ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности постановления арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

дело №А65-4236/2019

г. Самара

24 августа 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 августа 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено  24 августа 2021 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Деминой Е.Г., судей Колодиной Т.И. Морозова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

с участием:

от общества с ограниченной ответственностью "Велор" - директор ФИО2, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц от 06.04.2021,

от общества с ограниченной ответственностью Финансовая компания "Юкон" - ФИО3, доверенность от 01.07.2021, диплом №24400 от 22.06.2003, 

от общества с ограниченной ответственностью "Оптовик" представитель не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом,

   рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале № 7 апелляционную  жалобу общества с ограниченной ответственностью Финансовая компания "Юкон" на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 мая 2019 года по делу № А65-4236/2019 (судья Юшков А.Ю.) 

по иску общества с ограниченной ответственностью "Велор" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Оптовик"  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании,

 по встречному иску общества с ограниченной ответственностью "Оптовик" к обществу с ограниченной ответственностью "Велор" о применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью Частное Охранное Предприятие "Монарх+" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Оптовик" (далее – ответчик) о взыскании 16 441 133,28 руб. долга, 200 603,95 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами и  4 253 027,06 руб. неустойки, с начислением ее до момента фактического исполнения обязательства.

В ходе рассмотрения дела истец изменил наименование на общество с ограниченной ответственностью "Велор". 

Определением от 29.04.2019 принято встречное исковое заявление ответчика, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о применении последствий недействительности сделки (двусторонняя реституция) по ничтожному договору на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 и возврате всего полученного по сделке, а именно понуждении ООО "Велор" осуществить возврат всех полученных денежных средств по ничтожному договору на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016; понуждении ООО "Оптовик" осуществить возврат реально исполненных услуг путем возмещения их действительной стоимости.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2019 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 21.11.2019, первоначальные исковые требования удовлетворены. Встречные исковые требования оставлены без удовлетворения.

Общество с ограниченной ответственностью Финансовая компания "Юкон" (далее – заявитель, конкурсный кредитор), являющееся кредитором ответчика, обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019 порядке, предусмотренном пунктом 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее – Постановление № 35), в которой просит обжалуемое решение в части удовлетворения первоначальных исковых требований отменить как незаконное и необоснованное и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении первоначальных исковых требований отказать.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указал, что обжалуемое решение может повлиять на дальнейшее удовлетворение требований заявителя и других кредиторов в рамках процедуры банкротства, так как взысканная сумма является значительной, в связи с этим суд должен применить повышенный стандарт доказывания к истцу, проверить не только документы по делу, но и установить иные фактические обстоятельства, в том числе соответствие деятельности ООО "Велор" установленным законом требованиям для оказания услуг, наличие ресурсов (возможности) для их оказания, доказательства отображения оказанных услуг в бухгалтерской документации ООО "Велор".

Заявитель считает, что истец не доказал факт оказания услуг по договору № У-007/16 от 01.01.2016. В обоснование требований (стоимости услуг по договору) ООО "Велор" представило только подписанный договор на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016, односторонние акты об оказании услуг, односторонние постовые ведомости и счета на оплату. Однако ООО "Велор" не подтвержден ни факт оказания антитеррористических услуг, ни соответствие деятельности ООО "Велор" установленным законом требованиям для оказания этих услуг, ни наличие ресурсов (возможности) для их оказания. ООО "Оптовик" полностью отрицало факт оказания ему обусловленных договором № У-007/16 от 01.01.2016 услуг по антитеррористической охране со стороны ООО "Велор". В связи с этим письмом от 10.04.2019 № 108-ЮО ООО "Оптовик" выразило отказ от подписания актов оказанных услуг и заявило об отказе от их приемки.

По мнению заявителя, суд незаконно удовлетворил требования ООО "Велор" по первоначальному иску, поскольку в основу исковых требований положен ничтожный договор № У-007/16 от 01.01.2016.

Суд не применил нормы пункта 1 статьи 166, пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее - ГК РФ).

Требование о взыскании задолженности, возникшей в результате ненадлежащего исполнения ничтожной сделки не может быть удовлетворено судом.

В дополнении к апелляционной жалобе заявитель указал, что договор на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 также является ничтожной сделкой на основании статьи 169 ГК РФ как сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

ООО "Велор" договор заключен с целью получения дохода от незаконной предпринимательской деятельности (ввиду осуществления деятельности без обязательной в силу закона лицензии), что противоречит основам правопорядка и нравственности, поскольку является уголовно наказуемым деянием (статья 171 УК РФ).

Указанные обстоятельства подтверждены обвинительным заключением по уголовному делу в отношении ФИО2, ФИО4, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного пунктами "а", "б" части  2 статьи 171 УК РФ.

