ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-14037/2019

г. Вологда

07 марта 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2023 года.

В полном объеме постановление изготовлено 07 марта 2023 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Марковой Н.Г. и                Шумиловой Л.Ф. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от ФИО2 представителей ФИО3 и ФИО4 по доверенности от 19.09.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 14 декабря 2022 года по делу № А13-14037/2019, 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Вологодской области от 19.07.2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Газпром теплоэнерго Вологда» (далее – Общество, кредитор) возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) товарищества собственников жилья «Архангельский» (место нахождения: 162603, 

<

...>; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>; далее – Товарищество, должник). 

Определением от 17.09.2019 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением от 16.01.2020 Товарищество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на арбитражного управляющего ФИО5 

Конкурсный управляющий 28.10.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего председателя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него 3 103 729 руб. (с учетом принятого судом уточнения заявленного требования).

Определением суда от 14.12.2022 заявленное требование удовлетворено.

ФИО2 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить определение от 14.12.2022 и отказать в удовлетворении заявленного требования.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на необоснованный отказ суда в удовлетворении ходатайства о вызове в суд свидетеля ФИО6, которая располагает полной бухгалтерской документацией о дебиторской задолженности должника. Апеллянт отмечает, что суд в обжалуемом определении не указал и не оценил отсутствие признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника; не дал оценку проводимым ответчиком мероприятиям с целью вывода должника из финансового кризиса, в том числе заключению 01.04.2017 договора цессии № 574/2017 с основным кредитором (Общество). Кроме того, отсутствует оценка вреда имущественным правам кредиторов, причиненного действиями ответчика. Основная уставная деятельность должника по обслуживанию многоквартирного жилого дома, проведению ремонтных работ не прекращалась. Повторно заявлено ходатайство о вызове свидетеля   ФИО6

Определением апелляционного суда от 06.02.2023 судебное заседание отложено.

На основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и определения Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2023 в составе суда произведена замена судьи Кузнецова К.А. на судью Шумилову Л.Ф.

Представители апеллянта в судебном заседании поддержали доводы жалобы, а также ходатайство о вызове в суд свидетеля ФИО6

Рассмотрев данное ходатайство, апелляционная коллегия протокольным определением отказала в его удовлетворении.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили. Конкурсный управляющий представил отзыв c возражениями против жалобы апеллянта, а также с пояснениями, согласно которым Товарищество не сдавало в налоговый орган бухгалтерскую отчетность за период 2015–2019 годы; кредиторская задолженность складывается из включенных в реестр требований кредиторов должника; конкурсный управляющий не располагает сведениями о решениях собственников помещений многоквартирного жилого дома о переходе к прямым расчетам с ресурсоснабжающими организациями. Общество представило отзыв с возражениями против апелляционной жалобы. Вместе с тем к отзывам конкурсного управляющего и Общества не приложены доказательства их направления участникам спора, соответственно данные документы не подлежат приобщению к материалам дела.

Дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона             от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, Товарищество зарегистрировано в качестве юридического лица 29.03.2010.

В период с 04.02.2013 обязанности председателя Товарищества исполнял ФИО2 При этом в Единый государственный реестр юридических лиц 23.10.2019 на основании заявления ФИО2 внесена запись о недостоверности сведений о его руководстве.

Определением от 19.07.2019 по заявлению Общества возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника. Требование Общества, подтвержденное вступившим в законную силу решением суда от 05.07.2016 по делу № А13-4518/2016, в размере 2 092 554 руб. 51 коп., на основании определения от 17.09.2019 по данному делу включено в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр). Кроме того, в реестр включены требования общества с ограниченной ответственностью «Северная сбытовая компания» (22 956 руб. 96 коп.), налогового органа (328 руб. 02 коп.), публичного акционерного общества (далее – ПАО) «МРСК Северо-Запада»                               (44 374 руб. 84 коп.), ПАО «Вологодская сбытовая компания»                            (103 322 руб. 34 коп.). Задолженность не погашена.

