АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОРОНЕЖСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Воронеж                                                                                       Дело № А14-7769/2023

«27» сентября 2023 года 

Арбитражный суд Воронежской области в составе судьи Рослякова Е.И.,

при ведении протокола судебного заседания судьей Росляковым Е.И. (с согласия участников процесса),

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

акционерного общества «Невьянский цементник», Свердловская обл., Невьянский р-н, пос. Цементный (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к акционерному обществу «Электроагрегат», г. Воронеж (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании 2 445 560 руб. 01 коп. суммы уплаченной за товар ненадлежащего качества

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО1, представитель по доверенности от 30.08.2022, диплом, паспорт,

от ответчика – ФИО2, представитель по доверенности №14 от 17.03.2023, диплом, паспорт,

установил:

акционерное общество «Невьянский цементник» (далее – истец, АО «Невьянский цементник») обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с иском к акционерному обществу «Электроагрегат» (далее – ответчик, АО «Электроагрегат») о взыскании 2 445 560 руб. 01 коп. суммы, уплаченной за товар ненадлежащего качества.

            Судебное разбирательство откладывалось.

В судебном заседании 27.09.2023 истец поддержал исковые требования, просил их удовлетворить в полном объеме.

Ответчик иск не признал, заявив о пропуске срока исковой давности.

В судебном заседании объявлялся перерыв в течение дня.

  Из материалов дела следует, что между АО «Невьянский цементник» (покупатель) и АО «Электроагрегат» (продавец) был заключен договор №МТР17-570 от 21.06.2017, по условиям которого продавец обязуется передать покупателю продукцию, именуемую в дальнейшем Товар, количество, ассортимент и сроки поставки которого письменно согласовываются с покупателем и указываются в приложениях к договору, а покупатель обязуется совершить необходимые действия, обеспечивающие получение (принятие) Товара и уплатить за него стоимость, предусмотренную договором (п.1.1 договора).

К договору оформлено приложение № 03 от 25.04.2018 на поставку электродвигателя ДАЗ04-560У-6У1 1600 кВт 1000 об/мин 6000В IM1001 IP54 в количестве 1 шт. на общую сумму 2 445 560 руб. 01 коп. 

Согласно УПД (счет – фактура) № 305-055 от 01.11.2018, ответчик 07.11.2018 передал истцу вышеуказанный Товар в количестве 1 шт. стоимостью 2 445 560 руб. 01 коп. 

Истец оплатил Товар полностью, что подтверждается платежным поручением № 578 от 15.02.2019 г. на сумму 200 000 руб., платежным поручением № 7275 от 01.11.2019 г. на сумму 2 245 560,01 руб.

В соответствии с условиями п.2.1 договора качество Товара должно соответствовать техническим регламентам, ГОСТам и/или ТУ изготовителей. 

Гарантийный срок качества Товара, предоставленный ответчиком, составляет 12 месяцев с момента ввода Товара в эксплуатацию при условии правильно произведенного монтажа и эксплуатации Товара в соответствии с правилами технической эксплуатации, но не более 18 месяцев с момента поставки (п.2.2 договора, п.3 дополнительного соглашения №1 от 21.06.2017 к договору). 

В п.3 вышеуказанного дополнительного соглашения стороны согласовали, что при выявлении недостатков Товара в период гарантийного срока покупатель обязуется уведомить продавца о выявленных недостатках в течение 5 рабочих дней с момента их выявления, после чего вправе потребовать по своему выбору: 

безвозмездного устранения недостатков Товара в строго оговоренный срок. В случае нарушения продавцом сроков устранения недостатков покупатель вправе по своему выбору потребовать выполнения продавцом условий пункта 2,3,4;

оплаты расходов на устранение недостатков Товара, при сохранении гарантийного срока;

возврата уплаченной за Товар денежной суммы и отказаться от исполнения договора;

замены Товара ненадлежащего качества Товаром, соответствующим договору и приложению за счет продавца. 

В процессе эксплуатации Товара в период гарантийного срока были выявлены недостатки, выразившиеся в повышенной температуре электродвигателя, что препятствовало его нормальной эксплуатации и требовало остановки для охлаждения. При заключении договора данные недостатки оговорены не были.

Выявленные недостатки носили скрытый характер и не могли быть обнаружены при приемке Товара. Специфика работы электродвигателя позволяет выявить ряд скрытых недостатков после ввода в эксплуатацию.

Истец уведомил ответчика о выявленных недостатках и их существе, просил направить в адрес истца представителей ответчика для выявления причин недостатков (письмо от 18.10.2019 № 1/НЦ-865/19).

Таким образом, согласно условиям гарантийного обязательства и положениям статьи 470 ГК РФ на стороне ответчика возникла обязанность по принятию товара в гарантийный ремонт. 

