5576/2023-113574(2) 

 

Арбитражный суд Амурской области 675023, г. Благовещенск, ул. Ленина, д. 163 

тел. (4162) 59-59-00, факс (4162) 51-83-48 http://www.amuras.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

МОТИВИРОВАННОЕ 

РЕШЕНИЕ

Дело № А04-7997/2023

г. Благовещенск

22 ноября 2023 года

Арбитражный суд Амурской области в составе судьи Осадчего Александра  Геннадьевича,  

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление общества с  ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН 

<

***> ИНН  

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1  (ОГРНИП 304280109900099, ИНН 

<

***>) о взыскании 50 000 руб. и судебных  расходов,  

установил:

в Арбитражный суд Амурской области обратилось общество с ограниченной  ответственностью «Зингер СПБ» (далее – ООО «Зингер СПБ», истец) с исковым  заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее –  ИП ФИО1, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных  прав на товарный знак по свидетельству № 266060 в размере 50 000 руб., расходов по  уплате государственной пошлины в размере 2000 руб. и судебных издержек в виде  стоимости товара в размере 150 руб., почтовых расходов 120 руб., государственной  пошлины за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.  

Заявленные требования обоснованы тем, что в ходе закупок, произведенных  15.05.2023 в торговой точке, расположенной по адресу: 

<

...>, ТЦ «От и До», сек. 31, выявлена продажа  ответчиком контрафактных товаров – маникюрных инструментов «ZINGER» в количестве  3 шт., на которых содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарным  знаком № 266060, исключительные права на которые принадлежат истцу и ответчику не  передавались. По мнению истца, ответчик, осуществив действия по распространению  товара, нарушил исключительное право истца на товарный знак.  

Определением от 12.09.2023 на основании пункта 1 части 1 статьи 227 АПК РФ  исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.  Ответчику предложено представить отзыв на заявленные требования. Лицам,  участвующим в деле, предложено представить доказательства в обоснование своих  доводов и возражений.  

В соответствии с положениями статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса  РФ определение о принятии искового заявления к производству, исковое заявление с  приложенными к нему документами размещены на официальном сайте арбитражного суда  Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными  

подписями судей по делу на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел»  (http://kad.arbitr.ru) используйте секретный код:  

в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного  доступа.  

Информация о принятии искового заявления в порядке упрощенного производства  была размещена на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, что  подтверждается имеющимися в деле доказательствами.  

Определение от 12.09.2023, содержащее данные, необходимые для идентификации  сторон, в целях доступа к материалам дела в электронном виде, получено сторонами в  подтверждение чего в материалах дела имеются почтовые уведомления о вручении.  

25.09.2023 истец заявил ходатайство об уточнении требований, просил взыскать с  ИП ФИО1 компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак   № 266060 в размере 62 500 руб., судебные расходы в виде стоимости вещественных  доказательств (маникюрные инструменты) в размере 150 руб., судебные расходы на  оплату почтовых отправлений в размере 120 руб., расходы по оплате выписки из ЕГРИП в  сумме 200 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 2000 руб.  

Судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, уточненные  исковые требования приняты к рассмотрению.  

02.10.2023 ответчик направил в суд письменный отзыв на исковое заявление, в  котором указал, что договор, заключенный между ООО «Зингер СПБ» и ИП ФИО3  от 11.08.2021 не относится к предмету рассматриваемого спора. Дополнительно указал,  что ФИО2 известил надлежащим образом о передоверии полномочий, выдавшее ему  доверенность лицо. Привел довод об отсутствии доказательств достоверно  подтверждающих факт распространения контрафактной продукции в иных региона  Российской федерации и в иную дату кроме как 15.05.2022.  

10.10.2023 от ООО «Зингер СПБ» в суд поступили дополнительные документы с  ходатайством об их приобщении к материалам дела.  

Судом в порядке статей 66 и 76 поступившие от истца документы и вещественные  доказательства приобщены к материалам дела.  

