АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-8490/20 

Екатеринбург 22 ноября 2023 г. Дело № А07-31914/2018 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 22 ноября 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Павловой Е.А., судей Плетневой В.В., Столяренко Г.М. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи  Романовой А.М. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу  конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью  «Компания «Нефтехимпромсервис» (далее – общество «Компания  «Нефтехимпромсервис») ФИО1 на определение  Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.03.2023 по делу   № А07-31914/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 22.08.2023 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании посредством системы веб-конференции приняли  участие представители конкурсного управляющего общества «Компания  «Нефтехимпромсервис» ФИО1 – ФИО2 по доверенности  от 09.01.2023; ФИО3 по доверенности от 09.01.2023.  

В судебном заседании в здании суда округа приняли участие: 

представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Проектстройсервис» (далее – общество  «Проектстройсервис») ФИО4 – ФИО5  по доверенности от 28.08.2023;  

ФИО6 (лично, предъявлен паспорт). 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.04.2019  общество «Компания «Нефтехимпромсервис» признано несостоятельным  (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим  утвержден ФИО1 (определение суда от 17.02.2021).  

На рассмотрение суда поступили заявления конкурсного управляющего  Копыленко В.М. к обществу «Проектстройсервис» о признании  недействительными акта взаимозачета от 02.04.2018 № 68 на сумму  36 390 145 руб. 76 коп., платежей от 09.01.2018 на сумму 182 691 руб.,  от 04.07.2018 на сумму 2 000 000 руб., договора подряда от 15.03.2016 № 1-П/К.  

Определением от 04.03.2021 суд на основании статьи 130 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации объединил поименованные  выше заявления конкурсного управляющего для совместного рассмотрения.  

В судебном заседании 20.05.2022 конкурсный управляющий представил  уточнения, в которых просил признать недействительным договор подряда  от 15.03.2016 № 1-П/К, применить последствия недействительности сделки  в виде признания отсутствующей задолженности должника перед обществом  «Проектстройсервис» в размере 114 390 921 руб. 30 руб. Уточнение принято  судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан  от 10.03.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 22.08.2023, в удовлетворении  заявленных требований отказано.  

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1  просит принятые судебные акты отменить, направить дело на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что должнику  в соответствии с кабальными условиями договора подряда от 15.03.2016   № 1-П/К причиталось лишь 4% от объема выполненных работ по контракту  от 14.03.2016 № ТУР-21-46-16-703 за услуги генподряда по субподрядному  договору с аффилированным к должнику лицом – обществом  «Проектстройсервис», при этом все издержки, связанные с исполнением  контракта, в том числе привлечение и обслуживание внешнего финансирования  строительных и проектных работ, организация проектирования, строительный  контроль, закупка и поставка оборудования, а также ответственность перед  заказчиком строительства оставались за должником, тогда как каких-либо  дивидендов от выполнения контракта при подобной схеме организации  строительства в распоряжении должника оставаться в принципе не могло;  именно схема организации подрядных работ должника по контракту  от 14.03.2016 № ТУР-21-46-16-703, по которой должник, строительный  персонал которого составлял порядка 150 работников, передавал практически  весь объем строительных работ по контракту на мнимый субподряд специально  созданному для этого субподряда аффилированному юридическому  лицу – обществу «Проектстройсервис» – со строительным персоналом  в количестве одного/двух работников, запустила механизм вывода активов  и последующего банкротства должника; отмечает, что должник и ответчик  принадлежат к одной группе компаний, образующей единый субъект рынка;  настаивает на том, что тождественность оборудования, поставленного  обществом с ограниченной ответственностью ИПП «Новые технологии» (далее  

