﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-61426/2020

Дело № А57-6120/2019

г. Казань

23 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июня 2020 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Герасимовой Е.П., Ивановой А.Г.,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» – Воронцова А.В., доверенность от 25.05.2019,

публичного акционерного общества «Балтийский Инвестиционный Банк» – Шейкина О.И., доверенность от 02.08.2019,

общества с ограниченной ответственностью «Капитал Факторинг» – Шейкина О.И., доверенность от 26.07.2019,

общества с ограниченной ответственностью «СИНГЕНТА» – Гаврикова Е.А., доверенность от 12.03.2020,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро»  

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020

по делу № А57-6120/2019

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества с «Аткарский маслоэкстракционный завод» (ИНН 6438905974, ОГРН 1036403802830),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Саратовской области 18.03.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» (далее – ООО «ГК «Русагро») о признании Акционерного общества «Аткарский МЭЗ» (далее – АО «Аткарский МЭЗ», должник) несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, включении требования в размере 608 052 000,00 руб. в том числе 600 000 000 руб. основного долга по кредиту и 8 052 000,00 руб. процентов за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018 в третью очередь реестра требований кредиторов, утверждении конкурсным управляющим должника Захарова Алексея Игоревича, члена Союза арбитражных управляющих «Возрождение». 

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 19 августа 2019 года АО «Аткарский МЭЗ» признано несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство. Требования ООО «ГК «Русагро» в сумме 608 052 000 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с указанным решением суда в части включения требований ООО «ГК «Русагро» в реестр требований кредиторов АО «Аткарский МЭЗ», кредиторы, чьи требования приняты к рассмотрению - ПАО «Балтийский инвестиционный банк» и общество с ограниченной ответственностью «Сингента» (далее ООО «Сингента») обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционными жалобами, в которых просили решение суда первой инстанции в части признания обоснованным и включения в третью очередь реестра требований кредиторов должника требований ООО «Группа компаний «Русагро» в размере 608 052 000 руб. отменить и отказать в удовлетворении заявления ООО «Группа компаний «Русагро».

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 решение суда первой инстанции от 19.08.2019 отменено в части включения в реестр требований кредиторов акционерного общества «Аткарский МЭЗ» требований общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» в размере 608 052 000 рублей, в том числе 600 000 000 рублей задолженности по кредиту и 8 052 000 рублей процентов за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018. 

В указанной части принят новый судебный акт, которым отказано в удовлетворении заявления ООО «Группа Компаний «Русагро» о включении в реестр требований кредиторов АО «Аткарский МЭЗ» требований в размере 608 052 000 рублей, в том числе 600 000 000 рублей задолженности по кредиту и 8 052 000 рублей процентов за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018. 

В остальной части решение Арбитражного суда Саратовской области от 19.08.2019 по делу № А57-6120/2019 оставлено без изменения.

ООО «Группа Компаний «Русагро» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 в части принятия нового судебного акта отменить, решение Арбитражного суда Саратовской области от 19.08.2019 оставить без изменения.

