АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А47-5259/2024

г. Оренбург

05 ноября 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена       22 октября 2024 года

В полном объеме решение изготовлено        05 ноября 2024 года

 

Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи Евдокимовой Е.В. при ведении протокола секретарем судебного заседания Аршимбаева А.Б. 

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (г. Москва, ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Оренбургский государственный университет» (г. Оренбург, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

индивидуальному предпринимателю ФИО2 ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, г. Ульяновск, 

о взыскании компенсации в размере 90000 руб. 

При участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3,  по доверенности от 15.01.2024,

от ответчика 1: ФИО4, по доверенности от 23.01.2023,

от ответчика 2: явки нет. 

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Оренбургский государственный университет» (далее - ответчик1),к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик2) о взыскании компенсации в размере 90 000 руб. 

Определением суда от 05 апреля 2024 года дело принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением от 29.05.2024 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Истец, ответчик 1 не заявили ходатайства о необходимости предоставления дополнительных доказательств. 

При таких обстоятельствах, суд рассматривает дело, исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении материалов дела, судом установлены следующие обстоятельства.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 является правообладателем серии товарных знаков «ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ», зарегистрированных на территории РФ, в отношении услуг 41 класса МКТУ:

 - товарный знак «ЛЕЙСЯ,ПЕСНЯ» по свидетельству № 201901, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 10.05.2001 г. в отношении услуг 41 класса МКТУ - развлечения;

- товарный знак «Лейся, Песня !» по свидетельству № 269364, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 29.05.2004 г. в отношении услуг 41 класса МКТУ - шоу-программы, организация балов, в том числе организация концертов, передачи развлекательные телевизионные; 

- товарный знак «ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ» по свидетельству № 392899, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 02.11.2009 г. в отношении услуг 41 класса МКТУ - развлечения (шоу), услуги эстрадных артистов, услуги ансамблей, организация концертов.

- товарный знак по свидетельству № 454481, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 20.02.2012 г. в отношении услуг 41 класса МКТУ - развлечения (шоу), услуги эстрадных артистов, услуги ансамблей, организация концертов.

Исключительные права истца на товарные знаки «Лейся песня» подтверждаются вышеуказанными свидетельствами Роспатента. Основным видом деятельности истца является «Деятельность в области отдыха и развлечений» (93.2 согласно ОКВЭД ОК 029-2014).

В качестве дополнительных видов деятельности Истца в ЕГРНИП внесены: «Деятельность творческая, деятельность в области искусства и организации развлечений» ( 90.0 согласно ОКВЭД ОК 029-2014) и «Деятельность зрелищно-развлекательная прочая» (93.29 ОКВЭД ОК 029-2014).

25 февраля 2021 года ИП ФИО1 из источников сети Интернет ( сайт «https://orenburg.icity.life/afisha/concert/2210-legendy-via-70-80-h-my-iz-sssr») стало известно, что в ДК «Россия» 4 марта 2021 года планируется проведение концерта под названием «Легенды ВИА 70-80-х. Мы из СССР» с использованием в рекламе предстоящего зрелищно-развлекательного мероприятия обозначения «Лейся песня», сходного до степени смешения с товарным знаком истца.

На рекламном плакате концерта в целях усиления потребительского спроса и привлечения внимания потребителей на предлагаемое концертное мероприятие его организаторы среди иных названий музыкальных групп незаконно использовали обозначение «Лейся песня», которое является сходным до степени смешения с товарным знаком истца.

 Поскольку правообладатель разрешения на использование товарного знака «Лейся песня» организаторам концерта в рассматриваемом случае не давал, он обратился 25 февраля 2021 года с заявлением о нарушении его прав на товарный знак в УМВД по Оренбургской области, откуда заявление для проверки и принятия решения 26.02.21г. передано в Межмуниципальное управление МВД РФ «Оренбургское».