13.11.2023 на основании части 1 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса  РФ (в редакции Федерального закона от 02.03.2016 № 47-ФЗ) по делу № А04-7997/2023  принято решение путем подписания резолютивной части, которым с индивидуального  предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 304280109900099,  ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Зингер СПБ»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскана компенсация за нарушение  исключительного права на товарный знак № 266060 в размере 10 000 руб., судебные  расходы в виде стоимости вещественных доказательств (маникюрные инструменты) в  размере 24 руб., судебные расходы на оплату почтовых отправлений в размере 19 руб. 20  коп., расходы по оплате выписки из ЕГРИП в сумме 32 руб. В остальной части иска  отказано. Разрешен вопрос о госпошлине и распоряжении вещественными  доказательствами.  

17.11.2023 от истца в суд, в установленный частью 2 статьи 229 АПК РФ срок,  поступило заявление о составлении мотивированного решения.  

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства,  арбитражный суд установил следующее.  

ООО «Зингер СПБ» на основании представленного в материалы дела свидетельства  является правообладателем товарного знака № 266060 («ZINGER»), срок действия  которого продлен до 03.07.2030. Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров и  услуг следующих классов Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ): 06,  08, 14, 21, 26, 35, 42.  

Из материалов дела также следует, что 15.05.2022 в торговой точке по адресу:  

<

...>, ТЦ «От и До», сек. 31,  выявлена продажа ответчиком контрафактных товаров – маникюрные инструменты  «ZINGER» в количестве 3 шт., на которых содержатся обозначения, сходные до степени  

смешения с товарным знаком № 266060, исключительные права на которые принадлежат  истцу и ответчику не передавались.  

В подтверждение факта покупки товара в материалы дела представлены:  приобретенный товар – маникюрные инструменты - пилки «ZINGER» в количестве 3 шт.,  кассовый чек от 15.05.2022 на сумму 150 руб.  

Данный чек содержит сведения о продавце – ИП ФИО1  (ИНН 

<

***>). Также представлен диск с видеозаписью реализации указанных  товаров в вышеупомянутой торговой точке.  

В материалы дела представлена претензия с доказательством ее отправки ответчику  21.06.2022 почтовым отправлением № 42381570087186.  

Общество, полагая, что действия предпринимателя по предложению к продаже и  реализации спорных товаров нарушают исключительные права на названный объект  авторского права, при отсутствии соответствующего разрешения истца на использование  товарного знака № 266060 («ZINGER») обратилось в арбитражный суд с исковым  заявлением о взыскании компенсации за незаконное использование исключительных прав.  

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к выводу об  обоснованности исковых требований в силу следующего.  

Спорные отношения регулируются положениями части четвертой Гражданского  кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс).  

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса РФ результатами интеллектуальной  деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц,  товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана  (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, товарные знаки и знаки  обслуживания. Интеллектуальная собственность охраняется законом.  

Статьей 1229 Гражданского кодекса РФ установлено, что гражданин или  юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной  деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать  такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим  закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на  результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья  1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему  усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не  считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие  результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия  правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе  их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое  использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и  влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом, другими законами, за  исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности  или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия  допускается Гражданским кодексом.  

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса РФ на товарный знак, то есть на  обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или  индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое  свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса РФ).  

Государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным  органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном  реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации  (Государственный реестр товарных знаков) в порядке, установленном статьями 1503 и  1505 Гражданского кодекса (статья 1480 Гражданского кодекса РФ).  

В силу статьи 1478 Гражданского кодекса РФ обладателем исключительного права  на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.  

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого  зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право  использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не  противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе  способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может  распоряжаться исключительным правом на товарный знак.  

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для  индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак  зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том  числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже,  продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в  гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или  перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при  выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в  гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об  оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в  том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484  Кодекса).  

Таким образом, товарный знак может быть использован при его нанесении на сам  товар и на его упаковку (в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484  Гражданского кодекса).  

Пунктом 3 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ установлено, что никто не вправе  использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком  обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак  зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования  возникнет вероятность смешения.  

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ товары, этикетки,  упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до  степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма  применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса, в  соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное  использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в  которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство  индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат  или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.  

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса РФ нарушением исключительного  права владельца товарного знака признается использование не только тождественного  товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.  

Как отмечено в пункте 7 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел,  связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»,  утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда  Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 возможность взыскания компенсации за  нарушение исключительного права на произведение не зависит от того, знал ли  нарушитель о неправомерности своих действий.  

