АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6135/22 

Екатеринбург

02 ноября 2022 г.

 

Дело № А07-10812/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 ноября 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О.Н.,

судей Артемьевой Н.А., Шершон Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Яковлевой Е.А., рассмотрел материалы кассационной жалобы финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.05.2022 по делу № А07-10812/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседании) принял участие ФИО1 (паспорт).

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.09.2021 ФИО2 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Определением суда от 16.08.2022 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3.

В арбитражный суд 17.03.2022 поступила жалоба конкурсного кредитора – акционерного общества «Райффайзенбан» (далее – банк), с ходатайством об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника. 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.05.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2022, ходатайство банка удовлетворено, ФИО1 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Не согласившись с указанными судебными актами в части отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой. 

Заявитель жалобы полагает, что сам по себе факт привлечения арбитражным управляющим лица, в разное время представляющего интересы кредитора либо должника в иных делах (всего в 5 делах), причем до банкротства должника, не является достаточным основанием для вывода о потенциальном конфликте интересов и, как следствие, о недобросовестности управляющего и о несоответствии его действий закону. Кассатор также считает, что судами нижестоящих инстанций было допущено нарушение принципов, отраженных в пунктах 4, 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практика рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», согласно которым отстранение конкурсных управляющих является исключительной мерой, направленной на защиту интересов кредиторов и должника.

В отзыве на кассационную жалобу должник просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения. 

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 26.10.2022 произведена замена судьи Кудиновой Ю.В. на судью Артемьеву Н.А.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, банк ссылался на наличие заинтересованности ФИО1, осуществляющего полномочия финансового управляющего имуществом должника, по отношению к должнику через представителя ФИО4 

Руководствуясь положениями статей 19, 20.2, 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, содержащимися в пункте 56 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, пункте 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, принимая во внимание, что представителем должника являлся ФИО4, который также выступал представителем арбитражного управляющего ФИО1 в делах о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО5 (дело № А07-448/2014), общества с ограниченной ответственностью «Башкирский текстильный комбинат» (дело № А07-26755/2014), ФИО6 (дело № А07-3245/2018), а также, что ФИО1 и ФИО4 представляли интересы одного и того же лица в делах № А07-20982/2018, № А07-18685/2007 о банкротстве закрытого акционерного общества «Стерлитамакская машиностроительная компания», суды установили, что ФИО4, как представитель (бывший) должника-заявителя, и ФИО1, как финансовый управляющий имуществом должника, имеют длительные деловые и партнерские связи, что свидетельствует о заинтересованности указанных лиц по отношению друг к другу и указывает на наличие формализованной аффилированности ФИО1 по отношению к должнику, с учетом чего пришли к выводу о наличии оснований для отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Между тем судами первой и апелляционной инстанций не учтено следующее.

Согласно пункту 2 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий, утверждаемый арбитражным судом в деле о банкротстве гражданина, должен соответствовать требованиям, установленным названным Законом к арбитражному управляющему в целях утверждения его в деле о банкротстве гражданина. 

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве арбитражным судом в качестве временных управляющих, административных управляющих, внешних управляющих или конкурсных управляющих не могут быть утверждены в деле о банкротстве арбитражные управляющие, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам.

Перечень лиц, которые в целях Закона о банкротстве признаются заинтересованными по отношению к должнику, арбитражному управляющему, кредиторам, установлен статьей 19 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий может быть освобожден или отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 83 настоящего Федерального закона в отношении административного управляющего (пункт 12 статьи 213.9 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу пятому пункта 56 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Вместе с тем, отстранение управляющего от исполнения возложенных на него в деле о банкротстве обязанностей является исключительной мерой ответственности, применение которой допустимо лишь в том случае, когда им в рамках рассматриваемого либо иных дел о банкротстве допущены неоднократные грубые умышленные нарушения требований действующего законодательства либо прав и законных интересов должника/его кредиторов, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, которые в своей совокупности ставят под сомнение наличие у него должной компетентности, добросовестности и независимости и свидетельствуют об отсутствии у такого управляющего желания надлежащим образом вести процедуру банкротства в отношении должника.

         При выполнении в процессе несостоятельности  своих функций   арбитражный управляющий обязан учитывать как интересы должника, так и интересы кредиторов. Соответственно,  одним из основных критериев заинтересованности, отраженным в статье 19 Закона о банкротстве, является возможность должника или кредитора оказывать влияние на волю арбитражного управляющего или наоборот.

