АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-7210/2022

06 июня 2023 года

г. Улан-Удэ

Резолютивная часть решения объявлена 30 мая 2023 года.

Полный текст решения изготовлен 06 июня 2023 года.

 

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Залужной Е.В.

при  ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к автономному учреждению Республики Бурятия «Кабанский лесхоз» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 845 400 рублей ущерба в порядке регресса,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2,

при участии:

от истца: ФИО3 (доверенность от 11.01.2022, диплом), после перерыва не явилась,

от ответчика: ФИО4 (доверенность от 09.09.2022, диплом),

от третьего лица: не явился, извещен,

установил:

страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах»  обратилось в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском к автономному учреждению Республики Бурятия «Кабанский лесхоз» о взыскании 845 400 рублей ущерба в порядке регресса.

Определением от 15.11.2022 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2.

В судебном заседании 29.05.2023 был объявлен перерыв до 30.05.2023, о чем информация была размещена на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел».

В обоснование исковых требований истец указал, что 31.08.2021 произошло ДТП между транспортными средствами Toyota Caldina г/н 

<

***> (ТС Заявителя), под управлением ФИО5, прицепом трактора МТЗ-82,1 г/н 

<

***> под управлением ФИО2, Mitsubishi Pajevo г/п В673НУОЗ под управлением ФИО6, Toyota Land Cruiser г/п Х171ХХ75 под управлением ФИО7. В результате ДТП водитель Toyota Caldina г/п 

<

***> ФИО5 скончался от полученных травм, все транспортные средства получили механические повреждения. По данному страховому случаю СПАО «Ингосстрах» рассмотрев заявление о наступлении страхового случая и в соответствии с требованиями Закона об ОСАГО выплатило 475 000 руб. за причинение вреда жизни, 25 000 руб. расходов на погребение и 345 400 руб. сумму ущерба ТС Toyota Caldina.

Ответчик, возражал против иска, согласно отзыву считает себя ненадлежащим ответчиком, пояснил, что ответчиком по данному делу является ФИО2, поскольку на момент ДТП он являлся полноправным владельцем источником повышенной опасности на основании заключенного между ФИО2 и АУ РБ «Кабанский лесхоз» договором №14 на предоставление техники от 31.08.2021. Поскольку ФИО2 имел законные основания на управление трактором, он несет ответственность за причинение ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия.  Таким образом, ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет лицо, владеющее этим источником опасности на каком-либо из законных оснований.

Из дополнительных письменных пояснений истца следует, что договор №14 от 31.08.2021 на предоставление техники заключенный между ФИО2 и АУ РБ «Кабанский лесхоз» является договором оказания услуг, который не может передавать право на владение и пользование техникой в смысле Закона об ОСАГО. Ответчик является законным владельцем трактора, достоверных доказательств фактического и юридического владения ФИО2 трактором на момент ДТП представлено не было. Кроме того, ответчик как работодатель ФИО2 несет ответственность за вред, причиненный его работником.

ФИО2 привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебное заседание не явился, извещен под расписку. Ранее в судебном заседании 29.03.2023 ФИО2 пояснял, что трактор ему был выделен  для личных целей (для перевозки сена), такое право предоставлено всем работником учреждения раз в год, с руководством была согласована дата предоставления трактора 31.08.2021, факт заключения межу ним и ответчиком договора  от 31.08.2021 ФИО2 не оспаривал.

Ответчик также пояснил, что в соответствии с условиями коллективного договора (в редакции дополнительного соглашения №1), всем сотрудникам учреждения 1 раз в год может выделяться транспорт для перевозки личных вещей и иных личных хозяйственных нужд.

В судебном заседании представители сторон поддержали ранее изложенные доводы и возражения.

После перерыва представитель истца в судебное заседание не явился.

Заслушав представителей сторон, исследовав представленные доказательства, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, 31.08.2021 на 372 км. а/м Р-258 «Байкал» в районе с. Таракаповка Кабанекого района Республики Бурятия произошло ДТП между транспортными средствами Toyota Caldina г/н 

<

***> (ТС Заявителя), под управлением ФИО5 и прицепом трактора МТЗ-82,1 г/н 

<

***> под управлением ФИО2. После чего Toyota Caldina столкнулась с ТС Mitsubishi Pajevo г/п В673НУОЗ под управлением ФИО6 Уходя от столкновения ТС Mitsubishi Pajero совершил столкновение с ТС Toyota Land Cruiser г/п Х171ХХ75 под управлением ФИО7. В результате ДТП водитель Toyota Caldina г/п 

<

***> ФИО5 скончался от полученных травм, все ТС получили механические повреждения.

Согласно приказу о приеме работника на работу №86 от 7 мая 2015 года ФИО2 принят машинистом бульдозера 6 разряда в Автономное учреждение Республики Бурятия «Кабанский лесхоз».