При проведении анализа финансового состояния временный управляющий ФИО5 отметила отсутствие документации бухгалтерского учета должника, а также ее непередачу руководителем должника. Вместе с тем из выписки банка по расчетному счету должника установила, что Товарищество ведет операционную деятельность, принимая от собственников жилых помещений многоквартирного дома плату за коммунальные услуги; имеется возможность покрытия судебных расходов по делу и вознаграждения арбитражного управляющего за счет будущих платежей населения и взыскания дебиторской задолженности. Признаки преднамеренного, фиктивного банкротства не выявлены.

Полагая, что неплатежеспособность возникла у должника после 05.07.2016, то есть после принятия судом решения по делу № А13-4518/2016, ссылаясь на положения статей 9, 61.12 Закона о банкротстве и факт неисполнения ФИО2 законной обязанности по обращению не позднее 06.08.2016 в суд с заявлением о банкротстве должника, заявитель просил привлечь ответчика к субсидиарной ответственности. Уточнение заявленного требования связано исключительно с изменением размера ответственности. На иные обстоятельства заявитель не ссылался, иные доказательства в материалы дела не представлены.

Между тем Общество в отзыве от 13.12.2022, представленном суду без доказательств направления лицам, участвующим в споре, ссылалось на недобросовестность и неразумность действий ответчика, повлекших непередачу арбитражному управляющему истребуемой первичной бухгалтерской документации должника. Также кредитор указал, что ответчик не приложил необходимых усилий для погашения кредиторской задолженности, включенной в реестр, и нарушил имущественные права кредиторов, причинив значительный ущерб.

Удовлетворяя требования, руководствуясь положениями подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции, не принимая во внимание основания заявления конкурсного управляющего, указал на неисполнение ФИО2 обязанности по передаче управляющему документации о финансово-хозяйственной деятельности должника, а также определения суда от 23.12.2019 об истребовании у ответчика соответствующих документов. Данное обстоятельство повлияло на возможность удовлетворения требований кредиторов. При этом суд отметил, что ФИО2 с заявлениями об истребовании документации у бывших руководителей должника не обращался, требований к собственникам помещений о взыскании задолженности не предъявлял. Как указал суд в обжалуемом определении, ответчик не приложил необходимых усилий для погашения кредиторской задолженности перед Обществом, иными обществами, причинив им значительный ущерб.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения участников спора, проверив в порядке           статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции недостаточно обоснованными в связи со следующим.

В соответствии с частью 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017            № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий в заявлении о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением, имели место до 01.07.2017, следует руководствоваться положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

Как усматривается в материалах дела, ФИО2 являлся председателем должника с 04.02.2013; объективных доказательств, свидетельствующих о прекращении полномочий руководителя Товарищества в период после 23.10.2019, судам двух инстанций не представлено.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание положения пункта 1 статьи 147, пункта 1 статьи 149 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ), вывод суда первой инстанции о том, что ФИО2 обладает статусом контролирующего должника лица, следует признать верным.

Основания возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением должника предусмотрены пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве. В частности, такая обязанность возникает, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктами 2, 3 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. В случае, если при проведении ликвидации юридическое лицо стало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, ликвидационная комиссия должника обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в течение десяти дней с момента выявления каких-либо из указанных признаков.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность руководителя должника возникает лишь по обязательствам должника, образовавшимся после истечения срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона.

Для целей возложения на руководителя субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве арбитражному суду следует установить не только возникновение обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве и неисполнение таковой, но и обязательства, возникшие после истечения определенных пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве сроков для обращения в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), следует, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

Вместе с тем формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве  (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П).

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

В соответствии с частью 1 статьи 135 ЖК РФ товариществом собственников жилья признается некоммерческая организация, объединение собственников помещений в многоквартирном доме для совместного управления общим имуществом в многоквартирном доме либо в случаях, указанных в части 2 статьи 136 настоящего Кодекса, имуществом собственников помещений в нескольких многоквартирных домах или имуществом собственников нескольких жилых домов, обеспечения владения, пользования и в установленных законодательством пределах распоряжения общим имуществом в многоквартирном доме либо совместного использования имущества, находящегося в собственности собственников помещений в нескольких многоквартирных домах, или имущества, принадлежащего собственникам нескольких жилых домов, осуществления деятельности по созданию, содержанию, сохранению и приращению такого имущества, предоставления коммунальных услуг лицам, пользующимся в соответствии с настоящим Кодексом помещениями в данных многоквартирных домах или данными жилыми домами, а также для осуществления иной деятельности, направленной на достижение целей управления многоквартирными домами либо на совместное использование имущества, принадлежащего собственникам помещений в нескольких многоквартирных домах, или имущества собственников нескольких жилых домов.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 27.01.2017 № 306-ЭС16-20500, специфика функционирования организаций по управлению многоквартирными домами такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

В рассматриваемом случае заявитель и кредитор фактически отождествляют кредиторскую задолженность по договору теплоснабжения, подтвержденную решением суда, с неплатежеспособностью Товарищества.