По мнению заявителя жалобы: 1) выводы суда апелляционной инстанции не соответствуют правовым позициям, определенным Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, поскольку со стороны заявителя отсутствует предоставление компенсационного финансирования; 2) выводы суда апелляционной инстанции о фактической и юридической аффилированности ООО «Группа Компаний «Русагро» и должника не соответствуют обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам; 3) вывод суда апелляционной инстанции об искусственном создании просроченного обязательства по договору от 10.08.2017 № 175200/0232 сделан без учета финансового состояния должника, которое судом не исследовалось; 4) факт обращения ООО «Группа Компаний «Русагро» в суд с заявлениями о признании несостоятельными (банкротами) в отношении иных хозяйственных обществ, входящих в группу компаний «Солнечные продукты», подтверждает добросовестность поведения ООО «Группа Компаний «Русагро», которое не предоставляло компенсационное финансирование путем отказа от реализации права на досрочное истребование займа или значительного продления срока его возврата; 5) вывод суда апелляционной инстанции о том, что действия ООО «Группа Компаний «Русагро» по ликвидации должника направлены на обеспечение контролируемого банкротства по упрощенной процедуре сделаны без учета того, что ООО «Группа Компаний «Русагро» является мажоритарным кредитором, поскольку общая сумма его требований к должнику составляет 94,81% от суммы всех требований кредиторов должника; 6) вывод суда апелляционной инстанции о намерении ООО «Группа Компаний «Русагро» добиться скорейшей продажи активов должника и тем самым нарушить права и законные интересы независимых кредиторов, сделан произвольно и не подтвержден убедительными доказательствами; 7) судом апелляционной инстанции не дана оценка  тому, что заявители апелляционных жалоб (ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» и ООО «Сингента»), возражая против включения требований ООО «Группа Компаний «Русагро», не оспаривали как решение суда в части признания должника банкротом и открытия процедуры банкротства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, так и решение о ликвидации должника; 8) вывод суда апелляционной инстанции о том, что заключение ООО «Группа Компаний «Русагро» с АО «Россельхозбанк» договора об уступке права требования совершено с целью причинения вреда независимым кредиторам путем обеспечения себе контроля на процедурой использования имущества до его реализации, контроля над процедурой продажи имущества, поступления от 80% до 95% выручки от реализации предмета залога, возможности направления извлекаемого в процессе использования имущества должника дохода на исполнение обязательств ООО «Группа Компаний «Русагро» перед АО «Россельхозбанк», сохранения интересующих (ликвидных, встроенных в планируемые бизнес-процессы) производственных активов ГК «Солнечные продукты» и их легальный перевод в собственность компаний ГК «Русагро» через приобретение на торгах или оставление за собой на правах залогового кредитора, сделан произвольно и не основан на имеющихся в деле доказательствах; 9) суд апелляционной инстанции не дал оценки доводам ООО «Группа Компаний «Русагро» о том, что задолженность перед АО «Россельхозбанк» и иными кредиторами образовалась у ГК «Солнечные продукты» и непосредственно должника не в результате действий ООО «Группа Компаний «Русагро», которое не принимало участия в перераспределении денежных средств, полученных заемщиками от АО «Россельхозбанк»; не дана оценка доводам о том, что ООО «Группа Компаний «Русагро» не производило изъятие активов (запасов) должника и компаний ГК «Солнечные продукты»; 10) суд апелляционной инстанции не указал, каким образом ООО «Группа Компаний «Русагро» могло установить финансовое состояние должника на момент приобретения права требования у АО «Россельхозбанк», кроме как из бухгалтерских балансов и иной информации, содержащейся в открытых источниках.

Доводов о несогласии с обжалуемым постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда в части оставления без изменения решения суда первой инстанции о признании должника несостоятельным (банкротом) в жалобе не содержится. В силу части 1 статьи 286 АПК РФ законность обжалованного судебного акта проверяется судом округа в указанной части.

В судебном заседании представитель ООО «Группа Компаний «Русагро» поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на её удовлетворении.

Присутствующие в судебном заседании представители ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк», ООО «Сингента», ООО «Капитал Факторинг» возражали против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в мотивированном отзыве, просили оставить обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационная жалоба заявителя рассматривается в отсутствие иных участвующих в обособленном споре лиц, извещенных о времени и месте проведения судебного заседания.

В судебном заседании представителем ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» заявлено ходатайство об отложении судебного заседания со ссылкой на то, что судом кассационной инстанции не рассмотрена кассационная жалоба по делу № А57-5716/2019 по обособленному спору о включении ООО «ГК «Русагро» в реестр кредиторов ООО «ТД «Солнечные продукты».

Представитель заявителя кассационной жалобы (ООО «ГК «Русагро») возражал против удовлетворения ходатайства, представители ООО «Сингента», ООО «Капитал Факторинг» поддержали заявленное ходатайство об отложении судебного заседания.

Суд кассационной инстанции отклонил ходатайство об отложении рассмотрении жалобы, поскольку не усмотрел оснований, предусмотренных в статье 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 подлежит отмене с оставлением в силе решения суда первой инстанции от 19.08.2019, по следующим основаниям.

