Д Е В Я Т Ы Й   А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й   А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й   С У Д

127994, г. Москва, ГСП -4,  проезд Соломенной сторожки, д. 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-26278/2021 

 

№ 09АП-27951/2021

город Москва

28 мая 2021 года

Дело № А40-187880/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2021 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 28 мая 2021 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.Н. Лаптевой, 

судей Д.В. Пирожкова, В.Р. Валиева,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы 

ПАО «ОДК-Уфимское моторостроительное производственное объединение», ФГБУ «Федеральное агентство по правовой защите результатов интеллектуальной деятельности военного, специального и двойного назначения» 

на решение Арбитражного суда города Москвы от 19 марта 2021 года  

по делу № А40-187880/2020, принятое судьей Е.Н. Киселевой, 

по иску ФГБУ «Федеральное агентство по правовой защите результатов интеллектуальной деятельности военного, специального и двойного назначения» (ОГРН 

<

***>) 

к ПАО «ОДК-Уфимское моторостроительное производственное объединение»  (ОГРН 

<

***>) 

третье лицо: Федеральная служба по интеллектуальной собственности 

о взыскании штрафа, обязании предоставить документацию, 

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2 по доверенности от 16.07.2020, 

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 09.12.2020, 

ФИО4 по доверенности от 15.01.2021

третьего лица: извещен, представитель не явился.

У С Т А Н О В И Л:

Федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральное агентство по правовой защите результатов интеллектуальной деятельности военного, специального и двойного назначения» (далее – ФГБУ «ФАПРИД», истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ПАО «ОДК-Уфимское моторостроительное производственное объединение» (далее – ответчик) о взыскании штрафа в размере в размере 300.000 руб., обязании предоставить отчетную документацию за период со II квартала 2017 года по I квартал 2020 года по лицензионному договору от 15.11.2012 г. № 1-01-12-00681.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19 марта 2021 года исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскан штраф в размере 110.000 руб. для перечисления в доход федерального бюджета Российской Федерации, в удовлетворении  остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, истец и ответчик обратились с апелляционными жалобами, ссылаясь на нарушение или неправильное применение норм материального и процессуального права, на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

В своей апелляционной жалобе истец просит отменить решения суда первой инстанции в части применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера заявленного ко взысканию штрафа.

Указывает, что оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера штрафа не имеется.

В своей апелляционной жалобе ответчик просит отменить решение суда в части удовлетворения исковых требований, отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Указывает на истечение срока действия лицензионного договора на момент обращения с требованием по настоящему делу; настаивает, что обязанность по предоставлению отчетной документации по лицензионному договору реализуется только при получении лицензиатом денежных средств по договору комиссии; полагает недопустимым истребование у ответчика «нулевой отчетности»; ссылается на не направление истцом акта выполнения обязательств по договору; приводит доводы о злоупотреблении правом.

Истец в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представил письменные пояснения.

Ответчик отзыв на апелляционную жалобу не представил.

В судебном заседании апелляционного суда представители сторон доводы своих апелляционных жалоб поддержали, против доводов жалоб процессуальных оппонентов возражали.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы (в том числе с учетом того, что жалоба подана с соблюдением установленного срока на апелляционное обжалование, стороны были извещены о начавшемся судебном процессе, апелляционным судом исполнена обязанность по размещению информации о времени и месте рассмотрения дела в Картотеке арбитражных дел в сети Интернет по веб-адресу: http://kad.arbitr.ru,), явку представителя в судебное заседание не обеспечило, дело рассмотрено в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в отсутствие указанного лица.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционных жалоб, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого решения, исходя из следующего.

Исковые требования по настоящему делу мотивированы следующим.

15.11.2012 г. между Российской Федерацией в лице истца (лицензиар) и ответчиком (лицензиат) был заключен лицензионный договор №1-01-12-00681 на предоставление ответчику неисключительного права на использование результатов интеллектуальной деятельности, права на которые принадлежат Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 9.1 названного договора лицензиат в течение 30 дней, следующих за отчетным периодом - календарным кварталом (пункт 1.8 договора), представляет лицензиару отчетную документацию.