Как следует из пункта 13 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами  дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»,  утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда  Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения  является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и  специальных познаний не требует.  

В пунктах 34 и 37 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением  споров о защите интеллектуальных прав», утвержденного Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что незаконное использование товарного  знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является  нарушением исключительных прав на такой товарный знак. При выявлении сходства до  степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца  учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак  (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих  товаров или услуг.  

При проведении сравнительного анализа спорных обозначений и товарных знаков на  предмет установления их сходства до степени смешения применяются критерии,  содержащиеся, в частности, в Правилах составления, подачи и рассмотрения документов,  являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по  государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных  знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее -  Правила).  

Из положений пунктов 41 - 44 Правил следует, что обозначение считается  тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во  всех элементах; обозначение считается сходным до степени смешения с другим  обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их  отдельные отличия; сходство словесных обозначений оценивается по звуковым  (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам;  сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании  следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое  значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное  и тому подобное); сочетание цветов и тонов. Указанные признаки учитываются как  каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. Комбинированные обозначения  сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений,  которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.  

Как разъяснено в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса  Российской Федерации» (далее - постановление № 10) вопрос об оценке товарного знака,  исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения,  выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не  может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения  обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными  знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный  знак (далее - обычный потребитель), с учетом пункта 162 указанного Постановления.  

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не  реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя  (соответствующая правовая позиция выражена в Постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 по делу № 3691/06).  

Понятия тождественности и сходства определяются в пункте 41 Правил составления,  подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически  значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков  обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития  России от 10.10.2016 № 647 (далее - Правила № 647). Так, обозначение считается  тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во  всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим  обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их  отдельные отличия.  

На основании пункта 43 Правил № 647 изобразительные и объемные обозначения  сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в  композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство  изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих  признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид  и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому  подобное); сочетание цветов и тонов. Эти признаки учитываются как каждый в  отдельности, так и в различных сочетаниях.  

Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его  внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь. Поэтому оценку  сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не  принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений.  

При исследовании представленных в дело доказательств - маникюрные инструменты  «ZINGER», которые были реализованы ответчиком в сравнении с комбинированным   обозначением товарного знака истца № 266060 («ZINGER») судом усматривается  фонетическое, семантическое и графическое сходство до степени смешения с товарным  знаком, что в свою очередь может ввести в заблуждение потребителя.  

Таким образом, при визуальном сравнении товара, реализованного ответчиком, с  товарным знаком № 266060 («ZINGER») судом установлено визуальное сходство  изображений, позволяющее ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и  сделать вывод об их сходстве до степени смешения.  

Факт реализации ответчиком товара (маникюрные инструменты) с размещением на  нем изображения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, подтвержден  кассовым чеком и видеозаписью, произведенной истцом в порядке самозащиты  гражданских прав (статьи 12, 14 Гражданского кодекса).  

Установленное обстоятельство стороной ответчика также при рассмотрении спора  не оспаривалось.  

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 Гражданского кодекса РФ, выставление  на продажу продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной  оферты.  

В силу статьи 493 Гражданского кодекса РФ договор розничной купли-продажи  считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю  кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.  

Кассовый чек от 15.05.2022 на сумму 150 руб., (из которого усматривается, что  стоимость каждого товара (маникюрные инструменты) содержащего обозначения,  сходные до степени смешения с товарным знаком № 266060 («ZINGER»), составила 50  руб. за пилочку, содержат наименование продавца (ИП ФИО1  (ИНН 

<

***>).  

Факт неправомерного распространения контрафактного товара в рамках договора  розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления  документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств,  например аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10).  

Исследовав видеозапись покупки, суд приходит к выводу о соответствии  отображенном на видеозаписи кассовом чеке от 18.05.2022 и товаров (маникюрные  инструменты), представленных в материалы дела письменным (чек) и вещественным  (маникюрный инструмент 3 шт.) доказательствам.  

Видеозаписи процесса покупки при непрерывающейся съемке отчетливо фиксируют  адрес торговой точки и обстоятельства заключения договора розничной купли-продажи  (процесс выбора покупателем приобретаемых товаров, оплату товаров и выдачу  продавцом чеков).  

Таким образом, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о  доказанности факта продажи контрафактных товаров именно в торговой точке ответчика.  

