2317/2018-125145(2) 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-10684/2018

город Ростов-на-Дону

30 ноября 2018 года

15АП-18378/2018   15АП-18439/2018  

Резолютивная часть постановления объявлена 26 ноября 2018 года.  

Полный текст постановления изготовлен 30 ноября 2018 года.  Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Стрекачёва А.Н., судей Емельянова Д.В., Сулименко Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 при участии: 

от Управления Федеральной налоговой службой России по Ростовской области:  представитель ФИО2 по доверенности от 09.07.2018;  

от индивидуального предпринимателя ФИО3:  представитель ФИО4 по доверенности от 15.05.2018  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с  ограниченной ответственностью «Формула Секьюрити», Управления Федеральной  налоговой службой России по Ростовской области на определение Арбитражного  суда Ростовской области от 12.10.2018 по делу № А53-10684/2018,  принятое в составе судьи Деминой Я.А.  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества  «ЮгСпецавтоматика» в Арбитражный суд Ростовской области поступило  заявление индивидуального предпринимателя ФИО3 о  включении в реестр требований кредиторов должника задолженности (с учетом  уточнения) в размере 10 466 027,39 руб.  

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 12.10.2018 по делу   № А53-10684/2018 включено требование индивидуального предпринимателя  ФИО3 в третью очередь реестра требований кредиторов  акционерного общества «ЮгСпецавтоматика» в размере 10 466 027,39 руб., в том  числе 10 000 000,00 руб. основного долга, 466 027,39 руб. процентов за  пользование займом.  

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от  12.10.2018 по делу № А53-10684/2018, общество с ограниченной ответственностью  

«Формула Секьюрити» и Управление Федеральной налоговой службой России по  Ростовской области обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с  апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемое определение отменить и  принять по делу новый судебный акт.  

Апелляционная жалоба общества с ограниченной ответственностью  «Формула Секьюрити» мотивирована тем, что сделка совершена между  заинтересованными лицами. Оплата за уступленное право не внесена. Податель  жалобы указывает, что ИП ФИО3 более 1 года не предпринимал мер по  реализации приобретенного права требования.  

Апелляционная жалоба Управления Федеральной налоговой службой России  по Ростовской области мотивирована тем, что при вынесении обжалуемого  определения судом первой инстанции нарушены нормы материального права.  Податель жалобы указывает, что судом первой инстанции не приняты во внимание  возражения уполномоченного органа относительно заявленного требования. Кроме  того, апеллянт указывает, что судом первой инстанции необоснованно отклонены  доводы уполномоченного органа о взаимозависимости лиц. Податель жалобы  указывает, что бухгалтерская отчетность кредитора не может подтверждать  наличие финансовой возможности займодавца осуществить кредитование.  

В отзыве на апелляционные жалобы конкурсный управляющий АО  «ЮгСпецавтоматика» ФИО5 указывает, что основания для удовлетворения  апелляционных жалоб отсутствуют.  

В отзыве на апелляционные жалобы индивидуальный предприниматель  ФИО3 просит определение оставить без изменения, апелляционные  жалобы – без удовлетворения.  

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали  правовые позиции по спору.  

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской  области от 12.10.2018 по делу № А53-10684/2018 проверяется Пятнадцатым  арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы подлежат  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской  области от 29.05.2018 (резолютивная часть судебного акта оглашена 22.05.2018) в  отношении ликвидируемого должника акционерного общества  «ЮгСпецавтоматика» введена процедура банкротства - конкурсное производство  по упрощенной процедуре банкротства.  

Конкурсным управляющим акционерного общества «ЮгСпецавтоматика»  утверждена кандидатура - ФИО5 из числа членов  Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов  антикризисного управления».  

Сведения о введении в отношении ОА «ЮгСпецавтоматика» процедуры  банкротства - конкурсное производство опубликованы в газете «КоммерсантЪ»   № 95 от 02.06.2018.  

В Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление  индивидуального предпринимателя Крупеникова Андрея Юрьевича о включении в  реестр требований кредиторов должника задолженности по договорам займа.  