Срок гарантийного ремонта условиями договора №МТР17-570 от 21.06.2017 не установлен, в дальнейшем стороны в письменной форме его не согласовывали. В таком случае применяются правила пункта 2 статьи 314 ГК РФ об исполнении обязательств в разумный срок.

Ответчик информировал истца о направлении его обращения в технический отдел для проработки и принятия решения, а также о рассмотрении вариантов выезда специалистов либо забора электродвигателя на завод – изготовитель с целью выяснения возможных причин его нагрева. О принятом решении обязался письменно проинформировать в течение 10 рабочих дней (письмо от 29.10.2019 № 1-719).

Далее ответчик информировал истца о необходимости проведения повторной проверки электродвигателя в заводских условиях (ориентировочный срок данных работ 2-3 недели). В связи с чем, запросил передачу Товара в адрес АО «Электроагрегат» по документам отпуска материалов на сторону (РУ, ТТН, М15), с принятием на себя обязательства забрать и вернуть двигатель автотранспортом ответчика. О готовности к передаче Товара просил у истца письменное подтверждение (письмо № 1-736 от 06.11.2019). 

11.11.2019 ответчик осуществил приемку и вывоз Товара по накладной № 127/19 (ф.№М-15) от указанной даты. 

В целях документального оформления вывоза Товара ответчик предварительно направил истцу письменную информацию о транспортном средстве, ФИО и паспортных данных водителя, реквизитах получателя Товара (АО «Электроагрегат»), а также оформленную ответчиком доверенность на получение водителем ТМЦ. 

По факту состоявшейся отгрузки Товара в гарантийный ремонт истец незамедлительно уведомил ответчика, направив ему накладную №127/19 от 11.11.19 (ф.№М-15).

В дальнейшем ответчик уведомил истца об установке на электродвигателе новой системы охлаждения, проведении испытаний, проведении подготовительных работ к отгрузке Товара в адрес истца. Указал, что доставка запланирована на период с 17 по 21 февраля т.г. автотранспортом ответчика, а о более точных сроках заинтересованные лица будут проинформированы в рабочем порядке (письмо от 06.02.2020 № 1-069). Информация о более точных сроках истцу не направлялась.

На дальнейший запрос истца от 24.03.2020 о сроках доставки двигателя в связи с необходимостью его установки во время ремонта, ответчик 07.04.2020 информировал истца о том, что из-за ситуации с коронавирусом все предприятия ответчика приостановили работу, предложил истцу оформить письмо (по предложенному ответчиком шаблону) с просьбой истца к ответчику не приостанавливать в условиях действия Указа Президента РФ от 25.03.2020 № 206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней»  работу по поставкам оборудования, ранее приобретенного у ответчика, и находящего у него на техническом обслуживании, поскольку АО «Невьянский цементник» является предприятием непрерывного технологического цикла и в апреле идет плановый ремонт основного и вспомогательного оборудования. 

Испрашиваемое обращение истец подготовил и направил в адрес ответчика (письмо от 07.04.2020 № 1/НЦ-270/20). 

06.07.2020 ответчик информировал истца о переписке с управляющей компанией истца и пояснил, если в ближайшее время общая ситуация с коронавирусом не изменится и завод не сдаст двигатель, нужно будет проработать вопрос возврата денежных средств.

То, что ответчиком выполнялись гарантийные работы по ремонту электродвигателя, является признанием как гарантийных обязательств, так и образования недостатков Товара по причинам, зависящим от продавца. 

После передачи Товара в гарантийный ремонт выявленные недостатки в работе электродвигателя ответчиком так и не были устранены, в связи с чем приобретенный Товар истцом не эксплуатировался (не использовался по назначению). 

В связи с чем, истец направил ответчику требование о возврате Товара или о возврате уплаченной стоимости Товара (от 01.02.2023 № 1/НЦ-50/23).

Ответчик письменно подтвердил готовность надлежащим образом исполнить требование Истца с момента исполнения изготовителем Товара (осуществлявшим с ноября 2019 ремонтные работы в отношении Товара) определения Арбитражного суда Томской области от 03.03.2021 по Делу №А67-4507/2020. Ответчик пояснил, что указанное требование включено в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве изготовителя Товара (Дело №А67-8680/2020) (письмо от 09.02.2023 № П-7).

