Арбитражный суд Амурской области

675023, г. Благовещенск, ул. Ленина, д. 163

тел. (4162) 59-59-00, факс (4162) 51-83-48

http://www.amuras.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

МОТИВИРОВАННОЕ 

РЕШЕНИЕ

Дело  №

А04-6532/2023

г. Благовещенск

26 сентября 2023 года

Арбитражный суд Амурской области в составе судьи Осадчего Александра Геннадьевича,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 319280100006021, ИНН 

<

***>) о взыскании 50 000 руб. и судебных расходов,

установил:

в Арбитражный суд Амурской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (далее – истец, ООО «ЗИНГЕР СПБ») с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 («ZINGER») в размере 50 000 руб., издержек в виде стоимости контрафактного товара в сумме 375 руб., почтовых расходов в сумме 120 руб., расходов по уплате выписки из ЕГРИП в сумме 200 руб.

Заявленные требования обоснованы неправомерным использованием ответчиком исключительных прав на товарный знак путем реализации товара, сходного до степени смешения с товарным знаком, обладателем прав на который является истец.

Определением от 26.07.2023 исковое заявление ООО «ЗИНГЕР СПБ» принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства на основании пункта 1 части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

В соответствии с положениями статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса РФ заявление размещено на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа; в определении сторонам установлены сроки для представления доказательств и отзыва на исковое заявление, а также документов, содержащих объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции.

Информация о принятии искового заявления в порядке упрощенного производства была размещена на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, что подтверждается имеющимися в деле доказательствами.

Определение от 26.07.2023, содержащее данные необходимые для идентификации в целях доступа к материалам дела в электронном виде, получено сторонами в подтверждение чего в материалах дела имеются почтовые уведомления о вручении.

При таких обстоятельствах, суд полагает стороны надлежащим образом извещенными о рассмотрении настоящего дела.

16.08.2023 ответчик направил в суд письменный отзыв, в котором указал, что ИП ФИО1 осуществляет деятельность по розничной продаже различных бытовых товаров, номенклатура которых состоит более чем из 3652 наименований (см. прилагаемую бухгалтерскую справку). Пилки для ногтей Zinger были приобретены ИП ФИО1 для перепродажи в количестве 3 шт. у ООО «Карнавал», что подтверждается прилагаемым товарным чеком от 04.04.2022. Объем продажи – 3 шт. на сумму 375 руб. составляет 0,00003 % от общей суммы товарооборота в 2022 году, размер которого, согласно прилагаемой декларации по УСН от предпринимательской деятельности составил 11 978 987 руб. (чистый доход от реализации товара за вычетом расходов на его приобретение, согласно бухгалтерской справки за 2022 год составил 6 385 245 руб.). Таким образом, продажа пилок для ногтей с товарным знаком «Zinger» не является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика. При этом ИП ФИО1 не является изготовителем спорного товара и приобрела его на открытом товарном рынке у организации поставщика. Ссылаясь на то обстоятельство, что размер компенсации, требуемой истцом, не соразмерен последствиям нарушения, ответчик просил снизить размер компенсации до 10 000 руб.

25.08.2023 истец направил в суд дополнительные документы, которые судом в порядке статей 66, 76 Арбитражного процессуального кодекса РФ приобщены к материалам дела.

15.09.2023 истец заявил ходатайство об уточнении исковых требований, просил взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере 62 500 руб., судебных расходов в виде стоимости вещественного доказательства (товара, приобретенного у ответчика) в размере 375 руб., судебных расходов на оплату почтовых отправлений в размере 190 руб.; судебных расходов, связанных с получением выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в размере 200 руб., судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Судом, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, уточненные исковые требования приобщены к материалам дела.

На основании части 1 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса РФ (в редакции Федерального закона от  02.03.2016 № 47-ФЗ) судом по делу принято решение от 19.09.2023 путем подписания резолютивной части, которое размещено на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». С индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 319280100006021, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскана компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере 10 000 руб., судебные расходы в виде стоимости вещественного доказательства (товара, приобретенного у ответчика) в размере 60 руб., судебные расходы на оплату почтовых отправлений в размере 30 руб. 40 коп.; судебные расходы, связанные с получением выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в размере 32 руб.  В остальной части исковых требований отказано, разрешен вопрос о госпошлине и распоряжении вещественными доказательствами.

21.09.2023 истец обратился в суд с ходатайством о составлении мотивированного решения. Учитывая, что заявление подано с соблюдением установленного статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса РФ срока, изготовлено мотивированное решение.