В обоснование заявления заявителем указаны следующие обстоятельства. 

02.11.2015 между ООО «ЭнергоСила» и ЗАО «ЮгСпецавтоматика» был  заключен договор займа № 11/02, на основании которого ООО «ЭнергоСила»  передало в собственность ЗАО «ЮгСпецавтоматика» денежные средства в сумме  5 000 000 руб. в срок до 30.06.2016.  

ООО «ЭнергоСила» свои обязательства по передаче денежных средств  выполнило надлежащим образом, перечислив их на расчетный счет должника по  платежному поручению № 856 от 02.11.2015.  

Кроме этого, 13.04.2016 ООО «ЭнергоСила» и АО «ЮгСпецавтоматика» был  заключен договор займа № 04/13, на основании которого ООО «ЭнергоСила»  передало в собственность ЗАО «ЮгСпецавтоматика» денежные средства в сумме  5 000 000 руб. в срок до 31.12.2016 путем перечисления на расчетный счет  должника по платежному поручению № 324 от 13.04.2016.  

В соответствии с пунктом 2.2. указанных договоров займа на сумму займа  подлежат начислению проценты в размере 2 % годовых от невозвращенной суммы  займа.  

01.10.2016 ООО «ЭнергоСила» (цедент) и ИП ФИО3  (цессионарий) заключили договор об уступке прав (требований), по условиям  которого цедент уступает, а цессионарий принимает права требования цедента к  АО «ЮгСпецавтоматика» по следующим договорам:  

по договору займа № 11/02 от 02.11.2015 (платежное поручение № 856 от  02.11.2015), по состоянию на дату подписания договора об уступке прав  (требований) общая задолженность составляет 5 091 506 85 руб., в том числе сумма  основного долга 5 000 000 руб., сумма начисленных процентов 91 506,85 руб.;  

по договору займа № 04/13 от 13.04.2016 (платежное поручение № 324 от  13.04.2016) по состоянию на дату подписания договора об уступке прав  (требований) общая задолженность составляет 5 046 849,32 руб., в том числе сумма  основного долга 5 000 000 руб., сумма начисленных процентов 46 849,32 руб.  

Должник обязательства по возврату денежных средств не исполнил, в связи  с чем, ИП ФИО3 обратился в суд с настоящим заявлением.  

Удовлетворяя заявление индивидуального предпринимателя ФИО3, суд первой инстанции исходил из следующего.  

Доказательств противоречия законодательству или наличия иных признаков  недействительности сделки по уступке права требования от 01.10.2016 суду не  представлено. Доказательств возврата денежных средств не представлено,  конкурсный управляющий подтвердил наличие задолженности.  

Как следует из пояснений заявителя целью предоставления денежных  средств по договорам займа ООО «Энергосила» являлось получение дохода в виде  процентов от размещения временно освободившихся денежных средств.  

В качестве доказательств наличия финансовой возможности предоставить  заем ООО «Энергосила» в заявленном размере заявителем представлена  бухгалтерская отчетность, по состоянию которой в 2015 году оборотные активы  ООО «Энергосила» составляли 105 112 тыс. руб., в том числе 3 872 тыс. руб.  денежных средств и денежных эквивалентов, в 2016 году - 202 125 тыс. руб., в том  числе 1 136 тыс. руб. денежных средств и денежных эквивалентов.  

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что размер активов ООО  «Энергосила» позволял предоставить должнику заем в установленном договором  размере. Реальность операций подтверждается выпиской по счету должника.  

Принимая во внимание, что срок оплаты за уступленное право требования до  настоящего времени не наступил, судом отклонен довод уполномоченного органа  об отсутствии в материалах дела доказательств оплаты заявителем уступленного  права требования, в связи с чем суд удовлетворил заявленное требование.  

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам  лиц, участвующих в деле, судебная коллегия признает выводы суда первой  инстанции ошибочными, принимая во внимание нижеследующее.  

