АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6094/2024

24 марта 2025 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 марта 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Ефановой А.В., Сецко А.Ю.

при участии: 

представителя ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 07.02.2024;

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федерального государственного автономного учреждения «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>; адрес: 123154, 

<

...>)

на решение Арбитражного суда Хабаровского края от 12.07.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2024

по делу № А73-672/2024 

по иску Федерального государственного автономного учреждения «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации

к ФИО1

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Смайл Кэт»

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Смайл Кэт» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>; адрес: 680020, 

<

...>) 

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное автономное учреждение «Управление имуществом специальных проектов» Министерства обороны Российской Федерации (далее - ФГАУ «УИСП» Минобороны России, Учреждение, заявитель жалобы, кассатор) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Смайл Кэт» (далее - ООО «Смайл Кэт», Общество, должник) несостоятельным (банкротом), признании обоснованными и включении в реестр требований кредиторов должника требований в общем размере 857 491 руб.

Определением суда от 08.06.2023 заявление принято к производству, возбуждено дело № А73-5145/2023.

Определением от 17.07.2023 производство по вышеуказанному делу прекращено.

Далее, ФГАУ «УИСП» Минобороны России обратилось в суд первой инстанции с иском к ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Смайл Кэт» в размере 857 491 руб.

Определением суда от 26.01.2024 иск принят, возбуждено производство по настоящему делу № А73-672/2024; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Смайл Кэт».

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 12.07.2024, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2024, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе ФГАУ «УИСП» Минобороны России просит решение суда первой инстанции от 12.07.2024 и апелляционное постановление от 22.10.2024 отменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Оспаривая выводы судов двух инстанций о недоказанности истцом наличия совокупности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, заявитель жалобы указывает, что приведенные Учреждением доводы в обоснование иска к ФИО1 не опровергнуты, доказательства отсутствия ее вины либо того, что она действовала добросовестно, разумно и в интересах ООО «Смайл Кэт» в материалы дела не представлены, в связи с чем неисполнение обязательств Общества перед Учреждением обусловлено именно недобросовестными и неразумными действиями контролирующего должника лица – ФИО1, которая, как полагает кассатор, зная о задолженности перед истцом, осуществляла действия, направленные на прекращение деятельности ООО «Смайл Кэт» в порядке, предусмотренном статьей 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ), без соблюдения процедур ликвидации или банкротства, обеспечивающих возможность исполнения обязательств перед кредиторами; кроме того, суды не учли, что своими действиями, выразившимися в направлении в адрес истца обращения о заключении мирового соглашения от 17.05.2024 и письма от 27.11.2023, ответчик подтвердил и признал обоснованность привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 857 491 руб.

Определением от 22.01.2025 кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 10 час. 10 мин. 18.03.2025.

В представленном отзыве ответчик выразил несогласие с правовой позицией, изложенной истцом в кассационной жалобе, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании суда округа представитель ФИО1 поддержал заявленные возражения по существу спора, дав по ним необходимые пояснения. 

Представитель Учреждения техническое подключение для участия в судебном заседании с использованием системы веб-конференции не произвел, явку непосредственно в заседание суда округа не обеспечил, в связи с чем кассационная жалоба в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрена судом округа в отсутствие представителя кассатора.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции по правилам статей 284, 286 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела и установлено судами, ООО «Смайл Кэт» зарегистрировано 06.02.2006; единственным участником и директором являлась ФИО1, основной вид деятельности - торговля оптовая за вознаграждение или на договорной основе (код ОКВЭД - 46.1).

Задолженность ООО «Смайл Кэт» перед ФГАУ «УИСП» Минобороны России в размере 807 440,40 руб. образовалась за период январь - май 2019 года, составляющая размер платы за пользование ООО «Смайл Кэт» имуществом истца – помещениями № 1 (26, 27, 28, 47) площадью 51,4 кв.м., помещения №№ 8, 9, 10, 11, 12, 13, 39, 40, 43, 44 площадью 104,5 кв.м, расположенными по адресу: 

<

...>, процентов за пользование чужими денежными средствами – 30 295,60 руб., государственной пошлины - 19 755 руб., и взыскана вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 12.08.2020 по делу № А73-21539/2019.

В журнале «Вестник государственной регистрации» часть 1 № 33(749) от 21.08.2019 опубликовано сообщение о ликвидации ООО «Смайл Кэт», в котором сообщено, что требования кредиторов могут быть заявлены в течение 2-х месяцев с момента опубликования настоящего сообщения по адресу: 680013, 

<

...>, тел. 

<

***>, e-mail: beerezrfboss@jmail.ru.

25.09.2019 истец направил ООО «Смайл Кэт» требование кредитора от 24.09.2019 № 2165/19 о наличии задолженности в размере 821 125 руб.

28.11.2019 ликвидатор Общества ФИО1 приняла решение об утверждении промежуточного ликвидационного баланса.

