﻿659/2021-22322(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-4172/2020

г. Краснодар

18 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2021 года  Постановление в полном объеме изготовлено 18 мая 2021 года  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Артамкиной Е.В., судей Коржинек Е.Л. и Рассказова О.Л., при участии в судебном  заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Болеар»  (ИНН 7724707703, ОГРН 1097746307658) – Лопушинского А.А. (доверенность  от 08.10.2020), ответчика – государственного бюджетного учреждения здравоохранения  «Клинический онкологический диспансер № 1» Министерства здравоохранения  Краснодарского края (ИНН 2309102153, ОГРН 1062309027043) – Псеуновой С.А.  (доверенность от 14.01.2021), рассмотрев кассационную жалобу государственного  бюджетного учреждения здравоохранения «Клинический онкологический диспансер № 1»  Министерства здравоохранения Краснодарского края на решение Арбитражного суда  Краснодарского края от 03.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 11.02.2021 по делу № А32-4172/2020, установил следующее.  

ООО «Болеар» (далее – общество) обратилось к ГБУЗ «Клинический  онкологический диспансер № 1» Министерства здравоохранения Краснодарского края  (далее – учреждение) с требованием признать неправомерным односторонний отказ  учреждения от исполнения контракта от 19.03.2019 № 0318200060019000048, незаконным  и подлежащим отмене решение об одностороннем отказе от исполнения контракта  от 23.06.2019 № 0318200060019000048, а также применении последствий признания  неправомерности одностороннего отказа от исполнения контракта путем признания  контракта от 23.06.2019 № 0318200060019000048 действующим и возобновленным с даты  вступления в законную силу судебного решения по настоящему делу на период 144  (сто сорок четыре) дня.  

Решением от 03.12.2020, оставленным без изменения постановлением  от 11.02.2021, суд признал недействительным решение учреждения от 23.07.2019  

об одностороннем отказе от исполнения контракта от 23.06.2019 № 0318200060019000048.  В остальной части в иске отказал. Удовлетворяя исковые требования общества и  признавая недействительным решение учреждения от 23.07.2019 об одностороннем отказе  от исполнения контракта от 23.06.2019 № 0318200060019000048, суды исходили из того,  что регистрационное удостоверение, в соответствии с которым происходила поставка  медицинских изделий, распространялось на два вида медицинских изделий – на  презервативы мужские, используемые как средства контрацепции и профилактики  инфекционных заболеваний, и на презервативы для использования при ультразвуковых  исследованиях. На упаковке, соответственно, отображалось наименование изделия,  соответствующее его целевому назначению, а именно – презервативы для использования  при ультразвуковых исследованиях. Также на упаковке содержится маркировка,  указывающая на регистрационное удостоверение, в соответствии с которым данное  изделие находится в обороте, а также информация о дате выпуска, сроке годности, партии  и т.п.  

В кассационной жалобе учреждение просит отменить решение и постановление и  отказать в иске. В обоснование кассационной жалобы учреждение указывает,  что при приемке товара заказчик установил несоответствие между наименованием  изделия на упаковке товара и наименованием изделия в регистрационном удостоверении  от 21.06.2015 № ФСЗ 2010/07153. При этом заказчик не смог установить относится ли  предоставленное регистрационное удостоверение именно к поступившему товару.  Заявитель также указывает, что в регистрационном удостоверении отсутствует указание  на торговую марку «VIVA», при том, что согласно общедоступным сведениям  Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения, производитель осуществляет  изготовление презервативов нескольких торговых марок. Учреждение указывает, что  выводы судов о наличии достаточной информации, подтверждающей безопасность  поставленной продукции, не соответствует фактическим обстоятельствам дела.  Использование изделий, безопасность которых не подтверждена, недопустимо. Поскольку  общество не подтвердило, что поставленные медицинские изделия имеют  регистрационное удостоверение, таким образом, основания для принятия поставленных  изделий заказчиком отсутствовали.  

В отзыве на жалобу общество сослалось на несостоятельность ее доводов. 

В судебном заседании представитель учреждения настаивал на доводах жалобы,  представитель общества просил судебные акты оставить без изменения.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав  представителей сторон, проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный  

суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене,  а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Суды установили, что общество (поставщик) и учреждение (заказчик) заключили  контракт от 19.03.2019 № 0318200060019000048 на поставку товара для государственных  нужд по условиям которого поставщик обязуется передать заказчику медицинские  изделия (презервативы для УЗИ) в количестве (объеме) и с характеристиками согласно  спецификации, являющейся неотъемлемой частью контракта (приложение № 1),  а заказчик обязуется принять и оплатить поставленный товар в порядке и размере,  установленными контрактом.  