Между тем истец к участию в Деле №А67-4507/2020 не привлекался, с участниками данного производства (ООО «ТД Электрон» ОГРН 

<

***>, ООО «ЭЛМАШ» ОГРН 

<

***>) у истца отсутствуют гражданские правоотношения. 

Как указывает истец, ознакомившись с определением Арбитражного суда Томской области от 03.03.2021 по Делу №А67-4507/2020 (изменение порядка и способа  исполнения решения Арбитражного суда Томской области от 05.08.2020 в части возложения обязанности по выполнению гарантийного ремонта Электродвигателя ДАЗО4-56У-6У1 (1600 кВт 1000 об/мин 6000В IP54 IM1001 ВЭ 111, заводской номер 0903) и доставке его по адресу: 624173, 

<

...> дом №1, в течение 7 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу, на взыскание стоимости Электродвигателя ДАЗО4-56У-6У1 (1600 кВт 1000 об/мин 6000В IP54 IM1001 ВЭ 111, заводской номер 0903) в размере 1 921 603 руб. 02 коп.), истец пришел к выводу об объективной невозможности возврата ответчиком принадлежащего истцу отремонтированного электродвигателя. 

По мнению истца, неустранение ответчиком недостатков Товара в течение длительного периода времени и фактическая утрата ответчиком Товара, подтверждают существенный и неустранимый характер недостатков Товара, а также то, что Товар надлежащего качества так и не был передан истцу во исполнение условий договора №МТР17-570 от 21.06.2017. 

Поскольку недостатки Товара произошли в пределах гарантийного срока, 17.02.2023 истец направил в адрес ответчика претензию об отказе от исполнения договора на основании части 2 статьи 475 ГК РФ (в связи с существенным нарушением требований к качеству товара, и потребовал вернуть уплаченную за Товар денежную сумму в размере 2 445 560 руб. 01 коп. в течение 7 дней со дня получения претензии (от 17.02.2023 №1-П). Претензия получена ответчиком 01.03.2023.

В установленный срок требование истца об уплате ответчиком стоимости Товара осталось неисполненным, письменный ответ не поступил.

Неисполнение ответчиком требования о возврате стоимости Товара явилось основанием для обращения истца с рассматриваемым заявлением в арбитражный суд.

         Изучив материалы дела, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом или иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Сложившиеся между сторонами правоотношения вытекают из обязательств по договору купли - продажи и общих положений ГК РФ об обязательствах.

Обязательственные отношения по купле - продаже товара регулируются нормами главы 30 ГК РФ.

В силу статьи 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. Если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями. Если законом или в установленном им порядке предусмотрены обязательные требования к качеству продаваемого товара, то продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязан передать покупателю товар, соответствующий этим обязательным требованиям.

В силу части 1 статьи 470 ГК РФ товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются.

В соответствии с частью 2 статьи 470 ГК РФ в случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока).

Положениями статьи 476 ГК РФ предусмотрено, что продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента. В отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы.

В пункте 1 статьи 475 ГК РФ предусмотрено, что если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы (абзац второй пункта 2 статьи 475 ГК РФ).

Согласно пунктам 1,2 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (ст. 310 ГК РФ) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Односторонний отказ от исполнения договора отличен от требования о расторжении договора, производится без обращения в суд, и соответственно, в силу самого факта его осуществления договор считается расторгнутым (определение ВАС РФ от 14.09.2009 N ВАС-11925/09 по делу N А32-15416/2008-69-207), поэтому пункт 2 статьи 450 ГК РФ не применяется. 

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что надлежащее исполнение ответчиком своих обязательств по договору связано не только с передачей Товара, но и с выполнением им обязанностей по гарантийному обслуживанию. 

Результатом надлежащего выполнения договора является переданный в собственность покупателя качественный Товар. При этом требования к качеству определены сторонами фактической пригодностью Товара при эксплуатации в период гарантийного срока. 

Однако совокупностью представленных в дело доказательств подтвержден факт поставки некачественного Товара, имеющего существенные (неустранимые) недостатки, поскольку их не удалось устранить в течение длительного гарантийного ремонта, в ходе которого Товар был фактически утрачен. 

При разрешении вопроса о лице, ответственном за недостатки Товара, суд исследовал представленные в материалы дела доказательства, из которых не следует, что выявленные недостатки носят эксплуатационный характер и/или явились следствием неправильных действий истца. 

Более того, неправильная эксплуатация Товара является основанием для отказа в гарантийном ремонте Товара ответчиком. Однако ответчик принял Товар в гарантийный ремонт без возражений, и в последующем такие возражения не заявлял.

Назначение судебной экспертизы по делу не могло бы подтвердить характер спорных недостатков и то, что спорные недостатки Товара возникли после его передачи истцу ввиду того, что поставленный Товар длительное время находился у ответчика для производства гарантийного ремонта.

Иные доказательства, свидетельствующие о моменте возникновения спорных недостатков Товара после его передачи истцу, ответчиком в порядке части 1 статьи 65 АПК РФ с учетом требований пункта 2 статьи 476 ГК РФ не представлены.