– общество ИПП «Новые технологии») с одной стороны, и обществом  «Проектстройсервис» и обществом с ограниченной ответственностью  «СтройМонтажСервис», поставленного через общество с ограниченной  ответственностью «Промышленная экология», которое, в свою очередь,  отказалось предоставлять суду сведения за давностью сделки, стало  существенным обстоятельством для разрешения обособленного спора  о признании недействительными сделками договора от 08.11.2017   № 168 ИПП «НТ-11/2017» и связанные с ним платежи от 23.11.2017 на сумму  152 208 200 руб.; так, в случае признания этого обстоятельства в настоящем  споре вопрос о фиктивности договора подряда от 15.03.2016 № 1-П/К,  по которому закрыты акты выполненных работ в большем объеме, чем  должник передал соответствующих работ заказчику, проявился бы более явно.  Заявитель жалобы отмечает, что суд первой инстанции не рассмотрел часть  требований, в частности, о признании недействительными акта взаимозачета  от 02.04.2018 № 68 на сумму 36 390 145 руб. 76 коп. и платежей от 09.01.2018  на сумму 182 691 руб. и от 04.07.2018 на сумму 2 000 000 руб.  

ФИО6 и общество Правовое агентство «Юристъ» в отзывах  на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражают, просят  обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу –  без удовлетворения.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов  кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа  оснований для их отмены не усматривает.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество  «Компания «Нефтехимпромсервис» создано 17.04.2014, единственным  участником общества является ФИО7. Основной вид  деятельности должника – работы гидроизоляционные. В выписке из Единого  государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) значится еще 31  дополнительный вид деятельности.  

Общество «Проектстройсервис» создано 07.10.2015, участниками  общества с долей в уставном капитале общества 50% являются ФИО8, ФИО6 Основным видом деятельности должника  является строительство жилых и нежилых зданий. В выписке из ЕГРЮЛ  значится еще 52 дополнительных вида деятельности.  

Между должником (генеральный подрядчик) и обществом  «Проектстройсервис» (подрядчик) заключен договор подряда от 15.03.2016   № 1-П/К, по условиям которого подрядчик обязуется все работы  по строительству объекта: «Научный институт, расположенный по адресу:  г. Уфа, ул. Проспект Октября, дом 144/3. Реконструкция», основное здание,  здание гаража, здание лабораторного комплекса, здание стенда ЭХЗ,  с наружными инженерными сетями, а генподрядчик обязуется создать  подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять  выполненные работы и оплатить их.  

Согласно пункту 3.2 договора стоимость работ ориентировочно  составляет 2 151 096 967 руб. 42 коп., в том числе НДС 18%.  

Пунктом 3.4 договора установлены сроки начала работ – март 2016 года  и окончания работ – октябрь 2016 года.  

В соответствии с пунктом 4.4 договора оплата выполненных работ  производится генподрядчиком денежными средствами на расчетный счет  подрядчика, при наличии выставленного подрядчиком счета-фактуры  и на основании подписанной сторонами формы КС-3, в течение 10 календарных  дней с момента ее подписания, за минусом услуг генерального подряда  в размере 4% от стоимости выполненных работ за отчетный период.  

Во исполнение условий договора обществом «Проектстройсервис»  выполнены работы на сумму 1 010 610 117 руб. 11 коп., что подтверждается  представленным в материалы дела актами о приемке выполненных работ  формы КС-2, справками о стоимости выполненных работ и затрат по форме  КС-3.  

Должником оплата услуг произведена в размере 855 090 523 руб. 42 коп.  Остаток задолженности составляет 155 519 593 руб. 69 коп.  

Определением суда от 21.03.2019 по настоящему делу требование  общества «Проектстройсервис» включено в реестр требований кредиторов  должника в размере 161 740 377 руб. 44 коп., в том числе: 155 519 593 руб. 69  коп. основного долга, 6 220 783 руб. 75 коп. пени.  