Согласно пункту 3.1 контракта поставка товара осуществляется на протяжении  2019 года отдельными партиями по конкретным заявкам заказчика.  

В приложении № 1 к контракту указано полное наименование продукции  «средство контрацепции и профилактики инфекционных заболеваний,  в том числе для использования при ультразвуковых исследованиях (презервативы)  Производитель КАRЕХ INDUSTRIES SDN, ВНD., Малайзия».  

В соответствии с пунктом 8.1 контракта качество товара, поставляемого  по контракту, должно соответствовать установленным в Российской Федерации  государственным стандартам, техническим регламентам или техническим условиям  изготовителей поставляемого товара и требованиям настоящего контракта.  

Пунктом 4.1.2 контракта установлена обязанность поставщика обеспечить  соответствие поставленного товара предъявляемым к ним требованиям, указанным  в спецификации, а также требованиям законодательства Российской Федерации.  

В силу пунктов 4.1.5 и 4.1.8 контракта поставщик обязуется предоставлять  по требованию заказчика полную и точную информацию о товаре, а также о ходе  исполнения своих обязательств по контракту, в том числе о сложностях, возникающих  при исполнении контракта; представлять заказчику (комиссии заказчика) информацию  и документы, необходимые для осуществления заказчиком контроля за ходом исполнения  поставщиком условий исполнения контракта, а также обеспечить доступ на территорию  (в помещения) для проверки исполнения поставщиком обязательств по настоящему  контракту.  

Стороны согласовали порядок приемки товара в пункте 7.2 контракта,  в соответствии с которым заказчик осуществляет приемку результата исполнения  контракта или отдельных его этапов в течение 3 (трех) рабочих дней с момента  фактической поставки товара и предоставления поставщиком документа,  подтверждающего исполнение обязательств, и документов на оплату. В указанный срок  

заказчик обязан установить соответствие (несоответствие) поставленного товара  и документов поставщика, необходимых для приемки, условиям контракта.  

В случае несоответствия результатов исполнения контракта и поставленных  товаров условиям контракта, если выявленное несоответствие препятствует приемке  товара и не устранено поставщиком, в указанный срок направить поставщику  в письменной форме мотивированный отказ в подписании документа о приеме товаров  и результатов исполнения контракта.  

Суды установили, что первая партия товара в соответствии с заявкой  на 3600 штук поставлена истцом заказчику 26.03.2019, что подтверждено товарной  накладной от 25.03.2019 № КРД0001423, а также актом приема-передачи товара  от 26.03.2019.  

Вторая партия товара в количестве 5 тыс. штук поставлена заказчику  20.05.2019 (товарные накладные от 30.04.2019 № КРД0002097 и № КРД0002098), однако  заказчик, фактически приняв поставленный товар (что следует из переписки  по электронной почте между истцом и ответчиком), сопроводительные документы  (включая указанные выше накладные) не подписал.  

В письме от 27.05.2019 № 1358 заказчик сообщил поставщику, что при проведении  приемочного контроля по товарным накладным от 30.04.2019 № КРД0002097  и № КРД0002098 обнаружено несоответствие наименования медицинского изделия  на упаковке, в товарной накладной и в регистрационном удостоверении от 21.06.2015   № ФСЗ 2010/07153. Заказчик предложил поставщику произвести замену поставленного  товара на соответствующий регистрационному удостоверению. Кроме того, в письме  содержалась отсылка на информационное письмо Росздравнадзора от 28.08.2018   № 02И-2079/18 «О недоброкачественном медицинском изделии», на основании чего  учреждение сделало вывод о том, что полученная по указанным накладным продукция  не подлежит дальнейшему обращению.  

В ответном письме от 29.04.2019 № 106 поставщик пояснил, что несоответствие  наименования в регистрационном удостоверении с наименованием на упаковке связано  с тем, что регистрационное удостоверение распространяется на два вида медицинских  изделий: презервативы мужские и презервативы для УЗИ.  

