ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-47521/2023

Дело № А40-41647/21

г. Москва

11 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2023 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей С.Л. Захарова, Д.Г. Вигдорчика,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 ,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

Пономаревой Татьяны Игоревнына определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.06.2023,о признании недействительными сделок по перечислению с расчетного счета должника в пользу ФИО2 денежных средств в размере 18.850.800,00 рублейпо делу №  А40-41647/21 о несостоятельности (банкротстве) АО «АВТОПОЛИМЕР»при участии в судебном заседании:

От ГУП МО «Коммунальные системы Московской области»: ФИО3 по дов. от 14.11.2022

От ФИО2: ФИО4 по дов. от 01.02.2023

иные лица не явились, извещены, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2021 признано несостоятельным (банкротом) АО «АВТОПОЛИМЕР» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Конкурсным управляющим утвержден ФИО5, член СРО СОАУ «Континент», о чем опубликовано сообщение в газете «Коммерсантъ» от 18.12.2021 № 231. 

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника в пользу ФИО2 денежных средств в размере 18.850.800,00 рублей и применении последствия недействительности сделки. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2023 признаны недействительными сделки по перечислению с расчетного счета должника в пользу ФИО2 денежных средств в размере 18.850.800,00 рублей. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 18.850.800,00 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

От конкурсного управляющего должника, ГУП МО «Коммунальные системы Московской области» поступили отзывы на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы жалобы в полном объеме

Представитель ГУП МО «Коммунальные системы Московской области» возражал на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Как установил суд первой инстанции, генеральным директором должника ФИО6 в период с 14.04.2017 по 06.09.2018 с расчетного счета должника осуществлялись операции по снятию наличных денежных средств в общем размере 18.850.800,00 рублей. 

Конкурсный управляющий указал, что сделка должника по снятию денежных средств является недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 10 ГК РФ, как совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и со злоупотреблением правом.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред 3 имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как было установлено судом первой инстанции, заявление о признании должника банкротом принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2021. 

Оспариваемые снятия денежных средств со счета должника совершены в период с 14.04.2017 по 06.09.2018, то есть частично в течение срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Так, в пределах трехлетнего срока подозрительности совершены банковские операции в размере 9.292.800,00 рублей. 

Иные сделки совершены за пределами указанного срока, однако, по мнению конкурсного управляющего, должны быть признаны недействительными на основании статей 10,168 Закона о банкротстве.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет недостаточность имущества как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом первой инстанции верно установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку на момент совершения спорных платежей должник имел задолженность перед кредиторам: ООО «Санфлекс», ООО «ОВМ Технология», которая в дальнейшем была подтверждена вступившими в законную силу судебными актами. 

При этом, согласно правовому подходу, отраженному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об оспаривании сделки. 

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о несостоятельности цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

В рассматриваемом случае, как установил суд, ФИО2 являлась руководителем АО «АВТОПОЛИМЕР» в спорный период, то есть в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве аффилированным лицом.

Как верно установил суд первой инстанции, в результате оспариваемых снятий денежных средств конкурсная масса АО «АВТОПОЛИМЕР» была уменьшена на значительную сумму денежных средств, которая могла быть направлена на погашение требований кредиторов должника. 

ФИО2 в суде первой инстанции указала, что все полученные наличными денежные средства были внесены в кассу должника, что подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам, подписанным кассиром ФИО7 

Однако, сами по себе указанные квитанции не могут достоверно подтвердить указанные обстоятельства.

При этом, судом учтено, что доказательства поступления указанных денежных средств на иные счета должника или доказательства расходования таких денежные средств в ходе хозяйственной деятельности должника также не представлены.

Суд принял также во внимание, что ФИО2 не передавала конкурсному управляющему бухгалтерскую документацию должника, в том числе, кассовые книги и иную бухгалтерскую документацию должника, позволяющие подтвердить заявленные ответчиком доводы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель апеллянта ФИО6 не смог пояснить цель перечисления генеральному директору должника столь значительной суммы с последующим, как она утверждает, возвратом. Представитель сослался на то, что указанные денежные средства расходовались на заработную плату сотрудникам и хозяйственные нужды должника, но документально не подтвердил данные доводы, не пояснил экономический смысл указанного оборота денежных средств и невозможность несения таких расходов непосредственно с расчетного счета должника.  

Доводы ФИО2 о недоказанности факта ее уклонения от передачи конкурсному управляющему документации, подтверждающей возврат оспариваемых сумм Должнику, противоречат материалам дела. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.12.2021 по делу № А40-41647/2021 установлено, что временным управляющим Должника 02.07.2021 в адрес АО «Автополимер» был направлен запрос о предоставлении ему бухгалтерской и иной документации Должника., который был оставлен Должником без ответа. 

Впоследствии временный управляющий обратился в суд с ходатайством об обязании ФИО2 как генерального директора должника передать бухгалтерскую и иную документацию должника для осуществления анализа финансовой деятельности Должника. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 06.12.2021 ходатайство удовлетворено, у ФИО2 истребована бухгалтерская документация Должника, в том числе кассовые книги. 

