﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-87803/2018

07 октября 2021 года

г. Санкт-Петербург

/сд.4

Резолютивная часть постановления объявлена     29 сентября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 октября 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Сотова И.В., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  Князевым С.С.

при участии:  

 от ООО «Управляющая компания «Джи Пи Ай»: Рахмов М.М. (доверенность от 23.01.2020)

от ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк»: Некрасова е.В. (доверенность от 25.05.2021)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-23214/2021)  ООО «Управляющая компания «Джи Пи Ай» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.06.2021 по делу № А56-87803/2018/сд.4 (судья  Радченко А.В.), принятое 

по заявлению ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк»

об оспаривании сделки с ООО «Управляющая компания «Джи Пи Ай»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Финансовая риэлтерская компания», 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.08.2018 на основании заявления публичного акционерного общества "Балтийский инвестиционный банк" (далее - Банк), возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Финансовая риэлтерская компания" (далее - Общество).

Определением от 07.12.2018 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Дмитриев Антон Викторович.

Банк 17.10.2019 обратился в  арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения от 10.11.2015 о расторжении договора купли-продажи вещи, создаваемой продавцом в будущем от 12.12.2014 N 01/02/14, заключенного Обществом и обществом с ограниченной ответственностью "Универ Менеджмент" Д.У. Закрытым паевым инвестиционным фондом недвижимости "Элита".

Определением от 11.06.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2020, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.12.2020 определение суда первой инстанции от 11.06.2020 и постановление суда апелляционной инстанции от 18.09.2020 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом  рассмотрении Банк поддержал заявленные требования.

Определением от 08.06.2021 соглашение от 10.11.2015 о расторжении  договора купли-продажи создаваемой в будущем от 12.12.2014 №01/02/12/14 признано недействительным.

В апелляционной жалобе  ООО  «Управляющая компания «Джи Пи Ай» (далее – Компания), считая  определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, просит определение отменить в удовлетворении требований Банка отказать,  полагая, что на момент оспариваемого соглашения  Общество не отвечало признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, установленные факты неплатежеспособности должника по состоянию на 2015 и  факт аффлированности сторон в рамках других дел не являются для настоящего обособленного спора преюдициальными, поскольку Компания  не являлась участником данных споров, данные  обстоятельства подлежат установлению в рамках  настоящего дела.  Податель жалобы указывает, что  Каргин Вадим Игоревич не является лицом, связанным с  управляющей компаниией ЗПИФН "Элита", компанией «Банклифф Инвестментс корп.», компанией «Бизнесс Аксесс Лимитед»,   а также  с Обществом и Банком,  надлежащих доказательств обратного в материалы дела не представлены. Компания не знала и не должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника заключением оспариваемой сделки.  

Банк возразил против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, полагая выводы суда о недействительности соглашения являются правильными, соответствующими материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ)  с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ  апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом и подтверждается имеющимися в деле доказательствами, между Банком и Обществом 12.12.2014 заключен кредитный договор N КРД/14/267 (далее - кредитный договор),  по условиям которого  Обществу предоставлена кредитная линия с лимитом выдачи 300 000 000 руб. для оплаты по договору купли-продажи вещи, создаваемой продавцом в будущем от 12.12.2014 N 01/02/12/14, заключенному Обществом и обществом с ограниченной ответственностью "Управляющая Компания "Максимум" Д.У. Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости "ЭЛИТА".

Согласно условиям договора купли-продажи вещи, создаваемой продавцом в будущем, от 12.12.2014 N 01/02/12/14 (далее - договор купли-продажи), общество с ограниченной ответственностью "Управляющая Компания "Максимум" Д.У. Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости "ЭЛИТА" обязуется после завершения реконструкции и оформления права собственности на указанное в договоре имущество передать в собственность Общества недвижимое имущество, включающее нежилые помещения и долю в праве на земельный участок.