Полагая, что спорный договор подряда от 15.03.2016 № 1-П/К совершен  с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника,  управляющий ФИО1 обратился в суд с настоящим заявлением.  В качестве правового основания для признания сделки недействительной  указаны положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей  10,168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В обоснование заявленных требований управляющий указывал, что  01.10.2018 между должником и ответчиком подписан акт о приемке  выполненных работ по форме КС-2 № 25 от 01.10.2018 и справка по форме  КС-3 № 25 от 01.10.2018, согласно которым ответчик выполнил подрядные  работы в период с 19.12.2017 по 01.10.2018 на сумму 114 390 921 руб. 30 коп.,  считает, что указанный акт о приемке выполненных работ подписан между  аффилированными компаниями, является мнимым и направлен  на формирование кредиторской задолженности для последующего включения  ее в реестр требований кредиторов должника.  

Возражая против требований управляющего, общество  «Проектстройсервис» указало на отсутствие фиктивности и цели причинения  вреда кредиторам должника, ссылалось на равноценность встречного  предоставления по оспариваемой сделке; настаивало на том, что  в материалы дела представлены доказательства относительно выполнения  работ субподрядчиками с приложением договоров и соответствующих актов  как на всем протяжении выполнения работ, так и в спорный период.  

Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу  о недоказанности управляющим совокупности условий, необходимой для  признания спорной сделки недействительной по заявленным основаниям,  в результате чего отказали в удовлетворении заявленных требований.  

При этом суды руководствовались следующим. 

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника,  могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским  кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным  в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4  пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  о банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что  наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок  по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать  сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как  ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным  основаниям главы III.1 Закона о банкротстве подчинена общей цели – наиболее  полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов  очередности и пропорциональности.  

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность  признания недействительной сделки, совершенной при неравноценном  встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, под которым  понимается, в частности, существенно в худшую для должника сторону  различие цены и/или иных условий этой сделки на момент ее заключения  относительно цены и/или иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Неравноценным встречным  исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача  имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость  переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения  обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного  исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств  такого встречного исполнения обязательств.  

Совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам сделка,  может быть признана судом недействительной, если она совершена в течение 3  лет до принятия заявления о банкротстве должника (после его принятия)  и в результате ее совершения причинен такой вред, а другая сторона сделки  знала о данной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная  сделка), предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом или если знала (должна была знать) об ущемлении  интересов кредиторов должника или о неплатежеспособности (недостаточности  имущества) должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).  

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под  вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается  

уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение  размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

Разрешая спор относительно подозрительной сделки, суд, согласно  абзацу четвертому пункта 9 постановления Пленума № 63, проверяет наличие  обоих оснований, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве (в частности, наличие у должника признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества, осведомленность  другой стороны о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов  к моменту совершения сделки).  

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве следует исходить из того, что, если подозрительная сделка была  совершена в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее  недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2  Закона о банкротстве, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2  данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется;  если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была  совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия  заявления о признании банкротом, то она может быть признана  недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств.  

В пункте 5 постановления Пленума № 63 разъяснено, что для признания  сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена  с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате  совершения сделки был причинен вред такой вред; в) другая сторона сделки  знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих  обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной  по данному основанию.  

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки  с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать  об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При  решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать  об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она  могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7  постановления Пленума № 63).  

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью,  подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых  она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10  и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,  а при наличии в законе специального основания недействительности сделка  признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского  кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами  некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса  Российской Федерации»). Гражданский кодекс Российской Федерации исходит  из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида,  без намерения создать соответствующие им правовые последствия,  и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть  другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса).  

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных  с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным  законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя  из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при  банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию  арбитражного управляющего может быть признана недействительной  совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника,  направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как  ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем,  в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной  или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих  требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для  квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением  причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства,  неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом,  выразившимся в заключение спорной сделки (пункт 9 Информационного  письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами  статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»), при этом для  квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих  за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).  