Должностными лицами ОиАЗ МУ МВД России «Оренбургское»установлено, что ИП ФИО2 использовал товарный знак «Лейся песня» в рекламе-афише «Легенды ВИА 70-80х. Мы из СССР», правообладателем которого является ИП ФИО1, что зафиксировано в акте осмотра с приложением фотоматериалов.

ОиАЗ МУ МВД России «Оренбургское» было возбуждено производство по делу об административном правонарушении, в отношении индивидуального предпринимателя ФИО2 08.11.2021 составлен протокол об административном правонарушении 56 АА 907251, который  направлен в суд.

Арбитражным судом Оренбургской области 25 февраля 2022 года вынесено решение по делу № А47-14357/2021.

Указанным решением АС Оренбургской области индивидуальный предприниматель ФИО2 был признан виновным в совершении административного правонарушения и привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 14.10 КоАП РФ с назначением ему административного наказания в виде административного штрафа в размере 10 000 руб.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 16.05.2022 решение отменено по основаниям истечения сроков давности привлечения к административной ответственности.

ИП ФИО1 право использования товарного знака «Лейся песня» ИП ФИО2 не передавал, договоры на использование товарного знака с ним не заключались.

По мнению истца вина ответчика ИП ФИО2 является установленной, что нашло отражение в судебных актах Арбитражного суда Оренбургской области и Восемнадцатого апелляционного арбитражного суда. 

Также истец предъявляет требования к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Оренбургский государственный университет» на основании того, что между ответчиком 1 и ответчиком 2 был заключен договор на организацию и проведение мероприятия в структурном подразделении ответчика - ДК «Россия», из которого усматривается, что 4 марта 2021 года ФГБОУ совместно с индивидуальным предпринимателем ФИО2 в структурном подразделении университета - ДК «Россия» организовали и провели зрелищно-развлекательное мероприятие – концерт музыкального коллектива под названием «Легенды ВИА 70-80-х. Мы из СССР». 

Предметом договора согласно п. 1.1 являлось обязательство Исполнителя (университета) по заданию заказчика ( ИП ФИО2) провести СОВМЕСТНОЕ МЕРОПРИЯТИЕ 4 марта 2021 года в 19-00 с участием творческих коллективов студенческого центра ДК «Россия». 

При этом, в рамках настоящего договора Исполнитель (ФГБОУ) принимал на себя обязательства разработки программы выступления коллектива (п.2.1.2), обеспечения его выступления и исполнения программы (п.2.1.3), наделялся правом привлекать третьих лиц для исполнения своих обязательств (п.2.3) и производить замену в составе исполнителей (п.2.3.3). 

Стоимость услуг по организации совместного зрелищно-развлекательного мероприятия под названием «Легенды ВИА 70-80-х. Мы из СССР» по договору составила 50 000 рублей.

4 марта 2021 года проведено зрелищно-развлекательное мероприятие с использованием товарного знака «Лейся песня» без разрешения правообладателя, в результате реализации которого извлечена выручка от реализации билетов на данное концертное мероприятие.

Истец обосновывает расчет исковых требований следующим образом.

Ответчик ФГБОУ извлек коммерческую выгоду (доход) от проведенного мероприятия в размере 50 тысяч рублей, что подтверждается соответствующим пунктом договора с ИП ФИО2 

 Ответчик ИП ФИО2 извлек коммерческую выгоду (доход) от проведенного мероприятия в виде полученного сбора от реализации билетов, стоимость которых установлена в размере 1000 – 2000 рублей. Предполагаемый сбор (коммерческий доход ИП ФИО2) от реализации билетов составляет 1500 рублей ( средняя стоимость билета) х 348 мест = 522 000 рублей. Поскольку в размещенной рекламе отражено 6 обозначений (названий вокально-инструментальных ансамблей), то есть, помимо обозначения «Лейся песня» представлены обозначения иных пяти коллективов, следовательно, на каждое обозначение с учетом потребительского спроса предполагается 1/6 часть сбора 522 000 : 6 = 87 000 рублей. Соответственно от выручки ФГБОУ в размере суммы вознаграждения за совместную организацию концерта в размере 50 000 рублей на каждое использованное обозначение предполагается 1/6 часть – 50 000 : 6 = 8 333 рубля. 