В рассматриваемой ситуации недостатки носят существенный характер, поскольку: 

-  отсутствует возможность использования Товара в соответствии с его назначением в течение времени, которое покупатель считает для себя неприемлемым; 

- возврат истцу отремонтированного Товара из гарантийного ремонта также невозможен, что следует из письма ответчика от 09.02.2023 № П-7. 

Следовательно, покупатель полностью лишился того, на что он был вправе рассчитывать при заключении договора. Фактически ответчиком не исполнено существенное условие договора о передаче истцу Товара.

Таким образом, факт поставки продавцом Товара ненадлежащего качества объективно установлен, в связи с чем, покупатель вправе требовать возврата уплаченных во исполнение договора денежных средств в размере 2 445 560 руб. 01 коп.

В части вопроса о взыскании с ответчика полной стоимости Товара, суд дал следующую оценку возражениям ответчика.

Как следует из материалов дела, истец оплатил Товар в следующем порядке:

- аванс 200 000 руб. в адрес ответчика (платежное поручение № 578 от 15.02.2019);

- окончательная оплата 2 245 560,01 руб. в адрес ООО «ЭНЕРГОПРОМСНАБ» во исполнение решения Арбитражного суда Свердловской области от 30.04.2019 по Делу № А60-15157/2019 (платежное поручение № 7275 от 01.11.2019).

Помимо поставки Товара в рамках приложения №03 от 25.08.2018, договором предусмотрена обязанность ответчика обеспечить гарантийное обслуживание Товара после ввода в эксплуатацию.

Таким образом, по обязательствам об оплате Товара ответчик является кредитором, а истец должником, а по обязательствам о поставке Товара, соответствующего условиям договора, и об обеспечении гарантийного обслуживания поставленного Товара, наоборот, - ответчик является должником, а истец кредитором.

Согласно уведомлению об уступке права требования (от 11.03.2019 исх.№ 34) 11.03.2019 между АО «Электроагрегат» (цедент) и ООО «ЭНЕРГОПРОМСНАБ» (цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии), по условиям которого права требования, принадлежащие АО «Электроагрегат» (продавцу) по отношению к АО «Невьянский цементник» (покупателю, должнику) по договору № МТР17-570 от 21.06.2017, переданы ООО «ЭНЕРГОПРОМСНАБ» (в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали и принадлежали продавцу на момент такой передачи, в т.ч. права, обеспечивающие исполнение обязательства, неустойка, проценты). Право требования цедента к должнику на момент его передачи составляло денежную сумму в размере 2 245 560,01 руб., и представляло из себя задолженность за подлежащую возврату сумму поставленного по договору поставки товара (основной долг). 

Данное уведомление нормативно обосновано статьями 382, 384, 385, частью 3 статьи 388 ГК РФ, с указанием о том, что неисполненные/ненадлежащим образом исполненные гражданско – правовые обязательства АО «Невьянский цементник», возникшие при исполнении договора № МТР17-570 от 21.06.2017, с момента получения данного уведомления подлежат исполнению уже в адрес нового кредитора – ООО «ЭНЕРГОПРОМСНАБ». 

Из указанного документа можно индивидуализировать предмет уступки права требования как субъективное обязательственное право требования с истца оплаты Товара, поставленного ответчиком по договору № МТР17-570 от 21.06.2017, и которое ответчик передал ООО «ЭНЕРГОПРОМСНАБ». 

Условия о том, что ответчик передает ООО «ЭНЕРГОПРОМСНАБ» свои обязательства по поставке Товара и/или по обеспечению гарантийного обслуживания Товара в рамках договора № МТР17-570 от 21.06.2017, указанное уведомление не содержит. Из уведомления об уступке права требования (от 11.03.2019 исх.№ 34). Следует, что условия договора уступки (цессии) согласованы с достаточной степенью определенности. Не заявлял ни о какой неопределенности и сам цедент.

Согласно статьям 307, 382, 384, 388, 389, 421, 422, 450, 452 ГК РФ, а также разъяснениям, изложенным в пункте 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 N 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» уступка права (требования) по обязательству, в котором уступающий требование кредитор является одновременно и лицом, обязанным перед должником, не влечет перевод на цессионария соответствующих обязанностей цедента, цедент не освобождается от исполнения продолжающих лежать на нем обязанностей.

Учитывая, что по договору №МТР17-570 от 21.06.2017 в обязательстве по оплате ответчик (цедент) выступал в качестве кредитора, имеющего право требовать исполнения денежного обязательства от истца, указанное право (требование) могло быть уступлено. Уступая право другому лицу, цедент лишается возможности предъявить покупателю требование об исполнении денежного обязательства. При этом положение цедента, как должника в обязательстве поставить товар и нести соответствующие гарантийные обязательства, остается неизменным. Уступка права (требования) влечет за собой замену кредитора в конкретном обязательстве, а не замену стороны в договоре.

