АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075      

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7343/23 

 

Екатеринбург

27 октября 2023 г.

 

Дело № А60-577/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 24 октября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 октября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Плетневой В.В.,

судей Шершон Н.В., Павловой Е.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2023 по делу № А60-577/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет, в судебное заседание в суд округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.09.2022 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Прометей» (далее – общество «Прометей») введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.01.2023 общество «Прометей» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий)

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Прометей».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023, заявление удовлетворено; установлены основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 22.06.2023 и постановление суда от 23.08.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В кассационной жалобе ответчик ссылается на то, что бухгалтерская отчетность, а также вся первичная документация, необходимая для формирования позиции по спору, передана его представителю лишь 26.06.2023, в связи с чем у него отсутствовала объективная возможность заявить возражения в отношении заявленных требований. Отмечает, что в настоящее время вся документация, касающаяся финансово-хозяйственной деятельности должника, передана конкурсному управляющему, а также направлены письма о принятии мер по взысканию задолженности.

С указанием на заключенные с контрагентами договоры заявитель приводит доводы о том, что дебиторская задолженность должника в совокупности превышала 14 000 000 руб., расчет с кредиторами должник планировал производить в том числе из дебиторской задолженности. В опровержение довода управляющего о том, что им не принимались меры для вывода должника из кризиса, ФИО1 отмечает, что им в адрес конкурсного управляющего направлены требования-уведомления о взыскании денежных средств (о возмещении из бюджета НДС, о взыскании неосновательного обогащения, иной дебиторской задолженности). Кроме того, заявитель ссылается на необоснованность доводов конкурсного управляющего о том, что им растрачены денежные средства, полученные для финансирования процедуры банкротства.

Заявитель кассационной жалобы также выражает несогласие с выводами судов о причинах объективного банкротства, указывая, что деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, и по общему правилу не может быть признана единственной предпосылкой банкротства; конкурсный управляющий не раскрыл наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и наступившим банкротством должника.

Кроме того, заявитель приводит довод о нарушении судом апелляционной инстанции норм процессуального права. По мнению ФИО1, суд апелляционной инстанции необоснованно отклонил направленные через систему «Мой арбитр» 21.08.2023 дополнительные доказательства, указав на их получение после окончания судебного заседания и оглашения резолютивной части постановления.

Поступивший в Арбитражный суд Уральского округа 23.10.2023 от конкурсного управляющего отзыв на кассационную жалобу с приложенными дополнительными документами (письма, акт камеральной налоговой проверки) судом к материалам дела не приобщается, поскольку представлен незаблаговременно, лицам, участвующим в деле, направлен в день судебного заседания по электронной почте, у суда округа отсутствуют полномочия по исследованию новых доказательств. Фактическому возврату на бумажном носителе указанный документ не подлежит, поскольку представлен в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр».

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «Прометей» зарегистрировано 21.10.2019, основным видом его деятельности является строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения. Учредителем (единственным участником) общества является ФИО1, который также являлся его генеральным директором.

В реестр требований кредиторов должника включены требования на общую сумму 94 010,744 тыс. руб., в том числе во вторую очередь 153,040 тыс. руб. (требование уполномоченного органа), в третью – 93 857,704 тыс. руб. Текущие обязательства общества «Прометей» составили 348 988,85 руб., которые погашены на сумму 87 550 руб.

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Установив, что ФИО1 является учредителем и единственным участником должника, до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства являлся руководителем общества «Прометей», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что ответчик является контролирующими должника лицом в соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Рассматривая требование конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу управляющему документации должника, суды руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, а в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее – постановление Пленума № 53).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России, к моменту введения наблюдения (признания должника банкротом) отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документов (отсутствие в них полной информации или наличие в документах искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска, при этом, как ранее, так и в настоящее время, действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что, скрывая, уничтожая, искажая, производя иные манипуляции с названной документацией, руководитель утаивает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Непосредственно причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Суды установили, что в бухгалтерском балансе общества «Прометей» по состоянию на 31.12.2021 отражено наличие у должника запасов на сумму 7 066 000 руб., финансовые и другие оборотные активы на сумму 21 103 000 руб., материальные внеоборотные активы – 1 429 000 руб.

Вступившим в законную силу определением суда от 08.12.2022 по настоящему делу удовлетворено заявление временного управляющего об истребовании бухгалтерской и иной документации. На бывшего руководителя ФИО1 возложена обязанность передать временному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, содержащую сведения об имуществе должника, в том числе об имущественных правах, а также бухгалтерские и иные документы, не указанные в названном перечне, но отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

В связи с тем, что указанная обязанность ФИО1 выполнена не была, после введения процедуры конкурсного производства управляющий обратился с аналогичным заявлением в арбитражный суд. Так, вступившим в законную силу определением суда от 03.04.2023 заявление удовлетворено, на ответчика вновь возложена обязанность передать конкурсному управляющему бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника.

Какие-либо документы бухгалтерского учета и отчетности, сведения, об имуществе должника, в том числе об имущественных правах, документы, отражающие экономическую деятельность должника, а также само имущество бывшим директором общества «Прометей» конкурсному управляющему не переданы. Указанные в бухгалтерском балансе активы, первичная документация должника также не переданы, не представлены пояснения об их наличии / отсутствии.