С учетом представленного расчета истец просил взыскать с   ИП ФИО2 денежную компенсацию в размере 80 000 рублей, с ФГБОУ – 10 000 рублей.

В адрес ФГБОУ 19 февраля 2024 года (РПО 11741891514318) в целях разрешения спорного вопроса в досудебном порядке была направлена претензия с предложением заключения соглашения о порядке и условиях разрешения спора с выплатой правообладателю в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ компенсации. 

В адрес ИП ФИО2 19 февраля 2024г. (РПО 11741891514325) в целях разрешения спорного вопроса в досудебном порядке направлена претензия с предложением заключения соглашения о порядке и условиях разрешения спора с выплатой правообладателю в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ компенсации. Почтовое отправление в почтовое отделение по месту нахождения Ответчика № 432071 поступило 28.02.24г. и в связи с неудачной попыткой вручения адресату оставлено на хранение в почтовом отделении до 29 марта 2024 года включительно (ПРИЛОЖЕНИЕ №8- квитанция Почта России об отправке претензии в адрес ИП ФИО2 и распечатка РПО Почты России).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Согласно пункту 14 части 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания. 

В силу пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. 

В соответствии со статьей 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. 

Согласно статье 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации

В силу части 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. 

В соответствии с частью 2 данной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

На товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков на основании положений статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации выдается свидетельство на товарный знак. 

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Способы использования товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара, в силу статей 1484 и 1519 Гражданского кодекса Российской Федерации, не ограничиваются лишь размещением перечисленных средств индивидуализации. Правообладателю принадлежит исключительное право использования товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара любым не противоречащим закону способом.

Из материалов дела следует, что товарный знак «Лейся песня» зарегистрирован в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания по свидетельству 10.05.2001 № 201901, № 269364 от 29.05.2004, № 392899 от 02.11.2009, № 454481 от 20.02.2012 (графический товарный знак) в отношении услуг 41 класса МКТУ, правообладателем товарного знака «Лейся песня» является ИП ФИО1 

По общему правилу специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, что разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации».

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения. 

Пунктом 43 Правил установлено, что сходство изобразительных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Исходя из приведенных норм права, а также положений ч. 1 ст. 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарные знаки, на произведения дизайна (рисунки) входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком. 

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. 

При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор. 

Под незаконным использованием понимается использование без разрешения правообладателя в гражданском обороте на территории Российской Федерации объекта авторского права и сходного с ним до степени смешения обозначения на товарах. 

Ответчик 2 сумму компенсации считал завышенной, на момент проведения концерта действовали ковидные ограничения- рассадка через одного, кроме того, сборы за проданные билеты не являются доходом ответчика. Это валовые денежные средства, из которых организатор несет множество расходов.  Просил снизить размер компенсации до стоимости права использования товарного знака, поделенной на 6  (31 000/6= 5 166 руб. 70 коп.), просил применить срок исковой давности.

Как установлено административным органом, 03.03.2021 в помещении ДК «Россия» по адресу 

<

...>, ИП ФИО2 использовал чужой товарный знак «Лейся песня» в рекламе-афише концерта «Легенды ВИА 70- 80х. Мы из СССР», правообладателем которого является ИП ФИО1 

Противопоставляемое словесное обозначение, указанное на рекламе-афише концерта и товарный знак ИП ФИО1 содержат визуальное и графическое сходства и одинаковое смысловое значение. 

Факт нарушения ИП ФИО2 исключительных прав истца на товарный знак «ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ» подтвержден вступившим в силу судебным актом Постановлением Восемнадцатого арбитражного суда от  16.05.2022 по делу №А47-14357/2021, которым в частности установлены следующие обстоятельства.