Указанный довод поддержан в обжалованном определении.

Однако судом первой инстанции не учтено, что единственным и основным видом деятельности должника является предоставление                 жилищно-коммунальных услуг населению.

В силу особенностей подобной деятельности кредиторская задолженность управляющей организации является долгами граждан по оплате коммунальных услуг, которые находятся в прямой зависимости от платежеспособности населения и не связаны с результатами экономической деятельности должника.

Очевидно, что невозможность исполнения должником обязательств перед кредиторами обусловлена характером деятельности Товарищества, при которой наличие кредиторской задолженности перед поставщиками энергоресурсов при одновременном наличии дебиторской задолженности собственников помещений в многоквартирных домах представляет собой достаточно обычную ситуацию.

Из материалов дела, в том числе из постановлений судебного                пристава-исполнителя об отказе в возбуждении уголовного дела, следует, что расчетный счет должника открыт в банке 08.05.2015, но уже с июня 2015 года имеется картотека к данному счету. В спорный период должник осуществлял хозяйственную деятельность; как управляющая компания оказывал услуги по содержанию общего имущества многоквартирного дома. На счет должника поступали денежные средства, в том числе в счет погашения дебиторской задолженности. Наличие дебиторской задолженности не оспорено заявителем, иных активов не выявлено. Кредиторская задолженность Товарищества сложилась исключительно из требований кредиторов, включенных в реестр.

Судом установлено, что ФИО2 проведены мероприятия по значительному снижению кредиторской задолженности перед Обществом, позволяющие признать их достаточно эффективными. Так, в период с 2016 года ресурсоснабжающие организации заключили с собственниками помещений дома, находящегося под управлением Товарищества, прямые договоры на поставку коммунальных ресурсов. Должник (цедент) и Общество (цессионарий) 01.04.2017 заключили договор цессии, в соответствии с которым цессионарий приобрел право требования задолженности за тепловую энергию от собственников помещений. Задолженность по состоянию на 01.04.2017 составляла 2 267 870 руб. 97 коп. За период действия договора цессии Общество выставило собственникам помещений счета на сумму 2,2 млн руб., значительно снизив долг Товарищества. В письменной позиции от 22.10.2022 Общество подтверждает, что при отсутствии договора цессии размер задолженности превысил бы 4,5 млн руб. Однако договор цессии 01.03.2019 расторгнут в связи с переходом собственников помещений многоквартирного дом на прямые расчеты с ресурсоснабжающей организацией. Именно расторжение договора цессии повлекло обращение Общества в суд с требованием о взыскании с Товарищества задолженности, вытекающей из договора поставки теплоэнергии до 01.04.2017. Протоколами собраний собственников помещений от 15.02.2017, 25.10.2017, 22.11.2017, 23.10.2018 подтверждается обсуждение председателем Товарищества с участниками собрания мероприятий по выходу из сложившейся финансовой ситуации, работы с конкретной дебиторской задолженностью жильцов дома.

Помимо этого, ФИО2 проводилась претензионная работа с дебиторской задолженностью, что документально не опровергнуто участниками спора.

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает, что нахождение должника в процедуре банкротства само по себе не свидетельствует о неэффективном управлении ответчиком. Невозможность исполнения должником обязательств перед кредиторами обусловлена характером деятельности Товарищества, при которой кредиторская задолженность перед поставщиками энергоресурсов образуется при одновременном наличии дебиторской задолженности собственников помещений в многоквартирном доме. Приведенные заявителем обстоятельства в данном случае не свидетельствовали об объективном банкротстве Товарищества в период осуществления текущей хозяйственной деятельности и о возникновении у ФИО2 безусловной обязанности по подаче именно 06.08.2016 заявления о несостоятельности (банкротстве) должника.

