АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-31835/2018

г. Краснодар

23 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  23 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Калашниковой М.Г. и Конопатова В.В., при участии в судебном заседании от Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Новороссийску Краснодарского края – ФИО1 (доверенность от 18.01.2023), от общества с ограниченной ответственностью «Дорожник» (ИНН 

<

***>)  – ФИО2  (доверенность от 26.12.2022), в отсутствие в судебном заседании иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Новороссийску Краснодарского края на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2023 по делу № А32-31835/2018 (Ф08-4210/2023), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СДРСУ-Новороссийск» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров уступки прав требования (цессии) от 20.04.2017 № 1, от 10.04.2017 № 3, от 23.05.2017 № 5, от 29.05.2017 № 7, от 01.06.2017 № 9, заключенных должником и ООО «Дорожник» (далее – общество); применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу 6 654 659 рублей. 

Определением суда от 08.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 21.02.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебные акты мотивированы недоказанностью признаков неплатежеспособности у должника, отсутствием цели причинения вреда и, как следствие, неподтвержденностью совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки. 

В кассационной жалобе Инспекция Федеральной налоговой службы по г. Новороссийску Краснодарского края (далее – уполномоченный орган) просит отменить судебные акты и принять новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, оспариваемые сделки направлены не на извлечение должником прибыли, а на перевод бизнеса на вновь созданную, подконтрольную тем же лицам организацию, в условиях наличия задолженности перед бюджетом. Вывод судов об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

В отзывах на кассационную жалобу общество и ФИО4 просят оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы жалобы, представитель общества поддержал доводы отзыва.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 10.04.2019 в удовлетворении ходатайства уполномоченного органа о введении конкурсного производства по упрощенной процедуре отказано, должник признан несостоятельным (банкротом),  открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 

В ходе исполнения обязанностей конкурсный управляющий установил, что должником (подрядчик) и МКУ «УЖКХ муниципального образования г. Новороссийск» (заказчик) заключены следующие контракты: 

– от 05.05.2017 № 139/05-17, в соответствии с которым подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика работы «ремонт дворовых территорий ул. Свердлова, 16». Общая стоимость поставляемого товара по контракту составляет 297 023 рубля;

– от 21.03.2017 № 70/03-17, в соответствии с которым подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика работы «текущий ремонт дороги по ул. Корницкого, 24». Общая стоимость поставляемого товара по контракту составляет 200 тыс. рублей;

– от 24.01.2017 № 06/01-17, в соответствии с которым подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика работы «текущее содержание дорог, тротуаров, межквартальных проездов, дворовых территорий Центрального внутригородского района в 2017 году». Общая стоимость поставляемого товара по контракту составляет 5 323 192 рубля; 

– от 14.04.2017 № 125/04-17, в соответствии с которым подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика работы «текущий ремонт ул. Беломорская (от ул. Осоавиахима до ул. Красноармейской)». Общая стоимость поставляемого товара по контракту составляет 1 193 916 рублей. 

Должник (уступающий право) и общество (приобретающий право) заключили договор уступки прав требований от 29.05.2017 № 7, согласно которому уступающий право в счет погашения своей задолженности перед приобретающим право уступает последнему в полном объеме право требования по договору от 05.05.2017 № 139/05-17. Сумма передаваемого договора составляет 292 024 рублей. 

Должник (уступающий право) и индивидуальный предприниматель ФИО4 (приобретающий право) заключили договор уступки прав требований от 10.04.2017 № 3, согласно которому уступающий право в счет погашения своей задолженности перед приобретающим право уступает последнему в полном объеме право требования по договору от 21.03.2017 № 70/03-17. Сумма передаваемого договора составляет 195 887 рублей.  

Должник (уступающий право) и общество (приобретающий право) заключили договор уступки прав требований от 01.06.2017 № 9, согласно которому уступающий право в счет погашения своей задолженности перед приобретающим право уступает последнему в полном объеме право требования по договору от 24.01.2017 № 06/01-17. Сумма передаваемого договора составляет 1 921 442 рублей. 

