ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., 4, г. Владимир, 600017,

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс (4922) 44-76-65, 44-73-10 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-8038/2014

г. Владимир

13 апреля 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06.04.2018.

В полном объеме постановление изготовлено  13.04.2018.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Кириловой Е.А.,

судей    Захаровой Т.А., Протасова Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СМУ «Каркас-Ч» ФИО2

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии

от 20.10.2017 по делу № А79–8038/2014,

принятое судьей Андреевой С.В.,

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СМУ «Каркас-Ч» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 о привлечении ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности и взыскании с них в солидарном порядке 83 862 339 руб. 62 коп.,

при участии представителей

от конкурсного управляющего ООО СМУ «Каркас-Ч» ФИО2 

Андрея Александровича: ФИО2, паспорт гражданина РФ,

от ФИО4: ФИО4, паспорт гражданина РФ,

от ФИО5: ФИО5, паспорт гражданин РФ,

от ООО «Инвестиционно–Девелоперская Компания «Рост»: ФИО6

доверенность от 28.03.2017,

от ООО «УИК «Ваш дом»: ФИО6, доверенность от 31.03.2017,

от ФИО3: ФИО7, 

доверенность от 12.01.2017, 

от ФНС в лице УФНС по Чувашской Республике: ФИО8,

доверенность от 25.05.2017,

у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью СМУ «Каркас-Ч» (далее – ООО СМУ «Каркас-Ч», должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением, утоненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности и взыскании с них в солидарном порядке 87 159 623 руб. 31 коп.

Определением от 20.10.2017 суд удовлетворил заявленные требования в части, а именно: привлек ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО СМУ  «Каркас-Ч»; взыскал с ФИО5 в пользу ООО СМУ «Каркас-Ч», в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, денежные средства в размере 294 166 руб. 56 коп. В удовлетворении остальной части заявленных требований суд отказал.

При этом, руководствуясь статьями 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пунктом 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14П, в обжалуемой части суд пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО4, а также ФИО5 в сумме, превышающей 294 166 руб. 56 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО2 обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 20.10.2017 в обжалуемой части и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя жалобы, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в материалах дела доказательствам и сделаны при неправильном применении норм права. Конкурсный управляющий ФИО2 полагает, что в результате бездействия органов управления должника последнему причинен ущерб. В частности, руководителями должника под руководством учредителя выдавались беспроцентные договоры займа аффилированным лицам (что не соответствует целям деятельности хозяйствующего субъекта – извлечению прибыли и где ФИО3 являлся руководителем), которые в полном объеме не возвращены; дебиторская задолженность по данным бухгалтерского учета должника по состоянию на 01.01.2015 отличается от той, которая отражена в бухгалтерском балансе, представленном в ИФНС России по г. Чебоксары, что указывает на недостоверность, фальсификацию и преднамеренное искажение бухгалтерской (финансовой) отчетности или сокрытие существенных фактов хозяйственной деятельности должника, которое вводит пользователя отчетности в заблуждение. В результате бездействия по взысканию дебиторской задолженности органами управления должника ущерб, причиненный ООО СМУ «Каркас-Ч», составил 69 880 753 руб. 55 коп. Заявитель жалобы считает, что признаки неплатежеспособности у должника появились 07.08.2013, поскольку именно в эту дату должником более трех месяцев (с 07.05.2013) не исполнялись обязательства по договору поставки от 30.04.2013 № 1П/2013 с обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционно-Девелоперская Компания «РОСТ», следовательно, до 07.09.2013 ФИО4 должен был обратиться в суд с заявлением о признании ООО СМУ «Каркас-Ч» несостоятельным (банкротом). В свою очередь ФИО5 (директор с 26.09.2013) должен был обратиться в суд с указанным заявлением в период с 07.10.2013 по 17.04.2015. Конкурсный управляющий ФИО2 обращает внимание, что фактически с 01.01.2014 по 31.12.2014 должником производственно-хозяйственная деятельность не осуществлялась, при этом продолжалась начисляться заработная плата работникам предприятия и перечисляться на карточки наемных работников. Заявитель жалобы указывает, что при определении размера ответственности ФИО5 необоснованно не приняты во внимание текущие платежи, возникшие после введении в отношении должника процедуры банкротства в размере 5 019 163 руб. 61 коп., а также факт непередачи руководителем должника первичных и бухгалтерских документов.

Подробно доводы конкурсного управляющего ФИО2 изложены в апелляционной жалобе от 09.11.2017и поддержаны им в судебном заседании.

Представители Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике, общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционно–Девелоперская Компания «Рост» и общества с ограниченной ответственностью «Управляющая Инвестиционная Компания «Ваш дом» в судебном заседании поддержали доводы, изложенные в  апелляционной жалобе.