Кроме того, договор охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 в части услуг по антитеррористической охране является мнимой сделкой, поскольку со стороны истца она не была направлена на наступление правовых последствий по возникновению обязанности оказать ответчику услуги по обеспечению антитеррористической безопасности. Со стороны ООО "Оптовик" решение о заключении спорной сделки было принято ФИО4 (вступившим в преступный сговор с ФИО2), занимавшим на момент заключения договора должность заместителя директора по правовым вопросам. Действия ФИО4 также не были направлены на возникновение у ООО "Велор" обязанности оказать ответчику ООО "Оптовик" услуги по обеспечению антитеррористической безопасности, они были направлены исключительно на получение дохода преступным путем.

Решение по настоящему делу послужило основанием для обращения ООО "Велор" с требованием о включении его в реестр в рамках дела о банкротстве ООО "Оптовик", поскольку именно решением по данному делу установлен факт предоставления истцом ответчику охранных услуг по договору № У-007/16 от 01.01.2016.

Удовлетворение требований истца по настоящему делу нарушает права ООО ФК "Юкон" как независимого кредитора, поскольку ООО "Оптовик" и ООО "Велор" являлись аффилированными лицами. 

Так, ФИО4 занимал в ООО "Оптовик" руководящую должность заместителя директора по правовым вопросам и имел возможность оказывать влияние на деятельность ООО "Оптовик". ФИО4 со стороны ООО "Оптовик" способствовал заключению договора охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 с ООО "Велор". Преступный сговор ФИО5 и ФИО2 (директора ООО "Велор") подтвержден обвинительным заключением по уголовному делу в отношении ФИО2, ФИО4, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного пунктам "а, б" части  2 статьи 171 УК РФ. Кроме того, ФИО4 неоднократно представлял интересы ФИО2 при рассмотрении дел в арбитражных судах и судах общей юрисдикции.

Более того, суд первой инстанции не принял во внимание доводы ответчика о том, что ООО "Велор" не могло фактически оказать услуги, требование по оплате которых удовлетворено судом, ввиду следующих обстоятельств: отсутствие обязательной лицензии на оружие, оружия и оружейной комнаты; отсутствие обязательного уведомления Управления Росгвардии о начале охраны объектов массового пребывания людей ООО "Оптовик"; отсутствие необходимого количества людей в штате (73 вместо необходимых 250); отсутствие обязательных периодических медицинских осмотров охранников; отсутствие обязательных удостоверений и карточек охранников; отсутствие документов о периодическом обучении антитеррористическим навыкам; отсутствие специализированных транспортных средств и средств специальной связи; отсутствие договоров с соответствующими дежурными частями органов внутренних дел и территориальных органов Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации.

Довод  о  неоказании  истцом услуг по договору № У-007/16 от 01.01.2016 подтверждается также заключением специалиста по результатам финансово-аналитического исследования.

По мнению заявителя, в рамках настоящего дела судом кассационной инстанции уже сделан вывод о ничтожности договора, а именно: на стр. 7-8 постановления от 21.11.2019: "Таким образом, заключенный договор является ничтожным, поскольку при его заключении был нарушен выраженный в изложенных норма императивный характер в части осуществления услуг по обеспечению безопасности и защищенности пребывания неопределенного круга лиц на объектах, являющихся местами массового пребывания людей и относящихся к различным категориям потенциальной опасности, Частной охранной организацией, не имеющей право на занятие именно этим видам охранной деятельности".

Также заявитель просил приостановить производство по апелляционной жалобе до принятия Елабужским городским судом Республики Татарстан решения по уголовному делу №1-213/2021.

Доводы заявителя подробно изложены в апелляционной жалобе, дополнении к ней, письменных пояснениях и поддержаны в судебном заседании (т. 6, л. 5-9, 61-62; т. 16, л. 104-106).   

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил прекратить производство по апелляционной жалобе, указав, что обжалуемым решением права и обязанности  ООО  ФК "Юкон"  непосредственно не затрагиваются,  ООО  ФК "Юкон"  не имеет права на обжалование судебного акта, поскольку решение исполнено 13.09.2019, то есть до подачи заявления о банкротстве.

Доводы жалобы о ничтожности договора на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016, аффилированности ООО "Велор" и ООО "Оптовик" истец считает необоснованными, не подтвержденными надлежащими доказательствами, ссылку на материалы уголовного дела несостоятельной.

Также считает несостоятельной ссылку ООО ФК "Юкон" на определение Арбитражного суда РТ от 01.06.2020 по делу №А65-3879/2020, поскольку задолженность по данному решению взыскана в полном объеме и не может быть заявлено повторно к взысканию (т.6, л. 24-27; т. 11, л.д. 108-111; т. 16, л. 102-103). 

Ответчик представил отзыв, в котором поддержал доводы жалобы как обоснованные.

Ответчик считает, что договор на оказание охранных антитерростических услуг №У-007/16 от 01.01.2016 является мнимой сделкой, заключенной под влиянием обмана.

Также судом не исследован вопрос о том, что спорный договор заключен между аффилированными лицами и по их преступному сговору. 

Преступный сговор ФИО4 и ФИО2 на подписание спорного договора подтвержден обвинительным заключением. Также ФИО4 неоднократно представлял интересы ФИО2 при рассмотрении дел в арбитражных судах и судах общей юрисдикции.