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1  статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом по правилам  статей 71 или 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры, введенной в  отношении должника.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей  участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои  требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты  опубликования сообщения о введении наблюдения.  

Требования кредиторов, по которым не поступили возражения,  рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия  оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого  рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе  во включении требований в реестр требований кредиторов (пункт 5 статьи 71  Закона о банкротстве).  

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в  силу требований статьи 71 Закона о банкротстве судом проверяются  обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.  

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о  банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов  осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих  требований между должником и лицами, имеющими право заявлять  соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование  кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о  банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть  признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности.  

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не  подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается  сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой  стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими  

обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих  представленные возражения относительно существа заявленных требований; также  при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или  арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои  требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости  доказывания таких обстоятельств.  

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в  арбитражный суд не позднее чем через пятнадцать дней со дня истечения срока для  предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим,  кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем  учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества  должника - унитарного предприятия (часть 2 статьи 71 Закона о банкротстве).  

Вместе с тем, установление судом, рассматривающим дело о банкротстве,  фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при  совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр  требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении  такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет  доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования  кредитора в реестр требований кредиторов должника.  

В соответствии со статьей 40 Закона о банкротстве кроме документов,  предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской  Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие  обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер  задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований  возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные  накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается  заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие  в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда,  рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.  

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов,  в силу требований Закона о банкротстве, судом проверяются обоснованность  заявленных требований, определяется их размер и характер.  

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 35  от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением  дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3  - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с  одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При  установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить  из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Обращаясь с апелляционными жалобами уполномоченный орган и общество  с ограниченной ответственностью «Формула Секьюрити» указали на наличие  оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168  

Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку действия сторон сделки  были направлены на искусственное создание задолженности и причинение вреда  должнику и конкурсным кредиторам.  

Признавая указанные доводы обоснованными, суд апелляционной  инстанции исходит из следующего.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П и от 19.12.2005 №  12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в  ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого  круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его  учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении  требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть  признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом  обоснованности требований является недопущение включения в реестр  необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению  прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а  также должника и его учредителей (участников).  

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо  учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например,  искусственное создание задолженности для последующею необоснованного  включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества  должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в  интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно  оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не  стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается  судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность  намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств.  

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит  учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие  о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор,  анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора,  отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности,  установление экономической оправданности совершаемых сделок (Определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ, Верховного  суда РФ от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, № А32-16155/2011).  

 Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо  руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более  тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным  общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к  удовлетворению заявления о включении требования в реестр является  представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих  наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц,  заявивших возражение против требования (пункт 26 постановления № 35,  определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18- 413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3)).  

Если должник и кредитор являются аффилированными, к требованию  заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к  обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой заявитель должен исключить  любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность  экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления  кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу  фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения  конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в  интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов,  приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда  Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301- ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При  этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе  достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского  кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О  несостоятельности (банкротстве)»).  

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность  может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей  между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016   № 308-ЭС16-1475).  

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 19 Закон о банкротстве  заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое  является аффилированным лицом должника.  

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи заинтересованными лицами по  отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:  

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров  (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган  управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе  указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента  возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения  временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая  дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного  периода возможность определять действия должника;  

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором  настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;  

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в  соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах  юридических лиц.  

В силу положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве под  заинтересованными лицами по отношению к гражданину (должнику-гражданину)  понимаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии,  сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и  братья супруга.  

Из приведенных норм следует, что возможность признания лица  конкурсным кредитором в деле о банкротстве обусловлена существом  обязательства, лежащего в основании требования к должнику. При этом,  

учредители (участники) юридического лица (должника) по обязательствам,  вытекающим из такого участия, не могут являться его конкурсными кредиторами.  