03.03.2021 инспектором ОиАЗ ОООПИАЗ МУ МВД России «Оренбургское» лейтенантом полиции ФИО5 составлен протокол осмотра помещений, территорий, из которого следует, что объектом осмотра является рекламный стенд, расположенный в холле «ДК «Россия» по адресу 

<

...>.

Из представленный рекламы-афиши концерта усматривается, что словесное обозначение «ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ», сходное до степени смешения с товарным знаком № 392899, крупным, контрастным шрифтом выделено на афише, в то время как более мелким шрифтом перечислены имена участников концерта. При этом все внимание потенциальных потребителей направлено именно на наименование ВИА, указанных на афише, в том числе, «ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ», что свидетельствует о том, что для потребителя при приобретении билетов на концерт имеет значение именно наличие на афише указания наименования ансамбля «ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ», а не отдельного лица. Таким образом, ИП ФИО2, являясь организатором концерта «Легенды ВИА 70-80х. Мы из СССР», 03.03.2021 в помещении ДК «Россия» по адресу 

<

...>, незаконно использовал сходное до степени смешения обозначение «ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ» с товарным знаком № 392899, правообладателем которого является ИП ФИО1, для рекламы концерта, то есть осуществлял однородный вид деятельности, в отношении которого, зарегистрирован ИП ФИО1 товарный знак № 392899 (41 класс МКТУ - развлечения (шоу); услуги эстрадных артистов; услуги ансамблей; организация концертов.).

В материалы дела представлен ответ от 23.09.2024 ООО «Городские зрелищные кассы», согласно которому сообщается, что при публикации рекламного сообщения о мероприятии 04.03.2021 было указано, что организатором концерта выступает ИП ФИО2, с указанием его ИНН, ОГРНИП, и юридического адреса. 

Таким образом факт принадлежности истцу права на товарный знак № 392899«ЛЕЙСЯ ПЕСНЯ», а также факт его нарушения ответчиком 1 подтверждены материалами дела.

Ответчик 2 против иска возражал, просил применить срок исковой давности, считал, что срок следует исчислять с 25.02.2021(с момента обращения истца в УМВД по Оренбургской области). 

Рассмотрев ходатайство о пропуска срока исковой давности суд отказывает в его удовлетворении на основании следующего. 

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из разъяснений, изложенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске в порядке абзаца второго пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В этом случае принудительная (судебная) защита прав независимо от того, имело ли место в действительности такое нарушение, невозможна, в связи с чем, исследование иных обстоятельств дела не может повлиять на характер вынесенных судебных решений (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.06.2007 N 452-0-0).

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком но иску о защите этого права.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ч. 2 ст. 199 ГК РФ).

Суд  соглашается с позицией истца и полагает верным  исчислять срок исковой давности с 23.12.2021, с момента вынесения определения Арбитражного суда Оренбургской области по делу №А47-14357/2021 о привлечении ИП ФИО1 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. Именно с 23.12.2021 ИП ФИО1  узнал о том, что в качестве организатора концертного выступления выступал ИП ФИО2, то есть, кто является надлежащим ответчиком но иску о защите этого права.

Соответственно, срок истекает  23.12.2024, исковое заявление подано  29.03.2024, то есть без пропуска срока исковой давности.

Суд приходит к выводу, что Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Оренбургский государственный университет» является ненадлежащим ответчиком по делу, правовых оснований для удовлетворения требований истца о компенсации за нарушение исключительных прав не имеется. 

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Оренбургский государственный университет» согласно пункту 1.1. устава является образовательной организацией высшего образования, осуществляющей в качестве основной цели ее деятельности образовательную деятельность по образовательным программам высшего образования и научную деятельность, созданной для осуществления образовательных, научных, социальных и иных функций некоммерческого характера.

ФГБОУ ВО «ОГУ» заключил с индивидуальным предпринимателем ФИО2 договор об оказании услуг от 17.02.2021№9.

Согласно предмету данного договора университет принял на себя обязательство провести с заказчиком (ИП ФИО2) совместное мероприятие с участием творческих коллективов СЦ Дворец культуры «Россия».