Судами установлено и следует из материалов дела, что 10.08.2017 между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - Банк) и ООО «Торговый дом «Солнечные продукты» (далее - Заемщик) был заключен договор № 175200/0232 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности на следующих условиях: 

- лимит единовременной задолженности - 600 000 000,00 рублей (далее - кредит); 

- процентная ставка (плата за пользование кредитом) - 8,03% годовых (в редакции дополнительного соглашения № 7 от 27.04.2018 к договору); 

- окончательный срок возврата кредита - 27 декабря 2027 года (в редакции дополнительного соглашения № 7 от 27.04.2018 к договору); 

- порядок уплаты начисленных процентов - не позднее последнего рабочего дня календарного месяца, в котором оканчивается процентный период, за который уплачиваются проценты, а за последний процентный период - в дату окончания начисления процентов. 

10 августа 2017 года между Россельхозбанком и АО «Аткарский МЭЗ» был заключен Договор № 175200/0232-8/1 поручительства юридического лица, по условиям которого АО «Аткарский МЭЗ» и основной заемщик по кредитному договору отвечают перед банком солидарно.

31 октября 2018 года между Банком и Должником было заключено Дополнительное соглашение № 175200/0232DS9 к Договору, по условиям которого Стороны пришли к соглашению о том, что проценты за пользование Кредитом, начисленные и не уплаченные за период с 01 октября 2018 года по 31 октября 2018 года в сумме 4 092 000,00 рублей уплачиваются не позднее 30 ноября 2018 года. 

29 ноября 2018 года между Банком и ООО «Группа Компаний «Русагро» (Заявитель, Кредитор) был заключен договор № 18/52/7 уступки прав (требований) (договора уступки), по условиям которого права (требования) по Договору в дату заключения договора уступки перешли в полном объеме к Заявителю, в том числе и права (требования) по договору поручительства. 

07 декабря 2018 года Кредитором должнику было вручено требование о досрочном возврате суммы Кредита. 

По указанному Договору у должника образовалась задолженность перед Кредитором не исполненная более трех месяцев в размере 608 052 000 рублей, состоящая из 600 000 000 рублей - кредита и 8 052 000 рублей - процентов за пользование кредитом за период с 01 октября 2018 года по 30 ноября 2018 года, срок исполнения которой наступил в части кредита 10 декабря 2018 года, а в части процентов за пользование кредитом 30 ноября 2018 года.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «ГК «Русагро» с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника.

Признавая АО «Аткарский МЭЗ» несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры банкротства и включая требования ООО «ГК «Русагро» в реестр, суд первой инстанции исходил из: 1) нахождения должника в процедуре добровольной ликвидации; 2) наличия общих признаков банкротства (свыше 300 000 руб. задолженности и 3-х месяцев просрочки), учитываемых при инициировании процедуры банкротства ликвидируемого должника конкурсным кредитором; 3) соответствия требований ООО «ГК «Русагро» требованиям, учитываемым для определения наличия признаков банкротства (пункт 2 статьи 4 Закона о банкротстве).

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные заявителем по делу доказательства: договор № 175200/0232 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности от 10.08.2017; дополнительное соглашение № 7 от 27.04.2018 к договору № 175200/0232 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности от 10.08.2017; договор № 175200/0232-8/1 поручительства юридического лица от 10.08.2017; дополнительное соглашение № 175200/0232DS9 от 31.10.2018 к договору № 175200/0232 об открытии кредитной линии с лимитом задолженности от 10.08.2017; договор № 18/52/7 уступки прав (требований) от 29.11.2018; требование о досрочном возврате суммы кредита от 07.12.2018; а также проверив расчет задолженности, суд первой инстанции признал обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра кредиторов должника требования ООО «Группа Компаний «Русагро» в сумме основного долга 608 052 000 рублей, в том числе 600 000 000 рублей – задолженность по кредиту, 8 052 000 рублей – проценты за пользование кредитом за период с 01.10.2018 по 30.11.2018.

Отменяя решение суда первой инстанции от 19.08.2019 в части признания обоснованными требований ООО «Группа Компаний «Русагро» в заявленном размере и отказывая во включении этих требований в реестр кредиторов, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд исходил из следующих обстоятельств.

Как установлено судом апелляционной инстанции, АО «Аткарский МЭЗ» входит в состав холдинга «Солнечные продукты». 