Следовательно, договор уступки права требования от 11.03.2019 не может служить основанием для замены продавца по договору №МТР17-570 от 21.06.2017.

Также в пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 N 120 приведена следующая правовая позиция, допустимая к применению в настоящем деле: требование об устранении выявленных недостатков результата работ ответчик вправе предъявлять только к подрядчику (первоначальному кредитору); уступка права (требования) оплаты выполненных работ и применения мер ответственности за просрочку оплаты не может привести к переводу на цессионария соответствующих обязанностей, лежащих на цеденте как стороне договора подряда; для замены должника необходим перевод долга (по правилам статей 391,392,392.1, 392.3 ГК РФ).

В данном случае сделка по переводу долга не совершалась и согласие истца ответчиком на это не испрашивалось, поэтому на цеденте продолжают лежать обязанности, связанные с исполнением им договора купли – продажи №МТР17-570 от 21.06.2017, в частности, поставка Товара надлежащего качества и гарантийная обязанность по устранению выявленных недостатков Товара.

Изложенная позиция соответствует правоприменительной практике (Определение об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 № ВАС -1928/11).

В соответствии с пунктом 3 статьи 308 ГК РФ обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). 

В соответствии с имманентно присущим гражданско-правовому обязательству принципом относительности, лицо, не являющееся его стороной, по общему правилу, не несет вытекающих из такого обязательства обязанностей, не получает прав (кроме предусмотренных законом или договором случаев), а также вправе не получать возражений из «чужого» обязательства, и, собственно, само не может выдвигать возражений касательно того обязательства, стороной которого не является (пункт 3 статьи 308 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Цессионарий получил денежные средства в счет исполнения обязательства покупателя по договору № МТР17-570 от 21.06.2017. Это исключает возможность истца требовать денежных средств не с продавца, с которым истец заключил договор купли – продажи и во исполнение условий которого произвел оплату стоимости Товара, а с цессионария. 

Цессионарий не является участником (виновником) гарантийного обязательства, вытекающего из договора купли – продажи № МТР17-570 от 21.06.2017, поэтому не должен обеспечивать возврат денежных средств в связи с его нарушением. 

Поэтому истец обоснованно взыскивает полную стоимость Товара именно с ответчика (продавца), ведь правоотношения у истца с цессионарием не возникли. При этом обязательства по оплате Товара по договору № МТР17-570 от 21.06.2017 были исполнены истцом в полном объеме и принимая Товар в гарантийный ремонт, ответчик финансовых претензий истцу не предъявлял.

При этом такой порядок оплаты стоимости Товара по договору № МТР17-570 от 21.06.2017 выбран самим ответчиком. Согласно абзацу 9 пункта 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 N 120, в силу положений, предусмотренных статьями 312, 382, 385 ГК РФ, должник при предоставлении ему доказательств перехода права (требования) к новому кредитору, не вправе не исполнять обязательство данному лицу.

Доводы ответчика фактически заключаются в стремлении возложить негативные последствия своего недолжного исполнения договора купли – продажи на лицо, не являющееся стороной указанного договорного обязательства, и не связанного договоренностями, достигнутыми истцом (покупателем) и ответчиком (продавцом).

В силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ в гражданских отношениях действует презумпция возмездности договора: договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное. 

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства расторжения цедентом договора уступки права требования (цессии) от 11.03.2019 в связи с нарушением обязательств со стороны цессионария, а также доказательства возврата переданного права требования (статьи 328, 491 ГК РФ), это подтверждает взаимное удовлетворение имущественных интересов сторон (цедента и цессионария) при исполнении договора уступки права требования (цессии) от 11.03.2019  и позволяет рассматривать данную сделку как возмездную (в том числе с учетом положений статьи 421, пункта 1 статьи 572, абзаца четвертого пункта 1 статьи 575 ГК РФ), пока иное не доказано заинтересованным лицом.

Соответственно, именно ответчик как продавец получил полную стоимость Товара, поставленного истцу в рамках приложения № 03 от 25.04.2018 к договору № МТР17-570 от 21.06.2017, и факта неосновательного обогащения истца при удовлетворении исковых требований не возникает. 

Изложенное соответствует пункту 9 Обзора практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, доведенного до сведения информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.10.2007 N 120 и пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении».