09.12.2019 ликвидатор обратился в регистрирующий орган с заявлением, составленным по форме N Р16001, утвержденной приказом ФНС России от 25.01.2012 № ММВ-7-6/25@, о государственной регистрации ликвидации юридического лица. В приложенном к данному заявлению ликвидационном балансе (по состоянию на 09.12.2019) задолженность Общества перед Учреждением не указана.

На основании поступивших от ликвидатора документов Инспекцией Федеральной налоговой службы по Железнодорожному району г. Хабаровска (далее также – Инспекция) принято решение от 16.12.2019 о государственной регистрации сведений о прекращении юридического лица в связи с ликвидаций (запись в ЕГРЮЛ номер 2192724536387).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.05.2020 по делу № А73-319/2020 признана недействительной запись, внесенная Инспекцией 16.12.2019 за государственным регистрационным номером 2192724536387, о регистрации прекращения деятельности юридического лица – ООО «Смайл Кэт» в связи с ликвидацией. Суд обязал Инспекцию внести в ЕГРЮЛ сведения о недействительности записи от 16.12.2019 номер 2192724536387.

Ссылаясь на недобросовестность и неразумность действий ФИО1, полагая, что последняя, являясь контролирующим ООО «Смайл Кэт» лицом, и, соответственно, зная о наличии судебного процесса о взыскании с Общества задолженности, участвуя в рассмотрении дела, внесла в ликвидационные балансы заведомо недостоверные сведения – составила балансы без учета указанного спорного обязательства ликвидируемого лица, Учреждение обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском о привлечении ФИО1 на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на сумму 857 491 руб.

Возражая по доводам истца, ФИО1, в свою очередь, ссылалась на то, что ею от имени Общества с Учреждением велись переговоры о заключении напрямую договора аренды для продолжения ведения хозяйственной деятельности общественного питания (кафе), в подтверждение чего представлено письмо от 04.04.2019, адресованное собственнику, которые, тем не менее, к положительному результату не привели; расторжение договора субаренды в конце 2018 года, отсутствие положительного результата переговоров о заключении договора аренды послужили основанием для прекращения хозяйственной деятельности, при этом ООО «Смайл Кэт» полагало о наличии в объекте неотделимых улучшений и переплаты, подлежащей учету в пользу субарендатора, в связи с чем судебный акт о взыскании долга последовательно обжаловался в вышестоящие инстанции с позиции непризнания должником задолженности перед ФГАУ «УИСП» Минобороны России и отсутствия обязанности по ее включению в ликвидационный баланс до окончательного подтверждения судебным актом.

Разрешая настоящий спор, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь статьями 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, статьями 53.1, 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также сформулированными в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П и от 07.02.2023 № 6-П правовыми подходами, пришли к выводу об отсутствии в рассмотренном отдельном случае безусловных правовых оснований для удовлетворения требований истца.

Судебная коллегия суда округа отклоняет возражения заявителя кассационной жалобы, основанные на несогласии с указанным итоговым выводом судов, руководствуясь нижеследующим.

В силу статьи 15 и пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В свою очередь, для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является исключительной мерой.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснено, что после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

В силу положений пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 16 постановления Пленума № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и тому подобное), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и так далее.

В пункте 17 постановления Пленума № 53 разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Исходя из системного толкования перечисленного, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, к субсидиарной ответственности законодатель также ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания (обоснования) наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему спору входит наличие причинно-следственной связи между недобросовестными или неразумными действиями ответчика и наступившими у истца негативными последствиями.

Судами по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств мотивированно констатировано, что в данном случае ООО «Смайл Кэт» является действующим юридическим лицом (производство по банкротному делу прекращено на стадии рассмотрения обоснованности заявления ФГАУ «УИСП» Минобороны России на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве); само по себе проведение имевших место ликвидационных мероприятий (как раз в противоречие ссылкам кассатора на положения статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ) в том числе и с точки зрения (применительно к содержанию рассматриваемых здесь статей 61.11, 61.19 Закона о банкротстве) только лишь как такового факта неотражения в ликвидационном балансе задолженности перед Учреждением, равно как и случившееся неисполнение обязательств, не могут служить достаточным основанием для вывода о том, что именно в результате преднамеренного противоправного поведения ФИО1 Общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, включая истца, то есть фактически доведено до банкротства; сугубо сам факт непогашения задолженности не является безусловным следствием недобросовестности действий ответчика при отсутствии надлежащих допустимых доказательств (статьи 9, 65, 71 АПК РФ), свидетельствующих о том, что действительно неразумные и (или) умышленные действия (бездействие) контролирующего лица, связанные, например, с распоряжением имуществом Общества, выводом его активов и пр., привели к тому, что последнее стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами.

Поддерживая позицию судов, кассационная коллегия, в том числе, исходит из того, что для деликтной ответственности необходимо, как выше отмечалось, установление наличия ущерба у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность контролирующего должника лица перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована конкретными действиями такого контролирующего лица.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя обществом должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную задолженность.