Убедительных, достоверных доказательств того, что исключительно недобросовестные и неразумные действия ФИО2 повлекли невозможность погашения кредиторской задолженности перед Обществом, судам двух инстанций не представлено, равно как и сами действия не конкретизированы.

С выводом суда о том, что бездействие ответчика по передаче конкурсному управляющему документации Товарищества повлияло на невозможность удовлетворения требований кредиторов (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), апелляционная коллегия также не может согласиться.

Привлечение к субсидиарной ответственности представляет собой меру ответственности руководителя за действия, повлекшие невозможность сформировать конкурсную массу в объеме, достаточном для погашения требований кредиторов должника. Следовательно, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности, если непередача документов явилась препятствием для формирования конкурсной массы должника.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления             № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать, что привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась, что согласуется с положениями пунктом 1 статьи 401 ГК РФ об основаниях ответственности за нарушение обязательств.

Необходимо отметить, что заявитель не указывал такое основание ни в заявлении, ни в уточненном требовании, ни в иных письменных позициях. Данный довод прозвучал лишь в отзыве Общества, представленном суду 13.12.2022. Между тем доказательств направления данного отзыва лицам, участвующим в споре, материалы дела не содержат. В судебном заседании 14.12.2022 единственным участником процесса являлся представитель конкурсного управляющего, который поддержал заявленные требования. Однако суд первой инстанции приобщил к материалам дела отзыв от 13.12.2022, принял во внимание доводы кредитора и основывался на них при вынесении 14.12.2022 обжалуемого судебного акта.

В нарушение статей 8, 9, 41, 65 АПК РФ суд первой инстанции блокировал возможность участников спора, имеющего корпоративный характер, представить соответствующие возражения (при наличии) и доказательства в отношении позиции кредитора.

Действительно, факт непередачи документов временному управляющему установлен судебным актом. Однако материалы дела содержат акт от 17.02.2020, в соответствии с которым конкурсному управляющему переданы печать Товарищества и документы, в том числе поквартирные карточки.

Исходя из характера деятельности управляемой ответчиком организации единственный ее актив (дебиторская задолженность) состоял из платежей населения. Однако конкурсным управляющим, поддержавшим в апелляционном суде обжалуемый судебный акт, не представлено доказательств, подтверждающих, что он принял меры по осуществлению комплекса мероприятий, позволившего установить наличие либо отсутствие дебиторской задолженности, ее размер. Апелляционный суд учитывает, что данное основание не заявлено управляющим. Вместе с тем в анализе финансового состояния временный управляющий фиксирует наличие возможности осуществления расходов по делу о банкротстве за счет будущих платежей населения и взыскания дебиторской задолженности; в отчете конкурсного управляющего от 23.12.2022 указана дебиторская задолженность в размере 239,94 тыс. руб., включенная в инвентаризационную ведомость и в конкурсную массу должника.

При таких обстоятельствах сделать вывод о том, что передача документов не в полном объеме могла негативно повлиять на проведение процедуры банкротства, о невозможности либо затруднительности формирования конкурсной массы, не представляется возможным. Вывод суда об обратном не основан на материалах дела.

С учетом изложенного обжалуемое определение суда подлежит отмене.

Относительно ссылки апеллянта на необоснованность отказа суда в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля апелляционная коллегия отмечает следующее.

Часть 1 статьи 56 АПК РФ дает определение свидетеля как лица, располагающего сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела. Согласно части 1 статьи 88 АПК РФ лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель. Свидетельские показания должны отвечать критериям относимости, допустимости в соответствии со статьями 67 и 68 АПК РФ.

Рассмотрев ходатайство о вызове свидетеля ФИО6 и не установив таких оснований, суд правомерно отказал в его удовлетворении. Иная оценка вывода суда у апелляционной коллегии не имеется.

Руководствуясь статьями 268–272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

 

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 14 декабря     2022 года по делу № А13-14037/2019 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего товарищества собственников жилья «Архангельский» ФИО5 о привлечении ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 3 103 729 руб. отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                    Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

С.В. Селецкая

 

Судьи

Н.Г. Маркова

 

Л.Ф. Шумилова