Судом не учтено, что факт неоказания охранных услуг подтвержден двумя независимыми финансово-экономическими экспертизами, которыми установлена огромная разница между стоимостью фактически оказанных (но не предусмотренных договором) услуг и стоимостью отраженных кредитором в актах, в том числе  подписанных ООО "Оптовик" под заблуждением.  Представленная  истцом лицензия является сфальсифицированной (т. 6, л. 78-85).

Проверив материалы дела, ознакомившись с отзывом ответчика, выслушав представителей сторон, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с представленными доказательствами, суд апелляционной инстанции установил.

Между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключен договор на оказание охранных услуг от 01.01.2016 № У-007/16.

В соответствии с условиями указанного договора исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику охранные услуги на условиях, предусмотренных настоящим договором, а заказчик обязуется оплатить услуги исполнителя на условиях, предусмотренных настоящим договором.

Согласно пункту 1.2 договора объектами охраны по договору являются: гипермаркеты "Эссен", супермаркеты "Эссен-Грин", магазины "Эссен - Экспресс" и мясной цех ООО "Оптовик".

В соответствии с пунктом 1.3 договора охрана объектов будет осуществляться исполнителем согласно приложению № 2 (режим охраны постов ЧОП "Монарх+").

Приложением № 2 к договору установлена ежемесячная стоимость услуг по каждому объекту охраны.

Количество объектов охраны и ежемесячная стоимость услуг по каждому объекту охраны изменялись дополнительными соглашениями к договору № 1 от 04.05.2016, № 2 от 01.10.2016, № 3 от 09.03.2017, № 4 от 09.03.2017, № 5 от 09.03.2017, № 6 от 01.04.2017, № 7 от 30.06.2017, № 8 от 03.11.2017.

В соответствии с пунктом 4.1 договора, за предоставляемые услуги заказчик выплачивает исполнителю денежные средства согласно приложению № 2, являющемуся неотъемлемой частью настоящего договора.

В силу пункта 4.2 договора оплата услуг исполнителя производится ежемесячно путем перечисления денежных средств на расчетный счет исполнителя в течение 7 банковских дней с момента подписания акта выполненных работ обеими сторонами.

В случае если в течение 5 календарных дней с момента получения акта об оказании услуг заказчиком, не будет предоставлен ни подписанный акт, ни письменные мотивированные возражения заказчика, то услуги считаются оказанными исполнителем надлежащим образом и в установленный срок, а акт - подписанным и принятым заказчиком без возражений и имеющим доказательственное значение и полную юридическую силу.

Истец в обоснование своих требований по первоначальному иску указал, что по указанному договору охранные услуги оказывались ответчику в период с 01.01.2016 по настоящее время.

Уведомлением № 127-ЮО от 29.12.2018 ответчик известил истца об одностороннем отказе от договора и его расторжении по истечении 75 календарных дней.

Охранные услуги по договору оказывались истцом надлежащим образом, в полном объеме, претензий по оказанию охранных услуг от ответчика истцу не поступало.

В подтверждение факта оказания услуг истцом представлены акты оказанных услуг, часть из которых подписана уполномоченными представителями сторон и заверена оттисками печатей организаций, а часть – подписана истцом в одностороннем порядке.

В то же время заказчиком оплата за оказанные охранные услуги производилась ненадлежащим образом, с нарушением сроков оплаты, предусмотренных пунктом 4.2 договора (акты сверок взаимных расчетов за 2016 год на 12 304 730 руб., за 2017 год на 3 039 130 руб., за период с 01.07.2016 по 30.09.2016 на 3 252 810 руб.; с 01.10.2016 по 31.12.2016 на 9 239 730 руб.; с 01.01.2018 по 30.06.2018 на 11 141 930 руб.; с 01.07.2018 по 30.09.2018 на 13 172 330 руб.).

Согласно пункту 5.2 договора (вступившему в силу с 09.03.2017 по дополнительному соглашению к договору № 3 от 09.03.2017) за нарушение заказчиком сроков оплаты услуг исполнителя по настоящему договору, заказчик выплачивает исполнителю неустойку в размере 0,1% от суммы долга за каждый календарный день просрочки. 

В связи с неоплатой за оказанные охранные услуги, а также просрочкой исполнения обязательств по оплате за оказанные услуги, исполнителем заказчику была направлена соответствующая претензия № 02 от 04.01.2019 на 19 830 230 руб. (вручена ответчику 11.01.2019).

Указанная претензия оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, в связи с чем истец со ссылкой на статьи 309, 310, 330, 395, 779, 781 ГК РФ обратился в суд с вышеуказанным иском.

По состоянию на день предъявления иска и рассмотрения дела размер основного долга ответчика по указанному договору составлял 16 441 133,28 руб., согласно представленному истцом расчету.