Исследуя обстоятельства, связанные с наличием или отсутствием оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по заявленным доводам, установив, что управляющему не была передана бухгалтерская и иная документация должника, подтверждающая или опровергающая наличие у должника активов, в том числе дебиторской задолженности на значительную сумму, что, как указал управляющий, явилось препятствием для формирования конкурсной массы, исходя из того, что ФИО1 являлся единственным участником должника и его руководителем до введения процедуры банкротства, а также из того, что мероприятия, выполняемые управляющим в ходе конкурсного производства для целей пополнения конкурсной массы, определяются именно содержанием передаваемой документации, позволяющей принять меры по защите прав должника и кредиторов, получение же конкурсным управляющим информации из других источников значительно затрудняет и увеличивает срок производства по делу о банкротстве, а также текущие затраты на процедуру, констатировав, что со стороны ответчика указанный довод управляющего не был опровергнут, равно как и не была опровергнута презумпция невозможности пополнения конкурсной массы в результате непередачи полного объема документации, суды первой и апелляционной инстанций в отсутствие доказательств иного, опровергающих изложенные выводы, признали доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае причинно-следственной связи между непередачей конкурсному управляющему документации должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, в общей сумме порядка 94 млн руб., а также наступившими негативными последствиями для конкурсных кредиторов, не имеющих возможности получить удовлетворение своих требований.

Далее в обоснование привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на неисполнение (ненадлежащее исполнение) принятых обязательств по договорам подряда, заключенных с обществом с ограниченной ответственностью «Брусника». Специализированный застройщик» (далее – общество «Брусника»), акционерным обществом «Екатеринбургская теплосетевая компания»; принятие на себя обязательств после прекращения хозяйственной деятельности в отсутствие возможности погашения данных обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «Лидер СТ»; совершение действий по прекращению хозяйственной деятельности (выход из саморегулируемой организации, накопление задолженности); растрата денежных средств, полученных для финансирования процедуры банкротства (выплата неподтвержденной заработной платы, погашение обязательств общества «Лидер СТ»); отсутствие каких-либо минимальных действий по выводу предприятия из кризиса.

Рассматривая требование управляющего, основанное на презумпции, изложенной в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суды исходили из следующего.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановления Пленума № 53).

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения – появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Судами принято во внимание следующее.

Спустя пять месяцев после создания общества - 20.03.2020 у последнего появляется задолженность, которая впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника. Так, 20.01.2020 между обществами с ограниченной ответственностью «Прометей» (заказчик) и «ТМ Проект» (подрядчик) заключен договор № 24-ТМП/20 на выполнение проектных работ. Работы были полностью сданы подрядчиком и приняты заказчиком 20.03.2020, однако оплата со стороны заказчика произведена не была.

Определением суда от 13.12.2022 в реестр требований кредиторов должника включены требования кредитора общества «ТМ Проект» в сумме 3 036 000 руб., в том числе 2 760 000 руб. основного долга, 276 000 руб. неустойки.

Далее, 30.10.2020 прекращается исполнение обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «Динлекс» по оплате транспортных услуг. Вступившим в законную силу заочным решением Ленинского районного суда по делу № 2-6179/2021 с общества «Прометей» и ФИО1 в пользу общества «Динлекс» солидарно взыскано 791 807,36 руб., в том числе: задолженность по договору оказания транспортных услуг от 16.10.2020 в сумме 729 295,11 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 30.10.2020 по 30.06.2021 в сумме 20 910,25 руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 30 900 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 702 руб.

Определением суда от 05.12.2022 требование общества «Динлекс», основанное на вступившем в законную силу судебном акте, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Кроме того, решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.08.2022 по делу № А60-8987/2022 с общества «Прометей» взыскана задолженность в сумме 9 366 384,44 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «Брусника». Указанным судебным актом установлено, что задолженность образовалась из заключенных между сторонами договоров строительного подряда от 29.04.2020, 10.06.2020, 14.10.2020, предусматривавших полную оплату авансом в общей сумме 9 366 384,44 руб. Обществом «Прометей» работы не выполнены, денежные средства не возвращены.

Определением суда от 20.12.2022 требование общества «Брусника», основанное на вступившем в законную силу судебном акте, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Судами также принято во внимание, что определением от 12.12.2022 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование акционерного общества «Екатеринбургская теплосетевая компания» в сумме 41 053 621,34 руб., также основанное на вступивших в законную силу решениях Арбитражного суда Свердловской области.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, установив периоды образования задолженности, основания ее возникновения, в отсутствие сведений о причинах возможности погашения обязательств перед обществами «ТМ Проект», «Динлекс» со стороны бывшего руководителя должника, ввиду чего происходит начисление неустойки; а также учитывая, что причины невыполнения должником условия договора с обществом «Брусника», ненадлежащего исполнения обязательства перед акционерным обществом «Екатеринбургская теплосетевая компания» не раскрыты, в отсутствие сведений о расходовании полученных в качестве аванса от контрагента (общества «Брусника») денежных средств, установив, что каких-либо мер для вывода должника из кризиса руководителем должника не предпринято, а напротив, должник замораживает свою деятельность, прекращает членство в саморегулируемой организации, необходимое для осуществления хозяйственной деятельности, доход у должника отсутствует, за исключением поступлений в 2022 г. на счет взысканной дебиторской задолженности, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу, что изложенные конкурсным управляющим обстоятельства свидетельствуют о неразумности действий бывшего руководителя должника, с которыми управляющий связывает субсидиарную ответственность контролирующего должника лица, их совершение в нарушение прав кредиторов и должника, в результате чего существенно ухудшилось финансовое состояние должника, фактически утратившего способность расчета с кредиторами, требования которых впоследствии оказались включенными в реестр требований кредиторов должника.

