ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

22.01.2024

Дело № А40-214191/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17.01.2024

Полный текст постановления изготовлен 22.01.2024

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Морхата П.М.,

судей Зверевой Е.А., Мысака Н.Я.

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 представитель ФИО2 доверенность от 21.03.2023 сроком на один год;

от ФИО3 представитель ФИО4 доверенность от 19.12.2023 на три года;

от конкурсного управляющего ООО «Альфа-Офисс» представитель ФИО5, по дов. от 30.01.2023

от ООО «Эй Би Си Консалтинг» представитель ФИО6 доверенность от 31.01.2023 на три года; ФИО7 доверенность от 21.11.2022 сроком на один год;

иные лица извещены надлежащим образом, представители не явились,

рассмотрев в судебном заседании 

кассационные жалобы

1)            ФИО1 и 

2)           ФИО3 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2023 и 

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 (№ 09АП-55661/2023, № 09АП-55663/2023, № 09АП-55664/2023) по делу № А40-214191/2019

о привлечении ФИО1, 

ФИО3, 

ФИО8 

к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Альфа-Офисс», о приостановлении рассмотрения вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами,

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Альфа-Офисс», 

 

УСТАНОВИЛ:

определением от 16.08.2019 Арбитражного суда города Москвы принято к производству заявление ООО «Н-Системс» о признании банкротом ООО «АльфаОфисс». Решением суда от 08.06.2020 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9

Сообщение о признании должника банкротом опубликовано конкурсным управляющим в газете «Коммерсантъ» № 108 от 20.06.2020. Определением суда от 16.09.2020 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Альфа-Офисс», исполняющим обязанности конкурсного управляющего ООО «Альфа-Офисс» утвержден ФИО9 Определением суда от 30.11.2020 конкурсным управляющим ООО «Альфа-Офисс» утвержден ФИО10

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО10 о привлечении ФИО1, ФИО3, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023, привлечены ФИО1, ФИО3, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Альфа-Офисс». Приостановлено рассмотрение вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанными судебными актами ФИО1 и ФИО3 обратились с кассационными жалобами, в которых просят отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационных жалоб заявители ссылаются на нарушение судами норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам. 

ФИО1 утверждает, что ФИО11 осуществлял контроль за расчетным счетом, распоряжался денежными средствами Должника и осуществлял вывод этих средств на личный счет, а также счета подконтрольной ему организации ООО «ИНФОТЭКС» (ИНН 

<

***>). Суды по косвенным признакам привлекают к субсидиарной ответственности ФИО1, хотя объективные и прямые данные ЕГРЮЛ, выписки по расчетному счету Должника свидетельствуют о том, что именно ФИО11 являлся контролирующим лицом и конечным бенефициаром как Должника, так и ООО «ИНФОТЭКС» (ИНН 

<

***>).

ФИО3 утверждает, что не относится к контролирующим должника лицам. Он был руководителем проектов, занимался только текущей работой и не мог распоряжаться счетами, не определял стратегию компании, не принимал управленческих решений.

Поступивший в суд от ООО «Эй Би Си Консалтинг» отзыв на кассационные жалобы приобщен к материалам дела, в отзыве просит в удовлетворении жалоб отказать. 

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 доводы кассационных жалоб поддержали, представители ООО «Эй Би Си Консалтинг» и конкурсного управляющего против удовлетворения кассационных жалоб возражали.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ   информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из доводов заявления, факт подконтрольности общества ответчикам установлен вступившими в законную силу судебными актами в рамках настоящего дела о банкротстве.

Так, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2022 было удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Альфа-Офисе» ФИО10 об оспаривании сделки должника, в котором заявитель просил суд признать недействительными сделками перечисления должника на счет ФИО3 денежных средств в размере 5.229.943 рублей, совершенные за период с 23.07.2017 по 06.11.2019, и применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу должника 5.229.943 рублей.

Апелляционным судом в данном постановлении установлено, что ФИО3 как сотрудник, осуществляющий руководство финансовой деятельностью должника, в максимальной степени был осведомлен о финансовом положении должника, о наличии задолженности перед кредиторами, о признаках неплатежеспособности должника и недостаточности имущества, о длительном отсутствии выплат заработной платы ряду сотрудников и об ущемлении интересов кредиторов должника.