Позиция ответчика в данной части возражений рассматривается как попытка избежать несения долговой нагрузки по возмещению истцу стоимости фактически утраченного ответчиком Товара, что идет вразрез с принципом добросовестности, на котором базируется как гражданское право (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ, пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»), так и арбитражный процессуальный закон (часть 2 статьи 41 АПК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

Ответчик является коммерческой организацией (статья 50 ГК РФ), осуществляет предпринимательскую деятельность, каковой, согласно статье 2 ГК РФ, является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Субъекты предпринимательской деятельности осуществляют эту деятельность с определенной степенью риска и несут ответственность за ненадлежащее исполнение обязательств (абзац третий пункта 1 статьи 2, пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Обстоятельства неисполнения изготовителем Товара своих обязательств не имеют правового значения для разрешения настоящего спора. В настоящем деле подлежит рассмотрению спор между истцом и ответчиком, вытекающий из договора № МТР17-570 от 21.06.2017, в силу условий которого гарантийные обязательства возлагались на самого ответчика.

Предыдущие сделки, совершенные с поставленным ответчиком в адрес истца Товаром ненадлежащего качества, не лишают истца права в соответствии со статьей 475 ГК РФ отказаться от исполнения договора и потребовать от ответчика возврата уплаченной денежной суммы за Товар ненадлежащего качества.

Возражения ответчика об истечении срока исковой давности в отношении заявленных требований, также подлежат отклонению.

Представленный ответчиком в материалы дела порядок исчисления срока исковой давности основан на письме ответчика, в котором он уведомил истца об установке на электродвигатель новой системы охлаждения, проведении испытаний, проведении подготовительных работ к отгрузке Товара в адрес истца, указал, что доставка запланирована на период с 17 по 21 февраля т.г. автотранспортом ответчика, о более точных сроках заинтересованные лица будут проинформированы в рабочем порядке (письмо  от 06.02.2020 № 1-069). 

В связи с чем, полагает, что согласно статьям 196, 200 ГК РФ, срок исковой давности по заявленным требованиям определяется периодом времени с 22.02.2020 по 23.02.2023, а состоявшееся 11.05.2023 обращение истца в арбитражный суд с иском совершено по истечении законодательно установленного срока исковой давности продолжительностью 3 календарных года, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Рассмотрев указанное заявление и возражениями истца против позиции ответчика, суд руководствуется следующим.

Согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как подтверждает сам ответчик, договор №МТР17-570 от 21.06.2017 сроков проведения продавцом гарантийного ремонта в отношении поставленного им Товара не содержит. Иное письменное соглашение стороны договора относительно срока устранения выявленных недостатков не заключали. 

В отсутствие срока исполнения обязательства применяется пункт 2 статьи 200 ГК РФ, согласно которой по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства (статья 314 ГК РФ), а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. 

Суд критически оценивает позицию ответчика относительно начала течения срока исковой давности с 22.02.2020. 

Из буквального толкования содержания письма от 06.02.2020 № 1-069 следует отсутствие неоспоримой ссылки на 2020 календарный год. Иное является субъективным мнением ответчика и не позволяет достоверно соотнести период «с 17 по 21 февраля т.г.» с 2020 годом.  Буквосочетание «т.г.» не является общепризнанным сокращением или аббревиатурой, что позволило бы с точностью определить его смысл в целях исчисления начала течения срока исковой давности во исполнение положений ГК РФ (в отсутствие общей воли сторон относительно него) и применить как основание отказа судом в иске. 

Кроме того, документ содержит дополнительное обещание ответчика в рабочем порядке проинформировать заинтересованных лиц о более точных сроках.

Изложенное выше, в совокупности с фактом переписки сторон в течение четырех месяцев после направления ответчиком упомянутого выше письма от 06.02.2020 № 1-069 (письма и сообщения от 24.03.2020, 06.04.2020, 07.04.2020, 06.07.2020), свидетельствуют об отсутствии достоверных оснований считать 17.02.2020 в качестве последнего документально подтвержденного срока исполнения гарантийного обязательства ответчиком.

Следуя логике ответчика, акцептом со стороны истца можно считать только письмо истца от 07.04.2020 № 1/НЦ-270/20 в ответ на предложение ответчика о продлении срока выполнения работ в связи с приостановкой работы предприятий ответчика из-за ситуации с коронавирусом. Конкретные сроки сторонами не устанавливались исходя из существа ситуации. 

Иное (молчание) не является акцептом (в силу пункта 1, 2 статьи 438 ГК), противоречит пункту 1 статьи 452 ГК РФ (соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор), пункту 1 статьи 310 ГК РФ (одностороннее изменение его условий не допускается).

Напротив, обоюдные действия сторон (часть из которых инициирована самим ответчиком) подтверждают сохранение интереса ответчика и истца в исполнении сделки и наличии после 21.02.2020 договоренности сторон о продолжении гарантийного ремонта. При этом конкретные сроки не устанавливались, что подтверждает наличие оснований для применения пункта 2 статьи 314, абзаца второго пункта 2 статьи 200 ГК РФ. 

Соответственно, отсутствуют основания для вывода ответчика о том, что 22.02.2020 истец должен был посчитать свое право нарушенным и принять меры к судебной защите. 