ФИО4 и ФИО5 в отзыве от 04.12.2017, а также ФИО5 в отзыве от 25.01.2018 и данные лица в судебном заседании указали на законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части.

Представитель ФИО3 в судебном заседании указал на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителей, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В случае, если заявление должника подано должником в арбитражный суд при наличии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме или должник не принял меры по оспариванию необоснованных требований заявителя, должник несет перед кредиторами ответственность за убытки, причиненные возбуждением производства по делу о банкротстве или необоснованным признанием требований кредиторов.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения абзаца пятого настоящего пункта применяются в отношении лица, являвшегося единоличным исполнительным органом должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого лица.

Согласно пункту 12 статьи 142 Закона о банкротстве в случае, если требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа не были удовлетворены за счет конкурсной массы, конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, имеют право до завершения конкурсного производства подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в статьях 9 и 10 настоящего Федерального закона.

В пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность указанных в данной норме лиц по обязательствам должника может быть возложена на них при недостаточности имущества должника и ее размер определяется исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации должника (пункт 5 статьи 129 Закона).

В силу пунктов 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135–ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В пунктах 3, 9, 12, 15, 17, 18, 19, 20, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

По общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве.

Если обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве не была исполнена несколькими последовательно сменившими друг друга руководителями, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве, последующие - со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и установил суд первой инстанции, определением от 17.12.2014 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии ввел в отношении ООО СМУ «Каркас-Ч» процедуру наблюдения; утвердил временным управляющим ФИО9.

Решением от 10.04.2015 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии признал ООО СМУ «Каркас-Ч» несостоятельным (банкротом); ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства; утвердил конкурсным управляющим ФИО2

Вместе с тем суд первой инстанции установил, что ООО СМУ «КаркасЧ» зарегистрировано в качестве юридического лица, о чем 07.09.2007 Инспекцией Федеральной налоговой службы по г. Чебоксары внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ.

Учредителями ООО СМУ «Каркас-Ч», с момента создания юридического лица, являлись ФИО3 с долей в уставном капитале 51% и ФИО4 с долей – 49%.

Согласно протоколу общего собрания участников должника от 21.08.2007 № 1 генеральным директором избран ФИО4

Протоколом внеочередного общего собрания участников должника от 25.09.2013 принято решение 25.09.2013 сложить полномочия генерального директора ФИО4, с 26.09.2013 избрать генеральным директором ФИО5

Таким образом, директором ООО СМУ «Каркас-Ч» с 07.09.2007 по 25.09.2013 являлся ФИО4; с 26.09.2013 по 09.04.2015 – ФИО5

Суд 17.10.2014 принял к производству заявление ООО «СервисКранАвтоТрейд» и возбудил производство по делу о признании ООО СМУ «Каркас-Ч» несостоятельным (банкротом).

Конкурсный управляющий должника ФИО2 12.09.2016 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Согласно отчету конкурсного управляющего за период конкурсного производства выявленного имущества должника (дебиторская задолженность в размере 69 880 750 руб., оцененная на сумму 665 000 руб.) оказалось недостаточно для погашения требований на сумму 82 140 429  руб. 70 коп.

На основании бухгалтерского баланса ООО СМУ «КаркасЧ» за 2012 год оно имело активы на общую сумму 263 256 000 руб. (основные средства – 392 000 руб., запасы – 265 000 руб., дебиторская задолженность – 218 292 000 руб., финансовые вложения (предоставленные займы) – 34 152 000 руб., денежные средства – 10 155 000 руб.), кредиторскую задолженность в размере 218 115 000 руб.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО СМУ «Каркас-Ч» за 2013 год оно имело активы на общую сумму 89 528 000 руб. (основные средства – 201 000 руб., дебиторская задолженность – 74 032 000 руб., финансовые вложения – 15 294 000 руб., денежные средства – 1000 руб.), кредиторскую задолженность в размере 126 431 000 руб.

Согласно бухгалтерскому балансу ООО СМУ «Каркас-Ч» за 2014 год оно имело активы на общую сумму 89 407 000 руб. (дебиторская задолженность – 74 230 000 руб., финансовые вложения – 15 086 000 руб.), кредиторскую задолженность в размере 113 753 000 руб.

Из отчета конкурсного управляющего от 19.09.2016 следует, что во вторую очередь включены в реестр требований кредиторов требования ФНС России на сумму 781 838 руб. 24 коп., в третью очередь – требования на сумму 82 140 429 руб. 70 коп., в том числе ООО «УИК «Ваш Дом» на сумму 66 339 544 руб. 66 коп.