Из положений статьи 493 Гражданского кодекса РФ следует, что видеозапись не  является доказательством совершения сделки розничной продажи, однако может  рассматриваться как дополнительное доказательство в совокупности с другими  доказательствами.  

Частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и  вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения  экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации,  полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим  Кодексом.  

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно  открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая  от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что  соответствует статье 14 Гражданского кодекса РФ и корреспондирует 10 части 2 статьи 45  Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои  права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.  

При таких обстоятельствах, представленный в материалы дела диск с видеозаписью  от 15.05.2022, фактически произведенными методом скрытой камеры, является  допустимым доказательством, а видеосъемка процесса покупки, осуществленная истцом,  является соразмерным и допустимым способом самозащиты гражданских прав истца в  силу статьи 12, 14 ГК РФ.  

При этом суд считает необходимым отметить, что подтверждение полномочий лица,  проводившим видеосъемку процесса покупки, в данном случае не требуется, поскольку  видеосъемка представлена истцом в целях самозащиты гражданских прав, соответствует  положениям статей 67, 68 и 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, и ее содержание позволяет установить обстоятельства, имеющие значение для  разрешения настоящего спора.  

Руководствуясь разъяснениями пункта 36 Обзора судебной практики по делам,  связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного  Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор  судебной практики от 23.09.2015), пункта 65 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского  кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 10) положениями  статьи 1301 и пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ суд приходит к выводу о  том, что товар принадлежит к одной партии товара, а реализация ответчиком в одной  торговой точке товара – маникюрных инструментов (пилок для ногтей), сходного до  степени смешения с товарным знаком, на основании последовательных сделок купли- продажи, представляет собой одно нарушение (Постановление Суда по интеллектуальным  правам от 22.01.2021 № С01-1531/2020).  

Оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что  истцом в достаточной мере подтвержден факт незаконного использования ответчиком  объекта исключительных прав истца (прав на товарный знак) путем предложения к  продаже и продажи товара, имитирующего обозначение сходное до степени смешения с  товарным знаком № 266060 («ZINGER»).  

Поскольку незаконное размещение товарного знака или сходного с ним до степени  смешения обозначения на товарах, этикетках, упаковках товаров, в силу пункта 1 статьи  1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, свидетельствует об их  контрафактности, постольку судом не принят довод о неосведомленности ответчика  относительно того, что спорный товар не является контрафактным.  

Доказательств введения ответчиком в оборот спорного товара с соблюдением  исключительных прав истца на товарный знак № 266060 («ZINGER»), не имеется.  

В свою очередь, запрет на использование товарного знака без согласия  правообладателя носит абсолютный характер.  

Действия ответчика по реализации товара являются нарушением исключительных  прав истца на результаты интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств  индивидуализации.  

В силу пункта 1 статьи 1233 Гражданского кодекса РФ распорядиться  принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной  деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и  существу такого исключительного права способом может правообладатель, которым  ответчик не является.  

Распространение контрафактных экземпляров произведений, в любом случае,  образует нарушение исключительного права на произведение, независимо от того, создан  этот контрафактный экземпляр самим нарушителем или приобретен у третьих лиц.  Действуя с должной степенью разумности и осмотрительности, ответчик, как субъект  предпринимательской деятельности, при покупке спорного товара должен был убедиться  в надлежащей легитимации данного товара.  

Оценив приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по  правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд исходил из  доказанности факта принадлежности истцу указанного права и факта нарушения  исключительных прав истца на товарный знак, а именно, продажей контрафактного  товара – маникюрные инструменты «ZINGER», которые относятся классу 08 МКТУ.  

Исключительное право истца на товарный знак № 266060 подтверждено  соответствующим свидетельством.  

Доказательств наличия у ответчика права на использование указанного товарного  знака не представлено.  

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса РФ, в случаях нарушения  исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с  использованием других применимых способов защиты и мер ответственности,  установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с  пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя  вместо возмещения убытков выплаты компенсации:  

- в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда;  

- в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном  размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены,  которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  произведения.  

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ в отношении товарного  знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо  возмещения убытков выплаты компенсации:  

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда исходя из характера нарушения;  

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен  товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного  знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно  взимается за правомерное использование товарного знака.  