Стороны определили сроки получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию (до 01.07.2016), установили срок (до 01.10.2016) для регистрации права собственности на созданные объекты недвижимости за продавцом. Установили цену имущества, порядок оплаты, иные обязательства, связанные с исполнением договора.

Так, общая продажная цена имущества, указанного в пункте 1.1 договора купли-продажи, составляет 300 000 000 руб., включая НДС.

Общество перечислило на счет продавца денежные средства в размере 267 000 000 руб.

Банк и Общество заключили договор о залоге от 04.02.2015 N ЗЛГ/15/018 (далее - договор о залоге), согласно которому Общество в обеспечение надлежащего исполнения своих обязательств, вытекающих из условий кредитного договора, передает Банку в залог имущественные права требования, вытекающие из договора купли-продажи. Общая залоговая стоимость права согласована сторонами в размере 150 000 000 руб.

В пункте 1.3 договора о залоге стороны согласовали, что право залога возникает у Банка с момента наступления сроков исполнения обязательств Управляющей Компанией "Максимум" Д.У. Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости "ЭЛИТА" перед Обществом.

Закрытый паевой инвестиционный фонд недвижимости "Элита" перешел в управление общества с ограниченной ответственностью "УНИВЕР Менеджмент", затем - Компании.

В дальнейшем общество с ограниченной ответственностью "УНИВЕР Менеджмент" Д.У. Закрытым паевым инвестиционным фондом недвижимости "ЭЛИТА" и Общество заключили 10.11.2015 соглашение о расторжении договора купли-продажи (далее - соглашение о расторжении).

Согласно пункту 1 соглашения о расторжении стороны согласились расторгнуть договор в связи с утратой Обществом интереса к приобретению недвижимого имущества в свою собственность; договор расторгается с момента подписания сторонами данного соглашения.

Пунктом 2 соглашения о расторжении установлена обязанность продавца вернуть Обществу в срок до 31.03.2016 ранее уплаченную им по договору купли-продажи сумму в размере 267 700 000 руб.

По мнению  Банка, целью расторжения договора было причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку денежные средства уплаченные по договору не возвращены,  должник в установленном порядке и срок не обратился в суд с иском о взыскании задолженности, в последствии по иску конкурсного управляющего о взыскании задолженности было отказано по причине пропуска срока исковой давности. При этом,  на момент его заключения Общество являлось неплатежеспособным, прекратившим расчеты с кредиторами и ведение финансово-хозяйственной деятельности а  единственным активом должника, за счет которого могло быть произведено удовлетворение требований кредиторов, являлись права по договору купли-продажи.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, Банк обратился в арбитражный  суд с рассматриваемым заявлением о признании недействительным соглашения о расторжении на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), указывая на безвозмездный характер сделки ввиду отсутствия возврата денежных средств Обществу.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В соответствии  пункту 6 Постановления № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)	на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)	имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Относительно цели причинения вреда в пункте 6 Постановления N 63 разъяснено, что она предполагается, если имеются одновременно два следующих условия: - на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, (в частности, сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Исходя из пункта 7 постановления Пленума N 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника (абзац 3 пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве). Согласно сложившейся судебной практики аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 года N 308-ЭС16-1475).

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте.

Согласно положениям статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

При этом, в абзаце 4 пункта 4 Постановления   N 63  разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Направляя дело на новое рассмотрение  по настоящему делу Арбитражный суд  Северо-Западного округа  указал на обстоятельства, установленные судом при признании Общества банкротом и открытии процедуры конкурсного производства,  а также обстоятельства, связанные с тем, что на основании приказа Центрального банка Российской Федерации от 24.12.2015 N ОД-3701 в отношении Банка введена процедура предупреждения банкротства, функции временной администрации по управлению Банком возложены на государственную корпорацию "Агентство по страхованию вкладов", что может свидетельствовать о наличии у Общества признаков неплатежеспособности по состоянию на 2015 год. Кроме того,  обратился внимание на то, что    в рамках исковых споров, связанных с оспариванием Банком сделок, совершенных прежним менеджментом Банка, установлены факты создания различных организаций, подконтрольных бенефициарам Банка, с помощью которых выводились активы Банка в личных финансовых интересах бенефициаров в ущерб интересам контролируемого ими Банка (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 N 307-ЭС18-21620 по делу N А56-18369/2016; постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2019 по делу N А56-23165/2016).