В период возникновения задолженности (02.11.2015 - 13.04.2016)  участником ООО «ЭнергоСила» являлся ФИО6 В этот же период  руководителем и единственным акционером должника являлся ФИО7  

ФИО3 является сыном ФИО7 

Ликвидатором с 23.12.2016 является ФИО8.  

ФИО9 является участником ООО «ЭнергоСила» с 05.12.2016,  ФИО8 является руководителем с 16.12.2016, т.е. после выдачи займов  должнику.  

 В опровержение довода заявителя о том, что сам по себе факт участия  ФИО3 в ООО «ЭнергоСила» не подтверждает корпоративного и  заинтересованного характера взаимоотношений заявителя и должника, суд  апелляционной инстанции принимает во внимание следующее.  

О совместном осуществлении финансово-хозяйственной деятельности  должника и заявителя свидетельствует не только юридическая, но и фактическая  аффилированность.  

Во вступившем в законную силу решении Арбитражного суда Ростовской  области от 31.10.2017 по делу № А53-5482/2017 установлено, что имелось  фиктивное оформление документооборота, имитирующего совершение  хозяйственных операций, посредством привлечения в качестве контрагентов 1  звена взаимозависимых (подконтрольных) по отношению к АО  «ЮгСпецавтоматика» лиц - ООО «ДонЭнергоКабель», ООО «СпецСервисПроект»  и ООО «НИЭК «Аудит безопасности», а также дальнейшей реализации товара,  полученного от поставщиков ООО «ДонЭнергоКабель», ООО  «СпецСервисПроект» транзитом в адрес также взаимозависимых покупателей с  наценкой, достигающей 600%.  

Судом установлено, что покупателями ООО «ДонЭнергоКабель», ООО  «СпецСер-висПроект» являлись исключительно взаимозависимые с ЗАО  «ЮгСпецавтоматика» организации: ООО «ЭнергоСила», ООО «ЭС- СетьСтройКомплект», ООО «ЭС-ТрансСтройКомплект», учредителем и  руководителем, которых являлся ФИО3 - сын ген. директора ЗАО  «ЮгСпецавтоматика» ФИО7  

Учитывая проверяемый период налоговой проверки, имеются доказательства  совместной финансово-хозяйственной деятельности должника и ООО  «ЭнергоСила» в 2012 -2014 гг.  

Из налоговой отчетности (книги покупок и продаж по НДС) ООО  «ЭнергоСила» за период 4 кв.2015 гг. - 4 кв. 2016 гг. следует, что ООО  «ЭнергоСила» имела взаимоотношения по приобретению - продаже товара в адрес  должника и взаимозависимых с ним лиц в указанный период.  

В Определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по  делу № А12-45751/2015 отмечено, что наличие внутригрупповых отношений и, как  следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для  правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта  позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора,  заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.  

По смыслу Определения Верховного Суда РФ от 05.03.2018 № 309-ЭС18- 299(2) по делу № А71-5815/2015, отсутствие экономической целесообразности в  

заключении договора, влечет недопустимость необоснованного увеличения  размера денежных обязательств должника перед аффилированным лицом с целью  получения последним контроля над процедурой банкротства.  

Указанная позиция также отражена в Определении Верховного Суда РФ от  22.02.2017 № 306-ЭС16-21108.  

В случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности  имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и  справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на  такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им  лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним,  посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои  требования требованиям иных (независимых) кредиторов.  

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах  банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме  займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных  обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно  компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную  деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо  механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства  формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с  противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его  аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых  кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и  должника.  

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе  переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения  уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам  об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации,  абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием  статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении займа  требований участников следует детально исследовать природу соответствующих  отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение  потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.  

Суд сослался на представленные должником в материалы дела выписки по  счетам, из которых следует, что АО «Югспецавтоматика» денежные средства были  направлены на погашение задолженности перед контрагентами, расходов,  связанных с осуществлением финансово-хозяйственной деятельности.  

При этом, судом первой инстанции не приняты во внимание следующие  обстоятельства.  