Объем осуществляемых прав в отношении товарного знака закреплен в статье 1484  Гражданского кодекса РФ.  

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет её  размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац  второй пункта 3 статьи 1252).  

Заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости  права использования результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров  (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6  части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК  РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо  количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления  доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у  ответчика или третьих лиц.  

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение  (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет  доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1  части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе  оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3  части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).  

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При  определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные  с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного  нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем  или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра  самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и  степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер,  допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя,  являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств  индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью  хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов  разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям  нарушения.  

Доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности в виде  компенсации за нарушение прав истца на товарный знак ответчиком не представлено.  

Доводы о том, что ответчик не является изготовителем спорного товара, а приобрел  их у иного лица, не знал о контрафактном характере товара, а также доводы о том, что  ответчик ранее не привлекался к ответственности за незаконное распространение  контрафактной продукции, не могут являться основанием для полного освобождения от  ответственности в виде взыскания компенсации, но приняты судом во внимание при  определении размера компенсации.  

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда,  рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в  пределах, установленных Гражданским кодексом РФ, в зависимости от характера  нарушения и иных обстоятельств дела с учётом требований разумности и справедливости.  

В рассматриваемом споре истец просит взыскать с ответчика компенсацию,  определенную на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ,  исходя из двукратного размера стоимости права использования спорного товарного знака  (750 000 руб. /1 товарный знак/2 класса МКТУ/1 способ применения/12 месяцев х 2 =  62 500 руб.).  

Обосновывая данный размер компенсации, истец представил в материалы дела  лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от  11.08.2021, заключенный между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ИП ФИО3  

Константином Борисовичем (лицензиат), согласно которому ежегодное вознаграждение  за право использования товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех  товаров, включенных в 8, 35 классы МКТУ, составляет 750 000 руб.  

Согласно пункту 2.1 указанного договора, за предоставление права использования  товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере  750 000 руб.  

ИП ФИО3 производит оплату вознаграждения, что подтверждается  платежными поручениями № 130 от 28.10.2021 на сумму 104 840 руб., № 131 от  06.12.2021 на сумму 187 500 руб.  

При определении размера компенсации, подлежащего взысканию с ответчика, суд  полагает исходить из нижеследующего.  

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третье пункта 62 постановления  от 23.04.2019 № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и  принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие  размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер  требуемой истцом компенсации.  

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае нарушитель (ответчик)  продал всего лишь три экземпляра контрафактного товара, в то время, как по  лицензионному договору от 11.08.2021 истец предоставил лицензиату право  использования товарного знака «ZINGER» в отношении товаров 08 класса МКТУ и  услуг 35 класса МКТУ (демонстрация товаров, реклама, сбыт товара через посредников)  любым способом по своему усмотрению (пункт 1.2 договора) и установил стоимость 750  000 руб. в год за весь объем переданных прав (пункт 2.1 договора).  

При этом доказательств того, что ответчик, кроме продажи трех экземпляров товара  в течение одного дня, осуществлял иные способы использования спорного товарного  знака, указанные в статье 1484 Гражданского кодекса РФ, истцом не представлено.  

Таким образом, материалами дела подтверждается факт предложения ответчиком к  продаже спорной продукции однократно. Доказательства, подтверждающие факт  незаконного использования ответчиком спорного товарного знака в течение более  длительного срока, в материалы дела истцом не представлены.  

Из выписки из ЕГРИП в отношении ответчика следует, что основным видом  деятельности предпринимателя является (ОКВЭД 47.19) Торговля розничная прочая в  неспециализированных магазинах; (ОКВЭД 46.90) Торговля оптовая  неспециализированная; (68.20) Аренда и управление собственным или арендованным  недвижимым имуществом.  

При определении разумного и справедливого размера компенсации судом  принимается во внимание характер действий истца, направленных на защиту  нарушенного права, которые по своей сути пресекательный характер не носили.  

При этом истец не ставил ответчика в известность о том, что он является  правообладателем, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию  контрафактного товара, не сообщал о стоимости права использования товарного знака, не  предлагал вступить в гражданские правоотношения с целью регламентации возникших  отношений для правомерного использования объекта авторских прав.  