При разрешении настоящего спора судами установлено, что производство  по делу о банкротстве общества «Компания «Нефтехимпромсервис»  возбуждено 01.11.2018, оспариваемая сделка совершена 15.03.2016, то есть  в пределах трехгодичного периода подозрительности, предусмотренного  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

При этом по результатам исследования и оценки всех представленных  в материалы дела доказательств, проверяя обоснованность доводов  управляющего, положенных в основу настоящего заявления, в том числе о том,  что схема организации подрядных работ должника по контракту от 14.03.2016   № ТУР-21-46-16-703, по которой должник, строительный персонал которого  составлял порядка 150 работников, передавал практически весь объем  строительных работ по контракту на мнимый субподряд специально  созданному для этого субподряда аффилированному юридическому лицу –  обществу «Проектстройсервис» – со строительным персоналом в количестве  одного/двух работников, запустила механизм вывода активов и последующего  банкротства должника, суды приняли во внимание пояснения ФИО6,  согласно которым на момент заключения оспариваемого договора подряда  должник более десяти лет выполнял работы на объектах акционерного  общества «Транснефть» (далее – общество «Транснефть»), в частности, работы  по монтажу или покраске нефтяных резервуаров, ремонтам АБК, монтажу  насосных станций; в 2016 году должник выиграл тендер у общества  «Транснефть» на строительство объекта «Научный институт, расположенный  по адресу г. Уфа, Проспект октября 144/3» и заключил соответствующий  контракт с обществом с ограниченной ответственностью «НИИ «Транснефть»  (далее – общество «НИИ «Транснефть») от 14.03.2016 № ТУР-21-46-16-703;  при этом данный объект кардинально отличался от всего того, что они строили  ранее. Этот объект (4 отдельно-стоящих здания общей площадью около 20 000  кв. м на земельном участке 2,2 га) расположен в плотной городской застройке,  являлся технически сложным объектом, с хранилищами нефти в черте города, с  колоссальным набором технологического и технически-опасного  оборудования, более того, контракт предусматривал выполнение работ «под  ключ», то есть помимо выполнения строительно-монтажных работ на объекте  необходимо было выполнить оформление всей исходно-разрешительной  документации, в том числе выполнить инженерно-геологические,  геодезические и экологические изыскания, разработку проектов на все здания,  входящие в состав объекта, обеспечить разработку специальных технических  условий с их согласованием в Министерстве Строительства Российской  Федерации и Министерстве Чрезвычайных Ситуаций Российской Федерации,  обеспечить прохождение экспертизы разработанных проектов и получение  положительных заключений экспертизы, получить разрешения на  строительство объектов в Администрации г. Уфы, обеспечить согласование  рабочих проектов в службах г. Уфы (МУП Уфаводоканал, МУП УКХиБ,  Главном управлении Архитектуры г. Уфы, Газпром Уфа, обществе с  ограниченной ответственностью БашРТС, МУП УИС, МУП Уфагорсвет, МУП  МУЭТ), получить акты о соответствии построенных объектов проектной  

документации в Государственном Комитете Республики Башкортостан по  строительному надзору, подписать Акты Государственной приемочной  комиссии пообъектно, получить разрешения на ввод объектов  в эксплуатацию надлежащим образом.  

В свою очередь, общество «Компания «Нефтехимпромсервис» никогда  ранее не занималось такими работами, поэтому компания в срочном порядке  начала поиск партнера для выполнения всего комплекса данных работ, в связи  с чем, к ФИО6 обратился ФИО8, который работал в группе  компаний, связанных с должником, результатом чего было создание SPV- компании (компании, созданной для реализации определенного проекта) –  общества «Проектстройсервис», а также заключение договора подряда  от 15.03.2016 № 1-П/К на выполнение работ на объекте; финансирование  в рамках данного договора происходило следующим образом: должник  получает денежные средства от общества «НИИ «Транснефть» и переводит их  за минусом 4% (услуги генерального подряда) на общество  «Проектстройсервис». При этом договоры, связанные с выполнением  проектных работ, проведением изысканий и экспертизы, на разработку  специальных технических условий, заключались напрямую между должником  и специализированными организациями. Такие договоры должны были  заключаться напрямую, поскольку для получения исходно-разрешительных  документов на строительство от имени должника необходимо, чтобы  заказчиком исходно-разрешительной документации являлось это же лицо,  однако все работы, связанные с разработкой проекта, его согласованием  в службах города, получением разрешений на строительство, выполнялись  ФИО6 и его сотрудниками.  

