СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10677/2024(1)-АК

Дело № А60-43456/2023

10 декабря 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 декабря 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего  Даниловой И.П.,  

судей                                 Гладких Е.О., Нилоговой Т.С.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ковалевой А.Л., 

при участии в судебном заседании путем веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» от конкурсного  кредитора общества с ограниченной  ответственностью «Регола»: ФИО1, паспорт, доверенность от 20.01.2024;

иные лица, участвующие в деле не явились о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в том числе публично;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 04 сентября 2024 года    

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 о признании договора купли-продажи от 25.08.2018 транспортного средства – Пежо 307, год выпуска 2006, заключённого между должником и ФИО3, недействительным,

вынесенное в рамках дела  А60-43456/2023      

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 (ИНН 

<

***>),

установил:

Определением от 03.11.2023 к рассмотрению Арбитражного суда Свердловской области принято поданное обществом с ограниченной ответственностью «Регола» (далее – общество «Регола», заявитель)  13.08.2023 заявление о признании несостоятельным  (банкротом) гражданина ФИО4  (далее – ФИО4, должник), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.02.2024, резолютивная часть которого объявлена 13.02.2024, заявление общества «Регола» признано обоснованным, в отношении ФИО4 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина; финансовым управляющим утверждена ФИО2.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.07.2024 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2

В Арбитражный суд Свердловской области поступило 23.05.2024 заявление финансового управляющего ФИО2 о признании договора купли-продажи от 25.08.2018 транспортного средства – Пежо 307 Е330МК96, год выпуска 2006, заключенного между ФИО4 и ФИО3 недействительной сделкой; применении последствий ее недействительности в виде взыскания денежных средств в размере 470 000 руб. с ФИО3, которое определением от 07.06.2024 принято к производству, судебное заседание назначено на 03.07.2024.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.09.2024 года (резолютивная часть оглашена 03.09.2024) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано. Взыскано с ФИО4 в доход федерального бюджета 6000 руб. государственной пошлины по заявлению.

Финансовый управляющий ФИО2 (далее – ФИО2, финансовый управляющий), не согласившись с принятым судебным актом, обжаловала его в апелляционном порядке, просит определение отменить и принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В апелляционной жалобе указывает на то, что сделка по отчуждению транспортного средства от 25.08.2018 была совершена в период неплатежеспособности и наличия денежных обязательств перед ПАО «Сбербанк», о чем свидетельствует то обстоятельство, что заочным решением Ленинского районного суда Свердловской области от 25.11.2019 по делу № 2- 4416/2019 с ФИО4 взысканы денежные средства за период с 30.07.2018 по 04.03.2019 года в размере 894 4356, 80 руб. По мнению апеллянта, должник, осознавая неотвратимость взыскания с него задолженности по предъявленным к нему денежным требованиям в рамках дела Ленинского районного суда Свердловской области № 2-4416/2019, совершил оспариваемую сделку, направленную на отчуждение принадлежащего ему имущества. При том,  сделка совершена должником в пользу аффилированного лица по заниженной стоимости (почти в пять раз), в то время как рыночная стоимость аналогичного транспортного средства составляет 470 000 руб. Полагает, что договор купли-продажи был заключен с целью вывода ликвидного движимого имущества должника и, тем самым, с целью причинения ущерба кредитору должника, требования которого могли быть исполнены путем обращения взыскания на данное имущество. ФИО3 заключая договор купли-продажи и приобретая имущество по заниженной в пять раз стоимости, должна была осознавать, что тем самым будет причинен имущественный вред кредиторам должника.

До судебного заседания в материалы дела от общества  «Регола» поступил отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции отменить, заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной удовлетворить.

Представитель общества «Регола» доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации  (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов сторон, по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, считает, что не имеется оснований для изменения или отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, должнику ФИО4 принадлежало спорное транспортное средство – автомобиль Пежо 307, VIN: *********84801263, год выпуска 2006.

По сведениям ГИБДД данная автомашина приобретена должником 23.09.2017 по цене 130 000 руб., зарегистрирована за ним 30.09.2017.

Далее на основании договора купли-продажи от 16.08.2018 данный автомобиль реализован должником по цене 100 000 руб. ФИО3, что следует из регистрационной карточки из органа ГИБДД.

Перерегистрация автомобиля в ГИБДД на нового собственника состоялась 25.08.2018.

Согласно сведениям ЗАГС ФИО3 является матерью должника, его отцом является ФИО5.

По данным органов ГИБДД штрафы за нарушение ПДД выставляются на водителя, которому принадлежит водительское удостоверение с № 6631313564, которое выдано ФИО3; автомобиль единожды – 13.06.2021 являлся участником ДТП под управлением также ФИО3

Согласно информации, полученной от  акционерного общества «Совкомбанк Страхование», лицами, допущенными к управлению спорным авто являются ФИО3 и ФИО5 (родители должника), указанный список ограничен только названными лицами, данная информация подтверждается актуальным полисом ОСАГО по договору страхования от 31.01.2024 (срок страховки – до 31.01.2025), страхователем выступает собственник, то есть ФИО3, страховая премия оплачена в день заключения договора ОСАГО, то есть 31.01.2024, страхователем, сведений об ином – не имеется.

Полагая, что указанная сделка по продаже транспортного средства является подозрительной, совершенной по заниженной цене, при наличии неисполненных обязательств перед иными кредиторами и при наличии признаков недостаточности имущества с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также со злоупотреблением права финансовый  управляющий должника обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В качестве правовых оснований для признания указанного договора купли-продажи недействительным конкурсным управляющим указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 10, 170, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания указанной сделки недействительной.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Аналогичное правило предусмотрено пунктом 1 статьи 32  Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X настоящего Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи  61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи  61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи  61.8 Закона о банкротстве).