На основании пункта 5.2 договора в связи с просрочкой оплаты истец начислил ответчику неустойку, размер которой за период с 09.03.2017 по 15.02.2019 составил 4 253 027,06 руб., согласно представленному истцом расчету.

Кроме того, на основании статьи 395 ГК РФ за просрочку платежей за период с 15.02.2016 по 08.03.2017 истец начислил ответчику проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 200 603,95 руб.,  согласно расчету.

В претензии исх.№13 от 19.02.2019 истец потребовал оплаты в размере 16 441 133,28 руб. долга, 200 603,95 руб. процентов и 4 253 027,06 руб. неустойки.

Ответчик первоначальный иск не признал и предъявил встречный иск о применении последствий недействительности сделки (двусторонняя реституция) по ничтожному договору на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 и возврате всего полученного по сделке, а именно понуждении ООО "Велор" осуществить возврат всех полученных денежных средств по ничтожному договору на оказание охранных услуг №У-007/16 от 01.01.2016; понуждении ООО "Оптовик" осуществить возврат реально исполненных услуг путем возмещения их действительной стоимости.

В обоснование своих требований по встречному иску ответчик указал, что договор на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 является ничтожным, поскольку в его основе лежит сделка, нарушающая требования Закона N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" (далее - Закон N 2487-1), и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, в связи с чем является недействительной по признаку ничтожности.

Ответчик указал, что является арендатором зданий, принадлежащих на праве собственности АО "Эссен ФИО6", используемых для размещения торговых объектов с массовым пребыванием людей, в отношении которых установлены требования по обеспечению антитеррористической защищенности 1-ой, 2-ой и 3-ей категорий потенциальной опасности.

Ответчику из письма б/н АО "Эссен ФИО6" от 20.12.2018 стало известно, что заключенный договор на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 является ничтожным в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 3 требований к антитеррористической защищенности торговых объектов (территорий), утв. Постановлением Правительства РФ от 19.10.2017 N 1273, ответственность за обеспечение антитеррористической защищенности торговых объектов возлагается на юридических лиц, владеющих на праве собственности земельными участками и зданиями, используемыми для размещения торговых объектов.

Согласно пунктам 27, 28 требований собственник торговых объектов обязан осуществлять, в том числе контроль за выполнением требований к обеспечению охраны и защиты торгового объекта, а также за уровнем подготовленности подразделения охраны торгового объекта к действиям при угрозе совершения и при совершении террористического акта на торговом объекте.

Все торговые объекты АО "Эссен ФИО6", находящиеся в аренде ответчика, согласно имеющихся действующих по настоящий момент паспортов безопасности включены в перечень мест массового пребывания людей, которым присвоены 1, 2, и 3-я категория потенциальной опасности и установлены требования по обеспечению антитеррористической защищенности.

Согласно заключенным ООО "Оптовик" с АО "Эссен ФИО6" договорам аренды торговых объектов, обязанность по обеспечению торговых объектов надлежащей физической охраной и заключению соответствующих договоров на оказание охранных услуг возложена на арендатора ООО "Оптовик". В заключенном договоре № У-007/16 от 01.01.2016 на оказание охранных услуг имеется ссылка на лицензию ЧО №030420 от 26.10.2015.

Предметом указанного договора является физическая охрана торговых объектов и осуществление антитеррористической деятельности.

Однако, как выяснилось из письма от 20.12.2018, необходимый вид разрешенных услуг, предусмотренный в пункте 7 части 3 статьи 3 указанного закона в лицензии ЧО №030420 отсутствует (охрана на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключением объектов, предусмотренных частью 3 статьи 11 указанного Закона). То есть, договор заключен с нарушением норм действующего законодательства, в том числе Закона Российской Федерации от 11.03.1992 N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" и Федерального закона "О лицензировании отдельных видов деятельности" N 99-ФЗ от 04.05.2011, то есть истец фактически осуществляет охранную деятельность, попадающую в сферу регулирования Закона N2487-1.

Ответчик не оспаривает, что истец имеет лицензию на осуществление частной охранной деятельности, за номером 0142 от 26.10.2015, бланк - серия ЧО № 030420.

Между тем право на оказание услуг, поименованных в пункте 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1 с разрешенным видом услуг "охрана объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключением объектов, предусмотренных частью третьей статьи 11 Закона №2487-1", указанная лицензия не предусматривает.

В связи с вышеизложенным ответчик пришел к выводу, что договор на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 является ничтожным, поскольку в его основе лежит сделка, нарушающая требования Закона N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" (далее - Закон N 2487-1), и при этом посягающая на публичные интересы/права и охраняемые законом интересы третьих лиц, в связи с чем является недействительной по признаку ничтожности.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суды исходили из того, что факт оказания услуг по договору № У-007/16 от 01.01.2016, наличие и размер задолженности, факт просрочки в оплате услуг подтверждены первичными документами бухгалтерского учета и актами сверки взаимных расчетов, представленными истцом, ответчиком доказательств уплаты долга, процентов и неустойки в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено, представленные истцом расчеты процентов и неустойки являются правильными, проценты за пользование чужими денежными средствами начислены ответчику за период до установления сторонами неустойки за просрочку исполнения обязательств, в свою очередь, неустойка начислена истцом лишь за период после подписания соответствующего дополнительного соглашения.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований, суды руководствовались следующим.