14.04.2018 сумма денежных средств в размере 5 000 000 рублей,  поступившая 13.04.2016 по договору займа № 04/13 перечислена в адрес ООО «ЭС- СетьСтройКомплект» на счет № 40702810115100022803, открытый в ПАО АКБ  «АВАНГАРД», с назначением платежа «Возврат займа по договору № 04/07 от  07.04.2016 Сумма 5000000-00 Без налога (НДС)».  

26.04.2018 сумма денежных средств в размере 5 000 000 рублей,  поступившая 14.04.2018 на счет № 40702810115100022803, открытый в ПАО АКБ  «АВАНГАРД», ООО «ЭС-СетьСтройКомплект» перечислена в адрес ООО  

«ЭнергоСила» ИНН- 6163073415 на счет № 40702810952090108264 с назначением  платежа: «Оплата за выполненные работы по договору № 02/10 от 02.10.2015  Сумма 5000000-ООБез налога (НДС)».  

Таким образом, заемные денежные средства через третьих взаимозависимых  лиц фактически возвращены должником ООО «ЭнергоСила».  

07.04.2016 сумма 2200 000 руб. и 3 300 000 руб. перечислена должником в  адрес ООО «ПКФ «Стройснаб» на счет № 40702810626080000533, открытом в  ФИЛИАЛ «РОСТОВСКИЙ» АО «АЛЬФА-БАНК», с назначением платежа«Оплата за выполнение строительно-монтажных работ по счету № 13 от  06.04.2016г. Сумма 2100000-00 в т.ч. НДС (18%) 320338-98», «Оплата за  выполнение строительно-монтажных работ по счету № 13 от 06.04.2016г. Сумма  3300000-00 в т.ч. НДС (18%) 503389-83».  

Между тем, ООО «ПКФ «Стройснаб», ИНН-6163132854, юр. адрес: 344006,  Ростовская обл., г, Ростов-на-Дону, ул. ФИО10, д. 63 корп. В офис 10, вид  деятельности - деятельность в области архитектуры, связанная с созданием  архитектурного объекта исключен из ЕГРЮЛ 17.04.2018 на основании п.2 ст.21.1  ФЗ от 08.08.2001 М129-ФЗ, т.е. являлся недействующим юридическим лицом,  которое не представляло отчетность в налоговый орган.  

Указанное перечисление денежных средств в адрес недействующего  юридического лица также свидетельствует о недобросовестном поведении  должника и взаимозависимых лиц.  

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть  подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в  арбитражном суде иными доказательствами.  

На основании изложенного, исследовав и оценив имеющиеся в материалах  дела доказательства в совокупности с пояснениями представителей лиц,  участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что  участники договоров займа и уступки права требования имеют общие  экономические интересы и могут оказывать влияние на действия должника и друг  друга, а также совершать совместные действия.  

По результатам исследования договоров займа, уступки права требования,  выписок по счетам должника и заимодавца судебной коллегией установлены  обстоятельства, свидетельствующие о корпоративном характере отношений  должника и кредитора по предоставлению займов:  

согласно пунктам 2.2. договоров займа проценты начисляются заемщику в  размере 2 (да) проценты годовых, что ниже ставки рефинансирования банка и  средней ставки по кредитам в несколько раз, т.е. имеется факт льготных условий  по предоставлению займа;  

права требования по договорам займа переходят не с момента перечисления  денежных средств и оплаты договора, а с момента подписания (пункт 1.3 договора  уступки права требования) от 01.10.2016;  

договор уступки права требования заключен после выхода ФИО3 из числа участников ООО «ЭнергоСила»;  

после выхода ФИО3 из числа участников заимодавца05.12.2016, ООО «ЭнергоСила» фактически прекратило осуществление финансово- хозяйственной деятельности (за 2017 год представлены нулевые показатели в  

приложении № 1 к бухгалтерскому балансу «Отчет о прибылях и убытках»,  нулевые декларации по НДС);  

