№ 09АП-82475/2023

Дело № А40-213998/21

г.Москва

08 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 08 декабря 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Петровой О.О.,

судей: Сазонова Е.А., Янина Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Недвижимость» (ранее – ООО «ЦЕНТРАЛЬНЫЙ НАУЧНОИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РАДИОЭЛЕКТРОННЫХ СИСТЕМ») на решение Арбитражного суда города Москвы от 22 сентября 2023 года и на протокольное определение Арбитражного суда города Москвы от 11 сентября 2023 года по делу №А40-213998/21 по иску

   ФИО2 (правопредшественник – ФИО3)

к ООО «Недвижимость» (ранее – ООО «ЦЕНТРАЛЬНЫЙ НАУЧНОИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ РАДИОЭЛЕКТРОННЫХ СИСТЕМ») о взыскании убытков

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО4 по доверенности от  11.07.2023;

от ответчика: ФИО5 по доверенности от  09.12.2022 

 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратился в Арбитражный суд г.Москвы с исковым заявлением к ООО «ЦНИИРЭС» о взыскании убытков в размере 2 323 291 руб. 00 коп. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.01.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022, в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08.06.2022 решение Арбитражного суда г.Москвы от 12.01.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022 по делу №А40-213998/2021 оставлены без изменения.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС22-14990 от 22.11.2022 решение Арбитражного суда города Москвы от 21.01.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.03.2022 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 08.06.2022 по делу № А40-213998/2021 Арбитражного суда города Москвы отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении дела судом первой инстанции в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) принято заявление истца об уменьшении размера исковых требований. С учетом уточнений ФИО3 просил взыскать с ООО «ЦНИИРЭС» убытки в размере  2 026 747 руб.  12 коп.

Определением Арбитражного суда г.Москвы от 11 сентября 2023 года, занесенным в протокол судебного заседания, произведена замена истца по делу ФИО3 на ФИО2 в порядке процессуального правопреемства.

Решением Арбитражного суда г.Москвы от 22 сентября 2023 года исковые требования удовлетворены в полном объеме: с ООО «ЦНИИРЭС» в пользу ФИО2 взысканы убытки в размере 2 026 747 руб. 12 коп., а также расходы по госпошлине в размере 33 134 руб. 

Ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на вышеуказанные протокольное определение и решение Арбитражного суда г.Москвы. В апелляционной жалобе ответчик просит отменить протокольное определение Арбитражного суда г.Москвы от 11 сентября 2023 года о замене истца ФИО3 на ФИО2, отменить решение Арбитражного суда г.Москвы от 22 сентября 2023 года и принять новый судебный акт, которым взыскать с ООО «ЦНИИРЭС» в пользу ФИО3 действительную стоимость доли в уставном капитале ООО «ЦНИИРЭС» в размере 316 655 руб. за вычетом ранее выплаченной ФИО3 компенсации за акции ОАО «ЦНИИРЭС» в размере 300 532 руб. 72 коп. 

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и представленным доказательствам; на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; а также на нарушение судом норм материального и процессуального права. 

В судебном заседании представитель ответчика настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы.

Представитель ФИО2 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов Арбитражного суда города Москвы фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследовав материалы дела, Девятый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемые протокольное определение и решение Арбитражного суда города Москвы подлежащими оставлению без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлся владельцем 12 (двенадцати) обыкновенных именных акций открытого акционерного общества «Центральный научно-исследовательский институт радиоэлектронных систем» (ОАО «ЦНИИРЭС», Общество), преобразованного на основании внеочередного общего собрания акционеров от 12.12.2018 в ООО «ЦНИИРЭС» и зарегистрированного 20.06.2019.

В обоснование заявленных требований истец указал, что после преобразования Общества он не был включен в состав участников ООО «ЦНИИРЭС», а принадлежащие ему акции ОАО «ЦНИИРЭС» в нарушение требований статьи 20 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ) не были обменены на долю в уставном капитале ООО «ЦНИИРЭС».

Таким образом, ФИО3, по его утверждению, был необоснованно лишен акций ОАО «ЦНИИРЭС». 

Вследствие неправомерных действий ответчика истцу причинены убытки в размере 2 026 747 руб. 12 коп.  Размер убытков рассчитан ФИО3 как сумма действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «ЦНИИРЭС», которая подлежала бы выплате истцу исходя из данных бухгалтерской отчетности Общества за 2018 год.