Рассмотрев заявленное исковое требование, ознакомившись с правовой позицией сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Судом установлено, что истец является правообладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 266060 (словесное обозначение «ZINGER»), срок действия которого продлен до 03.07.2030. Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров и услуг следующих классов Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ): 06, 08, 14, 21, 26, 35, 42.

В обоснование исковых требований истец указывает, что 14.05.2023 в торговой точке, расположенных по адресу: 

<

...> Октября 42/1 был установлен факт предложения к продаже и реализации от имени ИП ФИО1 товара, обладающего техническими признаками контрафактности — маникюрные инструменты.

На товаре содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком № 266060, Товар по своему роду, виду и назначению относится к товарам 08 класса МКТУ.

ООО «Зингер СПБ», полагая, что ИП ФИО1 допущено нарушение исключительных прав истца на товарный знак № 266060, направило ответчику претензию от 21.06.2022 с предложением оплатить компенсацию за незаконное использование товарного знака в размере 375 000 руб., а также досудебных расходов, в том числе: 375 руб. - стоимость товара, 200 руб. - за получение выписки из ЕГРИП, 60 руб. - почтовые расходы.

Оставление ответчиком претензии без исполнения явилось основанием для обращения истца в суд с рассматриваемыми требованиями.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд считает необходимым исковые требования удовлетворить в части по следующим основаниям.

Заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (часть 1 статьи 4 Арбитражным процессуальным кодексом РФ).

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – Гражданский кодекс РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно статье 1226 Гражданского кодекса РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Из содержания данной нормы права следует, что осуществление исключительного права на товарный знак не ограничено только лишь размещением товарного знака (пункт 2 указанной статьи), а включает в себя и иные способы его использования, в том числе и распространение маркированных им товаров. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного ведения в гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.

Исходя из предмета и оснований заявленных требований в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

В соответствии с частью 1 статьи 1477 Гражданского кодекса РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец является обладателем исключительных прав на товарный знак № 266060 «ZINGER».

Действующее законодательство, а именно пункт 1 статьи 1515 и пункт 4 статьи 1252 ГК РФ, устанавливает наличие двух видов контрафактных материальных носителей: а) при создании неоригинального товара (материального носителя) с размещением на нем товарных знаков правообладателя без его согласия; б) при незаконном (контрафактном) использовании оригинального товара (материального носителя), которое приводит к нарушению исключительного права правообладателя - признание материального носителя контрафактным осуществляется в судебном порядке.

В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе. С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

Из содержания нормы статьи 493 Гражданского кодекса РФ следует, что товарный (кассовый) чек является подтверждением оплаты товара и с момента его выдачи договор розничной купли-продажи считается заключенным.

Представленная истцом видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара позволяет определить обстоятельства покупки и оформление указанного кассового чека.

Из совокупности указанных доказательств следует, что продавцом реализован товар (маникюрный инструмент «ZINGER»), с одномоментным выдачей чека.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1481 Гражданского кодекса РФ свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Товарный знак зарегистрирован в отношении товаров, относящихся, в том числе, к 8 классу МКТУ – к которому относится реализованный ответчиком товар.

Судом на основе анализа представленных доказательств, а также непосредственного осмотра вещественного доказательства, установлено, что проданный ответчиком товар содержит в себе отличительные особенности товарного знака, исключительные права на который принадлежат истцу.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ответчик, не имея разрешения правообладателя (лицензионного договора (иного правоустанавливающего документа) на право использования товарного знака), предлагал к продаже товар, схожий с товарным знаком истца.

При этом судом учитывается, что исходя из смысла статей 1229, 1484 и 1487 Гражданского кодекса РФ факт незаконного использования правонарушителем принадлежащих компании товарных знаков заключается в их использовании без согласия правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на контрафактность продукции.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлениях от 14.02.2002 № 4-П, от 16.07.2004 № 15-П, от 30.11.2012 № 29-П неоднократно отмечал, что материально-правовой природой субъективных прав, подлежащих судебной защите, обусловлено диспозитивное начало гражданского судопроизводства; диспозитивность означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спора, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться процессуальными правами и спорным материальным правом, а принцип диспозитивности в совокупности с другими принципами судебного процесса, в том числе равенством всех перед законом и судом, состязательностью и равноправием сторон, выражают цели правосудия по гражданским делам, прежде всего конституционную цель защиты прав и свобод человека и гражданина (статья 2; статья 17, часть 1; статья 18 Конституции Российской Федерации).

