Арбитражный суд Пензенской области

Кирова ул., д. 35/39, Пенза г., 440000, тел.: +78412-52-99-97, факс: +78412-55-36-96, 

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А49-7759/2022

город Пенза

22 ноября 2022 года

Резолютивная часть объявлена 17 ноября 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 22 ноября 2022 года

Арбитражный суд Пензенской области в составе судьи Горбаченко Е.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Барановым А.А., рассмотрев в судебном заседании с использованием системы веб-конференции, дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Виктория» (421001, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ФИО1 (ИНН 

<

***>)

с участием в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, 

общества с ограниченной ответственностью «МАКСАТ», 

ФИО2, 

о взыскании убытков в сумме 884 200 руб.,

при участии  в заседании:

от истца: ФИО3 – директор (пасп., решение)

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Виктория» обратилось в Арбитражный суд Пензенской области с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании убытков в сумме 884 200 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам прекратившего деятельность юридического лица - общества с ограниченной ответственностью «МЕТАЛЛИКА», право требования которых, возникло на основании договора уступки права требования (цессии) от 23 июля 2021 года, заключенного между ФИО2 и ООО «Виктория». Исковые требования заявлены на основании статей 15, п. 33 ст. 53, ст. 53.1, 401, 1064 Гражданского кодекса РФ, п.3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «МАКСАТ», ФИО2. 

От истца 16.08.2022 поступили дополнительные документы и письменные пояснения, в которых он поддерживает исковые требования, ссылаясь на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.07.2022 по делу № А65-20583/2021, которым (по его мнению) установлены аналогичные обстоятельства по делу, связанные с взысканием с ФИО4 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности убытков по обязательствам ООО «Инженерная компания «БРИЗ». Представленные истцом дополнительные документы и пояснения приобщены к материалам дела.     

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик и третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебное заседание также не явились, письменные отзывы на иск не представили. О месте и времени проведения судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии со ст.ст. 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, в том числе, публично путём размещения информации на сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://penza.arbitr.ru/. 

При этом ответчик извещался дважды путем направления заказного письма с уведомлением по адресу регистрации, полученному судом из отдела адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Пензенской области, однако письменный отзыв на иск с обосновывающими его доказательствами в материалы дела не представил, каких-либо возражений в отношении исковых требований не заявил, об обстоятельствах, препятствующих представлению документов в суд, не сообщил. 

В силу ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с ч. 4 ст. 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в установленный судом срок ответчик не представит отзыв на исковое заявление, арбитражный суд вправе рассмотреть дело по имеющимся доказательствам.

При таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть спор по существу в отсутствие неявившихся ответчика и третьих лиц.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «МЕТАЛЛИКА» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) было зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) в качестве юридического лица 12 октября 2006 года.

Единственным участником и единоличным исполнительным органом общества (генеральным директором) с момента создания общества и до исключения общества из ЕГРЮЛ являлась ФИО1 (ответчик по настоящему делу). 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Пензенской области от 26 февраля 2019 г. по делу № А49-44/2019 с ООО «МЕТАЛЛИКА» в пользу ООО «МАКСАТ» взыскан долг в размере 884 200 руб. по товарной накладной № 50 от 20 июля 2015 г. и договору поставки № 6 от 20 июня 2015 г., заключенному между ООО «МАКСАТ» (поставщиком) и ООО «МЕТАЛЛИКА» (покупателем) в лице  руководителя ФИО1.

Указанное решение Обществом с ограниченной ответственностью «МЕТАЛЛИКА» не исполнено, долг не погашен. 

При этом, 14 марта 2019 года, то есть после вынесения решения суда по делу № А49-44/2019 регистрирующим органом принято решение об исключении ООО «МЕТАЛЛИКА» из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующего юридического лица (дата прекращения деятельности юридического лица 14 марта 2019 года). В качестве причины внесения записи о прекращении деятельности юридического лица указано: не предоставление в течение последних двенадцати месяцев юридическим лицом документов отчетности. 

Судом также установлено, что ранее решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 февраля 2018 г. по делу № А65-14627/2017 ООО «МАКСАТ» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. По результатам проведения открытых торгов в форме аукциона по продаже имущества ООО «МАКСАТ», 15 июня 2021 г. с победителем торгов ФИО2 был заключен договор № 1 уступки права требования (цессии), в соответствии с которым в пользу ФИО2 уступлено, в том числе, право требования к Обществу с ограниченной ответственностью «МЕТАЛЛИКА» суммы задолженности в размере 884 200 руб.

23 июля 2021 г. между ФИО2 и Обществом с ограниченной ответственностью «Виктория» (истцом) заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с которым ФИО2 уступил, в том числе, право требования к ООО «МЕТАЛЛИКА» суммы задолженности в размере 884 200 руб. в пользу ООО «Виктория». 

На основании ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. 

В силу п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты. 

Оплата за уступаемые права требования произведена в полном объеме, обратного в материалы дела не представлено.