В переписке с заказчиком, длившейся с 28.05.2019 по 04.06.2019, поставщик давал  пояснения, как по вопросу наименования товара, так и относительно отзыва отдельных  партий схожего по назначению товара, произошедшего в более ранний период,  и в отношении медицинского изделия, находившегося в обороте на основании  регистрационного удостоверения, отличного от того, в соответствии с которым  

происходили поставки товара учреждению. Поставщик указывал, что на упаковке  отображается наименование изделия, соответствующее его целевому назначению,  а именно – презервативы для использования при ультразвуковых исследованиях. Также   на упаковке содержится маркировка, указывающая на регистрационное удостоверение,  в соответствии с которым данное изделие находится в обороте, а также информация  о дате выпуска, сроке годности, партии и т.п.  

Поскольку заказчик не смог установить, относится ли регистрационное  удостоверение от 21.06.2015 № ФСЗ 2010/07153 к поставленным медицинским изделиям  торговой марки «VIVA, 100, Презервативы для использования при ультразвуковых  исследованиях», а поставщик не смог объяснить или устранить выявленное  несоответствие, а также сомнения заказчика относительно качества и безопасности  поставленных медицинских изделий, письмом от 23.07.2019 № 1885 учреждение  уведомило общество об одностороннем отказе от исполнения контракта.  

Полагая, что у заказчика не имелось оснований для одностороннего расторжения  контракта в связи с отсутствием существенных нарушений условий контракта  поставщиком, общество обратилось в суд с настоящим иском.  

Правоотношения сторон в рамках государственного контракта регулируются  Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок  товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»  (далее – Закон о контрактной системе).  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 525 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) поставка товаров  для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе  государственного или муниципального контракта на поставку товаров  для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии  с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд.  К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд  применяются правила о договоре поставки, если иное не предусмотрено правилами  названного кодекса.  

Согласно статье 526 Гражданского кодекса по государственному  или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных  или муниципальных нужд поставщик обязуется передать товары государственному  или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный  или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.  

В силу статьи 454 Гражданского кодекса к договору поставки применяются  отдельные положения о договоре купли-продажи, если иное не предусмотрено договором.  

Так, на основании пункта 1 статьи 456 Гражданского кодекса продавец обязан  передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.  

Пунктом 1 статьи 469 Гражданского кодекса установлено, что продавец обязан  передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.  

Положения статей 309 и 310 Гражданского кодекса определяют,  что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями  обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких  условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно  предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства  и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев,  предусмотренных законом.  

В соответствии со статьей 523 Гражданского кодекса односторонний отказ  от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее  его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон  (абзац 4 пункта 2 статьи 450).  

Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным  в случаях: поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут  быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков  поставки товаров.  

Договор поставки считается измененным или расторгнутым с момента получения  одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения  договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора  не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон.  

В пункте 3 статьи 450 Гражданского кодекса предусмотрено, что в случае  одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой  отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно  расторгнутым или измененным.  

В силу части 1 статьи 2 Закона о контрактной системе, части 1 статьи 307.1  Гражданского кодекса к договорным обязательствам, возникшим из государственного  (муниципального) контракта, применяются, в первую очередь, нормы Закона  о контрактной системе, которые являются специальными по отношению к нормам ГК РФ.  

Законом о контрактной системе установлено право заказчика отказаться  в одностороннем порядке от исполнения контракта (часть 9 статьи 95 Закона  

о контрактной системе) и порядок такого отказа (части 12 и 13 статьи 95 Закона  о контрактной системе).  

В соответствии с частью 9 статьи 95 Закона о контрактной системе заказчик вправе  принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям,  предусмотренным Гражданским кодексом для одностороннего отказа от исполнения  отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.  

Стороны в пункте 11.3 контракта предусмотрели, что его расторжение допускается  по соглашению сторон, по решению суда или в связи с односторонним отказом стороны  контракта от его исполнения в соответствии с гражданским законодательством.  

Согласно пункту 11.4 контракта заказчик вправе принять решение  об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным  Гражданским кодексом для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов  обязательств.  

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее  чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается  в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику,  исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу  поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой,  либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо  с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого  уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику  (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части  считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя)  об одностороннем отказе от исполнения контракта. Датой такого надлежащего  уведомления признается дата получения заказчиком подтверждения о вручении  поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения  заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя)  по его адресу, указанному в контракте. При невозможности получения указанных  подтверждения либо информации датой такого надлежащего уведомления признается  дата по истечении тридцати дней с даты размещения решения заказчика  об одностороннем отказе от исполнения контракта в единой информационной системе  (часть 12 статьи 95 Закона о контрактной системе).  