Выделяя в отдельный вид лицензируемой деятельности услугу по охране объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности (пункт 7 части 3 статьи 3 Закона Российской Федерации "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации"), и устанавливая для соискателя указанной лицензии более развернутые требования соответствия, законодатель ограничивает круг субъектов, которые могут участвовать в подобного рода деятельности. Указанные ограничения обусловлены и публичными интересами государства в противодействии терроризму, созданию эффективной системы антитеррористической защищенности этих объектов и выработки адекватных мер по предупреждению и предотвращению противоправных посягательств в условиях современных угроз. 

Правоотношения в сфере частной детективной и охранной деятельности, в том числе по вопросам лицензирования такой деятельности, регулируются Законом Российской Федерации от 11.03.1992 N 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" (далее - Закон N 2487-1) и Федеральным законом от 04.05.2011 N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности"  (далее - Закон N 99-ФЗ).

Суды указали,  что  сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. 

Публичный интерес - это часть системы действующего права, нормы которого направлены на защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, связаны с полномочиями и организационно-властной деятельностью государства, с выполнением общественных целей и задач.

Установив, что фактически ООО ЧОП "Монарх" не способно обеспечить безопасность и защищенность пребывания неопределенного круга лиц как на территории (объектах) торговых центров ответчика, так и самих объектов, поскольку не отвечает критериям частной охранной организации, предусмотренным федеральным законодательством, и не имеет лицензии на осуществление такой деятельности, суды пришли к выводу, что заключенный договор является ничтожным, поскольку при его заключении был нарушен выраженный в изложенных нормах императивный запрет в части осуществления услуг по обеспечению безопасности и защищенности пребывания неопределенного круга лиц на объектах, являющихся местами массового пребывания людей и относящихся к различным категориям потенциальной опасности, частной охранной организацией, не имеющей право на занятие именно этим видом охранной деятельности.

Вместе с тем, принимая во внимание, что истец заявил о пропуске ответчиком срока исковой давности для обращения в суд со встречными исковыми требованиями, установив, что в данном случае исполнение договора на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 началось с 01.01.2016, поскольку 01.01.2016 ООО ЧОП "Монарх+" приступило к фактическому оказанию охранных услуг на объектах ООО "Оптовик", которое, в свою очередь, допустило сотрудников ООО ЧОП "Монарх+" на свои объекты для оказания охранных услуг, и по результатам оказания услуг за январь 2016 года ООО "Оптовик" приняло исполнение сделки путем подписания 31.01.2016 актов оказанных услуг № 1 – № 26 от 31.01.2016, суды пришли к выводу, что трехлетний срок исковой давности по встречному иску ООО "Оптовик" истек 01.01.2019 и, учитывая, что согласно определению Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.04.2019 по делу № А65-4236/2019 встречное исковое заявление ООО "Оптовик" поступило в суд 29.03.2019, то есть за пределами срока исковой давности, отказали в удовлетворении встречных исковых требований по мотиву пропуска ответчиком срока исковой давности.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.05.2020 (резолютивная часть от 13.05.2020) по делу №А65-3879/2020 ООО "Оптовик" признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника.

Указанным решением требование ООО ФК "Юкон" о взыскании 624 925,14 руб. включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО "Оптовик". 

ООО ФК "Юкон", являясь конкурсным кредитором ООО "Оптовик", обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019 по делу №А65-4236/2019 со ссылкой на пункт 24 Постановления № 35, которым предусмотрено, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов.

Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643, обжалование кредитором (или арбитражным управляющим) судебных актов по правилам пункта 24 Постановления № 35 (далее – экстраординарное обжалование ошибочного взыскания) является одним из выработанных судебной практикой правовых механизмов обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются. При этом названный механизм отличается от предусмотренных АПК РФ порядков обжалования (пересмотра), закрепленных в статье 42 и главе 37 Кодекса.

В отличие от названных двух порядков экстраординарное обжалование ошибочного взыскания предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, по которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника). В случае признания каждого нового требования к должнику обоснованным доля удовлетворения требований остальных кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533). Этим и обусловлено наделение иных кредиторов правом на экстраординарное обжалование ошибочного взыскания в рамках общеискового процесса.

Согласно позиции, изложенной в упомянутом выше определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643, вступление в дело лиц, обращающихся с жалобой в порядке пункта 24 Постановления № 35 и желающих представить новые доказательства, должно осуществляться применительно к правилам о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в суде апелляционной инстанции.

При этом само по себе такое рассмотрение не является пересмотром по вновь открывшимся обстоятельствам, судом лишь по аналогии (часть 5 статьи 3 АПК РФ) применяются соответствующие правила, которые в то же самое время не умаляют правовую природу экстраординарного порядка и не препятствуют представлению новых доказательств (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2020 №305-ЭС18-5193(3)). 