Согласно сайту http://www.solpro.ru/, в состав холдинга «Солнечные продукты» входят: ООО «Волжский терминал», ИНН: 6453097136; АО «Жировой комбинат», ИНН: 6453110490; АО «Новосибирский жировой комбинат», ИНН: 5406013930; АО «Аткарский МЭЗ», ИНН: 6438905974; ОАО МЖК «Армавирский», ИНН: 2302016730; АО «Аткарский МЭЗ», ИНН: 6452080919; АО «Агротранс» ИНН 6453120297; АО «Холдинг «Солнечные продукты» (ИНН 7722851204); АО «Солнечные продукты - Масло» (ИНН 6453140261); ООО «Торговый Дом «Солнечные Продукты» (ИНН 6453074690); ООО «Солнечные продукты» (ИНН 6453098683). 

Все компании холдинга «Солнечные продукты» управляются через несколько лиц, а именно ООО «Ж.К.», ООО «М.Э.З.», ООО «Э.Х.». 

Единственным участником ООО «Ж.К.» и ООО «М.Э.З.» является Частная компания с ограниченной ответственностью КВАРТЛИНК ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД (QUARTLINK HOLDING LIMITED). 

С учетом этого суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что компания КВАРТЛИНК ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД является конечным участником должника и других компаний холдинга «Солнечные продукты». 

Суд апелляционной инстанции также установил, что согласно выписке из реестра Кипра, в период с 31 июля 2018 года до 03 октября 2019 года единственным акционером QUARTLINK HOLDING LIMITED являлась компания SOLPRO INVESTMENTS LTD. 

Согласно выписке из реестра Кипра, 03 октября 2018 года (в период объявления Группой «Русагро» о приобретении права на покупку контрольного пакета акций) акционером QUARTLINK HOLDING LIMITED стала компания WORTHWELL LIMITED, которая приобрела 1020 из 1200 акций, что составило 85% акций (1020/1200=0,85). Владельцем 180 акций (15%) осталась компания SOLPRO INVESTMENTS LTD. 

05 октября 2018 года Группа «Русагро» на своем сайте (https://www.rusagrogroup.ru/) объявила о приобретении ROS AGRO PLC права на покупку контрольного пакета акций компании Quartlink Holding Limited, владеющей холдингом «Солнечные продукты». 

В холдинг входят следующие активы: три масложировых комбината (г. Москва, г. Саратов, г. Новосибирск), которые производят 500 тыс. тонн готовой продукции в год; три маслоэкстракционных завода (г. Аткарск, г. Армавир, г. Балаково) общей мощностью 4 700 тонн маслосемян в сутки. 

Компания РОС АГРО владеет контрольным пакетом акции АО «Группа Русагро» - единственного участника заявителя по делу, ООО «Группа компаний «Русагро».

Согласно выпискам из реестра Кипра, акционером WORTHWELL LIMITED является Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited, а единственным участником компании Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited является компания Fiduciana Trust (Cyprus) Limited. 

Согласно сайту http://www.fiduciana.net/our-firm компания Fiduciana Trust (Cyprus) Limited является трастовой компанией, оказывает бухгалтерские и юридические услуги. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что 03 октября 2018 года, т.е. за 2 дня до объявления 05 октября 2018 года Группой «Русагро» о приобретении права на покупку 85% акций QUARTLINK HOLDING LIMITED, 85% акций данного общества приобрела компания WORTHWELL LIMITED, единственным акционером которой является Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited; акционерами RusAgro PLC являются Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited, Fiduciana Trustees (Cyprus) Limited, Fiduciana Directors Limited, Fiduciana Management Limited, единственным участником которых является Fiduciana Trust (Cyprus) Limited; директор Fiduciana Trust (Cyprus) Limited и Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited Анна Хоменко также является директором RusAgro PLC, т.е. подчинена акционерам RusAgro PLC. 

В связи с этим суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что единственный владелец акций WORTHWELL LIMITED компания Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited подконтрольна Группе «Русагро» и входит в одну группу лиц с компаниями RusAgro PLC, АО «Группа Русагро», ООО «Группа Компаний «Русагро».

Со ссылкой на правоприменительную практику, выработанную Верховным Судом Российской Федерации (определения от 06.08.2018 № 308-ЭС17- 6757(2,3), от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056(6)) суд апелляционной инстанции отметил, что вне зависимости от действительного наличия и достоверного установления наличия между ООО «ГК «Русагро» и должником аффилированности юридической, аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами. 