Должник (уступающий право) и общество (приобретающий право) заключили договор уступки прав требований от 20.042017 № 1, согласно которому уступающий право в счет погашения своей задолженности перед приобретающим право уступает последнему в полном объеме право требования по договору от 24.01.2017 № 06/01-17. Сумма передаваемого договора составляет 3 058 137 рублей. 

Должник (уступающий право) и общество (приобретающий право) заключили договор уступки прав требований от 23.05.2017 № 5, по которому уступающий право в счет погашения своей задолженности перед приобретающим право уступает последнему в полном объеме право требования по договору от 14.04.2017 № 125/04-17. Сумма передаваемого договора составляет 1 187 169 рублей. 

Конкурсный управляющий, полагая, что оспариваемые сделки (договоры уступки) совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в связи с чем подлежат признанию недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды обоснованно руководствовались статьями 65, 71 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 32, 61.1, 61.2, 61.6 Закона о банкротстве, статьями 167, 170, 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63), информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», правовой позицией, указанной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487. 

Суды установили, что дело о банкротстве возбуждено 10.08.2018, оспариваемые договоры заключены в период с 20.04.2017 по 01.06.2017, то есть более чем за год до возбуждения дела о банкротстве, следовательно, подлежат применению положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Уполномоченный орган, обосновывая наличие признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения договоров, сослался на то, что у должника имелись неисполненные обязательства по уплате страховых взносов, что подтверждается возбужденными исполнительными производствами от 24.02.2006 № 252732/16/23054-ИП, от 24.02.2016 № 252733/16/23054-ИП. Решением выездной налоговой проверки от 30.12.2016 № 74т4 в отношении должника доначислена задолженность по НДФЛ за 2014 – 2015 годы в размере 2 216 090 рублей, из них основной долг – 1 767 220 рублей, пени – 352 580 рублей, штрафы – 96 280 рублей. Исходя из этого, суды пришли к выводу о том, что на момент заключения оспариваемых договоров уступки права у должника имелась значительная задолженность перед бюджетом. 

Кроме того, суды указали, что должник и общество являются аффилированными организациями, деятельность которых подконтрольна одному лицу – ФИО5, что свидетельствует о возможности применения презумпции осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности. 

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об  указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки. Данная норма содержит указания на конкретные обстоятельства, при установлении которых сделка должника может быть признана арбитражным судом недействительной как подозрительная, что препятствует произвольному применению этих норм с целью обеспечения баланса экономических интересов кредиторов должника и иных его контрагентов, получивших исполнение. Ключевой характеристикой подозрительных сделок является причинение вреда имущественным интересам кредиторов, чьи требования остались неудовлетворенными. Отсутствие вреда предполагает, что подобные имущественные интересы не пострадали, а осуществленные в рамках оспариваемой сделки встречные предоставления (обещания) являлись равноценными (эквивалентными). В свою очередь, это исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной, независимо от наличия иных признаков, формирующих подозрительность (неплатежеспособность должника, осведомленность контрагента об этом факте и т.д.). Указанные выводы приведены в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2022 № 310-ЭС22-7258. 

В обоснование цели причинение вреда конкурсный управляющий ссылался на отсутствие встречного предоставления, что повлекло безвозмездный вывод актива в виде дебиторской задолженности к МКУ «УЖКХ города Новороссийска». 

Оценивая данный довод, суды исследовали правоотношения сторон и пришли к выводу о том, что должник не имел возможности выполнить работы, предусмотренные контрактом (отсутствие техники, работников), ввиду чего заключил договоры подряда от 05.05.2017 № 10/17, от 15.03.2017 № 8/17, от 14.04.2017 № 10/17, от 21.03.2017 № 1/17 с обществом и индивидуальным предпринимателем ФИО4 Таким образом, должник работы не выполнял. Все документы в подтверждение этих доводов представлены в материалы дела. Договоры подряда недействительными не признаны. 

Фактически работы по указанным муниципальным контрактам выполнялись обществом и индивидуальным предпринимателем ФИО4, которые понесли фактические затраты и расходы по выполнению этих работ, и в именно в связи с невозможностью оплаты по договорам подряда, с целью погашения своей задолженности перед заинтересованными лицами должник заключил оспариваемые договоры уступки.