Постановлением апелляционного суда от 10.03.2022 установлено, что ФИО8 в период с 29.10.2016 по 25.07.2019 был генеральным директором должника. С 29.10.2016 по 17.07.2019 ответчик так же был учредителем должника до 22.02.2019 с долей 100 процентов, после с долей 74 процента участия. Этим же постановлением со ФИО8 взысканы денежные средства в размере 1.220.000 рублей в связи с выводом активов должника.

При указанных обстоятельствах, факт наличия у ФИО8 и ФИО3 статуса контролирующих должника лиц считается установленным.

Кроме того, в ходе анализа банковской выписки по расчетному счету должника № 40702810001000033956, ЮЖНЫЙ Ф-Л ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК», конкурсным управляющим установлено, что в период с 16.01.2018 по 21.11.2019 в пользу ФИО1 со счетов должника был совершен ряд платежей с назначением «на выплату аванса», «на выплату заработной платы» и «на выплату премии» на общую сумму 7.803.000 рублей. Назначением платежей является выплата авансов, заработной платы, премий, при этом ФИО1 в трудовых отношениях с должником не состоял.

О том, что ФИО1 фактически контролировал деятельность должника, свидетельствуют нотариально заверенные пояснения по делу № А40-214191/19 бывших сотрудников должника, в том числе бухгалтеров ФИО12 и ФИО13 Аналогичная информация была представлена бывшим сотрудником должника ФИО14 в судебном заседании Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2021. 

Соответствующая информация содержится и в апелляционной жалобе ФИО8 Определением суда от 19.07.2021 признаны недействительными сделки ООО «АльфаОфисе» по перечислению ООО  «ИНФОТЭКС» денежных средств за период с 11.04.2018 по 13.11.2018 в размере 24.888.167,47 рублей. Местом нахождения ООО «ИНФОТЭКС» (ИНН 

<

***>) является 

<

...>.

Исходя из заявления, представленного ФИО1 в Никулинский районный суд города Москвы отзыва, он проживает и зарегистрирован по адресу: г. Краснодар. Адыгейская набережная, д. 199, работает в компании ООО «Инфотэкс» (ИНН 

<

***>) зарегистрированной по адресу 

<

...>.

То есть по адресу места жительства ФИО1 

<

...>, было зарегистрировано ООО «ИНФОТЭКС» (ИНН 

<

***>). Кроме того, в ЕГРЮЛ зарегистрирован еще одна организация с наименованием ООО «ИНФОТЭКС» ИНН 

<

***>, в которой в период с 09.01.2013 по 31.12.2013 работал ФИО15

Генеральным директором и единственным участником ООО «Инфотэкс» (ИНН 

<

***>) был ФИО1, общество ликвидировано 16.09.2014. ФИО15 работал в ООО «ИНФОТЭКС» (ИНН 

<

***>) в разные кратковременные периоды от одного до двух-трех месяцев с 2008 по 2015 года.

Исходя из данных, представленных самим ФИО1, он в настоящее время работает в ООО «ИНФОТЭКС» ИНН 

<

***>.

Все вышеуказанные ИНФОТЭКСЫ в которых был участником, генеральным директором ФИО1, расположенные по адресу его места жительства ФИО3 и ФИО1 имеют один и тоже вид деятельности - разработка программного обеспечения (ОКВЭД 62.01).

Идентичность фирменного наименования организации, схожесть руководящего состава, схожесть вида деятельности, адресов места нахождения организации указывает на то, что ИНФОТЭКСЫ являются зеркальными организациями, созданными для вывода активов, в том числе, должника. Определением суда от 19.07.2021 сделка по выводу активов должника в пользу ООО «ИНФОТЭКС» в сумме24.888.167,47 рублей признана недействительной. При этом, суд установил, что в результате совершения оспариваемой сделки из имущества должника выбыли денежные средства в размере 24.888.167,47 рублей. Причем в назначении платежа указана «Оплата по договору оказания консультационных услуг 1С». В том числе консультационными услугами 1С занимался должник, а, следовательно, оплата таких услуг у заинтересованного лица не имело никакой экономической цели.

Согласно правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 №302-ЭС14-1472(4,5,7), конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Исходя из совокупности представленных в дело доказательств, а также установленных судом в ранее рассмотренных спорах и делах обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что ФИО1 обладает статусом конечного бенефициара.