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745(2).

Оценив представленные сторонами документы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии обстоятельств, очевидно подтверждающих юридическую и фактическую аффилированность должника, как участника ГК «Солнечные продукты», и ООО «ГК «Русагро», как участника ГК «РУСАГРО».

Кроме того, согласившись с заявленными ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» доводами, а именно: об отсутствии в период с октября по ноябрь 2018 года платежей в счет погашения процентов по кредитному договору № 175200/0232 от 10.08.2017 от открытии кредитной линии на общую сумму 8 052 000 руб.; о том, что указанная просрочка в уплате процентов за пользование кредитом в размере 8 052 000 руб. создана заявителем по делу специально и позволила ООО «ГК «Русагро» потребовать досрочного возврата 600 000 000 руб. основного долга и инициировать банкротство должника; об инициации всеми юридическими лицами, входящими в группу компаний «Солнечные продукты», процедуры добровольной ликвидации; о подаче аналогичных по своим основаниям заявлений о признании должника несостоятельным (банкротом), где заявителем и мажоритарным кредитором является ООО «Группа Компаний «Русагро»; о заявлениях руководства ГК «Русагро», содержащихся в расшифровках конференц-коллов, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что действия ООО «Группа Компаний «Русагро» были направлены на осуществление контролируемого банкротства в интересах ООО «ГК «Русагро» и в ущерб иным независимым кредиторам.

Суд апелляционной инстанции согласился с доводом заявителей апелляционных жалоб о том, что приобретение ООО «ГК «Русагро» прав требования у АО «Россельхозбанка» фактически представляло собой реструктуризацию долга ГК «Солнечные продукты» перед конкретным кредитором с трансформацией внешнего долга во внутрикорпоративный, также предположив, что финансирование оплаты ООО «ГК «Русагро» меновой стоимости осуществлялось, в том числе, за счет средств участников ГК «Солнечные продукты», включая АО «Элевторхолдинг».

При этом доводы ООО «Группа компаний «Русагро» об отсутствии изначальной цели банкротства участников ГК «Солнечные продукты» и принятия такого решения только после установления неудовлетворительного финансового состояния солидарных должников, а том, что перечисления участниками ГК «Солнечные продукты» в пользу ГК «Русагро» фактически производились за счет средств, получаемых от самих участников ГК «Русагро», а именно: от арендной платы за пользование имуществом, платы за услуги по переработки давальческого сырья, судом апелляционной инстанции были отклонены со ссылкой на высказывания генерального директора ООО «ГК «Русагро» в ходе телефонной конференции по финансовым результатам «РОС АГРО ПЛС» за третий квартал и 9 месяцев 2018 года о намерении приобрести долги группы компания «Солнечные продукты» и провести реструктуризацию этих компаний, профинансировав эту сделку за счет долга.

С учетом этого суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что приобретение ООО «ГК «Русагро» соответствующих прав требования у АО «Россельхозбанка» носило характер реструктуризации долга перед конкретным, крупнейшим кредитором для трансформации долга из внешнего в подконтрольный (внутрикорпоративный) для дальнейшего проведения контролируемой ГК «РУСАГРО» процедуры ликвидации и банкротства должника, получения необходимых активов и освобождения от иной задолженности, что в совокупности расценивается как действия во вред независимым кредиторам.

Признав отсутствие какого-либо значения для ООО «ГК «Русагро» первой вводимой процедуры банкротства (наблюдения, конкурсное производство) с точки зрения конкуренции за большинство голосов в реестре и влияния на решения собрания кредиторов, исходя из общего размера приобретенных у АО «Россельхозбанк» требований к ГК «Солнечные продукты» (свыше 34 млрд. руб.), суд апелляционной инстанции, тем не менее, пришел к выводу, что с точки зрения преследуемой ГК «Русагро» цели скорейшей продажи имущества Должника, получения интересующих активов и завершения процедур банкротства с признанием требований иных кредиторов погашенными, упрощенная процедура банкротства ликвидируемого должника, безусловно, является приоритетной.