Под «отчетной документацией» согласно пункту 1.9 договора понимается: «отчет о выполнении лицензионного договора согласно форме, указанной в разделе 14 лицензионного договора; выписка из банка о поступлении денежных средств на расчетный счет лицензиата по договору комиссии; копия экспортной лицензии на поставку продукции по контракту; копия оформленного паспорта сделки на реализацию продукции по контракту; копии документов, подтверждающих факт отгрузки продукции, в том числе копия грузовой таможенной декларации на отгрузку партии продукции по контракту».

На основании пункта 1.9 договора в отчетной документации отражается информация о поступлении денежных средств на расчетный счет лицензиата (валютная выручка за поставленную продукцию).

В соответствии с пунктом 7.3 договора лицензионный платеж переводится лицензиатом на счет лицензиара пропорциональными платежами в течение 30 дней с даты поступления соответствующих средств за поставляемую продукцию по договору комиссии.

Обязательство по предоставлению отчетной документации является мерой контроля за надлежащим исполнением условий лицензионного договора со стороны истца.

Пунктом 9.6 договора предусмотрена ответственность лицензиата за нарушение, в том числе пункта 9.1 договора, в виде штрафа в размере 25.000 руб.

Поскольку ответчик не представил отчетную документацию за период со II квартала 2017 года по I квартал 2020 года, истец обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском о взыскании с ответчика штрафа в размере 300.000 руб.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе, неустойкой (штрафом, пеней), которой согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

В силу пункта 1 статьи 1237 Гражданского кодекса Российской Федерации лицензиат обязан представлять лицензиару отчеты об использовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если лицензионным договором или Кодексом не предусмотрено иное. Если в лицензионном договоре, предусматривающем представление отчетов об использовании результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, отсутствуют условия о сроке и порядке их представления, лицензиат обязан представлять такие отчеты лицензиару по его требованию.

На основании пункта 2 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419) и о договоре (статьи 420 - 453), поскольку иное не установлено правилами раздела VII Гражданского кодекса Российской Федерации и не вытекает из содержания или характера исключительного права.

Согласно положениям гражданского законодательства договор признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства, за исключением случаев, когда договором или законом предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по данному договору (пункт 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 13.1 лицензионного договора сторонами согласовано, что он действует с момента его подписания до подписания сторонами акта выполненных обязательств по договору. Каких-либо иных условий прекращения отдельных условий (обязательств) названного договора в ином порядке он не содержит.

Поскольку доказательства подписания такого акта сторонами ответчиком не представлены, обязательства сторон по лицензионному договору не прекращены и должны исполняться в соответствии с условиями обязательства.

Удовлетворяя исковые требования в части, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 309, 310, 329, 330, 1235, 1237 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом приведенных правовых норм и содержания лицензионного договора сторон, пришел к правомерному выводу о том, что все условия лицензионного договора, в том числе и касательно отчетной документации, должны исполняться сторонами до подписания сторонами акта выполненных обязательств. При этом отчеты должны представляться вне зависимости от факта поставки в отчетный период лицензионной продукции и поступления выручки за нее, в связи с чем счел подлежащими удовлетворению требования истца о  взыскании штрафа за период с с III квартала 2017 года по I квартал 2020 года.

Заявленный ко взысканию штраф взыскан судом первой инстанции с применением положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 110.00 руб. с учетом правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 г. № 263-О, Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 14.10.2004 г. № 293-О, разъяснений, содержащихся в пунктах 69, 71 - 73, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» в целях устранения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства с учетом компенсационного характера неустойки.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 195, 196, 197, 200, 203 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о пропуске истцом срока исковой давности на предъявление требования о взыскании штрафа за непредставление и предоставление отчетной документации за II квартал 2017 года, который истек 30.08.2020 г. (31.07.2020 г. + 30 дней на соблюдение претензионного порядка), тогда как с настоящим иском учреждение обратилось лишь 05.10.2020 г., что в силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является состоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Кроме того, ответчиком в материалы дела представлено сопроводительное письмо от 01.12.2020 г. о направлении в адрес истца актов выполнения обязательств с приложением отчетной документации. Данное обстоятельство истцом не оспорено. Таким образом, требования истца об обязании предоставить отчетную документацию по лицензионному договору от 15.11.2012 г. № 1-01-12-00681 также являются не подлежащими удовлетворению.