Исследовав представленные документы, суд приходит к выводу о том, что уступка прав требования по договорам уступки прав требования (цессии) произведена сторонами в соответствии с положениями главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указанные договоры уступки прав требования (цессии) не противоречат закону, иным правовым актам, никем не оспорены, форма уступки прав требования соответствует статье 389 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, на настоящее время право требования с ООО «МЕТАЛЛИКА» суммы задолженности в размере 884 200 руб. перешло в порядке правопреемства к истцу по настоящему делу – ООО «Виктория», который обратился в суд с настоящим исковым заявлением к ФИО1 как к лицу, контролирующему деятельность Общества о взыскании убытков.  

Исследовав материалы дела, заслушав истца, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет ответственность в субсидиарном порядке. 

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). 

Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. При этом, как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ. 

Судом установлено, что должник исключен из Единого реестра юридических лиц на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2011 «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», положения которого аналогичны пункту 1 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Исключение ООО «МЕТАЛЛИКА» из ЕГРЮЛ произошло вследствие фактического прекращения юридическим лицом деятельности, поскольку в течение 12 месяцев Общество не представляло данные бухгалтерской отчетности, движения денежных средств по банковским счетам отсутствовало. При этом ФИО1 как должностное лицо общества, ответственное за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не могла не знать о непредставлении необходимых документов в налоговые органы. 

Такое поведение ответчика, который на момент исключения должника из Единого государственного реестра юридических лиц, являлся его директором и единственным участником общества, противоречит основной цели деятельности коммерческой организации. 

Непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства. 

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. 

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. Данное законоположение направлено, в том числе, на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности. 

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе, для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе, в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство. 

Фактически действия ответчика, повлекшие исключение Общества из ЕГРЮЛ, лишили истца возможности взыскать задолженность с должника в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать при ликвидации должника путем включения требования в промежуточный ликвидационный баланс. 

Таким образом, суд соглашается с доводами истца о том, что участник и (или) руководитель общества с ограниченной ответственностью может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредитором и в случае исключения общества как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, если будет доказано, что неисполнение обязательства общества перед кредитором обусловлено недобросовестными или неразумными действиями участника (руководителя) общества. 

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО5» указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)). 

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя. 

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о  намеренном, в нарушение предписаний статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота. 

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года № 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года № 2128-О). 

По смыслу п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 53, ст. 53.1, 401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия). 

Лицам, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, законом предоставляется возможность подать мотивированное заявление, при подаче которого решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (п. 3 и 4 ст. 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»), что, в частности, создает предпосылки для инициирования кредитором в дальнейшем процедуры банкротства в отношении должника. Во всяком случае, решение о предстоящем исключении не принимается при наличии у регистрирующего органа сведений о возбуждении производства по делу о банкротстве юридического лица, о проводимых в отношении юридического лица процедурах, применяемых в деле о банкротстве (абз. 2 п. 2 ст. 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»). Это дает возможность кредиторам при наличии соответствующих оснований своевременно инициировать процедуру банкротства должника. 

Однако само по себе то обстоятельство, что кредиторы Общества не воспользовались подобной возможностью для пресечения исключения Общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц. Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от 6 истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его не вовлеченности в корпоративные правоотношения. 

В пункте 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П указано, что по смыслу положений статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. 

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации, бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика. 

Указанные выводы корреспондируют сложившейся судебной практике – постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27 августа 2021 г. № Ф06-8238/2021 по делу № А65- 24193/2020, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 12 июля 2021 г. № Ф06- 6180/2021 по делу № А12-16395/2020, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 16 июля 2021 г. № Ф06-6534/21 по делу № А65-17871/2020, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 23 сентября 2021 г. № Ф06-7273/21 по делу № А65-23711/2020, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 6 сентября 2021 г. № Ф06-8240/21 по делу № А55-6011/2020. 

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчик по настоящему делу - ФИО1, как генеральный директор, единственный участник и учредитель ООО «МЕТАЛЛИКА», не могла не знать о противоправности своих действий, совершенных в ущерб коммерческим интересам ООО «МАКСАТ» (первоначального кредитора), и должна была знать о наличии у ООО «МЕТАЛЛИКА» непогашенных обязательств по договору поставки по 20.06.2015, установленных Арбитражным судом Пензенской области в решении от 26 февраля 2019 г. по делу № А49-44/2019. 

Вместе с тем, ФИО1 не предприняла каких-либо действий к погашению указанных обязательств, в том числе не приняла действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «МЕТАЛЛИКА» из ЕГРЮЛ, а в ситуации недостаточности имущества не исполнила обязанность по подаче заявления о признании юридического лица несостоятельным (банкротом) для инициирования соответствующей процедуры, формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника. 

