Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-1189/2020

18 марта 2024 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 марта 2024 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Николиной О.А.,

судей: Бронниковой И.А., Загвоздина В.Д.,

при участии в судебном заседании:

ФИО1 (паспорт) и ее представителей ФИО2 (по доверенности от 03.11.2022), ФИО3 (по доверенности от 24.07.2023),

ФИО4 (паспорт),

представителя финансового управляющего имуществом ФИО4 Бебеля А.В. - ФИО5 (по доверенности от 05.12.2022),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 14 августа 2023 года по делу № А19-1189/2020, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от  08 ноября 2023 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (далее - ФИО4, должник) финансовый управляющий имуществом должника ФИО6 22.03.2022 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании недействительным заключенного ФИО4 с ФИО1 (далее - ФИО1) брачного договора от 31.07.2017, применении последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить имущество в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 15.11.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Отдел опеки и попечительства граждан по Иркутскому району.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 14 августа 2023 года, оставленным без изменения постановлением Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 08 ноября 2023 года, признан недействительной сделкой брачный договор от 31.07.2017, заключенный между ФИО4 и ФИО1, применены последствия недействительности сделки - восстановлен режим совместной собственности на указанное в соглашении имущество.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на недоказанность осведомленности ответчика о наличии у должника на дату совершения сделки признаков неплатежеспособности и причинения вреда кредиторам должника в результате заключения брачного договора; выводы судов двух инстанций о фиктивности брачного договора основаны исключительно на пояснениях должника, который в ходе судебного разбирательства менял свою процессуальную позицию; выводы судов о неравноценном распределении имущества сделаны в отсутствие заключения эксперта о стоимости такого имущества.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий имуществом должника Бебель А.В. по доводам жалобы приводит возражения, полагает судебные акты законными и обоснованными.

В судебном заседании заявитель жалобы и ее представители доводы жалобы поддержали; должник и финансовый управляющий имуществом должника по доводам жалобы возражали.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 31.07.2017 между ФИО4 и ФИО1 заключен брачный договор № 38 АА 2330859, удостоверенный нотариусом ФИО7, по условиям которого с момента подписания брачного договора, супруги прекращают режим совместной собственности и устанавливают режим раздельной собственности на имущество, приобретенное супругой во время брака, которое будет являться исключительно собственностью ФИО1, состоящее из: жилого дома, площадью 132,3 кв. м., расположенного по адресу: Иркутская область, Иркутский район, п. Падь Мельничная, ул. Трактовая, 1-а, дом 1-53, кадастровый номер 38:06: 150301:1144., супруги оценивают жилой дом в сумме 1 530 976 рублей 92 копейки; земельного участка, расположенного по адресу: Иркутская область, Иркутский район, п. Падь Мельничная, ул. Трактовая, 1-а, уя. 1-53, 38:06:150301:384 (1 902 761 рублей 63 копейки); нежилых помещений, площадью 100,1 кв.м., 83,3 кв. м., 35,9 кв. м, 74,1 кв. м, 77,2 кв. м., кадастровые номера 38:36:000022:31634, 38:36:000022:32297, 38:36:000022:42085, 38.36:000022:10616, 38:36:000022:30877, расположенных по адресу: Иркутская область, 

<

...>, стоимостью 4 375 087 рублей 72 копейки, 3 677 342 рублей 64 копейки, 1 592 668 рублей 68 копеек, 3 289 137 рублей 46 копеек, 3 420 431 рубль 69 копеек соответственно;  доли в уставном капитале ООО «Эволюция» (ИНН 

<

***>) в размере 100%, номинальной стоимостью 10 000 рублей (пункт 2.1.).

Согласно пункту 2.2 брачного договора с момента подписания брачного договора, супруги прекращают режим совместной собственности и устанавливают режим раздельной собственности на имущество, приобретенное во время брака, которое будет являться исключительно собственностью ФИО4, состоящее из доли в уставном капитале ООО «Спецавтотранс» в размере 1/2 доли номинальной стоимостью 5 000 рублей.

Согласно п. 2.3 брачного договора супруги по обоюдному согласию прекращают режим совместной собственности и устанавливают режим раздельной собственности на любое иное имущество (движимое и недвижимое), не указанное в п. 2.1, 2.2 брачного договора, приобретенное супругами в период брака, как до заключения брачного договора, так и после заключения брачного договора, оформляемое и зарегистрированное на имя одного из супругов.

По условиям брачного договора стоимость переданного ФИО1 имущества составила 19 798 402 рублей, указанное имущество приобретено ФИО4 и ФИО1 в период брака.

Решением мирового судьи судебного участка № 17 Свердловского района г. Иркутска от 18 сентября 2017 брак, зарегистрированный между ФИО4 и ФИО1, расторгнут.

Определением Арбитражного суда Иркутской обалсти от 16.04.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО4; определением от 09.02.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов; решением от 14.07.2021 ФИО4 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина.

Полагая, что брачный договор заключен между заинтересованными лицами в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением, указав в качестве правового основания для признания сделки недействительной пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статью 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, с которым согласился и суд апелляционной инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходили из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по указанным основаниям.

Суд округа приходит к следующим выводам.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление № 48), финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации; далее - СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 7 Постановления № 48, в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 СК РФ).

Разъяснения, приведенные в пункте 9 Постановления № 48, подлежат применению и при изменении законного режима имущества супругов брачным договором.