Кроме того, обязанность по передаче в трехдневный срок бухгалтерской и иной документации Должника конкурсному управляющему была возложена на ФИО2 решением от 07.12.2021 об открытии в отношении Должника процедуры конкурсного производства.

Управляющий пояснил, что кассовая книга должника ему в установленном законом порядке бывшим руководителем должника ФИО2 не передана (статья 126 Закона о банкротстве), отсутствие указанных документов и явилось мотивом для обращения конкурсного управляющего с указанным заявлением.

Данная кассовая книга должника не представлена также в рамках настоящего обособленного спора ни в суд первой инстанции, ни вместе с апелляционной жалобой.

Иных доказательств, подтверждающих обоснованность снятия денежных средств со счета должника, ответчиком не представлено.

Довод ответчика о том, что суд первой инстанции не исследовал и не приобщил оригиналы квитанций к приходным кассовым ордерам, апелляционный суд принимает во внимание, однако, полагает, что данные обстоятельства не свидетельствуют об ошибочности выводов суда первой инстанции.

Как было указано ранее, ответчиком приобщены в материалы дела копии квитанций к приходным кассовым ордерам, свидетельствующие о том, что денежные средства снимались ФИО2 с расчетных счетов и далее вносились в кассу должника.

Оригиналы указанных документов на обозрение суда первой инстанции действительно не предоставлялись. 

В ходе заседания суда первой инстанции конкурсный управляющий заявил о том, что предоставление ответчиком копий квитанций к приходным кассовым ордерам и одновременно не предоставлением конкурсному управляющему самой кассовой книги является противоречивым и недобросовестным поведением со стороны ответчика. 

При этом, у конкурсного управляющего отсутствует возможность сличить приобщенные квитанции с самими приходными кассовыми ордерами находящимися в кассовой книге должника. 

Учитывая изложенное, не исследование судом первой инстанции оригиналов указанных квитанций на выводы суда не повлияло, поскольку, ответчиком не представлена сама кассовая книга, а также иные доказательства, подтверждающие достоверно внесение денежных средств.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Абзацами 2-4 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 разъяснено, что согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ, статья 65 АПК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. 

В целях реализации указанного выше правового принципа абзаца 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, нормы пунктов 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, устанавливающие запрет злоупотребления правом в любых формах и правовые последствия злоупотребления правом, направлены на реализацию принципа, закрепленного в статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации (определения от 18 января 2011 года N 8-О-П, от 22 марта 2012 года N 489-0-0, от 17 июля 2014 года N 1808-О). В пункте 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. 

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, в результате которых другая сторона не могла реализовать принадлежащие ей права. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

В соответствии с разъяснениями, указанными в пункте 7 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

Исходя из правовой позиции коллегии судей Верховного Суда РФ, изложенной в Определении от 09.08.2016 N 21-КП6-6 нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 ГК РФ, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной. 

Аналогичная позиция изложена в пункте 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ». Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. 

Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. 

Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (пунктом 5 Информационного письма ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ»). 

Судом первой инстанции правильно установлено, что действия ФИО2 отвечают критериям злоупотребления правом, в связи с чем, спорные банковские операции по снятию наличных денежных средств могут быть признаны недействительными сделками на основании статей 10,168 ГК РФ.

Доводы ФИО2 о пропуске заявителем срока исковой давности судом также правомерно отклонены судом первой инстанции.

Довод ФИО2 о том, что срок на оспаривание сделки по банкротным основаниям начал течь до открытия процедуры конкурсного производства основан на неверном толковании норм права. 

В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности – абз. 3 п. 3 ст. 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, 2 предусмотренных ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. 

Из вышеуказанных законоположений следует, что течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения самого права на обжалование сделок должника в порядке, предусмотренном Главой III Закона о банкротстве, соответственно, исполнение ФИО5 полномочий временного управляющего должника, не имеет правового значения для определения начала течения срока исковой давности для оспаривания сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. 

Никаких конкретных доводов и доказательств того, что ранее утвержденный временный управляющий узнал о подозрительных сделках ранее введения конкурсного производства ответчик в апелляционной жалобе не привел.

Таким образом, заявление об оспаривании сделки с ФИО2 было подано в пределах годичного срока исковой давности, который начал течь не ранее  даты открытия конкурсного производства.

При этом, апелляционный суд учитывает пояснения управляющего со ссылкой на уклонение ФИО2 от предоставления конкурсному управляющему документов должника, из которых управляющему могло быть ранее известно о свершенных сделках.

Доводы апелляционной жалобы сводятся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом первой инстанции, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что само по себе не является основанием для признания определения необоснованным 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 19.06.2023 № А40-41647/21 по делу оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2  - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                        В.В. Лапшина

Судьи:                                                                                                            С.Л. Захаров

                                                                                                            Д.Г. Вигдорчик