АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4245/22 

Екатеринбург

30 августа 2022 г.

 

Дело № А60-30903/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 24 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Беляевой Н.Г.,

судей Сулейменовой Т.В., Тороповой М.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу государственного унитарного предприятия Свердловской области «Распорядительная дирекция Мингосимущества Свердловской области» (далее - ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО», ответчик) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 02.12.2021 по делу № А60-30903/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2022 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее -предприниматель ФИО1, истец) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» с требованием о взыскании 97 232 руб. 90 коп. убытков, причиненных в результате затопления.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.12.2021 исковые требования удовлетворены. С ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» в пользу предпринимателя Рона Е.В. взыскано 97 232 руб. 90 коп. ущерба, 30 000 руб. в возмещение расходов на оплату услуг досудебной экспертизы, 634 руб. 85 коп. в возмещение почтовых расходов, 3 889 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2022 решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО», ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. По мнению заявителя жалобы, представленный истцом акт осмотра от 01.02.2021 не позволяет идентифицировать имущество, как принадлежащее истцу, установить факт наличия в зоне затопления и повреждения именно указанного имущества, а также не позволяет сделать однозначные выводы о стоимости как поврежденного имущества, так и имущества, перечисленного в прилагаемом списке, о степени повреждения и проценте утраты его товарной стоимости. При этом ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» полагает, что фотографии и приложение № 2 «Перечень поврежденного имущества», представленные истцом в качестве приложений к акту осмотра, не содержащие подписей представителей арендодателя, являются неотносимыми доказательствами по делу. Заявитель жалобы также обращает внимание на несоответствие выводов разных разделов представленного истцом заключения от 30.03.2021 № УА-100 фактическим обстоятельствам. В обоснование данного довода ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» указывает на то, что на момент осмотра на большинстве предметов одежды отсутствовали товарные бирки, ярлыки, и т.д., документы по приобретению, принятию к учету ТМЦ, истцом также представлены не были. Заявитель жалобы настаивает на том, что из представленных документов не усматривается, что ТМЦ утрачены полностью, без возможности их дальнейшего использования, при этом отмечает, что при отсутствии первоначальных сведений о товаре невозможно провести строгое сравнение и подбор товара по аналогичным параметрам, однако в заключении использован метод аналогов. Кроме того, ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» указывает на то, что заключение от 30.03.2021 № УА-100 выполнено специалистом, имеющим квалификационный аттестат в области оценочной деятельности по направлению «Оценка недвижимости», в то время как в настоящем деле определялась стоимость, касающаяся движимого имущества – предметов одежды. Заявитель жалобы отмечает, что судом первой инстанции было удовлетворено ходатайство о допросе в качестве свидетеля специалиста, составившего заключение, вместе с тем свидетель уклонялся от явки в судебное заседание. Указанные обстоятельства, по мнению ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО», свидетельствуют о том, что суд первой инстанции не устранил имеющиеся противоречия заключения фактическим обстоятельствам дела, суд апелляционной инстанции данную ошибку так же не исправил.

В отзыве на кассационную жалобу предприниматель ФИО1 просит оставить обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными.

В соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно кассационной жалобы. 

 Как установлено судами и следует из материалов дела, предприниматель ФИО1 является арендатором нежилого помещения, расположенного по адресу: г. Екатеринбург, бул. Культуры, 

<

...> на основании договора аренды 1340-ДА от 25.05.2020. Уполномоченным представителем собственника данного помещения является ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО».

В данном нежилом помещении арендатор осуществляет предпринимательскую деятельность по розничной торговле одежды и обуви.

В указанном помещении 01.02.2021 произошел залив, причиной которого в соответствии с письмом от 12.02.2021 № 21/257 является нарушение целостности кровли на крыше. Факт залива и причинения ущерба зафиксирован актом от 01.02.2021, составленным и подписанным собственником помещения в присутствии арендатора.

С целью определения размера причиненного ущерба заявитель обратился в общество с ограниченной ответственностью «Уральская палата судебной экспертизы». В соответствии с заключением об оценке рыночной стоимости ущерба, причиненного имуществу, расположенному по адресу: Свердловская область, г. Екатеринбург, бул. Культуры д.2/пр. Орджоникидзе, д. 1, пом. 243 и упущенной выгоды, связанной с реализацией поврежденного имущества от 30.03.2021 № УА-100, размер ущерба составил 97 232 руб. 90 коп. (62 704 руб. 96 коп. величина рыночной стоимости ущерба и 34 527 руб. 94 коп. рыночная стоимость упущенной выгоды).

Истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием о возмещении ущерба, полученная последним 06.04.2021. Данная претензия осталась без ответа и удовлетворения ответчиком.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с заявленными исковыми требованиями.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности материалами дела совокупности обстоятельств, необходимых и достаточных для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения ущерба, причиненного в результате затопления арендуемого истцом помещения.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены. 

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15).

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7), по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков суду необходимо установить состав правонарушения, включающий наличие убытков, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, а также размер убытков.

При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (пункт 12 постановления Пленума № 25). 

В пункте 14 постановления Пленума № 25 содержатся разъяснения, в соответствии с которыми упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

В пункте 3 постановления Пленума № 7 разъяснено, что в силу пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12 лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно документально подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.

При исследовании обстоятельств настоящего спора судами установлен, материалами дела подтвержден и ответчиком не оспорен факт затопления нежилого помещения истца в результате протечки с потолка.