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражный суд – оценивать эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные правоотношениям, в данном случае, по оказанию охранных услуг, в том числе услуг по охране объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности (пункт 7 части 3 статьи 3 Закона Российской Федерации "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации").

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), кредитор обязан подтвердить допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Между тем, учитывая, что ответчик находится в банкротстве и что решение по настоящему делу фактически предопределяет результат рассмотрения вопроса о включении требований истца в реестр требований кредиторов ответчика, основанием к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт (пункт 26 Постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470, от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740).

Заявление конкурсным кредитором возражений, ставящих под сомнение наличие оснований для оставления решения суда первой инстанции без изменения, обязывает суд апелляционной инстанции потребовать от истца дополнительных пояснений в опровержение позиции конкурсного кредитора. 

Предъявление к конкурсному кредитору высоких требований по доказыванию заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как такой кредитор по существу оказывается вынужденным представлять доказательства, доступ к которым у него отсутствует в силу его невовлеченности в спорные правоотношения.

Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470).

В апелляционной жалобе заявитель ссылается на то, что договор охранных услуг №У-007/16 от 01.01.2016 в части услуг по антитеррористической охране является мнимой сделкой, поскольку со стороны истца она не была направлена на наступление правовых последствий по возникновению обязанности оказать ответчику услуги по обеспечению антитеррористической безопасности. ООО "Велор" не могло фактически оказать услуги, требование по оплате которых удовлетворено судом, ввиду следующих обстоятельств: отсутствие обязательной лицензии на оружие, оружия и оружейной комнаты; отсутствие обязательного уведомления Управления Росгвардии о начале охраны объектов массового пребывания людей ООО "Оптовик"; отсутствие необходимого количества людей в штате (73 вместо необходимых 250); отсутствие обязательных периодических медицинских осмотров охранников; отсутствие обязательных удостоверений и карточек охранников; отсутствие документов о периодическом обучении антитеррористическим навыкам; отсутствие специализированных транспортных средств и средств специальной связи; отсутствие договоров с соответствующими дежурными частями органов внутренних дел и территориальных органов Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО "Оптовик" ссылается на то, что договор на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016 года имеет признаки мнимой сделки, не имеющей законной цели совершения, в то время как действительной целью обращения в суд являлось получение внешнего легального основания для получения значительной суммы денежных средств. По сути эта сделка имеет признаки, свидетельствующие о том, что сделка связана с легализацией доходов, полученных преступным путем (от незаконной предпринимательской деятельности). Реальность оказания антитеррористических услуг со стороны ООО "Велор" ничем не подтверждена. Документы, подтверждающие возможность фактического исполнения договора (оказания антитеррористических услуг), у ООО "Велор" отсутствуют. Представленные в материалы дела двусторонние акты оказания антитеррористических услуг составлены лишь для придания правомерного вида передаче денежных средств за услуги, факт оказания которых является не подтвержденным. ООО "Велор" стремилось правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий: оказания антитеррористических услуг. У ООО "Велор" отсутствовала цель в достижении заявленных результатов. Факт отсутствия намерений создать правовые последствия по сделке подтверждается материалами уголовного дела и в частности - обвинительным заключением. Следственным органом установлено, что целью заключения договора на оказание охранных антитеррористических услуг № У-007/16 от 01.01.2016 года было изначально исключительно получение денежных средств преступным путем, а не исполнение сделки.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В связи с этим наличие в материалах дела документов, формально подтверждающих существование отношений между сторонами, является недостаточным для опровержения аргумента конкурсного кредитора о мнимости заключенного сторонами договора субподряда (прикрываемая сделка).

В данном случае по существу необходимо проверить возражения заявителя и ответчика о фиктивности договора на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016, положенного в основание требования истца.

Соответственно, именно на истце лежит обязанность представить надлежащие доказательства, подтверждающие реальность совершения и исполнения сделки, наличие и размер задолженности перед ним и опровергающие возражения кредитора, обжалующего судебный акт.

При этом представленные истцом в обоснование своих требований при первоначальном рассмотрении дела первичные документы бухгалтерского учета (двухсторонние и односторонние акты оказанных услуг, акты сверки взаимных расчетов, платежные поручения), не являются достаточными доказательствами реального оказания охранных услуг.

Определением от 11.03.2021 суд апелляционной инстанции предложил ООО "Велор" представить доказательства реальности сделки, в том числе возможности исполнения договора (т. 6, л.д. 54).