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает  в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего  

уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе  от исполнения контракта (часть 13 статьи 95 Закона о контрактной системе).  

Заказчик в настоящем споре воспользовался своим правом на односторонний отказ  от исполнения договора в связи с поставкой товара, несоответствующего, по его мнению,  условиям контракта и реализовал это право в порядке, предусмотренном статьей 450.1  Гражданского кодекса и статьей 95 Закона о контрактной системе.  

Суды установили, что доказательств нарушения указанного порядка истцом  не представлено. Однако отказ оспорен истцом по основанию поставки товара,  соответствующего договору и, таким образом, по отсутствию оснований для отказа  от контракта.  

Апелляционный суд согласился с судом первой инстанции в квалификации  заявленных обществом требований о признании неправомерным одностороннего отказа  учреждения от исполнения контракта и незаконным и подлежащим отмене решения  об одностороннем отказе от исполнения контракта – как единого требования о признании  недействительной односторонней сделки учреждения по одностороннему отказу  от исполнения государственного контракта.  

Квалификация судом заявленных требований сторонами не оспаривается. 

При разрешении настоящего спора суды исходили из следующего.  

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему  правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса).  

В силу пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса требование о признании  оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным  лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной,  если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку,  в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.  

С учетом указанного нормативного регулирования и обстоятельств дела  доказыванию подлежит наличие основания, предусмотренного статьей 523 Гражданского  кодекса для одностороннего отказа покупателя (ответчика) от исполнения договора  поставки – поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут  быть устранены в приемлемый для покупателя срок.  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований  и возражений.  

В судебном заседании представитель поставщика подтвердил, что указанное  на упаковке наименование действительно не соответствует наименованию изделия  в регистрационном удостоверении. При этом указал, что доказательства соответствия  товара регистрационному удостоверению содержатся в материалах регистрационного  дела, именно в нем содержится указание наименования, соответствующего наименованию  на упаковке.  

Определением от 24.09.2020 суд первой инстанции удовлетворил ходатайство  общества об истребовании у Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения  регистрационного досье к регистрационному удостоверению от 21.06.2015   № ФСЗ 2010/07153.  

Во исполнение определения суда Федеральная служба по надзору в сфере  здравоохранения письмом от 21.09.2020 № 04-54955/2020 направила копию  регистрационных документов.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства,  суды пришли к выводу, что регистрационное удостоверение, в соответствии с которым  происходила поставка медицинских изделий, распространялось на два вида медицинских  изделий – на презервативы мужские, используемые как средства контрацепции  и профилактики инфекционных заболеваний, и на презервативы для использования  при ультразвуковых исследованиях. На упаковке, соответственно, отображалось  наименование изделия, соответствующее его целевому назначению, а именно –  презервативы для использования при ультразвуковых исследованиях. Также на упаковке  содержится маркировка, указывающая на регистрационное удостоверение, в соответствии  с которым данное изделие находится в обороте, информация о дате выпуска, сроке  годности, партии и т.п. Из документации о закупке, на основании которой  заключен контракт между сторонами спора, и в частности из извещения о проведении  электронного аукциона, следует, что объектом закупки является товар: презерватив  для УЗИ. Суды указали, что такого медицинского изделия, как средство контрацепции  и профилактики инфекционных заболеваний, в том числе для использования  при ультразвуковых исследованиях (презервативы), не существует, это родовое название  вида медицинского изделия. Фактически же на торгах закупались презервативы для УЗИ,  и поставлено именно то медицинское изделие, которое предусмотрено контрактом.  Ссылка на упаковке изделия на регистрационное удостоверение позволяет считать,  что наименование изделия на упаковке соответствует и фактическому вложению  и регистрационному удостоверению.  

Суды также указали, что письмо Росздравнадзора от 28.08.2018 № 02и-2079/18,  на которое ссылалось учреждение при отказе от исполнения контракта, касается изделий,  выпускаемых в оборот согласно регистрационному удостоверению от 21.06.2010  ФСЗ 2010/07153, и отдельных партий медицинского изделия, а именно LOT 15Р62  и LOT15P10. Заявитель же в рамках контракта производил поставки медицинских  изделий, выпущенных в обращение на территории Российской Федерации на основании  регистрационного удостоверения от 21.09.2015 ФСЗ 2010/07153, и партия товара имела  номер LOT 17Р002, то есть речь идет об ином медицинском изделии.  