Вступившим в законную силу определением суда от 03.04.2015 по делу № А79-8038/2014 установлено, что ООО «УИК «Ваш Дом» (заказчик) и ООО СМУ «Каркас-Ч» (подрядчик) 19.09.2011 заключили два договора на выполнение строительно-монтажных работ, по условиям которых подрядчик обязался в установленный срок построить по заданию заказчика и в соответствии с проектной документацией объект строительства – «Многоквартирный жилой дом по проезду Нижнему, 8 в г. Оренбурге. II очередь» и «Многоквартирный жилой дом по проезду Нижнему, 8 в г. Оренбурге. III очередь», а заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную договором цену.

Заказчик перечислил должнику по двум договорам аванс в размере 128 565 282 руб. 38 коп.

Должником работы выполнял согласно подписанным актам выполненных работ до 31.07.2013 на общую сумму 65 299 404 руб. 93 коп.

Кроме того, данным определением установлено (факт не оспаривается лицами, участвующими в деле), что ООО «УИК «Ваш Дом» направило в адрес должника уведомления от 25.04.2014 № 265 и  266 о расторжении договоров от 19.09.2011 в одностороннем порядке с требованием об оплате в течение десяти дней с момента получения уведомления возвратить на расчетный счет оплаченные авансы.

Таким образом, суд первой инстанции установил, что обязанность по возврату полученных авансов в размере 63 265 877 руб. 45 коп. (128 565 282 руб. 38 коп. – 65 299 404 руб. 93 коп.) у должника возникла с учетом уведомления от 25.04.2014, почтового пробега и установленного 10 дневного срока – 10.05.2014. Следовательно, кредиторская задолженность по состоянию на 10.05.2014 исходя из требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО СМУ «Каркас-Ч» определениями суда в рамках данного дела, составила 82 140 429 руб. 70 коп, в том числе: долг – 77 409 011 руб. 34 коп., проценты и пени – 4 731 418 руб. 36 коп., что значительно превысило активы должника (дебиторская задолженность) в размере 69 880 753 руб. 55 коп., в том числе подтвержденная дебиторами 27 997 525 руб. 28 коп., то есть возникли признаки недостаточности имущества ООО СМУ «Каркас-Ч».

С учетом изложенного, до 10.05.2014 должник имел кредиторскую задолженность в размере 14 143 133 руб. 89 коп. (77 409 011 руб. 34 коп. – 63 265 877 руб. 45 коп.), активы в виде дебиторской задолженности, подтвержденной дебиторами в размере 27 997 525 руб. 28 коп., то есть обладал признаками достаточности имущества должника для погашения кредиторской задолженности и платежеспособностью.

Таким образом, обязанность по предъявлению заявления о банкротстве возникла у должника в период с 10.05.2014 по 10.06.2014.

Согласно справке ФНС России, за период исполнения ФИО5 обязанностей директора должника с 11.06.2014 по 16.10.2014 (17.10.2014 – возбуждено производство по делу о банкротстве ООО СМУ «Каркас-Ч») возникла задолженность в размере 294 166 руб. 56 коп. Наличия иной кредиторской задолженности, возникшей в период с 11.06.2014 по 16.10.2014, лицами, участвующими не представлено и документального подтверждения не нашло.

Не представлено и доказательств того, что в период исполнения обязанностей директора ООО СМУ «Каркас-Ч» ФИО4 и ФИО5 до 10.05.2014 наращивалась задолженность в результате совершения ими сделок, влекущих возникновение новых обязательств, при отсутствии расчетов с кредиторами по обязательствам, принятым ранее указанного срока.

При таких обстоятельствах, полно и всесторонне исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства в совокупности с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в обжалуемой части суд первой инстанции пришел к выводу, что отсутствует вся совокупность обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему делу, следовательно, оснований для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3, и ФИО5 не имеется.

Вместе с тем суд первой инстанции и повторно суд апелляционной инстанции рассмотрели и отклонили доводы конкурсного управляющего ООО СМУ «Каркас-Ч» ФИО2 о том, что директорами должника заключались договоры займа, то есть осуществлялась хозяйственная деятельность, не установленная уставом предприятия. При этом, как пояснил ФИО2 и не отрицали участники процесса при рассмотрении жалобы в суде апелляционной инстанции, контрагентами по данным договорам являлись аффилированные, заинтересованные лица.