В силу части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса РФ, если сторона не представляет письменных возражений против обстоятельств, на которые ее оппонент ссылается как на основание своих требований или возражений, такие обстоятельства считаются признанными, и в случае принятия судом такого признания не проверяются в ходе дальнейшего производства по делу на основании части 5 статьи 70 названного Кодекса (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.09.2013 № 5793/13 и от 15.10.2013 № 8127/13).

Следовательно, в части 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса РФ установлена возможность совершения стороной распорядительного действия путем бездействия, в связи с чем вводится фикция признания обстоятельств, на которые указывает оппонент, приравненную по правовым последствиям к их активному признанию.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 19.03.2010 № 7-П отметил, что подобное регулирование продиктовано принципами процессуальной экономии и эффективности судопроизводства, не предполагающими неоправданное и лишенное смысла использование временных, финансовых и кадровых ресурсов государства.

Согласно части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11).

Наряду с этим, как следует из упомянутой статьи, а также статей 10, 64 - 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, решение принимается судом на основании доказательств, представляемых лицом, утверждающим о наличии определенных обстоятельств.

Обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование своих требований, ответчиком не оспорены. В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ ИП ФИО1 не представила в материалы дела доказательств, подтверждающих, что закупленный товар с указанным выше товарным знаком введен в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем указанных товарных знаков или с его согласия.

В силу пункта 1 статьи 1233 Гражданского кодекса РФ распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом может правообладатель, которым ответчик не является.

Распространение контрафактных экземпляров, в любом случае, образует нарушение исключительного права, независимо от того, создан этот контрафактный экземпляр самим нарушителем или приобретен у третьих лиц. Действуя с должной степенью разумности и осмотрительности, ответчик, как субъект предпринимательской деятельности, при покупке спорного товара должен был убедиться в надлежащей легитимации данного товара.

Оценив приведенные сторонами доводы и представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд исходил из доказанности факта принадлежности истцу указанного права и факта нарушения исключительного права истца на товарный знак действиями ответчика, а именно, - продажей контрафактного товара – «маникюрный инструмент «ZINGER», который относится классу 08 МКТУ.

По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Из разъяснений, данных в Информационном письме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» следует, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Экспертиза в силу части 1 статьи 82 АПК РФ назначается лишь в случае, когда для сравнения обозначений требуются специальные знания.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), применимых в порядке части 6 статьи 13 АПК РФ, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Согласно пункту 42 Правил № 482 сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

При визуальном сравнении обозначения «ZINGER» на спорном товаре с товарным знаком истца, судом установлено сходство его элементов по следующим признакам:

1. Общий вид обозначений:

а) внешняя форма: надпись имеет вид горизонтального прямоугольного

написания, с последовательным расположением букв;

б) сочетание цветов.

2. Словесный элемент «ZINGER»:

а) фонетика: тождественно «з-и-н-г-е-р»;

б) графическое написание: тождественно, заглавными печатными буквами

одним и тем же шрифтом;

в) общее зрительное впечатление: полное зрительное сходство.

Оценив степень схожести каждого из вышеперечисленных элементов, в особенности, словесных элементов «ZINGER», можно сделать вывод о тожественности спорного обозначения с зарегистрированным товарным знаком истца.

Доказательств, подтверждающих передачу ответчику прав на использование спорного товарного знака,  в материалы дела не представлено, что свидетельствует о том, что такое использование осуществляется ответчиком без согласия правообладателя.

Таким образом, вся совокупность установленных при рассмотрении дела обстоятельств приводит суд к выводу о незаконности использования ответчиком товарного знака, соответственно, нарушения им исключительных прав истца.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

- в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда;

- в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

При этом согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет её размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Доказательств наличия оснований для освобождения от ответственности в виде компенсации за нарушение прав истца на товарный знак ответчиком не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчиком было допущено нарушение исключительных прав истца на товарный знак № 266060.

В рассматриваемом споре истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации, определенной на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ, исходя из двукратного размера стоимости права использования спорного товарного знака (750 000 руб. /1 товарный знак/2 класса МКТУ/1 способ применения/12 месяцев х 2 = 62 500 руб.).

Обосновывая данный размер компенсации, истец, представил в материалы дела лицензионный договор о предоставлении права использования товарного знака от 11.08.2021, заключенный между ООО «Зингер СПБ» (лицензиар) и ИП ФИО2 (лицензиат), согласно которому ежегодное вознаграждение  за право использования товарного знака по свидетельству № 266060 в отношении всех товаров, включенных в 8, 35 классы МКТУ, составляет 750 000 руб.