Согласно статье 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

На основании пункта 3 статьи  129 названного Закона конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником.

В силу пункта 1 статьи  61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  содержатся разъяснения, в которых указано, что в деле о банкротстве подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 №305-ЭС18-22069 изложена правовая позиция, согласно которой во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Как следует из материалов дела и правильно установлено судом первой инстанции, оспариваемая сделка совершена более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 по делу № А56- 31805/2016, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством.

В связи с этим суд первой инстанции, разрешая заявленный спор, правильно исходил из того, что поскольку оспариваемые сделки, совершенны за пределами трехлетнего срока, не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, финансовый управляющий, обращаясь в суд с заявлением о признании договора купли-продажи от 25.08.2018 , заключенного между ФИО4 и ФИО3, в отношении транспортного средства Пежо 307, VIN: *********84801263, год выпуска 2006 недействительным и применении последствия недействительности в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в сумме 470 000 руб., ссылается на то, что в период совершения сделки возникла задолженность перед ПАО «Сбербанк России», указывает на отчуждение имущества, на которое может быть обращено взыскание, а также на отчуждение имущества в пользу близкого родственника. 

Таким образом, поскольку оспариваемый договор купли-продажи заключен 25.08.2018, а настоящее дело о банкротстве возбуждено 03.11.2023, то есть за пределами трехгодичного периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что делает невозможным проверку действительности данной сделки применительно к обозначенному специальному основанию, предусмотренному Законом о банкротстве, заявление управляющего о признании спорной сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10, 168 ГК РФ подлежит удовлетворению только при доказанности материалами дела наличия у нее пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки.

Даже при доказанности всех признаков, на которых настаивает финансовый управляющий, нет оснований для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствует как минимум один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности.

Из положений части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства - это сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, а риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.

В силу статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, при осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ. 

В связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ). Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.). 

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника. 

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

Как разъяснено в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила. 

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец. Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки. 

Как разъяснено в пункте 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. 

В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. В этом случае фактически сделка совершается (в смысле статьи 153 ГК РФ), но только иная отличная от видимой. Например, "внешне" договор купли-продажи, на самом деле - договор дарения. 

Как следует из материалов дела, отсутствие каких-либо следов фактического пользования спорным имуществом после совершения сделки самим должником ФИО4 (информацией из ГИБДД фактов нарушения им при управлении спорным авто ПДД, попадания в ДТП не выявлено, из сведений о страховании также видно, что список лиц, допущенных к управлению спорным авто, ограничен ФИО3 и ФИО5 (отец ФИО6), страхователем являлась сама ФИО3, факт оплаты страховки ФИО4 – также не обнаруживается).

Кроме того, в материалы дела не представлено оснований, позволяющих сделать вывод о том, что при совершении спорной сделки стороны не преследовали достижения целей, присущих договорам такого вида (должник фактически отчудил автомобиль ФИО3, которая приняла его и фактически использует).

Суд также обращает внимание на доводы финансового управляющего должника о том, что сделка заключена на не выгодных условиях, за небольшую плату, что не соответствует рыночным, данный довод подлежит отклонению, поскольку финансовым управляющим должника не представлено и из материалов дела не следует, что, заключая договор купли-продажи от 25.08.2018, стороны исходили из невыгодных условий по цене, расценки за аналогичное транспортное средство по состоянию на дату сделки не представлено. Кроме того, стороны по общему правилу свободны в определении цены договора. В силу пункта 1 статьи 485 ГК Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 этого Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые необходимы для осуществления платежа.

Суд апелляционной инстанции отмечает, несмотря на установленные банкротные презумпции в отношении заинтересованных лиц, применяемые при оспаривании сделок должника, в данном случае обстоятельства использования денежных средств должника должны доказываться заявителем. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении спорных сделок стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

Доказательств того, что воля сторон сделки была направлена на создание несоответствующих ей правовых последствий, не представлено. 

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. 

Вместе с тем, доказательств, свидетельствующих о том, что истинная воля сторон сделки не была направлена на порождение соответствующих правоотношений; что стороны действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам, в обход закона с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно осуществляли гражданские права, финансовым управляющим в материалы дела не представлено. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии основания для удовлетворения заявленных требований. 

При этом, учитывая установленные выше обстоятельства, аффилированность участников оспариваемой сделки, на наличии которой настаивает финансовый управляющий, значения не имеет. 

Таким образом, изложенные в апелляционной жалобе доводы выводов суда первой инстанции не опровергают. 

По существу в апелляционной жалобе финансовый управляющий излагает свое несогласие с принятым определением, что не может повлечь отмены обжалуемого судебного акта.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела, а также иное толкование положений закона не свидетельствуют о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Принимая во внимание, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения настоящего обособленного спора, а также доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения и исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, а также учитывая конкретные обстоятельства по спору, суд апелляционной инстанции считает, что финансовый управляющий не доказал обоснованность заявленных требований, приведенные в апелляционной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не оценены судом первой инстанции при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность принятого им решения. 

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Таким образом, определение суда первой инстанции следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Поскольку определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2024 финансовому управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, с ФИО4 в доход федерального бюджета подлежит взысканию 10 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 сентября 2024 года по делу № А60-43456/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО4 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственной пошлины в сумме 10 000 (десять тысяч) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

И.П. Данилова 

Судьи

Е.О. Гладких 

Т.С. Нилогова