Судебная коллегия не находит оснований для переоценки указанных выводов суда первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что основания для снижения размера взыскиваемого с ответчика штрафа отсутствуют, отклоняются апелляционным судом по следующим основаниям.

Правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается выплата кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Исходя из правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 г. № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу диспозиции статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации  основанием для ее применения может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства суду необходимо учитывать, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, неустойка является мерой гражданско-правовой ответственности должника в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения договорных обязательств, носит компенсационный характер по отношению к возможным убыткам кредитора, направленный на восстановление нарушенных прав кредитора, а не карательный (штрафной) характер.

Суд первой инстанции, применяя к спорным правоотношениям положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и уменьшая размер начисленного штрафа, учел чрезмерно высокий размер неустойки, обоснованно принял во внимание компенсационный характер неустойки, а также принцип ее соразмерности последствиям неисполнения обязательств должником.

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в Определении от 14.03.2001 г. № 80-О, возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

Оценивая заявление ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции установил, что непредставление ответчиком отчетной документации не повлекло существенных негативных последствий для истца, иное из материалов дела не следует.  Судом первой инстанции был учтен принцип соразмерности гражданско-правовой ответственности последствиям нарушения обязательства. С учетом фактических обстоятельств дела, оценивая соразмерность заявленной к взысканию суммы неустойки возможным финансовым последствиям для каждой из сторон, из своего внутреннего убеждения, суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о наличии оснований для снижения неустойки (штрафа) до 110.000 руб., с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает, что взысканный судом штраф компенсирует потери истца в связи с несвоевременным исполнением ответчиком своих обязательств, а также считает эту сумму справедливой, достаточной и соразмерной, принимая во внимание, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника. Суд апелляционной инстанции также учитывает правовую позицию Суда по интеллектуальным делам, изложенную, в частности, в постановлении от 13.04.2021 г. по делу № А40-336597/2019.

Доводы апелляционной жалобы ответчика обязанности ответчика по предоставлению отчетной документации по лицензионному договору только при получении лицензиатом денежных средств по договору комиссии, а также недопустимости истребования у ответчика «нулевой отчетности», отклоняются судом апелляционной инстанции.

Согласно положениям гражданского законодательства договор признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства, за исключением случаев, когда договором или законом предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по данному договору (пункт 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации); окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение (пункт 4 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 7.6 договора предусмотрено, что выполнение обязательств сторон по договору оформляется актом выполнения обязательств по договору, подписываемому надлежаще уполномоченными представителями сторон в срок 30 календарных дней с момента полной уплаты платежа лицензиатом по договору в соответствии с пунктом 7.2 договора.

Согласно пункту 7.5 договора после прекращения срока действия договора положения его будут применяться до тех пор, пока не будут окончательно урегулированы отношения сторон, связанные с платежами, обязательства по которым возникли в период действия договора.

При этом лицензионный договор не содержит разделения обязанности по представлению отчетной документации только с отражением поступившей валютной выручки и не снимает обязанность по представлению отчетной документации в периоды, когда выручка не поступает на счет лицензиата. 

Таким образом, вывод ответчика о том, что при заключении договора стороны исходили из того, что отчеты будут предоставляться лицензиатом лишь при фактическом использовании результатов интеллектуальной деятельности, не соответствуют положениям лицензионного договора, определяющим порядок предоставления отчетной документации.

Также лицензионный договор не содержит разделения обязанности по представлению отчетной документации только с отражением поступившей валютной выручки и не снимает обязанность по представлению отчетной документации в периоды, когда выручка не поступает на счет общества.

В этой связи доводы заявителя об обратном подлежат отклонению.

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводами ответчика об исполнении условий договора комиссии и прекращения использования результатов интеллектуальной деятельности в 2013 году. 