Как таковое наличие у Общества (в данном случае – продолжающего оставаться действующим юридического лица, в том числе в результате инициирования самим истцом арбитражного дела № А73-319/2020, что, тем не менее, в ситуации отсутствия у ООО «Смайл Кэт» каких-либо активов, во всяком случае, само по себе к погашению спорной задолженности не привело, а возбужденное банкротное дело лишь было в скором времени прекращено по вышеупомянутому основанию) непогашенной задолженности не может являться однозначным доказательством вины конкретного ответчика-контролирующего лица в неуплате указанного долга в силу только его наличия, равно как и безусловно свидетельствовать о соответствующем недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату спорного долга.

Применительно к изложенному, исходя из последовательности исследованных событий суды резюмировали, что в настоящем деле, учитывая, в том числе, документальную недоказанность истцом намеренного доведения ООО «Смайл Кэт» до состояния невозможности погашения долга (как уставлено судами двух инстанций, как на момент взыскания судом задолженности в пользу Учреждения, так и на момент принятия решения о ликвидации и последующего возбуждения дела о банкротстве у Общества отсутствовало необходимое имущество для расчетов с кредитором), а равно и того, что спорная задолженность осталась непогашенной вследствие умышленных противоправных действий ответчика, а не иных обстоятельств (включая результаты обычной хозяйственной деятельности при неудачной стратегии ведения бизнеса, предпринимательском риске и пр.), наличие безусловных оснований к удовлетворению иска не может считаться установленным.

Таким образом, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, пришел к следуемому из материалов дела выводу об отсутствии оснований для возложения на ответчика ответственности в виде взыскания задолженности истца в заявленном размере в субсидиарном порядке.

При таких обстоятельствах доводы подателя жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку возможность привлечения к субсидиарной ответственности генерального директора и единственного участника юридического лица не освобождает истца от необходимости доказывания наличия условий для привлечения к такой ответственности, а оценка действий ответчика как неразумных и недобросовестных связана с исследованием и оценкой доказательств, что относится к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций и не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, проверяющего только законность судебного акта, принятого нижестоящими судами. Вместе с тем, ссылаясь на положения статей 61.11, 61.19 Закона о банкротстве, прямо связывающих субсидиарную ответственность контролирующего лица непосредственно с обстоятельствами, когда погашение требований кредиторов невозможно именно вследствие действий и (или) бездействия такого лица, Учреждение, по сути, не только собственно не утверждало о наличии подобных обстоятельств и не представило тому каких-либо конкретных относимых доказательств, но ограничилось лишь как таковыми указаниями на невключение спорной задолженности в ликвидационный баланс (также не обосновав, как это может свидетельствовать о вине ответчика в состоявшемся в предшествующем периоде финансовом кризисе на стороне ООО «Смайл Кэт» в рамках последствий его недобросовестного и неразумного поведения и притом, что данное юридическое лицо, как отмечалось, в итоге продолжает оставаться юридически действующим, но это также не приводит к иному результату для целей погашения долга) и ссылкой на собственное мнение о том, что ФИО1 согласна нести субсидиарную ответственность по обязательствам Общества.

Соответственно, доводы и позиция заявителя кассационной жалобы признаются судом округа несостоятельными и направленными на переоценку установленных нижестоящими судами фактических обстоятельств спора, равно как и не свидетельствующими о нарушениях судами норм права, повлиявших на исход разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Вопреки утверждениям истца, все его аргументы являлись предметом всестороннего рассмотрения судами двух инстанций и получили надлежащую правовую оценку, отсутствие же в мотивировочных частях судебных актов отдельного описания каждой приведенной позиции не означает, что какая-либо из них не была предметом исследования и оценки: необходимые для правильного разрешения спора обстоятельства установлены судами, в том числе, с учетом позиций всех участников спора.

При этом суд округа также считает необходимым отметить, что направление в адрес истца предложения о заключении мирового соглашения от 17.05.2024 и письма от 27.11.2023 не свидетельствует о признании собственной вины ответчиком (на чем настаивает заявитель кассационной жалобы), поскольку данные действия по существу гражданского спора ни прямо, ни косвенно не свидетельствовали о подобном признании ответчиком (действовавшим от имени и в интересах Общества) направленных лично к ФИО1 исковых (субсидиарных) требований, по которым она в ходе всего рассмотрения спора возражала, но, напротив, подтверждают ее попытки урегулирования спора по арендной (субарендной) плате, несмотря на ход всех вышеперечисленных событий, включая ликвидационные и банкротные процедуры, а также оспаривание судебных актов по делу № А73-21539/2019. Более того, учитывая, что ООО «Смайл Кэт» из ЕГРЮЛ не исключено, у сторон, соответственно, и в текущем периоде не имеется препятствий для дальнейшего обсуждения (разрешения) вопросов, касающихся урегулирования упомянутой задолженности между Обществом и кредитором.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Хабаровского края от 12.07.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2024 по делу № А73-672/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.С. Чумаков                   

Судьи А.В. Ефанова         

А.Ю. Сецко