В соответствии со ст.393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

В соответствии с п.1 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п.2 ст.15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии с п.12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, требование о взыскании убытков может быть удовлетворено, если доказана совокупность следующих условий: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершение незаконных действий или бездействие), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер убытков. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Как следует из статьи 15 ГК РФ, с учетом толкования данной нормы, приведенным в пунктах 11 и 12 постановления Пленума № 25, по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности; недоказанность размера причиненного ущерба к основаниям, позволяющим не возлагать гражданско-правовую ответственность на причинителя вреда, действующим законодательством не отнесена. Отказ в иске о возмещении убытков в полном объеме нарушает конституционный принцип справедливости и лишает заявителя возможности восстановить его нарушенные права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 104 ГК РФ, пунктом 1 статьи 20 Закона № 208-ФЗ акционерное общество вправе преобразоваться, в том числе в общество с ограниченной ответственностью.

При принятии акционерным обществом решения о реорганизации в форме преобразования такое решение должно содержать порядок обмена акций общества на доли (паи) участников (членов) в уставном (складочном) капитале общества с ограниченной ответственностью, хозяйственном товариществе или производственном кооперативе (подпункт 3 пункта 3 статьи 20 Закона № 208-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 75 Закона № 208-ФЗ если акционеры - владельцы голосующих акций голосовали против принятия решения о реорганизации либо не принимали участия в голосовании по этому вопросу, то они вправе требовать выкупа обществом всех или части принадлежащих им акций в случае принятия общим собранием акционеров решения о реорганизации общества.

Пунктом 6 статьи 76 Закона № 208-ФЗ предусмотрено, что акции, выкупленные обществом, поступают в его распоряжение. Вместе с тем, законом прямо не установлено, что в том случае, если акционер проголосовал против принятия решения о реорганизации или не принимал участие в общем собрании и, соответственно, не голосовал по указанному вопросу повестки дня, принадлежавшие такому акционеру ценные бумаги, полностью или частично погашаются. Напротив, законодатель исходит из принципа континуитета (непрерывности, продолжения) участия в обществе, в силу которого участнику (акционеру) после реорганизации его юридического лица гарантируется статус участника (акционера) в реорганизуемом юридическом лице и (или) его правопреемнике (правопреемниках).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П, право на свободное использование своего имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности служит основой конституционно-правового статуса участников хозяйственных обществ, в частности акционеров акционерных обществ - физических лиц, в том числе не являющихся предпринимателями, которые реализуют свои права через владение акциями, удостоверяющими обязательственные права ее владельца по отношению к акционерному обществу. Права требования также охватываются понятием имущества, а, следовательно, обеспечиваются конституционно-правовыми гарантиями, включая охрану законом прав акционеров, в том числе миноритарных (мелких) акционеров как слабой стороны в системе корпоративных отношений, и судебную защиту нарушенных прав (часть 1 статья 46 Конституции).

В соответствии с пунктом 1 статьи 235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Изъятие у собственника имущества принудительно не допускается, кроме случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 235 ГК РФ.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что реорганизация ОАО «ЦНИИРЭС» в форме преобразования в ООО «ЦНИИРЭС» повлекла нарушение прав и законных интересов истца, который, ранее являясь акционером ОАО «ЦНИИРЭС», не был включен в состав участников ООО «ЦНИИРЭС».

Как верно указал суд в обжалуемом решении, решение общего собрания акционеров ОАО «ЦНИИРЭС», согласно которому в состав ООО «ЦНИИРЭС» подлежат включению только акционеры ОАО «ЦНИИРЭС», голосовавшие «за» или «воздержался» при принятии решения о реорганизации Общества, противоречит действующему законодательству Российской Федерации. 

Несоответствие нормам действующего законодательства распределения долей в уставном капитале ООО «ЦНИИРЭС» только среди акционеров ОАО «ЦНИИРЭС», голосовавших «воздержался» и «за» по вопросу о реорганизации акционерного общества в форме преобразования, установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.07.2019 по делу А40-85499/19, а также подтверждается предписанием ЦБ РФ от 12.12.2018.

При этом неправомерные действия Общества повлекли причинение истцу убытков в размере 2 026 747 руб. 12 коп., соответствующем сумме действительной стоимости доли ФИО3 в уставном капитале ООО «ЦНИИРЭС», которая подлежала бы выплате истцу, исходя из данных бухгалтерской отчетности Общества за 2018 год.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, расчет убытков, выполненный истцом, является математически верным, соответствует обстоятельствам дела и не противоречит положениям действующего законодательства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 14 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 названного Федерального закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Общество обязано выплатить действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать в натуре имущество такой же стоимости в течение одного года со дня перехода к обществу доли или части доли, если меньший срок не предусмотрен настоящим Федеральным законом или уставом общества. Действительная стоимость доли или части доли в уставном капитале общества выплачивается за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала (пункт 8 статьи 23 Закона).