С учетом положений пунктов 3, 4 статьи 1 ГК РФ и позиции Верховного Суда РФ, изложенной в постановлении Пленума от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», истец был вправе рассчитывать на добросовестное поведение ответчика, учитывающего права и законные интересы истца, содействующего ему.

Поскольку в переписке сторон после 21.02.2020 ответчик соглашался с тем, что он должен вернуть принадлежащий истцу электродвигатель и сообщал о принимаемых мерах, ответчик сохранял у истца разумные ожидания того, что Товар с устраненными недостатками будет возвращен истцу, учитывая, что ни одна из сторон о расторжении договора не заявляла.

О том, что третье лицо, с которым у истца нет никаких гражданских правоотношений без ведома истца распорядилось принадлежащим истцу имуществом (определение Арбитражного Суда Томской области от 03.03.2021 по Делу № А67-4507/2020), и что возврата отремонтированного (качественного) Товара в его адрес объективно не произойдет, истец узнал только из письма ответчика от 09.02.2023 № П-7.

Изложенное послужило основанием для обоснованного отказа истца от исполнения договора и требования о возврате уплаченной за Товар денежной суммы (№ 1-п от 17.02.2023), данный отказ получен ответчиком 01.03.2023.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Продолжительность общего срока исковой давности согласно пунктам 1 и 2 статьи 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

На основании пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, если законом не установлено иное.

В соответствии с абзацем 1 пункта 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения. В отношении обязательств, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, в абзаце 2 пункта 2 данной статьи предусмотрено, что срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования.

В случае, когда срок исполнения не определен или определен моментом востребования (пункт 2 статьи 314 ГК РФ), нарушение права кредитора, со знанием о котором закон по общему правилу связывает начало течения исковой давности, не может произойти до предъявления кредитором требования к должнику об исполнении, так как до этого момента должник не может считаться нарушившим обязательство. То есть течение срока исковой давности не может быть начато ранее предъявления соответствующего требования должнику со стороны кредитора.

При этом в целях обеспечения баланса интересов кредитора и должника, устранения угрозы нахождения должника под нескончаемой обязанностью перед кредитором, который не реализует свое право (требование), закон устанавливает, что во всяком случае по истечении десяти лет с момента возникновения обязательства срок исковой давности считается наступившим (пункт 2 статьи 200 ГК РФ и пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»), а также должнику предоставляется право при не предъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства потребовать от кредитора принять исполнение (пункт 2 статьи 314 ГК РФ).

Таким образом, согласно статье 200 ГК РФ начальный момент течения срока исковой давности определяется с учетом характера обязательства.

Как усматривается из материалов дела, исковые требования основаны на положениях абзаца второго пункта 2 статьи 475 ГК РФ.

Само по себе нарушение ответчиком срока устранения недостатков Товара не породило право истца на возврат стоимости Товара. Такое право возникло у истца, когда он в одностороннем порядке отказался от исполнения договора в связи с нарушением его условий со стороны ответчика, после чего приобрел право на соответствующий способ защиты. 

В данном случае трехлетний срок исковой давности по иску должен исчисляться с 01.03.2023, - момента отказа покупателя от договора №МТР17-570 от 21.06.2017, после которого на стороне продавца возникло денежное обязательство по возврату стоимости некачественного Товара (до указанного момента у истца отсутствовало право требовать с ответчика стоимость Товара в порядке абзаца второго пункта 2 статьи 475 ГК РФ, а были иные права на основании иных норм права и условий договора). 

Суд отмечает, что истец вправе предъявить требования в любой день в период срока исковой давности, обращение с иском зависит от воли истца.

Истец с требованием о возврате стоимости некачественного Товара обратился в арбитражный суд 12.04.2023, что с учетом изложенного выше подтверждает соблюдение истцом срока исковой давности.

Кроме того, право покупателя на возврат ранее перечисленной продавцу стоимости Товара вытекает из недопустимости нарушения эквивалентности встречных предоставлений при определении имущественных последствий расторжения договора (абзац второй пункта 4 статьи 453 ГК РФ и пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 06.06.2014 N 35 «О последствиях расторжения договора»).

При рассмотрении дела учтена единообразная правовая позиция толкования начала исчисления срока исковой давности в обязательствах с неопределенным сроком исполнения, от исполнения которых одна из сторон отказалась в одностороннем порядке, что привело к трансформации существовавшего ранее требования кредитора в денежное обязательство (в том числе, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.12.2011 N 10406/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ в определениях от 20.03.2018 N 305-ЭС17-22712, от 24.08.2017 N 302-ЭС17-945, от 04.08.2022 N 306-ЭС22-8161, от 31.05.2018 по делу N 309-ЭС17-21840 (актуальны в условиях действующей редакции пункта 2 статьи 200 ГК РФ). Данный подход соответствует пунктам 5,6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными».