Также судом учтено, что нарушение исключительных прав истца не носит грубый  характер, контрафактный товар продан в незначительном объеме (три единицы товара) в  то время как продажа спорной единицы товара не составляла существенной части  предпринимательской деятельности ответчика.  

Нарушение носило кратковременный характер – однократная покупка в один день  15.05.2022, не носила грубого характера, иного не доказано материалами дела,  отсутствуют сведения о привлечении ответчика к ответственности за нарушение  исключительных прав.  

Судом учтена незначительная стоимость проданного контрафактного товара (150  руб. за 3 шт. (пилочки), полагает, что истец не понес значительных убытков вследствие  неправомерных действий ответчика.  

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела,  является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

При определении стоимости права использования соответствующего товарного  знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта  интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна  быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если  ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за  основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное  воспроизведение).  

Суд, на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц,  участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах  обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.  

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в  меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер  компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась  меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.  

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не  предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в  двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования),  поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой  компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно  взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем  способом, который использовал нарушитель.  

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного  договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного  нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права;  способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень  товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении  которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на  которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской  Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.  

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права  использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в  котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по  сравнению с размером, заявленным истцом. «Обзор судебной практики Верховного Суда  Российской Федерации № 2 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).  

При определении стоимости права использования соответствующего товарного  знака суду необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта  интеллектуальных прав, в связи с чем, за основу расчета размера компенсации должна  быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.  

Суд отмечает, что лицензионный договор от 11.08.2021 действует до 11.08.2026 и  позволяет использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации  любыми способами.  

Кроме того, согласно пункту 2.2 договора оплата лицензионного платежа,  производится на основании счета, выставляемого лицензиаром в течение годового  периода, за который причитается соответствующий лицензионный платеж. Течение  годового периода начинается с даты заключения лицензионного договора.  

Ежемесячные периодические платежи договором не предусмотрены.  

Стоимость ежегодно использования товарного знака составляет 750 000 руб. за весь  объем переданных прав, включает себя право использования товаров 08 класса МКТУ и  услуг 35 класса МКТУ (демонстрация товаров, реклама, сбыт товара через посредников)  

(пункт 2.1 договора). 

В связи с чем, суд приходит к выводу, что истец не обосновал расчет двойной  стоимости платы за заявленный период - месяц неправомерного использования товарного  знака ответчиком, тогда как выявлено однократное нарушение единственным способом, в  одной торговой точке.  

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда,  рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в  пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных  обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.  

Учитывая установленные обстоятельства характера нарушения, срок незаконного  использования товарного знака, однократность нарушения, вероятные имущественные  потери правообладателя, незначительную часть объема товаров в хозяйственной  деятельности нарушителя, суд считает возможным установить компенсацию за нарушение  исключительного права на спорный товарный знак в размере 10 000 руб.  

При этом определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости  права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет  размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась  меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.  (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 20 октября 2021 по делу № А324132/2021, Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2021 г. №  310-ЭС20-9768).  

Отсутствие у суда правомочия определить размер компенсации, отличный от  указанного истцом, могло бы повлечь - вразрез с правовыми позициями  Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости учета фактических  обстоятельств дела и вопреки требованиям справедливости и разумности – явную  несоразмерность налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу,  причиненному истцу, и тем самым нарушение баланса их прав и законных интересов,  которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от  13.12.2016 № 28 -П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3)  Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными  на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере  предпринимательской деятельности (абзац 5 пункта 4 мотивировочной части  Постановления от 13 декабря 2016 года № 28 -П).  

На основании вышеизложенного, суд признает заявленные требования истца  подлежащими частичному удовлетворению в размере 10 000 руб. компенсации.  

В остальной части в иске о взыскании компенсации следует отказать.  

При этом, довод ответчика об отсутствии у ООО «Медиа-НН» правовых  полномочий действовать от имени истца отклоняются в силу следующего.  

Согласно пункту 1 статьи 187 Гражданского кодекса РФ, лицо, которому выдана  доверенность, должно лично совершать те действия, на которые оно уполномочено. Оно  может передоверить их совершение другому лицу, если уполномочено на это  доверенностью. Передоверие полномочий осуществляется посредством выдачи  доверенности новому представителю. При этом доверенность, выдаваемая в порядке  передоверия, должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, когда  доверенность в порядке передоверия выдается юридическими лицами, руководителями  филиалов и представительств юридических лиц (пункт 3 статьи 187 Гражданского кодекса  РФ).  