Судами учтено, что ФИО1, являясь профессиональным участником на рынке строительных работ, принимая на себя обязательства по договорам подряда, должен был просчитать реальную возможность исполнения всех предусмотренных условиями договора работ в установленный срок, принять все возможные меры по соблюдению условий договоров, реализовать право, предусмотренное статьей 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, с целью минимизировать долговую нагрузку должника, чего сделано не было, обратного материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, суды двух инстанций пришли к выводу о том, что презумпция, установленная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ответчиком не опровергнута, в связи с чем усмотрели наличие оснований привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отклоняя доводы ответчика о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил нарушение судом права ответчика на судебную защиту и состязательность сторон ввиду того, что с момента принятия заявления к производству (21.04.2023) до вынесения судебного акта у ФИО1 имелось достаточно времени для реализации своих прав и представления необходимых доказательств в опровержение аргументов конкурсного управляющего. Судом отмечено, что судебное заседание откладывалось судом (определение от 30.05.2023), ФИО1 в судебные заседания 30.05.2023 и 15.06.2023 была обеспечена личная явка и у него было достаточно времени для ознакомления с материалами дела, подготовки мотивированной позиции, представления необходимых документов в ее обоснование, тогда как сама по себе смена представителя, участвующего в деле, с передачей ему документации должника лишь 26.06.2023 не является основанием для отложения судебного разбирательства. Судом дополнительно отмечено, что соответствующая обязанность по передаче документации подлежала исполнению в установленный срок, в том числе после вынесения судебных актов по рассмотрению обособленных споров об истребовании у ответчика документации должника (определения суда от 08.12.2022, 03.04.2023).

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Довод кассационной жалобы о необоснованном отклонении судом апелляционной инстанции направленных через систему «Мой арбитр» 21.08.2023 дополнительных доказательств судом округа рассмотрен и отклонен. Из постановления суда апелляционной инстанции следует, что отказывая в приобщении к материалам дела представленных новых документов, суд исходил из того, что данные документы представлены ответчиком незаблаговременно (21.08.2023) до даты судебного заседания по рассмотрению апелляционной жалобы (22.08.2023), а также в условиях отсутствия раскрытия ФИО1 обстоятельства невозможности представления документов при рассмотрении спора в суде первой инстанции.

Бывший руководитель должника был извещен о дате проведения судебного заседания, в связи с чем имел достаточно времени для заблаговременного направления представленных документов в обоснование своей позиции. Подача ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных документов, в том числе новых доводов за день до судебного заседания за пределами рабочего времени апелляционного суда, без учета времени, необходимого для его обработки, осуществления регистрации и передачи судье, рассматривающему спор, не отвечает принципам заблаговременности и разумности процессуального поведения ответчика. В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. ФИО1 при условии добросовестного пользования всеми принадлежащими ему процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) имел возможность заблаговременно заявить соответствующее ходатайство.

Довод о том, что бухгалтерская отчетность, а также вся первичная документация, необходимая для формирования позиции по спору, была передана представителю ответчика лишь 26.06.2023, в связи с чем у него отсутствовала объективная возможность заявить возражения против заявленных требований, судом округа отклоняется, поскольку являлся предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, получил надлежащую правовую оценку. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ссылки заявителя на размер дебиторской задолженности должника (14 000 000 руб.), спланированный способ расчета с контрагентами, принятие ответчиком иных мер для вывода должника из кризиса, а также необоснованность выводов судом о причине объективного банкротства и отсутствия причинно-следственной связи между его действиями и наступившим банкротством должника судом округа рассмотрены и также отклоняются как направленные на переоценку установленных по делу обстоятельств. Иная оценка заявителем жалобы фактических обстоятельств дела, а также иное толкование им положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Утверждение ответчика о том, что в настоящее время вся документация, касающаяся финансово-хозяйственной деятельности должника передана конкурсному управляющему, судом округа не принимается как не свидетельствующее об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности при рассмотрении дела в суде первой инстанции. Суд отмечает, что изложенные ответчиком обстоятельства могут быть учтены при рассмотрении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности.

Все иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают,  о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств и просит еще раз пересмотреть дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставитьбез изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2023 по делу № А60-577/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                      В.В. Плетнева 

 

Судьи                                                                                    Н.В. Шершон 

 

                                                                                              Е.А. Павлова