Установив, что оспариваемый договор заключен в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды пришли к обоснованному выводу о том, что он может быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пунктами 5 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Верховный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал правовую позицию, в соответствии с которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации оспариваемой сделки должника в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Указанная правовая позиция подлежит применению и при рассмотрении споров о признании сделки недействительной по общим основаниям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовому подходу, отраженному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 304-ЭС17-9818 (1,2), определяя момент возникновения неплатежеспособности должника, необходимо установить, когда должник, действуя разумно и добросовестно, должен был, исходя из принятых на себя обязательств и финансового состояния заемщика, осознать вероятность наступления неплатежеспособности.

В рассматриваемом случае судами установлено, что  на момент совершения сделки у ФИО4 имелась кредиторская задолженность по оплате обязательных платежей перед бюджетом Российской Федерации в размере 329 369 рублей 63 копейки, взысканная судебными приказами судебного участка № 4 Октябрьского района г. Иркутска от 06.06.2016 № 2а-439/2016, от 16.06.2017 № 2а-785/2017.

Кроме того, суды обоснованно учли, что приговором Кировского районного суда г. Иркутска от 01.02.2019 по уголовному делу № 1-9/2019 с ФИО4 в доход федерального бюджета в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскана сумма причиненного ущерба в размере 23 552 917 рублей. Указанным приговором суда установлен факт уклонения ФИО4, как руководителем ООО ПКФ «Крепость», от уплаты налогов в особо крупном размере. Уголовное дело в отношении ФИО4 за уклонение от уплаты налогов в общем размере более 23 млн. руб. возбуждено по результатам налоговой проверки за период 2013 - 2015 годы, то есть до заключения брачного договора и расторжения брака.

Проанализировав имеющиеся доказательства, суды заключили, что ФИО4 должен был осознавать неизбежность предъявления к нему как к руководителю ООО ПКФ «Крепость» в рамках уголовного дела требований о возмещении ущерба причиненного бюджету вследствие неуплаты обязательных платежей за период 2013-2015 годы и, последующего, возбуждения дела о его банкротстве.

На момент заключения брачного договора ФИО1 являлась супругой ФИО4 и, соответственно, в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве - заинтересованным по отношению к должнику лицом, поэтому не могла не знать об имеющихся обязательствах супруга и о цели причинения вреда правам и законным интересам ее кредиторов. Осведомленность ФИО1 об указанной цели является доказанной, исходя из презумпции, содержащейся в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 7 постановления N 63), согласно которой предполагается, что другая сторона знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

Заключением брачного договора супруги изменили правовой режим общей совместной собственности и определили ликвидное имущество (недвижимое имущество, включая нежилые помещения, а также долю в уставном капитале общества) в качестве личной собственности ФИО1 Следовательно, в результате совершения указанной сделки должник лишился имущества, за счет реализации которого возможно удовлетворение требований кредиторов, что, как верно указали суды, свидетельствует о причинении вреда имущественным интересам кредиторов должника. При этом суды учли, что стоимость переданного ФИО1 имущества по условиям брачного договора 19 798 402 рубля, что составляет 20 процентов от балансовой стоимости активов, принадлежащих должнику через его участие в уставных капиталах юридических лиц (ООО «Остор», ООО «Бастион», ООО ПКФ «Крепость», ООО «Спецавтотранс»).

С учетом изложенного суды пришли к выводу о том, что посредством совершения оспоренной сделки преследовалась цель вывода активов из собственности ФИО4 во избежание обращения на них взыскания по обязательствам перед уполномоченным органом. В результате заключения брачного договора в конкурсную массу должника не поступили ликвидные объекты недвижимости и доля в уставном капитале общества, составляющие его долю в общем имуществе супругов, за счет которого могла быть погашена задолженность перед кредиторами, что свидетельствует о нарушении их интересов условиями сделки.

Действия супругов по заключению брачного договора справедливо расценены судами как совершенные с целью причинения вреда кредиторам должника. Наряду с иными установленными обстоятельствами суды учли на основе представленных в материалы дела доказательств (нотариально удостоверенный протокол от 03.07.2023 осмотра доказательств - телефона ФИО4 с перепиской в мессенджере «WhatsApp» с номером ФИО1), что после расторжения брака супруги продолжали проживать совместно, продолжали решать вопросы по ведению совместного ходатайства и решению бытовых вопросов; с требованием о взыскании алиментов ФИО1 обратилась в суд в конце 2020 года, заявление о возбуждении исполнительного производства на основании судебного приказа подано ФИО1 в службу судебных приставов 19.10.2022, то есть спустя более пяти лет после заключения брачного договора и расторжения брака.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводом судов о том, что в обособленном споре финансовым управляющим должника представлены доказательства наличия совокупности всех обстоятельств, на которые указано в разъяснениях, изложенных в пунктах 5, 6 Постановления № 63. Указанные доводы должником и ответчиком не опровергнуты.

В этой связи суды сочли доказанным наличие оснований для признания брачного договора недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как заключенного между заинтересованными лицами при наличии у должника признаков неплатежеспособности с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Заявитель кассационной жалобы на конкретные доказательства того, что брачным договором осуществлен равноценный раздел, не ссылается. Вместе с тем, исходя из материалов дела, факт уменьшения конкурсной массы должника в результате заключения такого договора и отчуждение имущества в адрес заинтересованного лица очевиден, подтвержден надлежащими доказательствами и сторонами не опровергнут; добросовестная цель подписания брачного договора не раскрыта, а учитывая, что раздел общего имущества супругов являлся неравномерным и должник лишился того, на что вправе был рассчитывать при разделе имущества и определении долей в общем имуществе супругов при расторжении брака - цель причинения вреда имущественным правам кредиторов является очевидной ввиду прямого отчуждения имущества в отсутствие равноценного встречного предоставления.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 14 августа 2023 года по делу № А19-1189/2020, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от  08 ноября 2023 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

О.А. Николина

И.А. Бронникова

В.Д. Загвоздин