ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-17020/2024

Дело № А41-90403/22

20 сентября 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  11 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 сентября 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Досовой М.В.,

судей Катькиной Н.Н., Семикина Д.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Давлатовым Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2024 по делу № А41-90403/22 

о несостоятельности (банкротстве) ИП Ростова Евгения Владимировича

при участии в судебном заседании: 

от ООО «Мегалит» - ФИО3 по доверенности от 21.11.2023;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, извещены надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 07.08.2023 ИП ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» №147(7592) от 12.08.2023. 

ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 318 067 312,60 руб. 

ООО «Мегалит» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств в пользу ФИО1 в общем размере 21 712 071 руб. и применении последствий недействительности сделки. 

Определением Арбитражного суда Московской области указанные заявления объедены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.10.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024, требования ФИО1 в размере 15 400 000 руб. признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника, в удовлетворении заявления ФИО1 в остальной части отказано. В удовлетворении заявления ООО «Мегалит» об оспаривании платежей должника в пользу ФИО1 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 19.04.2024 определение Арбитражного суда Московской области от 06.10.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024 по делу № А41-90403/22 отменены в части отказа в признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу ФИО1 денежных средств в общем размере 21 712 071 руб., обособленный спор в указанной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области. 

Отменяя судебные акты судов первой и апелляционной инстанций, Арбитражный суд Московского округа указал на следующие обстоятельства, заслуживающие дополнительного исследования: 

- судами при рассмотрении настоящего обособленного спора сделан вывод о том, что спорные перечисления являлись частичной оплатой доли в обществе с ограниченной ответственностью «Агрокомплекс «Иванисово», которую в 2019 году должник выкупил у ФИО1 Однако такая позиция не только противоречит назначениям платежей, осуществлявшихся на протяжении полутора лет, документально не подтверждается материалами обособленного спора, но и была занята сторонами исключительно после начала оспаривания этих платежей, поскольку в заявлении о включении требований в реестр требований кредиторов Штабной В.В. прямо указывает на их отнесение к договору займа от 03.04.2019;

- после выхода ответчика из состава участников ООО «Агрокомплекс «Иванисово» должник продолжал перечислять денежные средства ответчику при осведомленности сторон об отсутствии оснований для таких перечислений, то есть безвозмездно. 

Суд кассационной инстанции также учел правовую позицию самого кредитора ФИО1, уполномоченный представитель которого непосредственно в судебном заседании суда округа категорически не согласился с выводами суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции о том, что спорные платежи в размере 20 855 071 руб. произведены в счет оплаты задолженности по выкупу доли ООО «Агрокомплекс «Иванисово», настаивал, что спорные платежи осуществлялись именно в рамках исполнения договора займа от 03.04.2019.

При новом рассмотрении ООО «Мегалит» в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнило требования и просило суд признать недействительными сделками перечисление денежных средств в пользу ФИО1 в общем размере 21 712 071 руб., применить последствия недействительности сделки, взыскав с ФИО1 в конкурсную массу должника денежные средства в указанном размере. Взыскать с ФИО1 в конкурсную массу должника проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 8 071 586, 14 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке пункта 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 05.06.2024 по дату фактического исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Московской области от 20.06.2024 признаны недействительными сделками перечисления должника на сумму 21 712 071 руб. в пользу ФИО1 Применены последствия недействительности сделок. С ФИО1 в конкурсную массу ИП ФИО2 взысканы денежные средства в размере 21 712 071 руб. С ФИО1 в пользу ИП ФИО2 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23.04.2019 по 04.06.2024 в размере 6 873 503,69 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 05.06.2024 по день фактического исполнения судебного акта по настоящему заявлению. 

Не согласившись с принятым судебным актом, Штабной В.В. обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

ИП ФИО2 направил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

В отсутствие возражений представителя ООО «Мегалит» указанное ходатайство судом удовлетворено.

В судебном заседании представитель ООО «Мегалит» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Финансовый управляющий должника направил отзыв, против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 03.04.2019 между ФИО1 (займодавец) и ФИО2 (заемщик) заключен договор займа, в соответствии с которым ФИО1 передал ФИО2 денежные средства в размере 150 000 000 руб., что подтверждается распиской от 03.04.2019. 

Срок исполнения обязательств – 03.10.2020. 

В соответствии с условиями договора заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов в размере 7,75 % в год с момента получения займа и до момента возврата (п. 2.5. договора займа). 

Пунктом 4.2 договора займа установлена ответственность заемщика за ненадлежащее исполнение обязательств в виде неустойки в размере 0,1 % от невозвращенной суммы займа за каждый день просрочки.