Так, согласно п. 2.1.1 исполнитель обязан  разработать программу выступления творческого коллектива. П. 2.1.3 обеспечить выступление творческого коллектива исполнителя и исполнение программы, п.2.1.10 Договора университет обязался обеспечить выступление творческого коллектива и исполнение программы, а также обеспечить работу технических, хозяйственных, административных и иных служб и персонала, необходимых для качественного проведения выступления.

В договоре нет упоминания о том, что университет обязуется пригласить легендарных артистов популярных ансамблей «Ариэль», «ЛЕЙСЯПЕСНЯ», «Карнавал», «Красные маки» и прочие (коротко «Легенды ВИА 70-80-x артисты ВИА»). Университет артистов данных ансамблей не приглашал, договоры с ними не заключал. 

Из договора невозможно установить связь ФГБОУ высшего образования «Оренбургский государственный университет»  с афишей мероприятия, расположенной на рекламном стенде, расположенном в холле «ДК «Россия» по адресу 

<

...>.Сотрудниками ОиАЗ ОООПИАЗ МУ МВД России «Оренбургское»  зафиксировано нарушение  исключительных прав ФИО2, но не ФГБОУ ВО «ОГУ».

Таким образом, суд считает, что Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Оренбургский государственный университет» является ненадлежащим ответчиком по делу, в удовлетворении исковых требований к нему суд отказывает.

Доказательств отсутствия вины в нарушении исключительных прав истца (п. 2, п. 3 ст. 401, п. 3 части 1, пункт 3 ст. 1252 ГК РФ) ответчик 2 не предоставил в нарушении ст. 65 АПК РФ. 

В соответствии с пунктом 3 ст. 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом, при нарушении исключительного права на товарный знак правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом, правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Согласно ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на товарный знак правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от 10 000 до 5 000 000 рублей. 

При определении размера компенсации суд, учитывает характер допущенного правонарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, обстоятельства нарушения и поведение нарушителя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

Установленный по делу факт нарушения исключительных прав истца на использование товарных знаков, в том числе, вступившими в законную силу судебными актами, является обстоятельством, влекущим в силу статей 1252, 1301, 1253.1 ГК РФ ответственность в виде взыскания денежной компенсации, окончательная сумма которой определяется судом. 

Как следует из искового заявления, истец определил размер компенсации на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, а именно, в размере 80 000 руб.  к ответчику 2.

Согласно пункту 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Как следует из положений Постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» Конституционным Судом Российской Федерации сформулированы следующие правовые позиции о том, что взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации). 

Отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно (с учетом обстоятельств конкретного дела) несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду. 

В силу положений части 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация за нарушение исключительного права будучи мерой гражданско-правовой ответственности имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер. Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. 

Штрафной ее характер, наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя, должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя

При таких обстоятельствах, заявленный истцом размер компенсации 80 000 руб. за один факт нарушения исключительных прав на товарный знак, не отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации, учитывая иные установленные по делу обстоятельства (отсутствие доказательств причинения значительного ущерба интересам правообладателя -рассадка в зале через одного, ковидные ограничения, отсутствие сведений о грубом характере допущенного нарушения) в отсутствие доказательств истца об обратном, носит избыточный характер.

Учитывая изложенные обстоятельства, принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, ходатайство ответчика о снижении суммы компенсации суд приходит к выводу о взыскании с ответчика 2 компенсации в размере 40 000 рублей. Указанную сниженную в 2 раза сумму суд полагает разумной и не обладающей признакам чрезмерности. 

Поскольку судом исковые требования удовлетворены частично, суд взыскивает госпошлину пропорционально удовлетворенным требованиям. 

С ответчика 2 в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 1600 руб. (40000*3200/80000).

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 40 000 руб. компенсации, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 1600 руб. 00 коп.

 В удовлетворении остальной части требований отказать.

 В удовлетворении исковых требований к федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Оренбургский государственный университет» отказать.

Решение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд (город Челябинск) в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области. 

 

Судья                                                          Е.В. Евдокимова