Отправка отчета не является надлежащим уведомлением об исполнении договора комиссии в полном объеме. 

В материалы настоящего дела ответчик не предоставил каких-либо сведений о моменте уведомления об исполнении договора комиссии.

Кроме того, пункт 9.5. договора возлагает уведомить в письменной форме об окончании срока действия договора комиссии. 

Какого-либо уведомления ответчик до 01.12.2020 г. не направлял.

Кроме того, ответчик не учитывает, что истец не является стороной по договору комиссии и не имеет возможности узнать о прекращении или изменений его условий.

В соответствии с пунктом 7.1 договора за предоставленное право на использование результатов интеллектуальной деятельности, лицензиат уплачивает платеж в пользу Российской Федерации. Лицензионный платеж перечисляется лицензиатом на счет лицензиара пропорциональными платежами по отношению к средствам, поступающим на счет лицензиата согласно условиям договора комиссии в течение 30 (тридцати) дней с дат поступления соответствующих средств за поставляемую продукцию.

Таким образом, обязательство по предоставлению отчетной документации является единственной мерой контроля за надлежащим исполнением условий договора со стороны ответчика. Только из отчетной документации, предоставляемой обществом, истец получает сведения о поступлении валютной выручки по контракту, на основе указанных сведений делает выводы о своевременности (несвоевременности) поступления лицензионных платежей в бюджет Российской Федерации, рассчитывает сумму неустойки за несвоевременное перечисление лицензионных платежей, контролирует исполнение обществом взятых на себя обязательств.

Ссылки апелляционной жалобы на то, что ответчик не обязан предоставлять отчетность за спорный период, так как срок действия договора истек, также отклоняются судом апелляционной инстанции.

Согласно статье 190 Гражданского кодекса Российской Федерации срок может определяться в, том числе, и указанием на событие.

В соответствии с пунктом 13.1. договора, договор действует до подписания сторонами акта выполненных работ.

На основании статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. Прекращение обязательства по требованию одной из сторон допускается только в случаях, предусмотренных законом или договором.

Таким образом, прекращение действия договора иным способом не установлено.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Как указано выше, согласно пункту 7.5 договора после прекращения срока действия договора положения его будут применяться до тех пор, пока не будут окончательно урегулированы отношения сторон, связанные с платежами, обязательства по которым возникли в период действия договора.

Следовательно, ответчик обязан исполнять его условия, в том числе представлять отчетность до момента подписания акта выполненных обязательств.

Определением Верховного суда от 22.05.2020 г. № 305-ЭС20-7237 по делу № А40-66631/2019 была установлена правомерность постановления Суда по интеллектуальным правам от 20.02.2020 г. № С01-4/2020 по делу № А40-66631/2019, где Суд по интеллектуальным правам указал на обязанность предоставлять отчетность до момента подписания актов выполнения обязательств. Аналогичная позиция содержится в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 30.01.2020 г. № С01-1489/2019 по делу № А40-66587/19.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о злоупотреблении истцом своим правом и намерениями причинить вред ответчику несостоятельны, не соответствуют материалам настоящего дела и положениям действующего законодательства.

Согласно положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Между тем, как указано в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 г. № 52-КГ16-4, частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Таким образом, как следует из изложенного, это ответчик злоупотребляет правом, не исполняя условия заключенного лицензионного договора и не предоставляя отчетную документацию.

Кроме того, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Между тем, лицензионный договор, заключенный между сторонами, полностью соответствует положениям законодательства как на момент его заключения, так и на момент рассмотрения настоящего судебного дела. Условия лицензионного договора согласованы сторонами в редакции протокола разногласий и не оспорены, в том числе и в рамках настоящего дела.

Доказательств обратного ответчиком не приведено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания, предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального       кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда и удовлетворения апелляционных жалоб.

Судебные расходы между сторонами распределяются в соответствии со статей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 266 - 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 19 марта 2021 года по делу № А40-187880/2020  оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Суд по интеллектуальным правам.

Председательствующий судья: О.Н. Лаптева

Судьи:     В.Р. Валиев

 

           Д.В. Пирожков