Удовлетворяя требования заявителя, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что действия контролирующих должника лиц, повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Факт причинения должнику ущерба по выводу денежных средств в результате каждого из контролирующих общество лиц установлен в ранее рассмотренных судом спорах о признании сделок должника недействительными, в результате действий ответчиков должнику причинен ущерб, повлекший банкротство общества.

С учетом изложенных обстоятельств, суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим доказана причинно-следственная связь между действиями ответчиков и банкротством общества, в связи с чем, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворению.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов нижестоящих инстанций.

Согласно ст. 223 АПК РФ, ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Относительно довода о действиях контролирующих должника лиц, повлекшие невозможность полного погашения требований кредиторов.

При рассмотрении вопросов связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в соответствии с разъяснениями данными в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 16 постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Также согласно разъяснениям п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В целях упрощения доказывания существования причинно-следственной связи между поведением контролирующего лица и невозможностью погашения требований кредиторов подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена опровержимая презумпция наступления банкротства вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких существенно убыточной сделки должника, повлекшей нарушение имущественных прав кредиторов.

Для применения указанной презумпции заявителю необходимо доказать наличие условий для её применения. При подтверждении условий этой презумпции предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Судебная практика выработала следующие признаки сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства: 

- значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности);

- существенная убыточность этих сделок в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы", то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. 

При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности. Действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности (пункт 16 постановления № 53, определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8), от 17 ноября 2021 г. № 305-ЭС17-7124 (6)).

Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица. Суд, установив наличие отношения ответчика к должнику, должен проверить, являлся ли конкретный ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно убыточной сделки либо действовал ли он с названными лицами совместно. Общие выводы о недобросовестности (неразумности) всех ответчиков, основанные исключительно на их принадлежности к числу контролирующих лиц (либо к одной группе контролирующих лиц), недопустимы (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8), от 17 ноября 2021 г. № 305-ЭС17-7124 (6)).

Вместе с тем, само по себе совершение действий по перечислению денежных средств недостаточно для привлечения к субсидиарной ответственности. Необходимо, чтобы в результате этого возник вред для кредиторов должника, а контролирующие лица должника получили выгоду.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьёй 61.2 (подозрительные сделки) и статьёй 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. 

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости даннойсделки, так и её существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Иными словами, сам по себе факт совершения должником подозрительной сделки, не влечёт для контролирующих должника лиц бремени субсидиарной ответственности даже в том случае, если контрагентом должника по такой сделке являлось аффилированное или иное заинтересованное лицо.

Последствия неисполнения любым (в том числе аффилированным) лицом обязательств гражданско-правового характера установлены действующим гражданским законодательством и законодательством о банкротстве. Так, в том случае, если заинтересованное лицо заключило с должником ряд гражданско-правовых сделок, то требования, вытекающие из таких договоров, могут быть квалифицированы либо как вытекающие из компенсационного финансирования, либо как вытекающие из мнимых сделок, не предусматривающих реального исполнения.

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, указанному в статье 61.11 Закона о банкротстве, необходимо доказать следующее: 

1) конкретное действие каждого лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности;

2) факты, свидетельствующие что именно эти действия привлекаемого лица оказали существенное влияние на финансовое состояние должника, привели его к неплатежеспособности.

Факт причинения должнику ущерба по выводу денежных средств в результате каждого из контролирующих общество лиц установлен в ранее рассмотренных судом спорах о признании сделок должника недействительными, в результате действий ответчиков должнику причинен ущерб, повлекший банкротство общества.

С учетом изложенных обстоятельств, суд обоснованно пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим доказана причинно-следственная связь между действиями ответчиков и банкротством общества, в связи с чем, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подлежит удовлетворению.

В соответствии с п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Судами первой и апелляционной инстанции сделаны правильные выводы о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства в связи с чем, оснований для иной оценки выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы заявителей кассационных жалоб, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом апелляционной инстанции, не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие с оценкой судом доказательств.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.  

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 12.07.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 по делу № А40-214191/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                          Морхат П.М.

 

Судьи:                                                                       Зверева Е.А.

 

                                                                                   Мысак Н.Я.