Так согласно выписке по расчетному счету должника, последний действительно осуществлял выдачу займом, причем постоянно с момента своего создания. Таким образом, выдача займов для должника являлась обычной хозяйственной деятельностью. Кроме того, в судебном заседании бывшие директора должника и представитель его учредителя пояснили, что выдача займов осуществлялась не в целях вывода активов должника, а таким образом была построена вся его основная деятельность, связанная со строительством. При этом займы носили целевой характер (на выполнение строительно-монтажных работ), возвращались, и в итоге, в связи с начавшейся процедурой банкротства, не возвращено только 15 млн. руб. из 53 млн. (по состоянию на 01.06.2013) Работа по возврату велась на протяжении всего времени, в том числе составлялись акты сверки расчетов, заемщики никогда не отказывались возвратить полученные суммы и именно наличие заинтересованности позволяло быть уверенным в расходовании денежных средств по назначению и в их возврате. Таким образом, даже в период введения процедуры банкротства сроки по взысканию дебиторской задолженности, образовавшейся в результате выдачи займов, не истекли. Более того, по части непогашенных займов имеются судебные акты о взыскании дебиторской задолженности.

Кроме того, в ходе судебных заседаний в судах первой и апелляционной инстанций, участники процесса пояснили, что заключение договоров займа было направлено на скорейшее завершение строительства объектов по договорам подряда от 19.09.2011, а именно: ООО СМК-Технологии» на приобретение башенных кранов для строительства, которых не было в г. Оренбурге, приобретение технологического оборудования для производства железобетонных изделий для стройки в г. Оренбурге, которые в ранней стадии строительства завозились с г. Уфа; ООО «Проектный институт каркасных систем» – на выдачу заработной платы работникам, которые выполняли проектные работы параллельно со строительством, так как заказчик не выполнял свои обязательства по выдаче проектной документации (пункт 6.1 договоров), что им не опровергнуто при рассмотрении жалобы в суде апелляционной инстанции, ООО «Каркас» и ООО «Каркас-СМК» – для приобретения дополнительной оснастки и технологического оборудования для выполнения строительно-монтажных работ. При этом сотрудничество с аффилированными организациями было вызвано и тем, что так было проще получить допуски и разрешения на строительство именно в месте расположения объекта застройки. Доказательства, опровергающие изложенное, в материалах дела отсутствуют.

Также не имеется и доказательств того, что ФИО3 являющийся одним из учредителей должника, давал указание на заключение договоров займа с подконтрольными ему юридическими лицами, в которых он также являлся участником. Само по себе наличие на каких-либо документах его подписи, что не отрицается, безусловно не свидетельствует, что ФИО3 давал указания на заключение договоров, а лишь подтверждает проявление заботы и интереса к жизни организации, в том числе ведению ею финансово-хозяйственной деятельности. Тот факт, что ФИО3 присутствовал при ведении переговоров с заказчиком также не подтверждает, что им давались какие либо указания, в частности, представитель заказчика, который, с его слов, присутствовал на переговорах, в судебном заседании этого не подтвердил.

Довод конкурсного управляющего о том, что ФИО3 мог оказывать непосредственное влияние на должника через организации, в которые он принимал участие, входящие в одну группу лиц с должником, также не нашли своего подтверждения. При этом в судебном заседании ФИО4 пояснил, что при принятии им каких-либо решений относительно финансово-хозяйственной деятельности должника ФИО3 каких-либо указаний либо распоряжений не давал. ФИО5 пояснил, что в период нахождения его в должности директора получал от ФИО3 указания, но только связанные с тем, как восстановить деятельность организации, относительно выплаты работникам заработной платы. Восстановление финансово-хозяйственно деятельности организации было одной из основных задач, поставленных ему при приеме на работу, чем он и занимался. При этом суд первой инстанции отметил, что расходование денежных средств должника на выплату заработной платы в 2014 году и заключение договоров займа не являются безусловными условиями, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Доводы конкурсного управляющего ФИО2 о фактическом прекращении деятельности организации с 01.07.2013 рассмотрен судом апелляционной инстанции и подлежит отклонению как установленным по делу фактическим обстоятельствам. В частности, как пояснили в судебном заседании ФИО4, ФИО5 и представитель ФИО3, работы велись на объекте заказчика и лишь во второй половине июля от последнего пришло письмо о том, чтобы должник прекратил работы на объекте заказчика. Фактически работы прекратились в августе, поскольку заказчик не пускал работников должника и субподрядных организаций на объект. При этом стороны встречались, вели переговоры и только 25.04.2014 фактически расторгнут договор по второй и третьей очереди строительства. Представитель заказчика указанное не опроверг, как и тот факт, что авансы перечислялись должнику с опозданием, необходимую проектную документацию заказчик в полном объеме не передал, на ее изготовление и утверждение потребовались дополнительные затраты и время, что в итоге также привело к нарушению сроков застройки. Отказ от исполнения договора заказчик объяснил, в том числе тем, что дольщики стали предъявлять претензии относительно сроков выполнения работ.