В период с 23.04.2019 по 02.12.2020 должником в пользу ФИО1 перечислены денежные средства в сумме 21 712 071 руб. в качестве погашения долга и уплаты процентов по договору займа от 03.04.2019.

Полагая, что указанные перечисления денежных средств совершены между аффилированными лицами с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (перечисления в период с 27.11.2019 по 02.12.2020), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (перечисления в период с 23.04.2019 по 31.10.2019).

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: 

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В пункте 6 указанного постановления указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Оспариваемые сделки, совершенные в период с 27.11.2019 по 02.12.2020, с учетом даты возбуждения дела о банкротстве ИП ФИО2, подпадают под трехлетний период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В подтверждение факта предоставления займа заявителем в материалы дела представлены расписки.

В абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» указано, что особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее. 

Из содержания приведенных правовых норм и разъяснений, данных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что предметом доказывания по настоящему спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенных сторонами сделок. 

В качестве доказательств, подтверждающих финансовую возможность предоставить заем в столь значительном размере, заявитель сослался на следующие обстоятельства. 

ФИО1, как и участники ООО «Агрокомплекс «Иванисово» ФИО2, ФИО5, до июля 2016 года обладавшие 100% долей уставного капитала ООО «Агрокомлекс «Иванисово», номинальная стоимость уставного капитала которого составляла 1 532 189 156 руб., чистые активы - не менее 1 540 000 000 рублей, являлся (и по настоящее время является) состоятельным человеком, в период с 2016 года по апрель 2019 года заработавшим и задекларировавшим доход более 1 430 971 019 руб.

Оборот денежных средств за указанный период только по одному из его счетов в АО «Альфа-Банк» составил 2 012 043 152 руб., в подтверждение чего представлены справки о доходах 3-НДФЛ ФИО1 за период с 2016 года по апрель 2019 года, выписки с банковского счета в АО «Альфа-Банк» за период с 2016 года по апрель 2019 года.

Между тем сам по себе факт оборота денежных средств по счетам в отсутствие доказательств снятия их с расчетного счета не является безусловным доказательством предоставления займа.

Кроме того, не доказан факт передачи денежных средств ФИО2, а также сведения о расходовании должником денежных средств.

Документы, представленные заявителем в подтверждение финансовой возможности (выписка из ЕГРЮЛ), также нельзя отнести к доказательствам предоставления займов, так как наличие доли в уставном капитале не свидетельствует о фактическом наличии у ФИО1 денежных средств. 

Таким образом, доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии денежных средств, переданных по договору займа должнику, в материалы спора не представлено.

Согласно сформированной правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

При этом согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)), при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. 

По смыслу правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305- ЭС18-17629 (2), в ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы недобросовестности контрагентов по сделкам, аффилированное лицо не может ограничиться представлением минимального набора документов в подтверждение реальности рассматриваемых отношений. Нежелание аффилированного лица представить дополнительные доказательства, находящие в сфере его контроля, в силу статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты. 

В рамках дела о банкротстве суд не может ограничиться формальным подходом при установлении пороков при заключении сделок, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделок, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным. 

Как следует из материалов спора, по договору купли-продажи доли от 30.06.2016 ФИО1 приобрел у ФИО2 долю в размере 50% от уставного капитала ООО «Агрокомплекс «Иванисово».

В период с июля 2016 года по апрель 2019 года ФИО1, ФИО2, ФИО5 являлись участниками ООО «Агрокомплекс «Иванисово».

По договору купли-продажи доли от 03.04.2019 ФИО1 продал свою долю в уставном капитале ООО «Агрокомплекс «Иванисово» ФИО2 и вышел из состава участников общества.

Как указал ответчик, у ФИО1, ФИО2 и ФИО5 за указанный период сложились устойчивые деловые/партнерские, а возможно и дружеские отношения, ФИО2 не является незнакомым ФИО1 лицом, напротив, на протяжении достаточно длительного периода ФИО1 и ФИО2 вели совместный бизнес. 

Между ФИО1, ФИО2, ФИО5 и ООО «Агрокомплекс «Иванисово» совершались крупные сделки, в частности, ФИО1 30.06.2016 приобрел долю ФИО2 за 766 094 578 руб., ФИО1 предоставил заем 15 000 000 руб. ООО «Агрокомплекс «Иванисово» по договору займа от 25.01.2017 №25/02-17, а 03.04.2019 между ФИО2 и ФИО1 заключен договор уступки прав (цессии) по договору займа, в соответствии с которым ФИО1 уступил ФИО2 право требования у ООО «Агрокомплекс «Иванисово» денежных средств в размере 15 000 000 руб., а ФИО2 обязался выплатить ФИО1 денежные средства в размере 15 000 000 руб. в счет состоявшейся уступки прав требования. 