ООО «ЭнергоСила» в адрес должника производилась оплата денежных  средств с назначением платежа «оплата за проведение работ, за техобслуживание,  по монтажу систем видеонаблюдения», что свидетельствует о хозяйственных  отношениях между заимодавцем и заемщиком, а не отношений по заемным  средствам;  

заявителем не представлены документы, свидетельствующие об отсутствии  задолженности ООО «ЭнергоСила» перед должником по хозяйственным  договорам;  

после окончания срока договора ни ООО «ЭнергоСила», ни ФИО3 не обращались в суд с заявлением о взыскании неуплаченной суммы займа,  не предпринимали действий по возврату сумм займов и причитающихся  процентов, несмотря на неисполнение договоров займа в течение более двух лет.  При этом, согласно выписок по счетам, денежные средства в размере более 10 000  000 руб. имелись на счетах должника, производились расчеты с контрагентами;  

согласно пункту 3.2. договора об уступки прав требований от 01.10.2016  цессионарий (ФИО3) обязан оплатить цеденту (ООО «ЭнергоСила»)  денежные средства в размере 200 000 руб. в срок не позднее 31.12.2018, т.е. спустя  2 (два) года с даты заключения договора. Решением единственного участника ООО  «ЭнергоСила» от 24.07.2018 начата процедура ликвидации. Согласно сведений  официального сайта службы судебных приставов в отношении ООО «ЭнергоСила»  отсутствуют неисполненные исполнительные производства.  

Таким образом, совокупность вышеизложенных обстоятельств  свидетельствует о корпоративном характере взаимоотношений между должником,  ООО «ЭнергоСила» и ФИО3 по предоставлению денежных средств.  

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о  совершении сторонами договора недобросовестных действий, направленных на  создание искусственной задолженности с целью установления контроля за ходом  процедуры банкротства должника.  

Довод ИП ФИО3 о том, что после принятия апелляционным  судом апелляционной жалобы УФНС РФ по РО учредителем ООО «Энергосила»  принято решение о прекращении ликвидации юридического лица, о чем 07.11.18 в  ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись, апелляционным судом во внимание не  принимается, поскольку данный довод не опровергает названные выше выводы  апелляционного суда и более того, напротив их подтверждает, поскольку  свидетельствует о согласованности действий ООО «ЭнергоСила» и ФИО3  

Согласно пункту 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему  усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

При этом, наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по  себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр  требований кредиторов.  

Учитывая конкретные обстоятельства данного спора, оценив по правилам  статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  доказательства, представленные участвующими в настоящем обособленном споре  лицами в обоснование своих требований и возражений, принимая во внимание  характер спорного обязательства должника, руководствуясь статьей 10  Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции  приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для включения в реестр  требований кредиторов должника требования индивидуального предпринимателя  Крупеникова Андрея Юрьевича в сумме 10 466 027,39 руб., поскольку  преследуемые заявителем цели имеют противоправный характер и не подлежат  правовой защите.  

Аналогичная правовая позиция о недопустимости включения в реестр  требований участников (подконтрольных им лиц), которые осуществляли  докапитализацию должника в условиях его неплатежеспособности либо  осуществляли фиктивный транзит денежных средств изложена в определениях  Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17- 1556 (1) и (2),  от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 15.02.2018 № 305-ЭС17- 17208, от  21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2), от 27.02.2018 № 305-ЭС17-23510 (2, 3).  

В силу пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации основанием для изменения или отмены решения  арбитражного суда первой инстанции являются неполное выяснение обстоятельств,  имеющих значение для дела.  

С учетом изложенного, принимая во внимание неполное выяснение судом  первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, обжалуемый  судебный акт подлежит отмене.  

В связи с отменой обжалованного судебного акта в части, суд  апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными  пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, принимает новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 12.10.2018 по делу   № А53-10684/2018 отменить.  

В удовлетворении заявления отказать. 

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке,  определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий А.Н. Стрекачёв  

Судьи Д.В. Емельянов  

Н.В. Сулименко