой в твердой сумме компенсации за один случай нарушения исключительного права является 10 000 рублей.  

В рамках настоящего дела, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 20 000 рублей.  

ИП ФИО1 в суде первой инстанции со ссылкой на правовую позицию, изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и положение пункта 3 статьи 1252 ГК РФ заявлено ходатайство об уменьшении размера взыскиваемой компенсации, в обоснование которого указано на чрезмерность заявленной истцом компенсации, наличие на иждивении несовершеннолетних детей.  

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац  

второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).  

В соответствии с Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.01.2019 № 305-ЭС18-17030, суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом. Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.  

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Рассмотрев заявленное ответчиком ходатайство о снижении размера компенсации, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в данном случае соразмерной допущенному нарушению и разумной с учетом представленных доказательств является компенсация равная минимальному размеру, установленному подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в сумме 10 000 рублей.  

По мнению суда апелляционной инстанции, данная сумма, исходя из обстоятельств конкретного дела, является соразмерной компенсацией за допущенное правонарушение.  

Кроме того, по мнению суда, данная сумма, будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие однократного нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что размер присужденной истцу компенсации определен судом первой инстанции в соответствии с требованиями Гражданского кодекса, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом  

требований справедливости и разумности.  

В своей апелляционной жалобе предприниматель указывает о наличии оснований для снижения компенсации до 1 000 рублей.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для дальнейшего снижения взысканной компенсации.  

Согласно положениям действующего законодательства Российской Федерации снижение размера компенсации возможно по двум основаниям: согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении № 28-П и на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ. При этом снижение заявленного к взысканию размера компенсации в рамках пункта 3 статьи 1252 ГК РФ не требует соблюдения условий, установленных Постановлением № 28-П.  

Указанная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 19.08.2022 № С01-1502/2022 по делу № А0719339/2021.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1301 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:  

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;  

- правонарушение совершено ответчиком впервые; 

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).  

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.  

Сторона, заявившая о необходимости снижения размера компенсации, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.  

В соответствии с положениями части 1 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон.  

В силу части 3 статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не вправе своими действиями ставить  

какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.  

Согласно части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.  

Компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного произвольного снижения размера компенсации со стороны суда.  

Сами по себе доводы о необходимости снижения размера компенсации не являются достаточными доказательствами, свидетельствующими о наличии оснований для снижения компенсации.  

Распространение контрафактной продукции, с одной стороны, наносит урон репутации правообладателя, снижает доверие со стороны покупателей, а также негативно отражается на коммерческой деятельности правообладателя, в том числе снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров. С другой стороны, от использования контрафактного товара страдают интересы не только правообладателей, но и потребителей, поскольку те вводятся в заблуждение при покупке, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.  

Кроме того, как установлено судом апелляционной инстанции, согласно общедоступным сведениям (электронный сервис «Картотека арбитражных дел») в отношении ответчика имеются дела о привлечении к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания компенсации за нарушение исключительных прав (дела № А07-3017/2022, А07-11790/2022, А0711829/2022, А07-15331/2022, А07-21377/2022, А07-21876/2022, А07-5151/2023, А07-11374/2023, А07-16879/2023, А07-28865/2023, А07-28889/2023, А074890/2024), то есть деятельность ответчика носила систематический характер.  

Указание на нахождение на иждивении несовершеннолетних детей подлежит отклонению, поскольку, учитывая неоднократность нарушений исключительных прав, данные обстоятельства не являются основанием для снижения размера компенсации.  

Учитывая распределение бремени доказывания обстоятельств, свидетельствующих о возможности применения содержащихся в постановлении № 28-П разъяснений, суд апелляционной инстанции полагает, что именно на предпринимателя относится обязанность по представлению соответствующих доказательств, чего им сделано не было.  

Поскольку в настоящем деле предпринимателем совокупность названных критериев не была доказана, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для снижения размера компенсации на основании позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П.  

Вместе с тем, как уже было указано выше снижение размера компенсации возможно также и на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, при этом снижение заявленного к взысканию размера компенсации в рамках пункта 3  

статьи 1252 ГК РФ не требует соблюдения условий, установленных Постановлением № 28-П.  

В силу абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.  

В пункте 64 постановления № 10 разъяснено, что положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.  

Вместе с тем, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.  

В рассматриваемом же случае отсутствует основной критерий, являющийся в соответствии с положениями абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела - одновременное нарушение исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, поскольку в рамках настоящего дело судом установлено, что ответчиком нарушено исключительное право истца на один товарный знак.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для снижения размера взыскиваемой компенсации ниже минимального предела.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.  

Учитывая документальное подтверждение понесенных истцом судебных расходов, руководствуясь статьями 101, 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно удовлетворил требование истца о взыскании с ответчика расходов, понесенных на приобретение спорного товара, почтовых расходов, расходов на получение выписки из ЕГРИП пропорционально размеру удовлетворенных  

исковых требований. Возражений в указанной части апелляционная жалоба не содержит.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.  

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения и удовлетворения жалобы не имеется.  

Размер государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы составляет 10 000 рублей. При подаче апелляционной жалобы ответчиком уплачена государственная пошлина в размере 3 000 рублей. Таким образом, государственная пошлина в размере 7 000 рублей подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.  

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.  

Руководствуясь статьями 176, 268 - 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции   

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 07.11.2024 по делу № А07-27739/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 - без удовлетворения.  

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 7 000 (Семь тысяч) рублей.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Судья А.П. Скобелкин