Между истцом и ответчиком 26 мая 2021 года был заключен договора ОСАГО транспортного средства МТЗ.82 МТЗ -82,1 (трактор).

По данному страховому случаю СПАО «Ингосстрах», рассмотрев заявление о наступлении страхового случая и в соответствии с требованиями Закона об ОСАГО, выплатило заявителю (супруге погибшего ФИО5) 475 000 руб. за причинение вреда жизни, 25 000 расходов на погребение и 345 400 руб. сумму ущерба ТС Toyota Caldina.

Как следует из искового заявления и пояснений истца, законным владельцем источника повышенной опасности, управление которым осуществлял ФИО2, является ответчик, на которого следует возложить ответственность по возмещению ущерба в силу ст. 1079 ГК РФ. На момент ДТП ФИО2 являлся работником АУ РБ «Кабанский лесхоз».  В ходе расследования уголовного дела было установлено, что ответчиком 31.08.2021 водитель трактора ФИО2 был допущен к управлению и передвигался на указанном тракторе, сцепленного с двумя прицепами, один из которых не имел диагностической карты и был в неисправном состоянии (не имел регистрационных знаков, отсутствовали световые приборы и опознавательные знаки) в результате чего водитель  Toyota Caldina г/п 

<

***> лишился возможности своевременного обнаружения опасности и допустил столкновение с прицепом. Кроме того, из обвинительного заключения следует, что прицеп без г/н в нарушение требований ст. 17 ФЗ от 03.08.2018 № 283-ФЗ «О государственной регистрации транспортных средств в РФ и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ», ст. 15 ФЗ от 01.07.2011 № 170-ФЗ «О техническом осмотре транспортных средств и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не зарегистрирован в установленном законом порядке, не имеет регистрационных знаков, не проходил технический осмотр.

На основании изложенного, по мнению истца, у него возникло право требования возмещения выплаченного потерпевшим ущерба именно с ответчика.

05 августа 2022 года в адрес ответчика направлена претензия о необходимости возмещения понесенных расходов.

Ответчик, письмом от 01.09.2022 отказал в возмещении ущерба.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 927 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 01.01.2022) страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно пункту 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно (пункт 1 статьи 965 ГК РФ).

В соответствии с требованиями статьи 387 ГК РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона и наступления указанных в нем обстоятельств, в том числе, при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

Выплатив страховое возмещение,  СПАО «Ингосстрах» заняло место потерпевшего в отношениях, возникших вследствие причинения вреда, и вправе требовать возмещения ущерба.

Пунктом 2 статьи 965 ГК РФ установлено, что перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Из указанного требования закона следует, что для наступления деликтной ответственности лицу, требующему возмещение убытков, необходимо доказать факт наступления вреда, его размер, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и возникшими убытками, а также вину причинителя вреда.

При отсутствии одного из перечисленных элементов лицо не может быть привлечено к ответственности за причиненный вред.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

В ходе судебного разбирательства установлено и сторонами не оспаривается, что виновник ДТП ФИО2 являлся сотрудником АУ РБ «Кабанский лесхоз». В момент ДТП ФИО2  управлял трактором на основании договора на предоставление техники от 31.08.2021, а само транспортное средство, которым управлял ФИО2, принадлежало ответчику.

Страховое возмещение, выплаченное истцом потерпевшей стороне составило 475 000 руб. за причинение вреда жизни, 25 000 расходов на погребение и 345 400 руб. сумму ущерба ТС Toyota Caldina.

Сам факт причинения вреда в результате произошедшего происшествия ответчиком в ходе судебного разбирательства не оспорен.

Ответчик, возражая против иска, указал, что считает себя ненадлежащим ответчиком.

Как было указано, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

В обоснование своей позиции ответчик представил в материалы дела коллективный договор, заключенный между работниками АУ «Кабанскоий лесхоз» и учреждением. В редакции дополнительного соглашения №1, в коллективном договоре учреждения указано, что всем его сотрудникам 1 раз в год может выделяться автотракторный транспорт для перевозки личных вещей и иных хозяйственных нужд с оплатой стоимости топлива за счет сотрудника (п. 8.9 коллективного договора, л.д. 4, т.2).

Как пояснил ответчик и подтверждено ФИО2 в ходе судебного разбирательства по делу, на основании данного пункта коллективного договора, ФИО2 обратился к руководителю учреждения о необходимости предоставления ему спорного трактора для работы в личном подсобном хозяйстве в вечернее время, после работы. Так как трактор был необходим ФИО2 для перевозки сена, с учетом погодных условий, между руководителем учреждения ФИО8 и ФИО2 была согласована дата предоставления 31.08.2021.