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ РФ, с учетом  приведенной позиции  суда кассационной инстанции, арбитражным судом первой инстанции  правомерно установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о недействительности оспариваемой сделки.

Доводы подателя апелляционной жалобы отклонены, как не опровергающие выводов суда первой инстанции и не создающие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует  из материалов дела, оспариваемое  соглашение между сторонами заключено в пределах  срока подозрительности сделок должника (в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом), установленного  в пункта 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве.

Исходя из обстоятельств настоящего дела  факт заключения   оспариваемого соглашения  подлежит правовой оценке с учетом последующего поведения его сторон, в том числе   бездействия Общества  по  взысканию с  ООО "Управляющая Компания "Максимум" Д.У. Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости "ЭЛИТА"  задолженности после неисполнения соответствующего обязательства в установленные сроки и как следствие  нереализации данного права- пропуска срока исковой давности по ее взысканию.  

При этом, в случае установления аффилированности сторон негативные  последствия  таких действий (бездействия) несет также противная сторона, учитывая специфику регулируемых Законом о банкротстве правоотношений, в том числе  наличия  у сторон цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6) по делу N А12-45751/2015.

Значение категории заинтересованного лица, содержащееся в статье 19 Закона о банкротстве, состоит не только в наличии у двух и более лиц формальных признаков, предусмотренных в том числе законодательством о защите конкуренции и корпоративным законодательством, но и в личном доверительном характере отношений между такими лицами, при котором создается возможность заключения сделок, недоступных независимым участникам гражданского оборота.

В рамках дела А56-68044/2016 установлены обстоятельства аффилированности между Компанией «Банклифф Инвестментс корп.», Компанией «Бизнес Аксесс Лимитед» и Банком через В.Каргина (вице-президент банка), с учетом ответа Интерпола от 16.05.2017.

Согласно протокола заседания инвестиционного комитета Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «ЭЛИТА» от 25.09.2015 участниками фонда являются, в том числе, Компания «Банклиф Инвестментс корп.» с количеством инвестиционных паев 5 019 шт. (более 50%), ПАО «Балтинвестбанк» с количеством инвестиционных паев 1 888 шт. Представителем Компании «Банклиф Инвестментс корп.» и Банка являлся Соловьев И.А.

Каргин В.И. с 04.12.2006 является единственным участником ООО «Менеджмент Инвест», генеральным директором ООО «Менеджмент Инвест» с 31.12.2013 является Соловьев И.А., являющийся взаимосвязанным с Каргиным В.И., что также было установлено  в рамках иных дел, связанных  с оспариванием Банком сделок, совершенных прежним менеджментом Банка,   с помощью которых выводились активы Банка в личных финансовых интересах бенефициаров в ущерб интересам контролируемого ими Банка, в том числе в рамках №А56-87803/2018/сд.2.

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

По смыслу приведенной процессуальной нормы преюдициальное значение могут иметь только юридические факты материально-правового содержания, но не те факты, установление которых имеет процессуальное значение. При этом преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном законом.

Преюдициальность имеет свои объективные и субъективные пределы. По общему правилу объективные пределы преюдициальности касаются обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному делу. Среди этих фактов могут быть те, которые оказались бесспорными, и те, которые суд ошибочно включил в предмет доказывания по делу. В любом случае все факты, которые суд счел установленными во вступившем в законную силу судебном акте, обладают преюдициальностью. Субъективные пределы - это наличие одних и тех же лиц, участвующих в деле, или их правопреемников в первоначальном и последующем процессах.