Согласно материалам дела, первоначально доверенность на защиту и  представительство интересов истца выдана 30.12.2022 индивидуальному  

предпринимателю Седову С.А. сроком на пять лет с правом передоверия полномочий,  данная доверенность удостоверена нотариально (материалы электронного дела).  

В силу пункта 1 статьи 187 Гражданского кодекса РФ лицо, которому выдана  доверенность, должно лично совершать те действия, на которые оно уполномочено. Оно  может передоверить их совершение другому лицу, если уполномочено на это  доверенностью, а также если вынуждено к этому силою обстоятельств для охраны  интересов выдавшего доверенность лица и доверенность не запрещает передоверие.  

Согласно части 5 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, подтвержденные нотариусом  при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность  нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей  161 этого Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном  гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о  совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.  

В силу пункта 3 статьи 187 Гражданского кодекса РФ доверенность, выдаваемая в  порядке передоверия, должна быть нотариально удостоверена. Правило о нотариальном  удостоверении доверенности, выдаваемой в порядке передоверия, не применяется к  доверенностям, выдаваемым в порядке передоверия юридическими лицами,  руководителями филиалов и представительств юридических лиц.  

Учитывая изложенное, выдача индивидуальным предпринимателем доверенности в  порядке передоверия по существу соответствует выдаче доверенности в порядке  передоверия юридическим лицом, при этом согласно прямому указанию пункта 3 статьи  187 Гражданского кодекса РФ, в указанном случае нотариальное удостоверение  выдаваемой в порядке передоверия доверенности не требуется.  

Исковое заявление подписано представителем истца ФИО4, действующей  на основании доверенности от 30.12.2022 (со сроком действия до 31.12.2023). Претензия  подписана представителем – ФИО5, действующей на основании  доверенности от 31.12.2021 (со сроком действия до 29.12.2022), действующим на  основании доверенности от 31.12.2021, выданной ООО «Зингер СПБ» в лице  индивидуального предпринимателя ФИО2  

При этом для рассмотрения настоящего дела не имеет правового значения наличие  или отсутствие сведений об извещении ФИО2 лица, выдавшего ему доверенность,  относительно передоверия полномочий иному лицу.  

Доводы предпринимателя об обратном основаны на неправильном толковании норм  материального права, в связи с чем подлежат отклонению.  

Судом также рассмотрено заявленное истцом требование о взыскании с ответчика  150 руб. судебных расходов на покупку контрафактного товара.  

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде,  согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ, относятся, в том числе,  расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь  (представителей), другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с  рассмотрением дела в арбитражном суде.  

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного суда Российской  Федерации от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о  возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек,  предусмотренный статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ, не является  исчерпывающим.  

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц,  участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований  (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ).  

При взыскании компенсации за незаконное использование результатов  интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины  относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации  

(пункт 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите  интеллектуальных прав, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015).  

Расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления  искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение  таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные  до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости,  допустимости.  

 Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за  нарушение исключительных имущественных прав истца.  

Приобретенный истцом товар приобщен к делу в качестве вещественного  доказательства, в ходе исследования которого судом были установлены обстоятельства,  имеющие юридическое значение для разрешения настоящего дела.  

Таким образом, несение истцом данных расходов по приобретению спорного товара,  направлено на сбор необходимых доказательств в рамках настоящего дела.  

С учетом изложенного, расходы на приобретение спорного товара (маникюрные  инструменты 3 шт.) отвечают установленным статьей 106 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации критериям судебных издержек и подлежат взысканию с  ответчика в качестве судебных издержек по правилам статьи 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из фактической стоимости  товаров – 150 руб. пропорционально удовлетворенным судом требованиям в размере 24  руб.  

Предъявив список почтовых отправлений (согласно которому стоимость за  пересылку в адрес ИП ФИО1 претензии и подачу в суд иска составила 133 руб.  (истцом заявлено к возмещению 120 руб.), платежное поручение на сумму 200 руб. и  выписку из ЕГРИП в отношении ответчика, истец просит взыскать с ответчика расходы,  понесенные на оплату отправки претензии в адрес ответчика, а также расходы за  получение выписки из ЕГРИП.  

