ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А06-7814/2017

г. Саратов

04 октября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 октября 2018 года.

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей  Грабко О.В., Пузиной Е.В.,     

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью ПКФ «Эталон» ФИО2, (г.  Астрахань) 

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 28 апреля 2018 года по делу № А06-7814/2017 (судья Ю.В. Подосинников)

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью ПКФ «Эталон» ФИО2 к ФИО3 о признании сделок по перечислению денежных средств недействительными и применении последствий недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ПКФ «Эталон» (414000, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью ПКФ «Эталон» (далее – ООО ПКФ «Эталон», должник) его конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Астраханской области с заявлением о признании недействительными операций по перечислению должником 2 392 511 руб. 90 коп. в пользу ФИО3 (далее – ФИО3) шестнадцатью платежными поручениями в период с 13.01.2015 по 08.05.2015.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 28.04.2018 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ПКФ «Эталон» ФИО2 к ФИО3 о признании сделок по перечислению денежных средств недействительными и применении последствий недействительности отказано.

           Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью ПКФ «Эталон» ФИО2 с принятым определением суда не согласна, обратилась в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда от 28.04.2018.

         Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети Интернет, представителей для участия в судебном заседании не направили. В соответствии со ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст. 266, 268 АПК РФ. Оценив доводы апелляционной жалобы и возражения по ней, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение суда незаконно и подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

  Как усматривается из материалов дела, в период с 13.01.2015 по 08.05.2015 на основании платежных поручений с расчетного счета ООО ПКФ «Эталон» ФИО3 перечислены 2 392 511,90 руб. В качестве основания платежей в платежных документах указано на возврат беспроцентного займа, на хозяйственные нужды, на аванс работников, заработная плата работников.

  Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО ПКФ «Эталон» возбуждено определением суда первой инстанции от 15.11.2017.

  Полагая, что в результате осуществления указанных операций произошло уменьшение активов должника, а ФИО3, являющийся участником и руководителем общества, получил предпочтение перед иными ожидающими исполнения кредиторами и, ссылаясь на статью 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), конкурсный управляющий Обществом обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

            Отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о признании спорных платежей недействительной сделкой, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсный управляющий не доказал совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорной сделки недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом судом первой инстанции указано на невозможность выйти за пределы своих полномочий и признать сделку недействительной на основании иных положений Закона о банкротстве, поскольку такие требование конкурсным управляющим в установленном законом порядке не заявлялось.

  Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

  Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением о признании перечислений денежных средств недействительной сделкой указал, что платежи совершены в условиях неплатежеспособности общества: уже имелись обязательства перед иными кредиторами, в том числе с наступившим сроком исполнения (в частности, перед ООО «Единство»). ФИО3, формально выступивший заимодавцем, являлся фактическим руководителем должника, предоставленные им денежные средства фактически не являлись займом. Последующее изъятие ранее предоставленных средств причинило вред кредиторам должника.

  Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом сама по себе выдача займа (руководителем) должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

  Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

 Так, например, пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта). При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

 Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

 Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

  При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

  Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

 Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

  Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

   В рассматриваемом обособленном споре суд первой инстанции, ограничившись констатацией оформления отношений должника с ФИО3 в качестве заемных, не проанализировал обстоятельства, касающиеся их действительной правовой природы.

  Из материалов дела следует, что между ООО ПКФ «Эталон» и ФИО3 был заключен договор займа на сумму 2 098 000 руб. Указанная сумма была перечислена должнику платежным поручением №223606 от 26.03.2013, что подтверждается справкой о принятом в филиале № 8625/164 ПАО Сбербанк платеже. 

  В последующем в период с 13.01.2015 по 08.05.2015 ООО «Эталон» с расчетного счета произвело перечисление денежных средств в общей сумме 2098000 руб. в погашение задолженности перед ФИО3 по договору займа.  Также, в указанный период ФИО3 с расчетного счета должника были получены суммы: 22.01.2015- 10000 руб. на хоз.нужды, 30.01.2015 -32300 руб. на аванс работников, 03.02.2015 -10000 руб. на хоз.нужды, 16.02.2015 на заработную плату работников -43198 руб., 03.03.2015 на аванс работников -26800 руб., 03.03.2015 на хоз.нужды -31915 руб. 16 коп., 13.03.2015 на заработную плату работников - 42543 руб. 30 коп., 30.03.2015 на хоз.нужды -66682 руб. 50 коп., 30.03.2015 -50000 руб. на заработную плату работников.