Принимая во внимание пояснения, представленные ФИО6,  раскрывающие характер взаимоотношений сторон, суды констатировали  в данном случае факт выполнения ответчиком принятых на себя обязательств  в рамках заключенного сторонами договора, при том, что стоимость работ  подтверждается представленной в материалы дела первичной документацией.  

Как установлено судами и лицами, участвующими в деле,  не опровергнуто, в период с 19.12.2017 по 01.10.2018 работы, вошедшие в акт  КС-2 № 25 от 01.10.2018, выполнялись субподрядчиками: обществами  с ограниченной ответственностью (далее – общества) «Группа Компаний  Вертикаль», «Торговый дом Кирпич-Холдинг», «НовыеГазовыеТехнологии»,  «Промышленная экология», «Строительная компания «Интра», «Строительная  компания «Ресурс», «УСТМ»; оплата таким субподрядчикам в спорный период  производилась как самим ответчиком, так и на основании его писем, а именно:  должник 09.01.2018 в адрес общества «Регионстройинжиниринг» в размере  182 691 руб., 04.07.2018 в адрес общества «НовыеГазовыеТехнологии»  в размере 2 000 000 руб.; общество «РСУ «Нефтегазстрой» 27.07.2018 в адрес  общества «Строительная компания «Ресурс» в размере 3 000 000 руб.,  27.07.2018 в адрес общества «НовыеГазовыеТехнологии» в размере  2 000 000 руб.; общество «Транснефть-Урал» 14.08.2018 в адрес общества  «Промышленная экология» в размере 1 621 073 руб., 14.08.2018 в адрес  

общества «УСТМ» в размере 1 500 000 руб., 14.08.2018 в адрес общества  «Строительная компания «Ресурс» в размере 500 000 руб., 14.08.2018 в адрес  «НовыеГазовыеТехнологии» в размере 1 000 000 руб., 17.09.2018 в адрес  общества «Строительная компания «Ресурс» в размере 3 000 000 руб.  Выполнение работ субподрядчиками общества «Проектстройсервис»  подтверждается договорами, актами о приемке выполненных работ КС-2,  справками о стоимости выполненных работ КС-3, счетами-фактурами,  протоколами технических совещаний строительства объекта.  

Помимо изложенного, приняв во внимание пояснения ФИО6,  из которых следует, что должник в полном объеме за выполненные работы  с ответчиком не рассчитался, при этом работы на других объектах ответчик  не вел, поскольку являлся SPV-компанией, следовательно, ответчик  не рассчитался и со своими субподрядчиками, ввиду чего в отношении него  была введена процедура банкротства, а размер требований, включенных  в реестр требований кредиторов общества «Проектстройсервис», составляет  около 105 млн. руб., из которых требования субподрядчиков и налогового  органа около 45 млн. руб., суды, учитывая, что приведенные пояснения  не оспорены и не опровергнуты, объясняют разумные мотивы совершения  сделки, пришли к выводу о реальности правоотношений между должником  и ответчиком в рамках оспариваемого договора подряда.  

В обоснование заявленных требований управляющий указывал, что  в период после 21.12.2017 заказчиком (обществом «НИИ «Транснефть» в лице  общества «Транснефть-Урал») приняты от генерального подрядчика  (должника) работы на сумму 21 507 499 руб. 07 коп., из которых должник  принял у подрядчика (ответчика) работы по акту КС-2 № 25 от 01.10.2018  на сумму 114 390 921 руб. 30 коп, то есть больше в 5,5 раз, при этом подрядчик  принял у субподрядчиков работы на сумму 64 973 471 руб. 36 коп., состав  которых в какой-то степени соответствует акту от 01.10.2018 № 25 лишь  в части работ на сумму 9 034 543 руб. 48 коп.  