С учетом указанных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу о наличии аффилированности у сторон сделки.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора ИП ФИО2 пояснил, что спорные перечисления являлись частичной оплатой по договору купли-продажи доли от 03.04.2019, заключенному между ФИО1 и ФИО2 Стоимость отчуждаемой доли стороны установили в 850 млн. руб. (п.2.3. Договора). 

Оплата по указанному договору ФИО2 в адрес ФИО1 осуществлялась одним платежом 03.04.2019. 

Денежные средства ФИО2 в размере 850 млн. руб. получены от ООО «Агрокомплекс «Иванисово» на основании договора займа от 03.04.2019 №1/2018, который имел целевой характер – «приобретение доли участия в размере 50% в ООО «Агрокомплекс «Иванисово». 

Движение денежных средств 03.04.2019 от ООО «Агрокомплекс «Иванисово» ФИО2 и далее ФИО1 подтверждается выписками по счетам ООО  «Агрокомплекс «Иванисово» (40702810438000020154 – ПАО Сбербанк) и ФИО2 (40817810138187202750, 40817810338040976774 – ПАО Сбербанк). 

Между тем указанные пояснения должника не только противоречат назначениям платежей, осуществлявшихся на протяжении полутора лет, не подтверждаются материалами дела, но и представлены исключительно после начала оспаривания этих платежей, поскольку в заявлении самого ФИО1 о включении требований в реестр требований кредиторов заявитель указывает на их отнесение к договору займа от 03.04.2019: «Итого, до 15.02.2022 включительно начислено – 33 378 082,19 руб. Из них оплачено ФИО2 в период с апреля 2019 года по декабрь 2020 года включительно – 21 712 071 руб.».

Представитель ФИО1 в судебном заседании суда кассационной инстанции категорически не согласился с выводами суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции о том, что спорные платежи в размере 20 855 071 руб. произведены в счет оплаты задолженности по выкупу доли ООО «Агрокомплекс «Иванисово», настаивал, что спорные платежи осуществлялись именно в рамках исполнения договора займа от 03.04.2019.

В соответствии с правовой позицией приведенной в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Под злоупотреблением правом также следует понимать ситуацию, при которой лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом. 

В силу правового принципа эстоппель, сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если поведение свидетельствовало о его действительности. 

Таким образом, пояснения сторон относительно назначения платежей, отличной от зафиксированной в платежных поручениях и признаваемых до подачи заявления об оспаривании, суд первой инстанции обоснованно расценил как злоупотребление правом и применил к ним принцип эстоппель. 

Суд первой инстанции, признавая оспариваемые платежи недействительными сделками учел, что при наличии действующего неисполненного обязательства должника перед ООО «Мегалит» в размере 650 млн. руб., возникшего 11.04.2017 (решение Ногинского городского суда Московской области от 20.08.2021 по делу № 2-2865/2021) с апреля 2019 года должник осуществлял перечисления денежных средств в адрес заинтересованного лица без предоставления какого-либо встречного исполнения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна. О злоупотреблении правом может свидетельствовать безвозмездное отчуждение должником имущества в пользу заинтересованного лица при наличии действующих требований кредиторов, поскольку такие действия уменьшают имущественную массу, что делает невозможным осуществить погашение задолженности в будущем.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания спариваемых платежей недействительными сделками как на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Применяя последствия недействительности сделок, суд преследует цель приведения сторон в первоначальное положение, которое существовало до их совершения. 

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве обусловлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Учитывая изложенное, с ответчика в конкурсную массу должника подлежит взысканию 21 712 071 руб.  

Пунктом 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. 

Поскольку Штабной В.В. получил имущественную выгоду в виде безосновательного приобретения денежных средств, применительно к обстоятельствам настоящего спора на такое неосновательное обогащение подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Из пункта 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что проценты, установленные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат начислению с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29.1. Постановления № 63, если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

С учетом суммы неосновательного обогащения, периода просрочки исполнения обязательств с 23.04.2019 по 04.06.2024, а также действовавшего в период с 01.04.2022 по 01.10.2022 моратория, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497, размер процентов за пользование чужими денежными средствами составил 6 873 503, 69 руб.

Согласно пункту 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются включительно по день уплаты суммы этих средств кредитору, в связи с чем подлежит удовлетворению требование об их взыскании с 05.06.2024 по день фактического исполнения судебного акта по настоящему заявлению.

В силу разъяснений, данных в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», к размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются (пункт 6 статьи 395 ГК РФ).

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства. 

Доводы заявителя жалобы проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено. 

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2024 по делу № А41-90403/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий cудья

Судьи

 

М.В. Досова

Н.Н. Катькина 

Д.С. Семикин