Поскольку факт несения судебных расходов и их размер истцом документально  подтверждены (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ), требование истца  о взыскании с ответчика почтовых расходов в сумме 120 руб. и расходов на получение  выписки из ЕГРИП в сумме 200 руб. подлежат удовлетворению на основании статей 101,  106, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально  удовлетворенным судом требованиям в размере 19 руб. 36 коп. и 32 руб., соответственно.  

В силу пункта 1 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  госпошлина по иску, с учетом размера исковых требований (62 500 руб.) составляет 2500  руб.  

При обращении в суд истцом на основании платежного поручения от 11.07.2023  (дата списания со счета 17.07.2023) № 281 истцом произведена уплата государственной  пошлины на сумму 2000 руб. При увеличении исковых требований государственная  пошлина не доплачивалась.  

Поскольку исковые требования удовлетворены частично на сумму 10 000 руб.,  расходы по уплате госпошлины в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального  кодекса РФ относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиями  (2500 х 16% / 100) и подлежат взысканию с него в доход федерального бюджета в сумме  400 руб. Учитывая, что при обращении в суд с уточненным требованием доплата  госпошлины не производилась, в то время как в удовлетворении иска в остальной части  (на сумму 52 500 руб.) было отказано, следовательно, госпошлина в размере 100 руб.  (2100 руб. – 2000 руб.) относится на истца и подлежит взысканию в доход федерального  бюджета.  

В соответствии со статьей 80 Арбитражного процессуального кодекса РФ  вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и  

исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не  подлежат передаче другим лицам.  

Вместе с тем, Арбитражный процессуальный кодекс Российской федерации  устанавливает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами,  которые согласно федеральному закону изъяты из гражданского оборота (часть 3 статьи  80). К таким доказательствам в силу статьи 1252 ГК РФ закон относит контрафактную  продукцию.  

Оснований для возврата из материалов дела вещественного доказательства -  контрафактного товара (маникюрных инструментов) не имеется, поскольку он подлежит  изъятию из оборота и уничтожению после вступления судебного акта в законную силу.  

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 180 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, арбитражный суд  

решил:

принять к рассмотрению уточненные исковые требования общества с ограниченной  ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) к  индивидуальному предпринимателю ФИО1  (ОГРНИП 304280109900099, ИНН 

<

***>) о взыскании компенсации за нарушение  исключительного права на товарный знак № 266060 в размере 62 500 руб., судебных  расходов в виде стоимости вещественных доказательств (маникюрные инструменты) в  размере 150 руб., судебных расходов на оплату почтовых отправлений в размере 120 руб.,  расходов по оплате выписки из ЕГРИП в сумме 200 руб., расходов по уплате госпошлины  в размере 2000 руб.  

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1  (ОГРНИП 304280109900099, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Зингер СПБ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) компенсацию  за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере 10 000 руб.,  судебные расходы в виде стоимости вещественных доказательств (маникюрные  инструменты) в размере 24 руб., судебные расходы на оплату почтовых отправлений в  размере 19 руб. 20 коп., расходы по оплате выписки из ЕГРИП в сумме 32 руб.  

В остальной части иска отказать. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1  (ОГРНИП 304280109900099, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета  государственную пошлину в сумме 400 руб.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН  

<

***> ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную  пошлину в сумме 100 руб.  

Вещественное доказательство - контрафактный товар (маникюрные инструменты  «ZINGER» в количестве 3 шт.) оставить в деле и уничтожить после вступления судебного  акта в законную силу.  

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его  принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы  решение, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня  принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.  

Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству  направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.  

Для направления исполнительного листа на взыскание денежных средств в доход  бюджета ходатайство взыскателя не требуется.  

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Шестой  арбитражный апелляционный суд (г. Хабаровск) в срок, не превышающий пятнадцати  дней со дня его принятия.  

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции  через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть  

подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте  арбитражного суда в сети «Интернет» http://amuras.arbitr.ru.  

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства  информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить  соответственно на интернет-сайте Шестого арбитражного апелляционного суда  http://6aas.arbitr.ru.  

Судья А.Г. Осадчий