Во исполнение определения суда апелляционной инстанции от 11.03.2021 истцом в качестве дополнительных доказательств реальности сделки, в том числе возможности исполнения договора, представлены следующие документы:

- книга учета доходов и расходов организаций за 2016-2019гг., налоговые декларации по налогу УСН за 2016-2019гг. (на 51 листе);

- сведения о доходах физических лиц и персонифицированные сведения о застрахованных лицах ООО "Велор" за 2018г. (на 113 листах);

- сведения о доходах физических лиц и персонифицированные сведения о застрахованных лицах ООО "Велор" за 2019г. (на 105 листах);

- договоры на размещение рекламы, акты выполненных работ по ним за период с января 2018г. по март 2019г. (на 164 листах);

- заявления о выдаче личной карточки охранника (на 90 листах);

- заявления о сдаче личной карточки охранника (на 77 листах);

- акты выполненных работ с ЧОУ ДПО "Батыр-НЧ" о прохождении периодической проверки, уведомления о снятии охраны (на 49 листах);

- договоры по перевозке персонала на такси, акты выполненных работ, накладные по покупке ТМЦ, акт приема-передачи услуг типографии (на 26 листах);

- акты приема-передачи документов между ООО ЧОП "Монарх+" и ООО "Оптовик" (на 22 листах);

- постовые ведомости (на 321 листе) (т. 11, л. 117-143; т. 12; т. 13; т. 14; т. 15; т. 16, л. 1-74, 107-150; т. 17; т. 18, л. 1-127).

Истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены первичные документы, подтверждающие факт оказания услуг, в том числе журнал разгружающегося автотранспорта, журнал выдачи/приема ключей от служебных помещений и иных дверей и ворот, журнал прихода/ухода персонала, книга приема-сдачи дежурства, журнал учета посетителей (согласно табелю постов).

Представленные истцом в материалы дела постовые ведомости не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих факт оказания охранных услуг, поскольку данные ведомости составлены истцом в одностороннем порядке.

Также не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих факт оказания охранных услуг, книги учета доходов и расходов организаций за 2016-2019гг., так как  данные документы не соответствуют по форме пункту 1.5. Порядка заполнения книги учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения (Приложение № 2 к приказу Министерства финансов Российской Федерации от 22.10.2012 № 135н), согласно которому Книга учета доходов и расходов должна быть прошнурована и пронумерована. На последней странице пронумерованной и прошнурованной налогоплательщиком Книги учета доходов и расходов указывается количество содержащихся в ней страниц, которое подтверждается подписью руководителя организации (индивидуального предпринимателя) и скрепляется печатью организации (индивидуального предпринимателя) (при наличии печати). На последней странице пронумерованной и прошнурованной налогоплательщиком Книги учета доходов и расходов, которая велась в электронном виде и выведена по окончании налогового периода на бумажные носители, указывается количество содержащихся в ней страниц, которое подтверждается подписью руководителя организации (индивидуального предпринимателя) и скрепляется печатью организации (индивидуального предпринимателя) (при наличии печати).

Представленные истцом налоговые декларации по налогу УСН за 2016-2019гг. также не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих факт оказания охранных услуг, поскольку отсутствуют сведения о представлении деклараций в налоговый орган.

Вместе с тем, из представленных истцом документов не представляется возможным установить, в частности: наличие в штате общества работников, имеющих статус охранника и удостоверения частного охранника, численность охранников, достаточная для оказания охранных услуг по договору (трудовые договоры, приказы о приеме на работу и увольнении и т.п. не представлены); наличие обязательной разрешительной документации на оружие, служебного оружия и оружейной комнаты; наличие документов о периодическом обучении охранников антитеррористическим навыкам; наличие специализированных транспортных средств и средств специальной связи; наличие договоров с соответствующими дежурными частями органов внутренних дел и территориальных органов Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации.

Как следует из представленного в материалы дела заключения специалиста № 481 (т.6, л. 134-157), подготовленного ООО "Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований" по заказу ООО "Оптовик", по результатам финансово-аналитического исследования, предметом которого являлся анализ факта исполненных/неисполненных обязательств (услуг) антитеррористической защищенности по договору на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016, заключенному между ООО ЧОП "Монарх+" (переименован в ООО "Велор") и ООО "Оптовик", с целью определения факта, объема и полноты выполнения договора (обязательств по антитеррористической защищенности) со стороны ООО ЧОП "Монарх+" в соответствии с установленными указанным договором условиями, экспертом с учетом приведенной методики расчета численности персонала установлено, что для охраны 31 объекта ООО "Оптовик" с количеством 114 постов в две смены (круглосуточно) по договору № У-007/16 от 01.01.2016 требуется 410 сотрудников охраны в сутки. Согласно представленным документам (договору № У-007/16 от 01.01.2016, приложениям, актам), сторонами договора согласовано общее количество персонала в сутки для охраны 31 объекта ООО "Оптовик" с учетом количества постов 114 и количества смен в сутки (2) 250 сотрудников охраны в сутки.

Документов, подтверждающих фактическую численность персонала в спорный период, в материалы дела не представлено.