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (пункт 16) общество обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли, размер которой определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого подано указанное заявление. Исходя из пункта 2 статьи 14 Закона действительная стоимость доли участника должна соответствовать части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Как следует из материалов дела и указано ранее, доля, причитающаяся истцу, перешла к Обществу при регистрации ООО «ЦНИИРЭС» 20.06.2019 в результате неправомерного невключения ФИО3 в состав участников Общества.

Согласно данным бухгалтерского баланса, стоимость чистых активов ООО «ЦНИИРЭС», использованных истцом при расчетах действительной стоимости доли, по состоянию на 31.12.2018 равна 354 838 тыс.руб. (лист 4, строка 3600 бух. баланса). Указанные чистые активы ООО «ЦНИИРЭС» за 2018 год рассчитывались на основе показателей, представленных в бухгалтерском балансе Общества, в том числе, с учетом величины основных средств и финансовых вложений.

При этом, поскольку балансовая (учетная) стоимость основных средств и финансовых вложений не отражает рыночную стоимость объектов недвижимости и финансовых вложений ООО «ЦНИИРЭС», при расчете действительной стоимости доли истцом правомерно учтена рыночная стоимость основных средств и финансовых вложений Общества.

Как следует из материалов дела, рыночная стоимость нежилых помещений, принадлежащих ответчику, установленная решением Московского городского суда по делу №За2213/2020 от 24.04.2020, по состоянию на 01.01.2018 составляет  512000 тыс.руб.; рыночная стоимость земельного участка, установленная решением Московского городского суда по делу №За-2284/2020 от 09.06.2020, по состоянию на 01.01.2018 составляет 548174 тыс.руб.

В силу ст.12 ФЗ «Об оценочной деятельности в РФ» и согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в п.4.1 Постановления от 5 июля 2016 года № 15-П, кадастровая стоимость и рыночная стоимость объектов недвижимости ответчика, установленные решениями Московского городского суда, считаются достоверными, подлежат применению, начиная с 01.01.2018, и остаются неизменными до следующей государственной кадастровой оценки.

Рыночная стоимость финансовых вложений ответчика для расчета действительной стоимости доли определена в соответствии в положениями п.20 ПБУ 19/02 «Учет финансовых вложений», которыми установлено, что финансовые вложения, по которым можно определить в установленном порядке текущую рыночную стоимость, отражаются в бухгалтерской отчетности на конец отчетного года по текущей рыночной стоимости путем корректировки их оценки на предыдущую отчетную дату.

Ответчик владеет 100% доли участия в ООО «Руфиком». ООО «Руфиком» владеет 55% паев КЗПИФ «ФНБ Бизнес». Расчетная стоимость паев КЗПИФ «ФНБ Бизнес» в соответствии с требованиями законодательства ежемесячно определяется и направляется Управляющей компанией фонда в Банк России.

Исходя из данных, полученных из официальных источников информации, истцом определена рыночная стоимость финансовых вложений ООО «Руфиком» в размере 1,46 млрд.руб.

При этом истцом произведена корректировка с учетом более высокой рыночной стоимости финансовых вложений, согласно данным Справки о расчетной стоимости принадлежащих ООО «Руфиком» паев. Согласно расчету истца, рыночная стоимость чистых активов дочернего ООО «Руфиком» составляет рыночную стоимость финансовых вложений ответчика, поскольку ООО «ЦНИИРЭС» владеет 100%-й долей в ООО «Руфиком».

Рыночная стоимость чистых активов ООО «ЦНИИРЭС», рассчитанная по формуле истцом по данным бухгалтерской отчетности за 2018 год, составляет 2 607 911 000 руб.

Размер уставного капитала ООО «ЦНИИРЭС» равен 13435 рублей. На доли участников Общества при преобразовании обменивались обыкновенные именные акции ОАО «ЦНИИРЭС» номинальной стоимостью 1 рубль.

Согласно расчету истца, действительная рыночная стоимость 1/13447-й доли участника (с учетом 12 акций истца) составит 193 939,99 рублей.

В результате обмена 12 акций ОАО «ЦНИИРЭС» истец должен был получить 12/13447 долю в уставном капитале ООО «ЦНИИРЭС».