В то же время, как следует из материалов обособленного спора,  в опровержение указанной позиции ФИО6 отметил, что факт принятия  заказчиком от генподрядчика меньшего объема работ, чем генподрячиком  от подрядчика, объясняется тем, что в акте от 01.10.2018 № 25 были сведены  все остатки по выполненным работам на основании актов выполненных работ  с субподрядчиками, кроме того, общество «Проектстройсервис» подписывало  акты выполненных работ со своими субподрядчиками в формате, принятом при  гражданском строительстве, то есть формы КС-3 и КС-2, где КС-2 полностью  соответствует договорной смете либо ведомости договорной цены,  с приложением полного перечня материалов, работ и оборудования, тогда как  в обществе «Транснефть» принята другая форма подписания актов  выполненных работ КС-2 и КС-3, где построчно указано наименование раздела  рабочего проекта и процент выполнения указанного вида работ, сама  расшифровка работ в обществе «Транснефть» является отдельным документом,  который прилагается к акту.  

При таком положении, принимая во внимание, что сам факт выполнения  работ управляющим не оспаривается, работы заказчиком приняты,  доказательства, подтверждающие, что работы выполнялись иными лицами,  нежели подрядчиком и субподрядчиками, не представлены, суды первой  и апелляционной инстанций заключили, что несогласие управляющего  с объемом выполненных работ не может являться основанием для признания  всего договора недействительным, данный вопрос должен быть разрешен вне  рамках рассмотрения заявления о признании недействительным всего договора  подряда.  

Таким образом, проанализировав приведенные конкурсным  управляющим доводы и положенные в основу заявления об оспаривании  сделки обстоятельства, которые, по сути, сводятся к наличию  заинтересованности между сторонами сделки и отсутствию равноценного  встречного предоставления по сделке, установив, что оспариваемая сделка  относительно даты возбуждения производства по настоящему делу о  банкротстве совершена в период подозрительности, установленный статьей  61.2 Закона о банкротстве; отметив, что сама по себе аффилированность не  является безусловным основанием для признания сделки недействительной;  отразив отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том,  что ответчик как сторона сделки знал о наличии у должника неправомерной  цели причинить вред кредиторам при совершении сделки, знал или должен был  знать о признаках неплатежеспособности должника либо недостаточности его  имущества, либо об ущемлении интересов кредиторов должника, указав, что  обстоятельства нетипичности сделки для обычных условий гражданского  оборота отсутствуют, при том, что ответчик раскрыл обстоятельства  совершения спорной сделки, представил доказательства выполнения работ  субподрядчиками общества «Проектстройсервис», в том числе договоры, акты  о приемке выполненных работ КС-2, справки о стоимости выполненных работ  КС-3, счета-фактуры, протоколы технических совещаний строительства  объекта, суды первой и апелляционной инстанций, констатировав  недоказанность факта совершения должником спорной сделки со  злонамеренной целью, пришли к выводу об отсутствии оснований для  констатации признаков злоупотребления сторонами правом при совершении  оспариваемой сделки.  

Приняв во внимание, что доказательств наличия у оспариваемой сделки  пороков, выходящих за пределы оснований оспаривания подозрительных  сделок по основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве,  конкурсным управляющим не представлено, убедительные доказательства,  свидетельствующие о том, что при заключении спорной сделки стороны  действовали согласованно исключительно с противоправной целью причинить  вред иным лицам либо заведомо не намеревались создать соответствующие  сделкам правовые последствия и истинная воля сторон сделки не была  направлена на порождение соответствующих правоотношений, реальные  взаимоотношения между сторонами отсутствовали, в данном случае  в материалы дела не представлены, суды обеих инстанций, с учетом  

конкретных обстоятельств дела, пришли к выводу об отсутствии оснований для  признания оспариваемой сделки недействительной на основании статей 10, 168,  170 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, суды признали недоказанным  материалами дела наличие в данном случае совокупности всех необходимых  и достаточных оснований для признания спорной сделки направленной  на причинение вреда имущественным правам и интересам должника  и кредиторов, ввиду чего, в отсутствие доказательств, позволяющих прийти  к иным выводам, отказали в признании сделки недействительной.  