Как пояснил ответчик, Правилами внутреннего трудового распорядка АУ РБ «Кабанский лесхоз» установлено рабочее время с 8 часов 00 минут до 17 часов 00 минут, обед с 12 часов до 13 часов.

То обстоятельство, что ФИО2 трактор был предоставлен в нерабочее время, истец не оспаривал. Данное обстоятельство также установлено приговором Кабанского районного суда от 30.03.2022.

После окончания рабочего времени, ФИО2 завел трактор МТЗ.82 МТЗ-82,1, г/н 

<

***> и выехал на нем в направлении с.Тресково, где у соседа взял два прицепа, и прицепив их к трактору, поехал за сеном.

В материалы дела был представлен договор №14 от 31.08.2021 о предоставлении техники, подписанный между ФИО2 и ответчиком. Согласно указанному договору гражданин ФИО2 (заказчик) и АУ РБ «Кабанский лесхоз» (исполнитель) заключили договор о нижеследующем: исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги автотранспортными средствами, а заказчик обязуется оплачивать оказанные услуги в соответствии с п. 3 договора.

Управление ТС, спецтехникой осуществляет тракторист ФИО2, заправка ГСМ осуществляется заказчиком (которым также выступает ФИО2) (п. 1.2. договора).

Цена договора составляет 130,33 руб. за 1 час эксплуатации трактора, за 4 часа эксплуатации трактора = 521,32 НДС не предусмотрен. Оплата за услуги производится удержанием из заработной платы на основании заявления. (п. 3.1, 3.2. договора).

Факт оплаты по договору путем удержания  из заработной платы ФИО2 подтвержден ответчиком расчетным листком на ФИО2 (л.д.20,21, т.2).

Как полагает ответчик, с учетом условий договора от 31.08.2021 о предоставлении техники ФИО2, владельцем источника повышенной опасности в данном случае следует понимать именно гражданина ФИО2

СПАО «Ингосстрах» полагает, что договор между Ответчиком и Третьим лицом лишь подтверждает законность пользования транспортным средством и тем самым законность участия водителя в дорожном движении, но не имеет отношения к передаче права владения. При возложении ответственности за вред в соответствии со ст. 1079 ГК РФ необходимо исходить из того, в чьем законном владении находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда. Применительно к ст. 1079 ГК РФ установлен особый режим передачи правомочия владении источником повышенной опасности: она должна быть основана на законе. Пользование автотранспортным средством всегда предполагает фактическое обладание им, но не юридическое (законное) владение. Договор, на который ссылается ответчик, является договором возмездного оказания услуг, законным владельцем трактора, при использовании которого причинен вред, является Ответчик.

Как пояснил представитель истца, оснований для замены ответчика он не усматривает.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статьей 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При этом причинение вреда должно быть прямо связано и сопряжено с действиями производственного или технического характера в их взаимосвязи с трудовыми или служебными обязанностями работника. Для наступления деликтной ответственности работодателя работник во время причинения вреда должен действовать по заданию и под руководством работодателя или хотя бы с его ведома в рамках производственной необходимости в связи с рабочим процессом.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абз. 2 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 1, ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта)

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Статья 1082 ГК РФ указывает на способы возмещения вреда, одним из которых является возмещение убытков по правилам пункта 2 статьи 15 Кодекса.

По смыслу вышеназванных норм, в предмет доказывания по требованиям, предъявленным истцом, входит установление следующих обстоятельств: противоправность действий (бездействия) ответчика; факт и размер понесенного ущерба; наличие причинной связи между действиями ответчика и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из перечисленных элементов юридического состава правонарушения, равно как и отсутствие документально подтвержденных доказательств о размере убытков, влечет необходимость отказа в иске. При этом, заявленные истцом ко взысканию убытки должны быть непосредственно связаны с фактом наличия противоправных действий ответчика и направлены на восстановление имущественного положения истца.

Давая правовую оценку заключенному между ответчиком и третьим лицом договору, проанализировав порядок и условия использования транспортного средства, а также цель заключения договора, суд приходит к выводу о том, что спорный договор по своей правовой природе представляет собой договор аренды транспортного средства.  При этом суд учитывает, что по договору аренды транспортного средства арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование. Данные отношения существенно отличаются от отношений по договору возмездного оказания услуг, по которому исполнитель обязуется по заданию заказчика совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность, а заказчик оплатить эти услуги (статья 779). По общему правилу, исполнитель обязан оказать услуги лично (статья 780), а заказчик оплатить фактически оказанные ему услуги в согласованные сроки и в порядке (статья 781).

