АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А27-7855/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 декабря 2022 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоКачур Ю.И.,

судейФИО10 а В.А.,

ФИО1 – 

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационные жалобы публичного акционерного общества «Кузбасская энергетическая сбытовая компания» (далее – ПАО «КЭСК») и ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 02.06.2022 (судья ФИО3) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2022 (судьи Усанина Н.А., Дубовик В.С., Иванов О.А.) по делу №А27-7855/2019 о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Единый центр жилищно-коммунальных услуг по Мариинскому муниципальному району» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник, Центр), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) о привлечении муниципального образования «Мариинский муниципальный район» (далее - ответчик) в лице Комитета по управлению муниципальным имуществом Мариинского муниципального района (далее – КУМИ) и Управления жилищно-коммунального хозяйства, транспорта и связи администрации Мариинского муниципального района (далее – Управление) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: глава Мариинского муниципального района ФИО5, бывшие руководители должника  ФИО6 и ФИО7.

В заседании в здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа приняли участие представители: КУМИ – ФИО8 по доверенности от 01.11.2022; Управления – ФИО9 по доверенности от 01.06.2022.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника в Арбитражный суд Кемеровской области обратился его конкурсный управляющий с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника муниципальное образование «Мариинский муниципальный район» в лице КУМИ и Управления.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 16.02.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности муниципального образования «Мариинский муниципальный район» по обязательствам должника за счет средств казны; рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.09.2021 определение Арбитражного суда Кемеровской области от 16.02.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Кемеровской области от 02.06.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2022, конкурсному управляющему отказано в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

ПАО «КЭСК» и ФИО2 обратились с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение арбитражного суда от 02.06.2022 и постановление апелляционного суда от 01.08.2022, принять новый судебный акт о привлечении муниципального образования «Мариинский муниципальный район» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

ПАО «КЭСК» в обоснование своей жалобы указывает на то, что со стороны ответчика имели место действия (бездействие), которые привели к несостоятельности (банкротству) предприятия, поскольку им не предприняты надлежащие меры, направленные на восстановление финансового состояния подконтрольного юридического лица, а решение об изъятии имущества повлекло ухудшение его финансового положения и, как следствие, прекращение производственной деятельности. По мнению кассатора, ответчиком не осуществлен контроль за деятельностью унитарного предприятия, своевременно не принято решение о ликвидации предприятия и не предприняты меры, направленные на погашение кредиторской задолженности. 

ФИО2 в своей кассационной жалобе приводит довод о том, что изъятие в марте 2018 года жилищного фонда привело к невозможности погашения требований кредиторов, дисбалансу прав должника и его кредиторов. Принудительное прекращение Центром деятельности по управлению многоквартирными домами (далее – МКД) в связи с убыточностью предприятия, не снимает с ответчика ответственность за создание изначально планово-убыточного предприятия.

Представленные КУМИ, Управлением и конкурсным управляющим отзывы на кассационные жалобы приобщены к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В заседании суда кассационной инстанции, представители КУМИ и Управления возражали относительно доводов кассационных жалоб, просили в их удовлетворении отказать.

Иные лица, участвующие в деле, не явились. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационных жалоб.

Как следует из материалов дела и установлено судами, Центр создан по решению собственника – муниципального образования Мариинский муниципальный район, о чем администрацией Мариинского муниципального района принято постановление от 01.07.2014 № 748-П.

Согласно указанному постановлению от имени собственника функции и полномочия осуществляет Управление.

По условиям договора от 09.07.2014 о закреплении за Центром муниципального имущества на праве хозяйственного ведения Комитет передал должнику муниципальное имущество, указанное в приложениях к договору: нежилые помещения, здания, энергетические сооружения, автомобили, трактора, косилки, компьютеры, квартиры.

Основными функциями должника являются принятие в полное хозяйственное ведение от собственника объектов жилищно-коммунального хозяйства, находящихся в муниципальной собственности, заключение с предприятиями жилищно-коммунального хозяйства договоров на содержание и ремонт жилищного фонда и оказание коммунальных услуг, управление жилищным фондом Мариинского муниципального района, формирование источников финансирования жилищно-коммунального обеспечения за счет средств населения и других потребителей, поступающих в качестве оплаты содержания и ремонта жилья, жилищно-коммунальных услуг, иных поступлений и организации консолидации финансовых потоков (пункт 4 постановления от 01.07.2014 № 748-П).

Центр осуществлял управление жилищным фондом посредством заключения договоров с ресурсоснабжающими организациями на поставку коммунальных ресурсов и привлечения по договорам специализированных организаций для осуществления содержания и ремонта жилищного фонда.

В период деятельности должника собственник на основании принятых им решений с 2015 по 2017 годы частично изымал имущество из хозяйственного ведения, а именно: автомобиль Шевроле Нива, здание очистных сооружений, автомобиль ассенизационный, трактора колесные Беларус 82.1, косилки ротационные, сооружения энергетики и электропередачи, машину для чистки труб, энергетическое сооружение.

По итогам совещания, проведенного 19.09.2017 главой Мариинского муниципального района, в адрес должника Управлением направлено письмо от 26.09.2017 № 01-4/886 о том, что, учитывая отрицательную динамику по наращиванию задолженности предприятия, прирост задолженности населения в 2017 году Центру необходимо организовать работу по уведомлению собственников жилых помещений в многоквартирных домах о прекращении деятельности по управлению с 01.11.2017.