Согласно пункту 2.1 указанного договора, за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару ежегодное вознаграждение в размере 750 000 руб. Доказательств оплаты ИП ФИО2 вознаграждения по лицензионному договору истцом в материалы дела не представлено.

При определении размера компенсации, подлежащего взысканию с ответчика, суд исходит из нижеследующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третье пункта 62 постановления от 23.04.2019 № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае нарушитель (ответчик) продал всего лишь три экземпляра контрафактного товара, в то время, как по лицензионному договору от 11.08.2021 истец предоставил лицензиату право использования товарного знака «ZINGER» в отношении товаров 08 класса МКТУ  и услуг 35 класса МКТУ (демонстрация товаров, реклама, сбыт товара через посредников) любым способом по своему усмотрению (пункт 1.2  договора) и установил стоимость 750 000 руб. в год за весь объем переданных прав (пункт 2.1 договора).

При этом доказательств того, что ответчик, кроме продажи трех экземпляров товара в течение одного дня, осуществлял иные способы использования спорного товарного знака, указанные в статье 1484 ГК РФ, истцом не представлено.

Материалами дела подтверждается факт предложения ответчиком к продаже спорной продукции исключительно 14.05.2022. Доказательства, подтверждающие факт незаконного использования ответчиком спорного товарного знака в течение более длительного срока, в материалы дела истцом не представлены.

Также судом учтено, что нарушение исключительных прав истца не носит грубый характер, контрафактный товар продан в незначительном объеме (три единицы товара), что составляет 0,00003 % от общей суммы товарооборота в 2022 году, размер которого, согласно прилагаемой декларации по УСН от предпринимательской деятельности составил 11 978 987 руб. (чистый доход от реализации товара за вычетом расходов на его приобретение, согласно бухгалтерской справки за 2022 год составил 6 385 245 руб.).

То есть, продажа спорных единиц товара не является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика.

Таким образом, доказанное нарушение носило кратковременный характер – однократная покупка трех единиц товара грубого характера не носила, иного материалами дела не доказано.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 АПК РФ.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом. Данная правовая позиция отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768 по делу № А48-7579/2019.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака суду необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем, за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования.

Кроме того, суд отмечает, что лицензионный договор от 11.08.2021 действует до 11.08.2026 и позволяет использовать товарный знак на всей территории Российской Федерации любыми способами.

Таким образом, суд полагает, что представленный истцом лицензионный договор и указанная в нем стоимость права не соотносится с обстоятельствами нарушения и незаконного использования, не подтверждает обычно взимаемую плату за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Кроме того, согласно пункту 2.2. договора оплата лицензионного платежа, производится на основании счета, выставляемого лицензиаром в течение годового периода, за который причитается соответствующий лицензионный платеж. Течение годового периода начинается с даты заключения настоящего лицензионного договора.

Ежемесячные периодические платежи договором не предусмотрены.

Стоимость ежегодно использования товарного знака составляет 750 000 руб. за весь объем переданных прав, включает себя право использования товаров 08 класса МКТУ и услуг 35 класса МКТУ (демонстрация товаров, реклама, сбыт товара через посредников) (пункт 2.1 договора).

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что истец не обосновал расчет двойной стоимости платы за заявленный период - месяц неправомерного использования товарного знака ответчиком, тогда как выявлено однократное нарушение единственным способом, в одной торговой точке.

Из выписки из ЕГРИП в отношении ответчика следует, что основным видом деятельности предпринимателя является торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах (ОКВЭД 47.19), в продаже у ответчика находились в преобладающем большинстве иные товары общего ассортимента.

При определении разумного и справедливого размера компенсации судом принимается во внимание характер действий истца, направленных на защиту нарушенного права, которые по своей сути пресекательный характер не носили.

При этом истец не ставил ответчика в известность о том, что он является правообладателем, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию контрафактного товара, не сообщал о стоимости права использования произведений изобразительного искусства, не предлагал вступить в гражданские правоотношения с целью регламентации возникших отношений для правомерного использования объекта авторских прав.

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Учитывая установленные обстоятельства характера нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной - однократность нарушения, вероятные имущественные потери правообладателя, незначительную часть объема товаров в хозяйственной деятельности нарушителя, суд считает возможным установить компенсацию за нарушение исключительного права на спорный товарный знак в размере 10 000 руб.