При этом в материалы дела истцом представлены акт обследования нежилого помещения по адресу: г. Екатеринбург, бул. Культуры, 

<

...> от 01.02.2021, составленный и подписанный собственником помещения в присутствии арендатора, письмо ответчика от 12.02.2021№ 21/25, в котором указано, что 01.02.2021 в ходе обследования помещения, арендуемого на основании договора аренды № 1340-ДА от 25.05.2020, сотрудниками ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» обнаружена течь с потолка и в котором указано, что образование данной протечки обусловлено нарушением целостности кровли на крыше.

Принимая во внимание наличие между сторонами правоотношений по поводу владения и пользования нежилыми помещениями на условиях договора аренды от 25.05.2020 № 1340-ДА, согласно пункту 3.1.2 которого арендодатель обязуется производить капитальный ремонт арендуемого объекта, в соответствии с требованиями нормативно-технической документации по эксплуатации зданий и сооружений, руководствуясь в том числе положениями статьи 616 Гражданского кодекса Российской Федерации, по смыслу которой проведение капитального ремонта является обязанностью арендодателя, если иное не предусмотрено договором, суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО», не исполнившего свою обязанность по проведению своевременного капитального ремонта кровли здания, в котором было расположено арендованное истцом нежилое помещение, к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в силу наличия прямой причинно-следственной связи между затоплением помещения истца и допущенным ответчиком бездействием. 

В обоснование размера причиненного ущерба истцом в материалы дела представлено заключение общества с ограниченной ответственностью «Уральская палата судебной экспертизы» от 30.03.2021 № УА-100, выполненное специалистом-оценщиком ФИО2, в соответствии с которым стоимость ущерба, причиненного имуществу истца, составил 97 232 руб. 90 коп. (в том числе 62 704 руб. 96 коп. рыночной стоимости ущерба, 34 527 руб. 94 коп. рыночной стоимости упущенной выгоды).

Представленный истцом расчет убытков ответчиком надлежащим образом не оспорен, о проведении судебной экспертизы в целях установления размера подлежащего к взысканию ущерба ответчиком не заявлено (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При указанных обстоятельствах, исследовав и оценив заключение от 30.03.2021 № УА-100 в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации наряду с иными представленными в материалы дела доказательствами, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о доказанности истцом заявленного им размера ущерба. 

Учитывая, что факт затопления помещения истца подтвержден материалами дела, принимая во внимание наличие причинно-следственной связи между неправомерными действиями (бездействием) ответчика и наступившими для истца неблагоприятными последствиями в виде убытков, суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме. 

Оснований для переоценки изложенных выводов судов у суда кассационной инстанции не имеется. Фактические обстоятельства дела судами первой и апелляционной инстанций установлены и исследованы в полном объеме, выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в материалах дела. Доказательств, опровергающих выводы судов, материалы дела не содержат (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» о недоказанности факта причинения истцу ущерба в указанном им объеме и размере со ссылкой на недостоверность заключения от 30.03.2021№ УА-100, неотносимость фотографий к акту осмотра от 01.02.2021, невозможность идентификации поврежденного имущества и установления его стоимости, являлись предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и надлежащим образом им отклонены как необоснованные.

При этом апелляционный суд правомерно исходил из того, что приложения к акту осмотра от 01.02.2021 являются его неотъемлемой частью, данный акт содержит указание на то, что находящаяся в арендуемом помещении одежда на стойке и трех полках является сырой, подписан представителями ответчика, каких-либо замечаний либо оговорок не содержит.

Оснований для вывода о недопустимости принятия в качестве доказательства заключения от 30.03.2021№ УА-100 суд апелляционной инстанции также обоснованно не усмотрел, указав на то, что специалист ФИО2 обладает необходимой квалификацией в области оценочной деятельности, имеет высшее образование, является членом саморегулируемой организации оценщиков ООО Региональная ассоциация оценщиков и имеющей право на осуществление оценочной деятельности на территории Российской Федерации.

Судом также правомерно указано на то, что специалистом была произведена оценка ущерба, выражающаяся в стоимости поврежденных (новых) товаров, которые были предназначены для дальнейшей перепродажи, а также другого имущества, которое ранее было подвержено эксплуатации. Для определения рыночной стоимости имущества специалистом применялся метод прямого сравнения продаж рыночной стоимости аналогичных товаров на дату оценки. При подборе объектов аналогов специалист руководствовался данными визуального осмотра, которые являлись достаточными для идентификации объекта и подбора аналогов в среднем ценовом сегменте для каждой группы товаров. Поправка на износ была применена к тому имуществу, которое ранее было подвержено эксплуатации.

Как верно указано судом апелляционной инстанции, несогласие с выводами и результатами заключения само по себе не свидетельствует о недостоверности заключения и не может являться основанием для отмены обжалуемого решения суда первой инстанции. 

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, по существу повторяют доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом исследования в судах первой и апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке имеющихся в деле доказательств и сделанных на их основании выводов судов, полномочий для которой у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судами по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 13031/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 № 308-ЭС16-4570, от 16.02.2017 № 307-ЭС16-8149. 

 Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 02.12.2021 по делу № А60-30903/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу государственного унитарного предприятия Свердловской области «Распорядительная дирекция Мингосимущества Свердловской области» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             Н.Г. Беляева 

 

Судьи                                                                          Т.В. Сулейменова 

 

                                                                                      М.В. Торопова