Если контрагент вступает в отношения ради полезных свойств предмета, то речь идет о договоре аренды. Если контрагенту важно не имущество, а результат действий (деятельность) исполнителя, заключается не договор аренды, а договор оказания услуг.

Суд отмечает, что он не связан правовой квалификацией договора сторонами и оценивает его с точки зрения соответствия предмета договора, его правовой цели, основных прав и обязанностей сторон тем видам договоров, которые выделены законодателем в ГК РФ. Правовая природа договора определяется содержанием взаимных прав и обязанностей сторон и квалифицируется в соответствии с установленными гражданским законодательством правилами об отдельных видах обязательств.

Юридическая квалификация договора и его судебная оценка должны исходить не из формы и названия, а из сути и содержания тех правоотношений, которые они создают.

Из сути и содержания тех правоотношений, которые возникли между ответчиком и ФИО2 следует, что спорный договор был заключен между сторонами на основании п. 8.9. коллективного договора.  С учетом системного толкования условий коллективного договора и тех целей, ради которых ФИО2 и ответчик заключили договор от 31.08.2021,  а также исходя из того, как он исполнялся, суд полагает, что транспортное средство было передано ФИО2 именно в аренду за плату во временное владение и пользование. Цели договора и порядок его исполнения не позволяют квалифицировать его как договора возмездного оказания услуг.

Исходя из условий исполнения договора от 31.08.2021, суд установил, что по договору от  31.08.2021 о предоставлении техники ответчик предоставил гражданину ФИО2 трактор во временное владение и пользование. За 1 час эксплуатации трактора со стороны ФИО2 стороны установили оплату 130,33 руб. Исходя из системного толкования условий коллективного договора и договора от 31.08.2021, обоснованно следует, что в договоре от 31.08.2021 заказчик гражданин ФИО2 и лицо, управляющее транспортным средством от имени Кабанского лесхоза, совпали.

Нормы главы 34 ГК РФ выделяют две разновидности аренды транспортного средства: аренду транспортного средства с экипажем, если арендодатель своими силами оказывает услуги по управлению и технической эксплуатации предоставленного транспортного средства (статьи 632 ГК РФ); аренду транспортного средства без экипажа, если транспортное средство предоставляется без обязанностей арендодателя по управлению и технической эксплуатации (статьи 642 ГК РФ).

Передача транспортного средства собственником во владение другому лицу возможна на основании гражданско-правовых сделок, среди которых (абзац 2 пункта 1 статьи 1079 ГК РФ) называет, прежде всего, аренду, выдачу доверенности на управление транспортным средством и так далее.

Исходя из смысла статьи 1079 ГК РФ передача собственником источника повышенной опасности в законное владение другому лицу одновременно переносит на последнего не только титул владельца, но и бремя ответственности за вред, который может быть причинен транспортным средством.

Указанное выше толкование условий договора от 31.08.2021 свидетельствует о передаче транспортного средства арендатору без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, так как в настоящем случае суд исходит из сути и содержания тех правоотношений, которые возникли между ответчиком и ФИО2 и положений п. 8.9. коллективного договора. С учетом условий коллективного договора, а также тех целей, для которых был заключен договор от 31.08.2021, ФИО2, который фактически являлся в момент ДТП арендатором трактора, а также  управлял им, но не как работник Учреждения.

Суд отмечает, что толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Ходатайство о фальсификации представленных ответчиком в материалы дела доказательств, в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не заявлено.

На основании вышеизложенного, ответчик в момент ДТП не являлся владельцем транспортного средства, так как передал его в силу заключенного договора от 31.08.2021, что подтверждается актом (приложение к договору №1), из которого следует, что ФИО2 был предоставлен именно спорный трактор, управляя которым, ФИО2 столкнулся с автомобилем потерпевшего.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, ФИО2 в момент ДТП являлся законным владельцем транспортного средства, использовал его в личных целях, а не в рамках исполнения им трудовых обязанностей, как работником АУ РБ «Кабанский лесхоз».

При таких обстоятельствах, исковые требования заявлены к ненадлежащему ответчику АУ РБ «Кабанский лесхоз», в связи с чем, не подлежат удовлетворению.

Поскольку в удовлетворении иска отказано, оплаченная истцом государственная пошлина в размере 19 908 руб.,  относится на последнего и возмещению истцу не подлежит.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р  Е  Ш  И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

Решение по настоящему  делу вступает в законную силу  по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

 

Судья                                                                                               Е.В. Залужная