Непредъявление истцом требований о возврате отремонтированного Товара ранее 01.02.2023 не выходит за рамки разумного и добросовестного поведения участника гражданско-правовых отношений с учетом длительности отношений сторон, иных поставок в рамках договора №МТР17-570 от 21.06.2017.

Наличие исключительного намерения истца причинить ответчику вред и/или иное недобросовестное поведение истца представленными в дело доказательствами не подтверждается, в связи с чем из материалов дела суд не усматривает злоупотребления правами со стороны истца.

В то же время ответчиком не представлено доказательств принятия мер по возврату Товара покупателю (предоставления иного равноценного возмещения) и уклонение последнего от его принятия, в том числе, в пределах срока действия заключенного между сторонами договора №МТР17-570 от 21.06.2017.

Толкование ответчиком содержания писем от 06.11.2019 № 1-736, от 06.02.2020 № 1-069 (с ориентировочными сроками и обещанием их дополнительного письменного уточнения) не влияет на правильность исчисления истцом срока исковой давности по настоящему спору. 

Кроме того, ответчик при обосновании своей позиции о пропуске истцом срока исковой давности не учитывает положения статьи 203 ГК РФ о перерыве срока исковой давности совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. 

По смыслу данной нормы о признании долга могут свидетельствовать любые действия, подтверждающие, что должник признал себя обязанным по отношению к кредитору. Примерный перечень таких действий приведен в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности». Этот перечень не является исчерпывающим, и каждое конкретное действие подлежит оценке судом в совокупности с представленными сторонами доказательствами (постановление Президиума ВАС РФ от 14.07.2009 N 5286/09).

Как указано в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43, перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).

В материалах дела имеется письмо ответчика от 09.02.2023 (исх.№ П-7, из содержания которого следует, что ответчик гарантирует исполнение надлежащим образом требования истца незамедлительно по мере поступления от завода – изготовителя денежных средств в возмещение стоимости Товара. 

Факт обещания ответчиком оплатить задолженность в ответ на требование истца № 1/НЦ-50/53 от 01.02.2023 (о возврате Товара или денежных средств), которое ответчик признал в своем ответе как претензию истца, на такие индивидуальные характеристики требования истца как: 

- договор № МТР17-570 от 21.06.2017 г.,

- первичные документы о приеме - передаче Товара истцом ответчику в гарантийный ремонт (накладная (ф.М-15 от 11.11.2019 г.),

- индивидуальные характеристики Товара (наименование электродвигателя и его зав.№ 0903),

- объем требований истца (возврат Товара надлежащего качества или возврат его стоимости в размере 2 445 560,01 руб.),

свидетельствует о признании долга по возврату стоимости Товара, поскольку на дату ответа возврат Товара в натуре был невозможен в силу определения Арбитражного Суда Томской области от 03.03.2021 по Делу № А67-4507/2020, и явном намерении ответчика произвести расчет с истцом. Другие отношения (помимо тех, по которым возник спор) между сторонами отсутствуют.

Содержание ответа от 09.02.2023 (исх.№ П-7) является ясным и недвусмысленным, корреспондирует предоставленным истцом в обоснование заявленных требований доказательствам, письмо подписано руководителем организации, скреплено гербовой печатью, направлено в пределах срока исковой давности. Ссылка ответчика на третьих лиц не опровергает признания долга ответчиком, соответствует смыслу статьи 403 ГК РФ. 

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Представленная суду переписка и иные доказательства, полученные факсимильной связью и/или по электронной почте, на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признаются надлежащими доказательствами по рассматриваемому делу, поскольку соответствуют сложившейся практике документооборота сторон в период исполнения договора и допускаются условиями договора №МТР17-570 от 21.06.2017 (п.12.10). 

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (статья 310 ГК РФ).

Факт передачи истцом и приема ответчиком Товара на спорную сумму во исполнение гарантийных обязательств ответчика в рамках договора № МТР17-570 от 21.06.2017 материалами дела установлен и ответчиком не оспорен.

Доказательств возврата ответчиком качественного (с устраненными недостатками) Товара либо оплаты им стоимости утраченного Товара материалы дела не содержат.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины в размере 35 228 руб. относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст. 65, 110, 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с акционерного общества «Электроагрегат», г. Воронеж (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу акционерного общества «Невьянский цементник», Свердловская обл., Невьянский р-н, пос. Цементный (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 2 445 560 руб. 01 коп. задолженности, 35 228 руб. расходов по государственной пошлине.

            Решение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня принятия через суд, принявший решение.

Судья                                                                                                                 Е.И. Росляков