Правом опровержения установленных ранее арбитражным судом обстоятельств обладает новое участвующее в деле лицо, не привлекавшееся к участию по ранее рассматриваемому делу, так как для него указанные факты не обладают преюдициальным значением.

Таким образом, отсутствие преюдиции в случае участия в спорном отношении нового лица - Компании означает, что для такого лица факты, установленные судебным актом, не являются обязательными, но должны учитываться судом в силу положений статьи 16 АПК РФ.

Вместе с тем, надлежащих доказательств опровергающих аффилированность  Банка, Общества, Закрытого паевого инвестиционного фонда недвижимости «ЭЛИТА»   ответчиком в материалы дела не представлено.

При этом, апелляционный суд также принимает во внимание, что представитель Компании «Бизнес Аксесс Лимитед» Гусев М.В. ранее участвовавшего в судебных заседаниях по настоящему обособленному спору (протокол с/з от 26.02.2020) являлся представителем Компании «Банклифф Инвестмент корп.» в деле А56-68044/2016 по иску к ПАО «Балтинвестбанк», в рамках дела А56-16983/2017 представлял интересы ответчика по настоящему обособленному спору. В рамках дела А56-16983/2017 Гусев М.В. представлял интересы ООО «Универ Менеджмент», ООО «Агентство по управлению активами «Импульс», которые прежде являлись управляющими ЗПИФ недвижимости «Элита».

Вопреки доводам подателя жалобы оценка суда представленных доказательств положениям ст. 71 АПК РФ не противоречит.

Неплатежеспособность должника по состоянию на дату  заключения оспариваемого соглашения подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств: выпиской по расчетному счету N 40702810300000006685 в период с 01.12.2014 по 17.07.2018, открытому в ПАО "Балтинвестбанк", согласно которой последнее движение денежных средств по счету датировано декабрем 2015 года, при этом весь период выручка на счет не поступала; должник прекратил исполнение своих обязательств перед ПАО "Балтинвестбанк" по кредитному договору; а также тем обстоятельством, что должником после 2014 года не сдавалась бухгалтерская отчетность, согласно последнему отчету по состоянию на 30.09.2015, представленному в Банк, у должника имелись убытки в размере свыше 16 000 000 руб. при отсутствии какого-либо дохода.

Кроме того,    признавая должника   банкротом    решением  от  27.09.2019, суд первой инстанции исходил из анализа финансово-хозяйственной деятельности Общества,  согласно которой показатель значения коэффициентов автономии свидетельствуют о том, что совокупные активы должника по состоянию на 31.12.2014 года не обеспеченны собственными денежными средствами. Величина дебиторской задолженности составляет почти 100% от валюты баланса на последнюю отчетную дату. Состояние должника можно отнести к финансово зависимому от внешних краткосрочных источников финансирования для пополнения оборотных средств, поскольку собственными источниками ликвидных активов должник не обладает. Величина запасов по данным бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2014 составляла 105 тыс. руб. Фактическое наличие запасов не подтверждено, документы руководителем должника не переданы. Согласно сведениям представленным временным управляющим, должник в период 2015 года применял упрощенную систему налогообложения, в связи с чем, не являлся плательщиком НДС, а в последующем деятельность не вел.

Учитывая изложенное заключение  оспариваемого соглашения  и дальнейшее  поведение сторон не отвечает критериям разумного и добросовестного поведения участников гражданского оборота, направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов, каких-либо правомерных экономических интересов в совершении оспариваемого соглашения и последующего его неисполнения  не имелось. 

Исходя из изложенного необходимая совокупность обстоятельств для признания  оспариваемого соглашения недействительным, как по специальным основаниям Закона о банкротстве, так и общим гражданским является доказанной.

При таких обстоятельствах, апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, обжалуемое определение соответствует обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению апелляционным судом как необоснованные, оснований для отмены обжалуемого определения не установлено, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено, в удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 08.06.2021 по делу №  А56-87803/2018   оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

 

И.В. Сотов

 И.В. Юрков