Действительная рыночная стоимость 12/13447 доли участника, рассчитанная по формуле 2, составит 2 327 279,84 руб.

С учетом добровольной выплаты истцу, после подачи иска, материальной компенсации в размере 300 532,72 рубля, размер убытков, подлежащий взысканию с ответчика, составляет 2 026 747,12 руб.

Представленный истцом расчет убытков признается апелляционным судом обоснованным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и математически верным.

Возражения ответчика в отношении составленного истцом расчета со ссылкой на то, что к финансовым вложениям, по которым можно определить текущую рыночную стоимость, относятся только вложения, обращающиеся на организованном рынке ценных бумаг, а поскольку доля общества в уставном капитале ООО «Руфиком» не обращается на организованном рынке ценных бумаг, ее текущая рыночная стоимость не определяется, обоснованно отклонены судом первой инстанции, с учетом следующего.

Так, пунктом 20 Положения по бухгалтерскому учету ПБУ 19/02 «Учет финансовых вложений» установлено, что финансовые вложения, по которым можно определить в установленном порядке текущую рыночную стоимость, отражаются в бухгалтерской отчетности на конец отчетного года по текущей рыночной стоимости путем корректировки их оценки на предыдущую отчетную дату.

Текущая рыночная стоимость финансовых вложений ООО «Руфиком» может быть определена в любое время, поскольку, в соответствии с требованиями законодательства, Управляющая компания Комбинированного закрытого ПИФ «ФНБ Бизнес» (новое название ЗПИФН «Фонд недвижимости БКС»), паями которого владеет ООО «Руфиком», ежемесячно определяет и предоставляет в Банк России информацию о расчетной стоимости чистых активов ЗПИФа и стоимости пая. И поскольку текущая рыночная стоимость финансовых вложений ООО «Руфиком» может быть определена, в соответствии с требованиями пункта 20 ПБУ 19/02 ООО «Руфиком» должно отражать свои финансовые вложения в бухгалтерской отчетности на конец отчетного года по текущей рыночной стоимости.

Текущее изменение стоимости финансовых вложений ООО «Руфиком» и, соответственно, его чистых активов, в свою очередь, должно находить отражение в бухгалтерском учете ООО «ЦНИИРЭС» в порядке, указанном в пункте 20 ПБУ 19/02, поскольку стоимость финансовых вложений ООО «ЦНИИРЭС» соответствует стоимости чистых активов ООО Руфиком».

Таким образом, утверждение ответчика о том, что ПБУ 19/02 не предусматривает учет в составе финансовых вложений общества последующие вложения дочерних компаний, доли которых числятся на балансе организации, противоречит пунктам 2 и 20 ПБУ 19/02.

Также не могут быть признаны обоснованными доводы ответчика о том, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что рыночная стоимость принадлежащей Обществу доли в ООО «Руфиком» отличается от балансовой стоимости. 

Как следует из материалов дела и указано ранее, рыночная стоимость доли в уставном капитале ООО «Руфиком», принадлежащей Обществу, определена истцом с использованием относимых и допустимых доказательств, а также данных, размещенных в открытом доступе. Соответствующий расчет истца является верным, ответчиком расчет со ссылками на относимые и допустимые доказательства не опровергнут.

Текущее изменение стоимости финансовых вложений ООО «Руфиком» и, соответственно, его чистых активов, в свою очередь, должно находить отражение в бухгалтерском учете ООО «ЦНИИРЭС» в порядке, указанном в пункте 20 ПБУ 19/02, поскольку стоимость финансовых вложений ООО «ЦНИИРЭС» соответствует стоимости чистых активов ООО Руфиком». 

Кроме того, апелляционный суд также соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что действия ответчика по выводу основных средств ОАО «ЦНИИРЭС» не учитывали собственные интересы юридического лица, так как привели к существенному уменьшению стоимости его активов и доходов (от 2 до 90 раз), чем причинили ущерб обществу, истцу и другим миноритарным акционерам.

Передав нежилые помещения в дочернее ООО «Руфиком» и дав указание обменять недвижимость на инвестиционные паи ЗПИФН «Фонд недвижимости БКС», ответчик выступил как инвестор.

Согласно нормам п.2 ПБУ 19/02, обязательным условием активов в качестве финансовых вложений является «способность приносить организации экономические выгоды (доход) в будущем, в форме процентов, дивидендов либо прироста их стоимости (в виде разницы между ценой продажи (погашения) финансового вложения и его покупной стоимостью в результате его обмена, использования при погашении обязательств организации, увеличения текущей рыночной стоимости и т.п.)».