Доводы конкурсного управляющего ФИО2 о непередаче ему первичных и бухгалтерских документов судами первой и апелляционной инстанций рассмотрены и отклонены как не подтвержденные материалами дела. Актами приема передачи от 20.05.2015 директор ФИО5 передал конкурсному управляющему ФИО2 бухгалтерские и иные документы. В ходе рассмотрения дела о банкротстве должника конкурсным управляющим заявления об обязании передать руководителя ФИО5 какие-либо документы не подавались. Доказательств того, что в результате надлежащего ведения бухгалтерского учета и отчетности конкурсному управляющему удалось бы сформировать конкурсную массу в большем объеме, не имеется.

Суд апелляционной инстанции также повторно рассмотрел доводы конкурсного управляющего ФИО2 о том, что кредиторская задолженность должника превышает активы ООО СМУ «Каркас-Ч» и считает их подлежащими отклонению. Как обоснованно отметил суд первой инстанции, данный факт не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Данное обстоятельство отражает лишь общие сведения по тем или иным позициям активов и пассивов применительно к определенному отчетному периоду. Снижение активов с 263 256 000 руб. в 2012 году до 89 528 000 руб. в 2013 году бывшие директора объяснили тем, что дебиторская задолженность возвращалась, необходимые для деятельности материалы  покупались и в полном объеме направлялись на выполнение заказа (строительство) основные средства на сумму 191 000 руб. списаны; запасы в сумме 265 000 руб. вложены в строительство, о чем составлялись соответствующие документы.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Довод конкурсного управляющего о том, что признаки неплатежеспособности должника возникли 07.08.2013, поскольку в течении трех месяцев не исполнялась обязанность по оплате задолженность по договору № 1-П/2013 от 30.04.2013 перед ООО «Инвестиционно-Девелоперская Компания «РОСТ», подлежат отклонению как несостоятельные и противоречащие материалам дела, поскольку, в том числе как указано выше, должник вел хозяйственную деятельность, в том числе по поиску заказчиков на осуществление подрядных работ и осуществлял частичные расчеты с кредиторами. Неоплата конкретного долга отдельному кредитору само по себе не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности общества.

Отсутствие доказательств, с достаточной степенью определенности и достоверностью свидетельствующих о моменте, с которого руководитель должника должен был обратиться с заявлением о признании предприятия банкротом, исключает возможность установления суммы убытков, подлежащих взысканию в субсидиарном порядке на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

При разрешении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя организации – должника по обязательствам организации – должника при ее банкротстве на основании пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве должна быть установлена совокупность следующих элементов: объективная сторона правонарушения, связанная с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации; субъективная сторона правонарушения, включающая в себя вину субъекта ответственности и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью  удовлетворения требований кредиторов. Данный вывод следует из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12.

В пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что субсидиарная ответственность по обязательствам должника может быть возложена при недостаточности имущества должника и ее размер определяется, исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации должника.

В соответствии с пунктом 3 статьи 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ, в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника -унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Применение указанной нормы права допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

– надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

– факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

– наличия причинной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 АПК РФ, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

При этом в любом случае должно быть установлено, какие конкретно действия, указания привлекаемого к субсидиарной ответственности лица повлекли неблагоприятные для должника последствия, в том числе его банкротство и невозможность удовлетворения требований кредиторов за счет конкурсной массы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (пункт 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, несостоятельность (банкротство) предприятия считается вызванной действиями (бездействием) его учредителем или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанные право и (или) возможность в целях совершения предприятием действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Исходя из совокупности приведенных норм, разъяснений Верховного Суда Российской Федерации и действующих разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской, а также представленных доказательств по делу, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что в рассматриваемом случае отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО СМУ «Каркас-Ч» (в обжалуемой части), поскольку не установлено, что их деятельность (руководство, указания) была прямо или косвенно направлена на доведение организации до банкротства.

Таким образом, все доводы заявителя жалобы, в том числе относительно искажения бухгалтерской отчетности, необращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности, судом апелляционной инстанции повторно проверены и подлежат отклонению как несостоятельные, противоречащие материалам дела, установленным по делу фактическим обстоятельствам, основанные на неправильном толковании норм права и не опровергающие законности принятого по делу судебного акта.

Доказательства и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют и заявителями жалобы не представлено и не приведено.

Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 20.10.2017 по делу № А79–8038/2014 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СМУ «Каркас-Ч» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

Е.А. Кирилова

Судьи

Т.А. Захарова

Ю.В.Протасов