С учетом вышеуказанных обстоятельств и выводов о злоупотреблении ООО «Группа Компаний «Русагро» своим правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) суд апелляционной инстанции отменил решение Арбитражного суда Саратовской области от 01.08.2019 в части признания обоснованными и включении в реестр требований кредиторов АО «Аткарский МЭЗ» требований ООО «Группа Компаний «Русагро» в размере 608 052 000 руб. и принял по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ООО «Группа Компаний «Русагро» о включении в реестр кредиторов должника.

По мнению судебной коллегии, оценив в порядке статьи 71 АПК РФ собранные по делу доказательства, касающиеся обстоятельств приобретения Группой Компаний «Русагро» контроля над Группой Компаний «Солнечные продукты» посредством приобретения контроля над компанией WORTHWELL LIMITED через компанию Fiduciana Nominees (Cyprus) Limited, контролируемой, в свою очередь, Группой «Русагро», входящей в одну группу лиц с компаниями RusAgro PLC, АО «Группа Русагро», ООО «Группа Компаний «Русагро», суд апелляционной коллегии пришел к верному выводу о приобретении ГК «Русагро» в октябре 2018 года фактического контроля над должником, входящим в ГК «Солнечные продукты».

В связи с этим судебная коллегия отклоняет доводы ООО «Группа Компаний «Русагро» об отсутствии признаков аффилированности между ним и должником и соглашается с выводом суда апелляционной инстанции о том, что, начиная с 03 октября 2018 года отношения ГК «Русагро» и ГК «Солнечные продукты» приобрели характер аффилированности и взаимозависимости, в связи  чем ООО «Группа компаний «Русагро» стало фактически контролировать деятельность АО «Аткарский МЭЗ».

Вместе с тем, вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для включения требований ООО «ГК «Русагро» в реестр требований кредиторов должника суд кассационной инстанции считает ошибочным; при квалификации действий совершенных ООО «ГК «Русагро» в качестве злоупотребления правом и имеющих цель причинения вреда имущественным интересам иных кредиторов должника судом апелляционной инстанции не учтено следующее.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым аффилированность лица сама по себе является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов.

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования.

Для констатации злоупотреблений при заключении договора уступки прав требования, влекущей отказ во включении требования в реестр, должны быть приведены достаточно веские аргументы о значительном отклонении поведения контролирующего должника лица от стандартов разумного и добросовестного осуществления своих гражданских прав, направленность их действий на явный ущерб кредиторам должника. К их числу, например, могут быть отнесены участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов должника; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали, и т.п. 

Отличием данных спорных правоотношений является то, что приобретение статуса контролирующего должника лица и статуса мажоритарного кредитора состоялось практически одновременно: права требования к должнику у мажоритарного кредитора (АО «Россельхозбанк») выкуплены непосредственно после приобретения контроля ГК «Русагро» на группой компаний «Солнечные продукты», в которую входит должник.

При этом установленные судами обстоятельства свидетельствуют о том, что  обязательства должника, предприятий, входящих в группу  компаний «Солнечные продукты», перед АО «Россельхозбанк», составляющих сумму свыше 34 млрд. руб., являются реальными кредитными обязательствами и  образовались в период, когда ООО «ГК «Русагро» ни юридическим, ни фактическим контролем как над должником, так и над всей ГК «Солнечные продукты» не обладало;  ООО «ГК «Русагро» участия в формировании долгового бремени, а также в распределении кредитных денежных средств и их использовании внутри ГК «Солнечные продукты» не принимало.

Следовательно, ООО «ГК «Русагро» не может быть признано лицом, под контролем которого находился единоличный исполнительный орган должника и иные лица, ответственные за деятельность должника в период формирования кредиторской задолженности и распределения активов.

Суд кассационной инстанции также принимает во внимание, что Дополнительное соглашение № 175200/0232DS9 от 31.10.2018 к Договору, по условиям которого Стороны пришли к соглашению о том, что проценты за пользование Кредитом, начисленные и не уплаченные за период с 01.10.2018 по 31.10.2018 в сумме 4 092 000,00 рублей уплачиваются не позднее 30.11.2018 было заключено 31.10.2018 между непосредственно АО «Россельхозбанк» и Заемщиком, то есть до приобретения ООО «ГК «Русагро» прав требования к должнику по договору № 18/52/7 уступки прав (требований) от 29.11.2018.