При этом, отклоняя доводы управляющего о том, что суд первой  инстанции не принял во внимание, что работы по проектированию,  строительству, надзору, контролю, инженерно-техническому и ресурсному  обеспечению строительства приняты генподрядчиком у множества иных  подрядчиков в объеме не менее 355 195 560 руб., в том числе НДС,  апелляционный суд исходил из того, что фактически управляющий указывает  на фиктивность КС-2 от № 25 от 01.10.2018, в то время как иные акты  выполненных работ не оспаривает, что, в свою очередь, свидетельствует  о противоречивости позиции управляющего относительно квалификации  договора подряда от 15.03.2016 № 1-П/К в качестве мнимой сделки.  

Вопреки позиции управляющего о том, что доказательства выполнения  работ, предусмотренных договором от 15.03.2016 № 1-П/К, представлены  в рамках обособленного спора по делу № А07-31914/2018 по заявлению  конкурсного управляющего обществом «Компания «Нефтехимпромсервис»  к обществу ИПП «Новые Технологии» о признании недействительными  сделками договора от 08.11.2017 № 168 ИПП «НТ-11/2017» и связанных с ним  платежей от 23.11.2017 на сумму 152 208 200 руб. и о применении последствий  недействительности сделок, суд апелляционной инстанции отметил, что само  по себе наличие указанного обособленного спора не являлось препятствием для  принятия судом первой инстанции оспариваемого определения от 10.03.2023,  поскольку результат принятого решения по такому спору никак не мог  повлиять на выводы суда первой инстанции, сделанные в рамках настоящего  обособленного спора о признании недействительным договора подряда  от 15.03.2016 № 1-П/К, при том, что обособленные споры имеют разные  предметы – поставка и подряд, соответственно.  

Таким образом, при принятии обжалуемых судебных актов суды  исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств,  недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме  наличия всей необходимой и достаточной совокупности оснований для  признания спорной сделки недействительной, а также из отсутствия  доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

Судами установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для  дела, им дана правовая оценка, применены нормы материального права,  регулирующие спорные отношения.  

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются,  поскольку являлся предметом исследования суда апелляционной инстанции и  были отклонены, о наличии оснований для отмены вынесенных судебных актов  не свидетельствуют, выводы судов не опровергают, по сути дублируют ранее  приводимые аргументы и обстоятельства, являвшиеся предметом детальной  проверки и исследования судов первой и апелляционной инстанций и  получившие правовую оценку, обоснованность которой не опровергают и не  свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых  судебных актов, поскольку касаются исключительно исследования и оценки  фактических обстоятельств и доказательственной базы по спору,  по существу представляя собой персональное мнение заявителя жалобы о том,  как таковые надлежало оценить, ввиду чего подлежат отклонению судом округа  как выходящие за пределы компетенции и полномочий суда кассационной  инстанции, установленных статьями 286 - 288 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Из материалов обособленного спора и мотивировочной части  обжалуемых судебных актов следует, что судами обеих инстанций в полной  мере исследованы все представленные сторонами доказательства, доводы  и возражения участвующих в деле лиц. Выводы судов основаны на полном  и всестороннем исследовании материалов настоящего дела о банкротстве,  достаточно мотивированы и обоснованы, произведены с учетом максимально  полного изучения всех обстоятельств, действий и пояснений участников спора  в совокупности; судами правильно определен предмет доказывания, верно  распределено бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, данные  обстоятельства исследованы судами и получили надлежащую оценку.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной  инстанции не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению  без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.03.2023 по  делу № А07-31914/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 22.08.2023 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «Компания «Нефтехимпромсервис» ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  

месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Председательствующий Е.А. Павлова 

Судьи В.В. Плетнева 

 Г.М. Столяренко