Неотражение в отчетности информации о росте стоимости инвестиций дочернего ООО «Руфиком» привело, в частности, к искаженному и противоестественному соотношению стоимости активов в бухгалтерском учете ООО «ЦНИИРЭС». Финансовые вложения Общества (111 млн.руб.), полученные за передачу в дочернее общество 2/3 всех нежилых помещений, по состоянию на 31.12.2018 учитываются по стоимости в 2,5 раза меньше, чем оставшаяся у ответчика 1/3 часть нежилых помещений того же качества (247 млн.руб.).

Из-за того, что финансовые вложения дочернего ООО «Руфиком» не учитывают текущую расчетную стоимость принадлежащих ему инвестиционных паев, возросшую более чем в 10 раз относительно первоначальной стоимости, балансовая величина чистых активов ООО «Руфиком» не отражает их реальное значение. Поскольку стоимость принадлежащей ответчику доли в ООО «Руфиком» соответствует величине чистых активов ООО «Руфиком», указанный в балансе ООО «ЦНИИРЭС» размер финансовых вложений оказывается многократно заниженным.

Как обоснованно отметил суд в обжалуемом решении, Отчет о заниженной оценке нежилых помещений отчетом №0222-18 от 21.03.2018 был подготовлен оценщиком ФИО6 в преддверии реорганизации общества. Результаты заниженной оценки рыночной стоимости нежилых помещений были отражены в бухгалтерской отчетности общества, остальные отчеты были подготовлены с отличной оценкой, которые не отражались ответчиком, следовательно, ответчик не раскрыл имеющую у него существенную информацию о рыночной стоимости принадлежащих обществу объектов недвижимости, установленной решениями Московского городского суда и отчетами об оценке №0202-17/1 и №0202-17/1 от 21.08.2017, №0302-19/2 и №0302-19/1 от 19.12.2019. В учете Общества была отражена информация лишь одного отчета №0222-18 с заниженной в два раза оценкой рыночной стоимости нежилых помещений.

Такая последовательность действий ответчика отклоняется от стандартов добросовестной модели поведения участника гражданского оборота и противоречит положениям ст.10 ГК РФ.

Доводы ответчика об определении стоимости акций ОАО «ЦНИИРЭС» в размере 25044,38 руб. за одну акцию в целях определения убытков за незаконное лишение доли участника правомерно отклонены судом первой инстанции как необоснованные. Суд первой инстанции справедливо отметил, что указанная ответчиком сумма установлена Советом директоров Общества исключительно в целях выкупа у акционеров акций в процессе преобразования ОАО «ЦНИИРЭС».

Пунктом 3.2 статьи 76 Закона № 208-ФЗ установлено, что требования акционеров о выкупе акций должны быть предъявлены либо отозваны не позднее 45 дней с даты принятия соответствующего решения общим собранием акционеров. 

Однако истец не направлял Обществу требование о выкупе акций, преобразование Общества завершено 20.06.2019 регистрацией ООО «ЦНИИРЭС», все акции Общества полностью погашены. Таким образом, выкуп акций не имеет отношения к делу о возмещении убытков.

Таким образом, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, является обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что представленный истцом расчет убытков соответствует положениям действующего законодательства. Рыночная стоимость объектов недвижимости и финансовых вложений ответчика подтверждается как решениями Московского городского суда об установлении кадастровой стоимости объектов недвижимости ответчика равной рыночной, так и расчетной рыночной стоимостью финансовых вложений ООО «ЦНИИРЭС», определенной согласно п.20 ПБУ 19/02, с учетом официально определяемой стоимости финансовых вложений.

При таких обстоятельствах, учитывая, что материалами дела подтверждено наличие совокупности условий, необходимых для удовлетворения исковых требований о взыскании убытков, расчет убытков, представленный истцом, является обоснованным и математически верным, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования и взыскал с ООО «ЦНИИРЭС» в пользу ФИО7 убытки в размере 2 026 747 руб. 12 коп.

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и отклонены, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также, учитывая конкретные обстоятельства по делу, арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства по делу, правильно применены подлежащие применению нормы процессуального права, вынесено законное и обоснованное решение. Нарушений, либо неправильного применения судом первой инстанции норм процессуального права, которые привели или могли привести к вынесению неправильного решения, апелляционная инстанция не усматривает.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ООО «ЦНИИРЭС» в отношении определения Арбитражного суда г.Москвы от 11 сентября 2023 года о процессуальном правопреемстве на стороне истца, занесенного в протокол судебного заседания, апелляционный суд исходит из следующего.