При этом определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации. (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 20 октября 2021 по делу № А32-4132/2021, Определение Верховного Суда  Российской Федерации от 26 января 2021 № 310-ЭС20-9768).

Отсутствие у суда правомочия определить размер компенсации, отличный от указанного истцом, могло бы повлечь - вразрез с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости учета фактических обстоятельств дела и вопреки требованиям справедливости и разумности – явную несоразмерность налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному истцу, и тем самым нарушение баланса их прав и законных интересов, которые, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.12.2016 № 28 -П, защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности (абзац 5 пункта 4 мотивировочной части Постановления от 13 декабря 2016 года № 28 -П).

На основании вышеизложенного, суд признает заявленные требования истца подлежащими частичному удовлетворению в размере 10 000 руб. компенсации.

В остальной части иска следует отказать.

Рассмотрев требования искового заявления о взыскании с ответчика судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дел»  (далее – постановление Пленума ВС РФ № 1) к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц. Перечень судебных издержек, не является исчерпывающим.

В случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 106, 148 АПК РФ) (пункт 4 постановление Пленума ВС РФ № 1).

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Пунктом 10 постановление Пленума ВС РФ № 1 предусмотрено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В качестве доказательства несения расходов на приобретение контрафактного товара представлен чек от 14.05.2022 на сумму 375 руб., в качестве доказательства несения почтовых расходов представлены списки внутренних почтовых отправлений на сумму 190 руб.

Судебные издержки за получение сведений из ЕГРИП на ответчика, подтверждены выпиской из ЕГРИП в отношении ответчика с указанием его адреса, чеком об оплате от 27.05.2022 на оплату за предоставление сведений из ЕГРИП на сумму 200 руб.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, размер государственной пошлины с заявленной суммы исковых требований составляет 2500 руб.

ООО «Зингер СПБ» при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 2000 руб. по платежному поручению от 11.07.2023 № 277 (плательщик – общество с ограниченной ответственностью «Партнер НК-Челны»).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы по уплате государственной пошлины, рассчитанные пропорционально удовлетворенным требованиям, относятся на ответчика в сумме 400 руб. (10 000 х 100% / 62 500 = 16 % от заявленного требования), на истца в сумме 2100 руб., и подлежат взысканию в доход федерального бюджета в размере 100 руб., учитывая недоплату истцом госпошлины при уточнении искового требования.

Требование о взыскании судебных расходов, в том числе: стоимости вещественного доказательства (товара, приобретенного у ответчика) в размере - 60 руб. (375 руб. – 84%); на оплату почтовых отправлений в размере - 30 руб. 40 коп. (190 руб. – 84%); судебные расходы, связанные с получением выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в размере - 32 руб. (200 руб. – 84%), удовлетворено частично, пропорционально размеру удовлетворенных требований на основании статей 101, 106, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

В соответствии со статьей 80 Арбитражного процессуального кодекса РФ вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

Вместе с тем, Арбитражный процессуальный кодекс Российской федерации устанавливает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону изъяты из гражданского оборота (часть 3 статьи 80). К таким доказательствам в силу статьи 1252 Гражданского кодекса РФ закон относит контрафактную продукцию.

Оснований для возврата из материалов дела вещественного доказательства - контрафактного товара (ножницы для ногтей) не имеется, поскольку он подлежит изъятию из оборота. Вещественное доказательство - контрафактный товар («Пилка ZINGER» в количестве 3 шт.) оставить в деле и уничтожить после вступления судебного акта в законную силу.

Руководствуясь статьями  110, 167-170, 180, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 319280100006021, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 в размере 10 000 руб., судебные расходы в виде стоимости вещественного доказательства (товара, приобретенного у ответчика) в размере 60 руб., судебные расходы на оплату почтовых отправлений в размере 30 руб. 40 коп.; судебные расходы, связанные с получением выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в размере 32 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 319280100006021, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 400 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПБ» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 100 руб.

Вещественное доказательство - контрафактный товар («Пилка ZINGER» в количестве 3 шт.) оставить в деле и уничтожить после вступления судебного акта в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

Для направления исполнительного листа на взыскание денежных средств в доход бюджета ходатайство взыскателя не требуется.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Шестой арбитражный апелляционный суд (г. Хабаровск) в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия. 

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://amuras.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Шестого арбитражного апелляционного суда http://6aas.arbitr.ru.

 

Судья                                                                                                                А.Г. Осадчий