Кроме того, цитируя слова руководителя ООО «ГК «Русагро» о неясности реальной стоимости активов ГК «Солнечные продукты» на момент заключения договора с АО «Россельхозбанк», об отсутствии доверия к качеству официальной бухгалтерской и налоговой отчетности ГК «Солнечные продукты», суд апелляционной инстанции одновременно приходит к противоречивому выводу, выражая сомнение в неосведомленности ООО «ГК «Русагро» об истинном финансовом состоянии компаний, входящих в группу «Солнечные продукты», на момент заключения договора уступки с АО «Россельхозбанк».

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не может согласиться с выводом суда апелляционной инстанции о том, что действия по приобретению прав требования к должнику у мажоритарного кредитора (АО «Россельхозбанк») непосредственно после приобретения контроля ГК «Русагро» на группой компаний «Солнечные продукты», свидетельствуют о злоупотреблении правом и имеют цель причинения вреда имущественным интересам иных кредиторов должника, так как при переходе прав требования от АО «Россельхозбанк» к ООО «ГК «Русагро» изменился только субъектный состав правоотношений, а объем реально существующих обязательств должника не изменился (не увеличился), как не изменилось и соотношение активов и пассивов должника. Соответственно, оснований для вывода о создании со стороны ООО «ГК «Русагро» искусственной либо фиктивной подконтрольной задолженности не имеется.

Суд кассационной инстанции считает, что не имеется оснований и для вывода об имевшей место, по мнению суда апелляционной инстанции, реструктуризации долга фактически неплатежеспособного должника, так как такие действия (выкуп прав требований к должнику аффилированным лицом), имеют, как правило, цель завуалировать кризисную ситуацию должника с целью продолжения деятельности предприятия, обладающего признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, блокировать инициирование со стороны кредиторов процедуры банкротства. 

Тогда как в настоящем споре, напротив,  установлены обстоятельства, свидетельствующие о неосведомленности ООО «ГК «Русагро» о неустойчивом финансовом положении предприятий, входящих в группу «Солнечные продукты», что подтверждает и последовавшие действия ООО «ГК «Русагро» по инициированию процедуры несостоятельности (банкротства) должника и предприятий, входящих в группу.

В этой связи суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что вывод суда о допущении злоупотребления правом ввиду инициирования ООО «ГК «Русагро» процедуры банкротства должника является необоснованным, поскольку, как установлено судом первой инстанции, кредиторская задолженность должника значительно превышала размер активов должника, должник отвечал как общим признакам банкротства, так и признакам банкротства ликвидируемого должника.

При этом суд кассационной инстанции принимает во внимание, что положения Закона о банкротстве не содержат указания на наличие у мажоритарного кредитора, одновременно являющегося участником должника, обязанности воздержаться от заявления требования о введении в отношении должника процедуры банкротства при наличии к тому объективных оснований.

Напротив, абзац 3 пункта 3.1. статьи 9 Закона о банкротстве обязывает лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, а статья 61.12 Закона о банкротстве устанавливается субсидиарную ответственность за неисполнение этой обязанности.

Судебная коллегия также принимает во внимание, что судебные акты в части признания должника банкротом с применением положений о ликвидируемом должнике и открытия в отношении него конкурсного производства, лицами, участвующими в деле о банкротстве, в том числе кредиторами, возражающими против включения требований ООО «ГК «Русагро» в реестр с указанием на действия по инициированию процедуры банкротства должника, не обжалуются, а доводы кассаторов о наличии у должника возможности продолжать производственную деятельность и исполнять обязательства перед кредиторами, в том числе по кредитным обязательствам группы не соответствуют установленным судом первой инстанции обстоятельствам, носят предположительный характер.

Заявления руководителя ООО «ГК «Русагро» о намерении приобретения некоторых активов должника, подлежащих реализации в ходе конкурсного производства само по себе не может быть расценено в качестве обстоятельств, свидетельствующих о цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов и допущении злоупотребления правом, так как, заявляя о намерении приобрести такие активы, руководитель заявлял о намерении приобрести их по рыночной стоимости. 