  При рассмотрении настоящего обособленного спора судом установлено, что ФИО3 являлся фактическим руководителем должника.

  В связи с этим, апелляционный суд квалифицирует спорные правоотношения как корпоративные, поскольку действия руководителя фактически свидетельствуют о докапитализации подконтрольного ему юридического лица.

          Между тем, на момент совершения оспариваемых платежей у должника были не погашенные обязательства перед ООО «Единство», которые на момент совершения платежей составляли 1 885 024,60 руб. и указанные требования были не исполнены должником в течение трех месяцев с даты, когда они должны быть исполненными.

          Кроме того, оспариваемые платежи совершены за два года до подачи заявления ООО «Единство» о признании ООО ПКФ «Эталон» по признакам отсутствующего должника.  Совершение оспариваемых сделок заинтересованным лицом также подтверждается материалами дела.

         Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

          В соответствии пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

          Заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором данного пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц (пункт 2 указанной статьи).

 Материалами дела установлено, что участниками ООО ПКФ «Эталон» с момента его образования являлись ФИО4 (доля участия 30%), ФИО5 (доля участия 35%) и ФИО6 (доля участия 35%). Исполнение обязанностей единоличного исполнительного органа ООО ПКФ «Эталон» гражданином ФИО4 подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 15.12.2008, уставом, учредительным договором должника.

  28.12.2014 ФИО4 умер, что подтверждается справкой ЗАГС от 01.02.2018. Однако, до 26.05.2015 он продолжал числиться в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве единоличного исполнительного органа.

  Из письменного ответа ФНС России на запрос конкурсного управляющего следует, что 26 мая 2015 года ФИО6 и ФИО5 вышли из состава участников ООО ПКФ «Эталон», скрыв факт смерти третьего участника (ФИО4) и фактически оставив должника без участников, что запрещено ст.26 Закона 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

          Кроме того, в тот же период 26 мая 2015 года в Единый государственный реестра юридических лиц была внесена запись о том, что единоличным исполнительным органом должника является ФИО7

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 02.03.2018 по настоящему делу установлено, что в ходе судебного заседания ФИО7 дал пояснения по существу заявленных к нему требований о передаче имущества, документов, печатей и штампов ООО ПКФ «Эталон».

Из этих пояснений следует, что в 2014 году он фактически исполнял обязанности единоличного исполнительного органа должника в связи с тяжёлой болезнью ФИО4, приходившегося ФИО7 отцом. В декабре 2014 года после смерти ФИО4 он был отстранён от исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа ООО ПКФ «Эталон» другим соучастником должника - ФИО3 - ввиду возникших претензий со стороны последнего. Из постановления дознавателя Межрайонного отдела судебных приставов по особым исполнительным листам УФССП России по Астраханской области от 24.11.2016            следует, что в ходе проверки была опрошена бывший главный бухгалтер ООО ПКФ «Эталон» ФИО8, которая подтвердила пояснения ФИО7 о том, что последний с января 2015 года на предприятии не появлялся, хотя и числился в штате. Какого-либо участия в деятельности должника не принимал. Все хозяйственно-распорядительные функции были приказом возложены на ФИО3

Согласно письменному ответу ООО РКЗ «Катран» от 16.04.2018 на запрос конкурсного управляющего с декабря 2014 года данное предприятие получало продукцию от ООО ПКФ «Эталон». Документы от имени должника подписаны ФИО3 в качестве исполняющего обязанности управляющего. Кроме того, именно ФИО3 выступал в устных переговорах от имени должника.

Конкурсному управляющему уполномоченным органом представлены копии товарных накладных, счетов-фактур, подписанные ФИО3 как и.о. управляющего ООО ПКФ «Эталон».