Заявленные истцом требования, по сути, являются требованиями о взыскании убытков, причиненных противоправным поведением контролирующего лица контрагента (ст. 15, 1064 ГК РФ) в связи с чем, требуется установление совокупности условий для данного вида гражданско-правовой ответственности (противоправность, виновность поведения причинителя вреда, вред в виде невозможности получить исполнение за счет имущества основного должника и причинно-следственная связь между противоправным и виновным поведением ответчика и наступившими для истца негативными последствиями в виде имущественного вреда). Поскольку долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда, для применения этой меры ответственности необходимо установить - в чем выражается противоправное поведение, приведшее возникновению убытков у истца, когда и кем совершены эти действия (допущено бездействие). 

В рассматриваемом случае убытки истца возникли в связи с исключением общества из ЕГРЮЛ ввиду нарушения лицами, контролирующими общество, законодательства о государственной регистрации юридических лиц и связанной с этим невозможностью исполнения судебного акта в пользу истца. Противоправное поведение заключается в непринятии мер по погашению задолженности и к обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом, что, в свою очередь, привело к исключению общества из ЕГРЮЛ, причинив тем самым вред кредитору. 

Противоправное поведение допущено с даты внесения записи об исключении общества из ЕГРЮЛ. В указанный период единственным участником и единоличным исполнительным органом ООО «МЕТАЛЛИКА» был ответчик – ФИО1. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

При этом, согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). 

Таким образом, исходя из положений ст. 65 АПК РФ и вышеуказанных разъяснений, при рассмотрении данной категории дел истец должен доказать наличие у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, а ответчик обязан доказать правомерность своего поведения и отсутствие причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами. 

Истец представил суду надлежащие доказательства наличия непогашенной задолженности, имевшейся у общества перед истцом на дату исключения из ЕГРЮЛ. 

Факт исключения общества из ЕГРЮЛ подтверждается материалами дела. 

Ответчик не опроверг доводы и доказательства истца, не представил суду доказательства правомерности своего поведения, а также отсутствия причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и невозможностью исполнения обязательств перед кредитором. 

Поскольку судом установлено наличие совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, ликвидированного в административном порядке, доказанность истцом того, что неисполнение Обществом обязательств по погашению задолженности по договору поставки явилось результатом неправомерных действий (бездействия) ответчика как руководителя и единственного участника общества, принимая во внимание, что ответчик, достоверно зная о наличии задолженности перед кредитором (спорный договор поставки и товарная накладная подписаны непосредственно руководителем ООО «МЕТАЛЛИКА» ФИО1) не предпринял мер ни к погашению задолженности, ни к обращению в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом, и не устранил причины, которые привели к исключению юридического лица из реестра, суд приходит к выводу о правомерности заявленных ООО «Виктория» требований.

Кроме того, суд учитывает позицию Арбитражного суда Поволжского округа в Постановлении от 27 мая 2022 года при рассмотрении аналогичного спора в рамках дела № А65-20583/2021, где отменяя решение суда первой инстанции, суд кассационной инстанции указал, что в рассматриваемой ситуации механизм исполнения обязательства ликвидированного юридического лица путем привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего лица (учредителя, директора) предусмотрен пунктом 3.1 статьи 3 ФЗ № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».  Согласно пункта 3.1 статьи 3 Федерального Закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. 

В рассматриваемом случае к истцу перешло право требования задолженности к должнику - ООО «МЕТАЛЛИКА» в порядке главы 24 ГК РФ. Следовательно, не имеет правового значения то обстоятельство, что решение суда о присуждении задолженности принималось не в пользу истца, а в пользу ООО «МАКСАТ», поскольку истец получил право требования к ООО «МЕТЕЛЛИКА» на основании действительных договоров уступки права требования. То обстоятельство, что на момент совершения договоров цессии должник - ООО «МЕТЕЛЛИКА» прекратило деятельность в качестве юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ, не лишает истца права о взыскании задолженности в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 3.1 статьи 3 ФЗ № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Иной подход необоснованно ограничивал бы истца в реализации своих имущественных прав. 

На основании изложенного, учитывая, что истец получил право требования к ООО «МЕТАЛЛИКА» на основании действительных договоров уступки права требования, а также учитывая доказанность неисполнения Обществом обязательств по погашению задолженности в результате неправомерных действий (бездействия) ответчика, принимая во внимание, что ответчик, зная о наличии задолженности перед кредитором не устранил причины, которые привели к исключению юридического лица из реестра юридических лиц, исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Виктория» к ФИО1 о взыскании убытков в сумме 884 200 руб. подлежат удовлетворению в полном объеме.

 В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы по госпошлине относятся на ответчика. Учитывая, что при принятии искового заявления к производству госпошлина истцом не оплачивалась ввиду предоставления отсрочки по ее уплате, госпошлина в сумме 20 684 руб. подлежит взысканию с ответчика непосредственно в федеральной бюджет.  

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить полностью.

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Виктория» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) убытки в сумме 884 200 руб.

Взыскать с ФИО1 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 20 684 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Пензенской области в месячный срок с момента его принятия.

Судья                     Е.В. Горбаченко