Поскольку бухгалтерская отчетность ООО ЧОП "Монарх+" (ООО "Велор") за спорный период не представлена, установить отражение в бухгалтерской отчетности спорных операций не представляется возможным. Также не представлены доказательства оплаты труда охранников.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 78 Постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. У ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, в том числе и передачи результата работ. Реальной целью мнимой сделки может быть, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной. При этом определения точной цели не требуется, достаточно установить, что у сторон сделки не было намерений создать соответствующие правовые последствия. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов конкурсного кредитора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Принимая во внимание изложенное, а также учитывая отсутствие у ООО ЧОП "Монарх+" (переименован в ООО "Велор") на дату заключения спорного договора лицензии на право оказания охранных услуг по охране объектов и (или) имущества, а также по обеспечению внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности (пункт 7 части 3 статьи 3 Закона Российской Федерации "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации"), оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о реальном оказании услуг по договору, в связи с чем договор на оказание охранных услуг № У-007/16 от 01.01.2016, заключенный между ООО ЧОП "Монарх+" (переименован в ООО "Велор") и ООО "Оптовик", является недействительным (ничтожным) на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения первоначальных исковых требований.

Довод истца о том, что в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 89 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", совершение сделки лицом, не имеющим лицензии на занятие соответствующей деятельностью, не влечет ее недействительности, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку в данном случае сделка признана ничтожной по признаку ее мнимости.

Ссылка истца на то, что решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019 по делу №А65-4236/2019 не затрагивает права и обязанности ООО ФК "Юкон", в связи с чем ООО ФК "Юкон" не имеет право на обжалование данного судебного акта, является несостоятельной.

Как указано в пункте 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 N 10-П, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 18, 46, 55 (часть 3) и 118 Конституции Российской Федерации, обязывающих Российскую Федерацию как правовое государство к созданию эффективной системы защиты конституционных прав и свобод посредством правосудия, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является право заинтересованных лиц, в том числе не привлеченных к участию в деле, на обращение в суд за защитой своих прав, нарушенных неправосудным судебным решением.

В этой связи, если лицу в судебном разбирательстве противопоставляется судебный акт по другому разбирательству, в котором оно не участвовало, правопорядок должен обеспечивать этому лицу право на судебную защиту, в том числе, путем обеспечения возможности представить свои доводы и доказательства по вопросу, решенному этим судебным актом.

В настоящее время одним из способов обеспечения защиты такого лица, признаваемым правопорядком, является предоставление ему права обжалования соответствующего судебного акта: такая возможность, в частности, предусмотрена и для кредиторов находящегося в процедуре банкротства должника, полагающих, что судебный акт о взыскании долга или об утверждении мирового соглашения нарушает их права и законные интересы (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 24 Постановления № 35).

Пункт 24 Постановления № 35 наделяет конкурсных кредиторов правом обжалования в общем установленном процессуальным законодательством порядке данного судебного акта и направлен на устранений ситуаций, когда конкурсные кредиторы, считающие необоснованным требование другого кредитора, фактически лишаются права на судебную защиту (статья 2 АПК РФ), поскольку не могут возражать против заявленного требования по причине наличия вступившего в законную силу судебного акта.

В названных случаях, поскольку судебный акт затрагивает права и законные интересы других лиц не непосредственно (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 12 от 30.06.2020 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции"), а косвенно и напрямую о них не высказывается, его обжалование происходит не по правилам статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 Постановления № 35, с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определении от 26.06.2017 N 302-ЭС17-1318 ООО ФК "Юкон" как кредитор ООО "Оптовик", вправе обжаловать судебный акт по настоящему делу, в связи с чем поданная жалоба подлежит рассмотрению по существу.

В силу части 5 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникшие в ходе судопроизводства в арбитражных судах, арбитражные суды применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такой нормы действуют исходя из принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права).

В соответствии со статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, которая осуществляется в одной из форм отправления правосудия.

С целью обеспечения права ООО ФК "Юкон" на обжалование решения суда первой инстанции в апелляционном порядке и отсутствием нормы процессуального права, регулирующей сходную ситуацию, арбитражный апелляционный суд считает, что решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019 по делу №А65-4236/2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2019 по делу №А65-4236/2019 в части удовлетворения первоначального иска и распределения расходов по уплате государственной пошлины по первоначальному иску подлежат отмене с принятием по делу нового судебного акта об отказе в удовлетворении первоначальных исковых требований.

В остальной части решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31.05.2019 по делу №А65-4236/2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2019 по делу №А65-4236/2019 лицами, участвующими в деле, не оспариваются, в связи с чем не подлежат оценке судом апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному иску и по апелляционной жалобе  относятся  на истца.

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 мая 2019 года по делу №А65-4236/2019 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 сентября 2019 года по делу №А65-4236/2019 в части удовлетворения первоначальных исковых требований и распределения расходов по уплате государственной пошлины по первоначальному иску отменить, принять по делу в указанной части новый судебный акт.

Первоначальные исковые требования оставить без удовлетворения. Расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному иску и по апелляционной жалобе отнести на истца.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Велор" в пользу общества с ограниченной ответственностью Финансовая компания "Юкон" расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий             Е.Г. Демина 

Судьи            Т.И. Колодина

                                                                                                                       В.А. Морозов