Согласно письменному ответу страховой компании САК «Энергогарант» № 34/05-186 от 18.04.2018 ФИО3 в качестве страхователя заключал договор ОСАГО на автомобиль, принадлежащий ООО ПКФ «Эталон».

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Волгоградской области от 30 мая 2018 года по делу №А06-7814/2017 установлено, что с января 2015 года фактическим единоличным исполнительным органом ООО ПКФ «Эталон» являлся ФИО3, который в этом качестве с января 2015 года (даты начала исполнения своих обязанностей) и по 14.12.2017 (даты открытия процедуры конкурсного производства) обязан был организовать ведение (составление) и хранение: 1) документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации; 2) документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об обществах с ограниченной ответственностью. Кроме того, он же, начиная с 14.12.2017, был обязан передать указанные документы конкурсному управляющему.

 Учитывая установленные судами обстоятельства в рамках рассмотрения обособленного спора об обязании бывшего руководителя должника ФИО3 передать документы и имущественные ценности должника, апелляционный суд приходит к выводу выводу о том, что ФИО3, фактически, был номинальным директором.

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающие значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном объекте. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

  Апелляционным судом установлено, что договор займа был беспроцентным, выдан без какого-либо обеспечения, обычный участник делового оборота не предоставил бы контрагенту заем на таких условиях, иное противоречило бы его предпринимательской цели.

  Таким образом, предоставленный ФИО3 Обществу займ по своему существу представляет собой ничто иное как финансирование Общества его участниками.

  Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС15-5734 по делу №А40-140479/2014).

После смерти участника общества ФИО4, участник общества ФИО3 фактически являлся одним из контролирующих участников и принял на себя управленческое решение о судьбе должника.

Таким образом, оспариваемые платежи, совершенные должником в пользу ФИО3 относятся к сделкам, совершенным с заинтересованным лицом.

Учитывая изложенное, оспариваемые платежи совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, о чем было известно контрагенту по сделке, что является основанием для признания оспариваемой сделки недействительной в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также приходит к выводу о том, что при совершении оспариваемых платежей в размере 313 438,96 руб. было допущено злоупотребление правом.

Из пункта 1 статьи 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в этой статье пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам, или создающее условия для наступления вреда.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данного требования суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ). В силу положений статьи 10 ГК РФ злоупотребление правом - это всегда виновное правонарушение, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, является основанием для признания этих сделок ничтожными на основании статьи 168 ГК РФ как не соответствующих закону и применения последствий недействительности ничтожных сделок.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (часть 2 статьи 10 ГК РФ).

Руководитель должника за денежные средства в указанном размере, полученные в подотчет, не отчитался. Из материалов дела не усматривается, на какие цели и нужды должника были израсходованы данные денежные средства. Отчеты о расходовании полученных денежных средств в размере 313 438,96 руб., а также документы, подтверждающие расходование указанных денежных средств на нужды должника, в установленный законодательством срок не представлены.

Поскольку материалами дела установлено наличие совокупности условий для признания перечислений должником на счет ФИО3 недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению и спорная сумма в порядке пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве подлежит взысканию с ФИО3 в пользу ООО «Эталон» в качестве применения последствий недействительности сделок.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить определение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

 С учетом изложенного выше, суд апелляционной инстанции считает, что заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной подлежит удовлетворению, а обжалуемый судебный акт суда первой инстанции отмене.

  руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 28 апреля 2018 года по делу № А06-7814/2017 отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

          Признать недействительными сделки в виде банковских операций по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО ПКФ «Эталон» на счет ФИО3 на общую сумму 2 392 511 руб. 90 коп.

         Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ООО ПКФ «Эталон» 2 392 511 руб. 90 коп.

          Взыскать с ФИО3 в доход Федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение заявления в размере 6000 рублей и за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 рублей.

       Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через  Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий                                                                А.Ю. Самохвалова

 

Судьи                                                                                               О.В. Грабко

                                                                                                                       

                                                                                                          Е.В. Пузина