Суды указали, что в результате заключения договоров уступки фактически произошел переход прав и обязанностей подрядчиков по муниципальным контрактам от одного лица (должника) к другим (общество, индивидуальный предприниматель ФИО4), фактически выполнившими подрядные работы. 

 

При фактическом выполнении работ по контракту силами и средствами иных лиц у должника возникла обязанность оплатить стоимость этих работ, следовательно, с одной стороны, в рамках подрядных правоотношений должник выступал кредитором МКУ «УЖКХ города Новороссийска», а рамках субподрядных – являлся должником. Таким образом, в результате заключения договора уступки произошел лишь переход прав требования по контракту от одного лица (должник) к другим (общество, индивидуальный предприниматель ФИО4), фактически выполнившим подрядные работы. Заключение договоров уступки являлось способом расчета должника перед обществом и индивидуальным предпринимателем ФИО4 по договорам подряда, что отвечает стандартно применяемой в субподрядных правоотношениях системе расчетов, предполагающей осуществление оплаты работ субподрядчика за счет поступивших от заказчика денежных средств. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2023 № 308-ЭС22-18712 по делу № А32-54359/2019, гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому, в ситуации, когда третье лицо (заказчик строительства), не являющееся стороной договора субподряда, состоящее при этом в иной (подрядной) обязательственной связи с подрядчиком по договору субподряда, производит платеж за данного подрядчика по просьбе последнего его кредитору (субподрядчику), предполагается, что в основе операций по оплате чужого долга лежит договоренность между названными третьим лицом и подрядчиком – заключенная ими сделка о погашении тем самым собственного обязательства упомянутого третьего лица перед таким подрядчиком, закрепленного в договоре подряда (договор о покрытии). 

Суды отметили, что в рассматриваемом случае уменьшение стоимости имущества должника или увеличение размера имущественных требований к должнику в результате заключения договоров уступки, иные последствия совершенных должником сделок, которые привели к полной или частичной утрате возможности конкурсных кредиторов получить удовлетворение своих требований судом не установлено. 

Напротив, отказ от исполнения контрактов мог повлечь штрафные санкции для должника, негативно сказаться на его деловой репутации. Заключение договоров субподряда свидетельствует об их целесообразности для должника. Стоимость переданных заинтересованными лицами результата работ соответствует размеру перечисленных денежных средств, в связи с чем отсутствует вред должнику (который фактически не осуществлял работы и не понес каких-либо затрат при выполнении работ) и имущественным правам кредиторов. 

При указанных обстоятельствах является обоснованным вывод судов о недоказанности совокупности условий для признания недействительными оспариваемых договоров уступки. 

Рассматривая ходатайство общества о применении срока исковой давности, суды, руководствуясь положениями статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.9 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления № 63, правовой позицией, сформулированной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 № 305-ЭС17-13572, от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487, исходили из того, что срок исковой давности не может начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть момента, начиная с которого истец должен был узнать о нарушении своих прав, об основаниях для предъявления иска и о личности надлежащего ответчика. 

Суды установили, что ФИО3 являлся конкурсным управляющим с 10.04.2019 и временным управляющим с 29.20.2018. В заявлении об оспаривании сделок конкурсный управляющий указал, что установил факт участия должника в исполнении государственных и муниципальных контрактов путем получения сведений из «Контур-Фокус» и в последующем, 10.04.2020 направил запросы заказчику, из ответов получены сведения об уступке прав. Суды оценили данные обстоятельства, применительно к обязанности как временного, так и конкурсного управляющего своевременно принимать все разумные меры по поиску и выявлению имущества должника. Учитывая, что годичный срок исковой давности следует исчислять с 10.04.2019 и последним днем срока исковой давности является 10.04.2020, суды обоснованно указали, что заявление кредитора, направленное в суд посредством системы «Мой Арбитр» 08.07.2020, подано по истечении установленного срока. 

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оспаривая судебные акты, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов судов. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу статьи 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции не наделен полномочиями по оценке (переоценке) и исследованию фактических обстоятельств дела, выявленных в ходе его рассмотрения по существу. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2023 по делу № А32-31835/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                М.Г. Калашникова

                                                                                                                           В.В. Конопатов