На основании изложенного, суды пришли к выводу, что учреждение  не представило доказательств нарушений, являющихся основанием для одностороннего  расторжения заказчиком договора поставки.  

Между тем, суды оставили без внимания доводы учреждения о том, что проверить  соответствие поставленного товара представленному регистрационному удостоверению  от 21.09.2015 ФСЗ 2010/07153 не удалось в связи с несоответствием наименования  указанного на упаковке товара и в представленном регистрационном удостоверении.  

Учреждение неоднократно приводило доводы в судах первой и апелляционной  инстанций, что использование изделий в медицинских целях, безопасность которых не  подтверждена, недопустимо. Поскольку наименование поставленных медицинских  изделий не совпадало с регистрационным удостоверением, у заказчика возникли  объективные сомнения в безопасности поставленных медицинских изделий.  

При этом учреждение указывало, что изучение в судебном заседании материалов  регистрационного дела так и не установило соответствия наименования  в регистрационном удостоверении и на упаковке поставленного товара.  

Кроме того, суды не дали оценку письму Федеральной службы по надзору  в сфере здравоохранения от 21.09.2020 № 04-54955/2020, в котором указано,  что обращение медицинского изделия возможно только в соответствии со сведениями  регистрационного удостоверения и материалами регистрационного досье. В указанном  письме Росздравнадзор сообщил суду, что на основании заявления общества об отмене  государственной регистрации в связи с запросом производителя, приказом  Росздравнадзора от 26.02.2019 № 1362 государственная регистрация указанного  медицинского изделия была отменена. Сведения об отмене государственной регистрации  внесены в Государственный реестр.  

Таким образом, суды не учли, что общество предоставило учреждению,  в обоснование соответствия товара условиям контракта, регистрационное удостоверение  

от 21.09.2015 № ФСЗ 2010/07153, которое прекратило свое действие еще 26.02.2019,  то есть до заключения государственного контракта (19.03.2019).  

Суды не учли, что в силу части 4 статьи 38 Федерального закона от 21.11.2011   № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» на  территории Российской Федерации разрешается обращение медицинских изделий,  зарегистрированных в установленном порядке. Обращение медицинских изделий  включает в себя в том числе их реализацию, применение, и эксплуатацию (часть 3).  

На допустимость обращения медицинского изделия только  в соответствии со сведениями регистрационного удостоверения и материалами  регистрационного досье указано в определении Верховного Суда Российской Федерации  от 16.07.2020 № 309-ЭС20-10099.  

Следовательно, вывод судов об отсутствии нарушений, являющихся основанием  для одностороннего расторжения заказчиком договора поставки, является  преждевременным, сделанным без учета того, что обращение медицинского изделия  возможно только в соответствии со сведениями регистрационного удостоверения  и материалами регистрационного досье.  

Кроме того, суды приняли в качестве надлежащего доказательства,  подтверждающего соответствие медицинских изделий по качеству действующим нормам  и правилам, представленную поставщиком выписку из заключения ФГБУ «Всероссийский  научно-исследовательский институт медицинской техники» от 02.04.2019   № 13/ГЗ-19-130Э/1-027.  

Вместе с тем, как усматривается из материалов дела, указанное заключение  выполнено по результатам экспертизы качества, эффективности и безопасности  иного медицинского изделия с регистрационным удостоверением от 21.06.2010   № ФСЗ 2010/07153, что также не учтено судами первой и апелляционной инстанций.  

При таких обстоятельствах судебная коллегия кассационной инстанции считает,  что выводы судов не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, сделаны  при неполном выяснении всех обстоятельств, имеющих значение для правильного  рассмотрения дела, что привело к принятию неправильных судебных актов, в связи  с чем обжалуемые решение и постановление в силу пункта 3 части 1 статьи 287  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации надлежит отменить.  

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть изложенное, правильно  установить фактические обстоятельства дела, дать надлежащую оценку доводам  заказчика о том, что поставленные медицинские изделия не могли быть приняты  им в виду отсутствия регистрационного удостоверения, исследовать представленные  

в материалы дела доказательства всесторонне, полно и объективно, с учетом доводов  и возражений лиц, участвующих в деле, исходя из подлежащих применению норм  материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.  

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2020 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2021 по делу № А32-4172/2020  отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского  края.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий Е.В. Артамкина  

Судьи Е.Л. Коржинек  

О.Л. Рассказов