Во исполнение указанного письма исполняющий обязанности руководителя должника ФИО6, назначенный на должность 06.10.2017, начал проводить работу с гражданами по переводу части домов в другие управляющие организации, а также процесс сокращения численности штата, взысканию дебиторской задолженности.

В дальнейшем решением Комитета от 30.03.2018 № 15а у должника изъят жилой фонд (1225 жилых квартир) и передан по акту приема-передачи муниципального жилья в казну Мариинского муниципального района.

Ссылаясь на убыточную деятельность должника в 2015-2018 годы и ненадлежащий контроль учредителя, полагая, что действия (бездействие) Управления и Комитета по изъятию имущества и жилого фонда привели к банкротству Центра, поскольку его активы сократились с 135,934 млн. руб. до 3,185 млн. руб., конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

При новом рассмотрении обособленного спора суды первой и апелляционной инстанций не установили необходимой совокупности условий, предусмотренных подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, являющихся основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по долгам Центра, исходили из недоказанности конкурсным управляющим и поддерживающими его конкурсными кредиторами иных обстоятельств, необходимых для применения презумпций, установленных Законом о банкротстве.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным нормам права.

Применение той или иной редакции Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Изъятие жилищного фонда, на которое ссылается конкурсный управляющий как на основание для применения к субсидиарной ответственности, имело место в 2018 году, то есть после вступления в силу положений главы III.2 Закона о банкротстве, следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 закона.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в абзаце первом пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 Постановления № 53).

При принятии решения суды обоснованно исходили из того, что в условиях осуществления предприятием деятельности, не предусматривающей повышение тарифов, позволяющих погасить образовавшуюся задолженность (в том числе в результате политики тарифного регулирования), действия ответчика по передаче имущества находящегося в хозяйственном ведении не явились причиной банкротства Центра, а задолженность перед кредиторами не могла быть погашена путем его реализации с торгов.

При этом кассаторами не представлено доказательств того, что ответчику на начальном этапе было заведомо известно о том, что должник не имеет возможности вести нормальную предпринимательскую деятельность в этой сфере ввиду явного несоответствия полученного им имущества объему планируемых мероприятий, а также то, что избранная учредителем модель поведения уже в момент ее выбора приводила к очевидному дисбалансу прав должника и его кредиторов.

В результате наступления неплатежеспособности, должник был не в состоянии оказывать жилищно-коммунальные услуги населению и организациям, в связи с чем ответчиком принято решение о передаче его имущества другому лицу. При этом сделка по изъятию имущества не оспорена, а доводы конкурсного управляющего о том, что должнику не выплачена соответствующая компенсация за изъятое из конкурсной массы имущество выходят за рамки заявленных требований и ранее не приводились.

В силу установленных судами обстоятельств, сохранение за Центром спорного имущества существенным образом не изменило бы ситуацию и не позволило бы ему при ведении той же деятельности восстановить платежеспособность. Напротив, продолжение должником деятельности с использованием указанного имущества повлекло бы за собой дополнительные расходы по его содержанию и наращиванию кредиторской задолженности.

Модель хозяйствования организации, оказывающей жилищно-коммунальные услуги населению и организациям, при которой имеется непогашенная кредиторская задолженности перед контрагентами и одновременно дебиторская задолженность населения и организаций (потребителей), является обычной при функционировании организаций подобного рода. Рост диспропорции между активами должника и его обязательствами в настоящем случае носит объективный характер.

Кроме того, судами верно отмечено, что в силу статьи 131 Закона о банкротстве изъятое имущество (жилищный фонд социального использования для обеспечения малоимущих граждан, проживающих в поселении и нуждающихся в улучшении жилищных условий, жилыми помещениями на условиях договора социального найма) не могло быть включено в конкурсную массу должника и реализовано для достижения цели конкурсного производства.

Изменение способа управления в МКД осуществлено на основании решения собственников квартир и являлось необходимым в целях обеспечения управления жилищным фондом и снабжения МКД ресурсами.

Доводы кассаторов о непринятии ответчиком своевременных мер по погашению кредиторской задолженности путем дополнительного финансирования деятельности должника, непринятии решения о ликвидации Центра отклоняются судом округа, поскольку материалами дела подтверждается принятие своевременных мер, направленных на стабилизацию финансового положения должника, а совокупность доказательств, необходимых для привлечения учредителя должника к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в суд заявления о его банкротстве, не приведена.

В силу изложенного, в отсутствие доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что изъятие имущества привело к невозможности погашения должником обязательств перед кредиторами либо к увеличению размера задолженности перед ними, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суды обоснованно не установили причинно-следственной связи между действиями ответчика и банкротством должника, поэтому пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Поскольку по результатам исследования представленных в материалы обособленного спора доказательств их оценки в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, судами первой и апелляционной инстанций установлена недоказанность заявителем тех обстоятельств, что банкротство должника вызвано действиями его учредителя и собственника муниципального имущества, а также наличия причинно-следственной связи между оспариваемыми действиями учредителя должника, собственника муниципального имущества и наступлением неплатежеспособности должника, выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявления являются обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального права к фактическим обстоятельствам дела.

В целом доводы, приведенные кассаторами в жалобах, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку направлены на переоценку доказательств и сделанных на их основании выводов (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом округа не установлено, в связи с чем кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 02.06.2022 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2022 по делу № А27-7855/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий Ю.И. Качур

СудьиВ.А. ФИО10

ФИО1