  При этом законодательство  о банкротстве позволяет применять критерии как юридической, так и фактической аффилированности – именно для недопущения исполнения обязанностей управляющего лицом, находящимся под влиянием (контролем) одного из участников дела о банкротстве.

   Однако ссылки судов на то, что сами по себе длительные деловые  и партнерские отношения позволяют констатировать фактическую или какую-либо иную аффилированность  - не могут  быть признаны судом округа достаточно обоснованными. Как правило, весь реестр требований кредиторов  составляет  неисполнение обязательств из договоров, то есть длительных деловых связей, однако само по себе вступление с должником в обязательственные правоотношения не придает обычному контрагенту статус аффилированного лица, способного оказывать скрытое влияние на  процедуру банкротства.

  Кроме того, статус арбитражного управляющего, как профессионального субъекта, занимающегося, по сути, экономической  деятельностью предполагает неизбежность вступления в многочисленные деловые отношения с множеством субъектов оборота, в том числе с  профессиональными представителями. 

    Само по себе, то обстоятельство, что интересы арбитражного управляющего и должника в разное время в различных арбитражных процессах до банкротства должника представлял ФИО4, не свидетельствует об ангажированности финансового управляющего, и что он не исполняет  свои обязанности независимо и беспристрастно.

           Из самого факта знакомства профессионального представителя в делах о банкротстве и арбитражного управляющего, общей сферой деятельности которых является выполнение предусмотренных законом функций в делах о банкротстве, не следует их аффилированность. А само по себе представительство не относится к основаниям признания лица аффилированным с арбитражным управляющим или должником, не свидетельствуют ни о заинтересованности указанных лиц по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, ни о наличии конфликта интересов, ни об отсутствии независимости арбитражного управляющего или его заинтересованности. Иных доказательств, подтверждающих факт наличия аффилированности (заинтересованности) между должником и ФИО1 в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

           Соответственно, выводы судов о наличии заинтересованности управляющего  по отношению к должнику, основанные на том, что    представитель должника ФИО4  ранее выступал представителем арбитражного управляющего ФИО1 в делах о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО5 (дело № А07-448/2014), общества с ограниченной ответственностью «Башкирский текстильный комбинат» (дело № А07-26755/2014), ФИО6 (дело № А07-3245/2018), а также, что ФИО1 и ФИО4 представляли интересы одного и того же лица в делах № А07-20982/2018, № А07-18685/2007 о банкротстве закрытого акционерного общества «Стерлитамакская машиностроительная компания», признаются судом  округа несостоятельными. 

               Руководствуясь вышеизложенным, учитывая, что по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве между должником и ФИО1 отсутствуют признаки заинтересованности, принимая во внимание, что в материалы дела доказательств подтверждающих, что ФИО1 при осуществлении полномочий финансового управляющего допущены неоднократные грубые умышленные нарушения требований действующего законодательства либо прав и законных интересов должника/его кредиторов, а также доказательств совершения ФИО1 действий, которые ставят под сомнение наличие у него должной компетентности, добросовестности и независимости и свидетельствуют об отсутствии у такого управляющего желания надлежащим образом вести процедуру банкротства в отношении должника не представлено и судами указанные обстоятельства не установлены, у судов первой и апелляционной инстанций отсутствовали основания для отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В связи с тем, что при разрешении настоящего спора судами допущено существенные нарушения норм материального права (часть 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), повлиявшие на исход рассмотрения спора, однако учитывая, что фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора по существу, установлены судами первой и апелляционной инстанций, суд округа полагает возможным на основании пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отменить определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.05.2022 по делу № А07-10812/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2022 по тому же делу в части отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО2. В удовлетворении ходатайства акционерного общества «Райффайзенбанк» об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего  отказать. 

Вместе с тем, восстановление ФИО1 статуса финансового управляющего имуществом должника в настоящее время невозможно, ввиду того, что определением суда от 16.08.2022 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3.

Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 06.05.2022 по делу № А07-10812/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2022 по тому же делу отменить в части отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО2.

В удовлетворении ходатайства акционерного общества «Райффайзенбанк» об отстранении ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего  отказать.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                             О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                          Н.А. Артемьева 

 

                                                                                      Н.В. Шершон