Как установлено судом апелляционной инстанции, между ФИО3 (Цедент) и ФИО2 (Цессионарий) заключен Договор уступки требования (цессии) от 15 июля 2023 года, в соответствии с которым Цедент уступает Цессионарию права требования к Должнику (ООО «ЦНИИРЭС») в размере, указанном в п.2 настоящего Договора.

Как следует из п.1 Договора, по состоянию на дату подписания настоящего Договора Цедент имеет права требования к ООО «ЦНИИРЭС» (Должник), в Арбитражном суде города Москвы по делу № А40-213998/21 о возмещении убытков, причиненных незаконным лишением доли участника в ООО «ЦНИИРЭС», при преобразовании ОАО «ЦНИИРЭС».

Согласно п.2 Договора на момент подписания договора уточненные исковые требования Цедента по делу № А40-213998/21 в Арбитражном суде г.Москвы составляют 2 022 758 руб. 28 коп. До выплаты должником Цеденту 300 532 руб. 72 коп. компенсации исковые требования составляли 2 323 291 руб.

За уступленное право требования Цессионарий уплачивает Цеденту денежную сумму в размере 10 000 руб. при подписании настоящего Договора. Факт оплаты наличными денежными средствами подтверждается распиской.

В соответствии с пунктом 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Процессуальное правопреемство возможно в случае, когда в процессе рассмотрения спора произошло правопреемство в материальном гражданском правоотношении.

В силу пункта 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

Уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (п.1 ст.388 ГК РФ).

Из приведенных норм следует, что необходимым условием процессуального правопреемства является замена стороны в материальном правоотношении, то есть процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечет занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, представленным Договором уступки требования (цессии) от 15 июля 2023 года подтвержден факт перехода прав требований ФИО3 о взыскании с ООО «ЦНИИРЭС» убытков к ФИО2 в материальном правоотношении.

В данном случае переданное право в полном объеме подтверждено представленными доказательствами, не противоречит положениям статей 382, 384 ГК РФ.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии оснований для замены стороны ее правопреемником и на основании статьи 48 АПК РФ произвел замену истца с ФИО3 на правопреемника ФИО2

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что для заключения договора уступки права требования являлось необходимым получения согласия ответчика, так как личность кредитора имеет для должника существенное значение, является несостоятельным.

Пунктом 2 статьи 388 ГК РФ установлен запрет на уступку без согласия должника требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Согласно пункту 2 статьи 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, по общему правилу личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом.

Между тем, из материалов дела не следует, что личность кредитора по денежному обязательству имеет существенное значение для должника для того, чтобы квалифицировать подобное условие как запрет на уступку прав по договору без согласия последнего.

В данном случае права требования к Обществу о взыскании, которые перешли от ФИО3 к ФИО2, являются исключительно денежными. С учетом того, что ФИО3 был необоснованно лишен доли участия в ООО «ЦНИИРЭС», требования о взыскании убытков, исковые требования не связаны с участием истца в Обществе. 

Кроме того, в нарушение статьи 65 АПК РФ подателем жалобы не раскрыто, какие права ООО «ЦНИИРЭС» нарушаются обжалуемым определением суда о процессуальном правопреемстве. 

Также не является основанием для отказа в процессуальном правопреемстве несоответствие определенной в Договоре уступке цены договора и размера переданных прав требования.

При этом апелляционный суд отмечает, что само по себе указанное обстоятельство не свидетельствует о ничтожности договора цессии, а равно не опровергает факт состоявшейся уступки права требования.

Стоимость уступаемого права определена сторонами соглашения в соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п.10 названного Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ» несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями.

При таких обстоятельствах, поскольку факт правопреемства в материальном правоотношении подтвержден относимыми  и допустимыми доказательствами, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление о процессуальном правопреемстве и произвел замену истца по делу.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения обжалуемого определения по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого определения о процессуальном правопреемстве.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд не усматривает.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь ст.ст. 266-268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 22 сентября 2023 года и определение Арбитражного суда города Москвы от 11 сентября 2023 года по делу №А40-213998/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

 

Председательствующий судья                                                                 О.О. Петрова 

 

Судьи                                                                                                                                   Е.А. Сазонова 

 

                                                                                                                                  Е.Н. Янина