 Реализация же имущества должника в процедуре банкротства производится исключительно в соответствии с требованиями Закона о банкротстве, которые содержат достаточно механизмов контроля со стороны как кредиторов должника, в том числе и миноритарных, так  и суда.

Из соотношения размера принятых ввиду приобретения ООО «ГК «Русагро» у АО «Россельхозбанк» права требования к должнику на себя обязательств перед АО «Россельхозбанк» по оплате права требования и размера, предоставленных должником и предприятиями займов ООО «ГК «Русагро» в период после установления контроля над группой и до возбуждения производства по делу о банкротстве (возвращены на момент разрешения спора) следует необоснованность суждения (предположения) об оплате ООО «ГК «Русагро» прав требования на средства, поступающие от предприятий, входящих в группу. В период осуществления в отношении должника процедуры конкурсного производства расходование денежных средств должника, как от производственной деятельности, так и от реализации имущества должника производится исключительно в соответствии с требованиями Закона о банкротстве и соответственно находится под контролем кредиторов должника, в том числе и миноритарных.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу норм пункта 1 статьи 10 ГК РФ, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Таким образом, обстоятельств, свидетельствующих о наличии и реализации ООО «ГК «Русагро» умысла на недобросовестное осуществление прав с целью причинения вреда независимым кредиторам, наличие которых могло бы явиться основанием для отказа в удовлетворении требования ООО «ГК «Русагро» о включении требования в реестр, судом апелляционной инстанции установлено не было, в связи с чем, положения статьи 10 ГК РФ применены судом апелляционной инстанции ошибочно, без достаточных на то оснований.

Суд кассационной инстанции отмечает, что напротив, отказ во включении требований ООО «ГК «Русагро» в реестр требований кредиторов, которое основано на реальных кредитных обязательствах должника, возникших в период до приобретения контроля ГК «Русагро» над группой, в которую входит должник, приведет к безосновательному освобождению должника от обязательств по возврату полученных кредитных средств.

Из содержания пункта 2 Обзора следует, что очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Пунктом 10 Обзора установлены частные случаи, при которых очередность требования контролирующего лица не подлежит понижению, общим основанием при которых, прежде всего, являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что действиями такого лица не были нарушены права и законные интересы миноритарных кредиторов и контролирующее должника лицо при этом не отклоняется от стандарта поведения, предусмотренного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Учитывая, что в данном случае отсутствуют основания для вывода о недобросовестности ООО «ГК «Русагро» ввиду того, что его действия не были направлены на создание искусственной задолженности в целях контроля над процедурой банкротства, компенсации его негативного воздействия на деятельность должника либо уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, не имеется оснований  для понижения очередности удовлетворения требования.

Отказ во включении в реестр или субординация требований обусловлены прежде всего недопущением включения в третью очередь реестра и удовлетворения наравне с внешними кредиторами требований лица, контролировавшего должника (его имущественную сферу) либо имевшего возможность оказывать влияние на должника (его имущественную сферу) при установлении обстоятельств, свидетельствующих о мнимости обязательства, при финансировании в условиях кризиса и предоставлении денег из имущественной сферы группы компаний, предоставлении компенсационного финансирования, уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве, обстоятельств, свидетельствующих о  наличии договора о покрытии.

Поскольку ни одно из указанных обстоятельств не было установлено судами в отношении действий ООО «ГК «Русагро», напротив, установлены обстоятельства, свидетельствующие о соблюдении им стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, оснований для отказа во включении в реестр, понижения очередности требований ООО «ГК «Русагро» к должнику применительно к правовым позициям, нашедшим отражение в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, в том числе в пункте 6 (на которые ссылается в возражениях на кассационные жалобы ПАО «Балтийский Инвестиционный Банк» и ООО «Сингента»), не имеется.

С учетом изложенного судебная коллегия считает, что у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены решения суда первой инстанции в соответствующей части, в связи с чем постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 подлежит отмене, а решение Арбитражного суда Саратовской области от 19.08.2019 по делу № А57-6120/2019 - оставлению в силе.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 по делу № А57-6120/2019 отменить, решение Арбитражного суда Саратовской области от 19.08.2019 оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья						В.А. Самсонов 

Судьи									Е.П. Герасимова 

										А.Г. Иванова