ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-10320/2025

г. Челябинск

05 ноября 2025 года

Дело № А76-35125/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 05 ноября 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Ковалевой М.В., 

судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Зубковой В.Е., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 19.08.2025 по делу № А76-35125/2024.  

В заседании приняли участие представители: 

 ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 15.11.2024);  

 ФИО1 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 21.07.2025).  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.  

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом в отсутствие указанных лиц.  

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действующая в интересах общества с ограниченной ответственностью Группа Компаний «Русская общепромышленная специальная техника» (далее – истец, ФИО2, ООО ГК «Р.О.С.Техника») 07.10.2024 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о признании недействительной сделку – договор купли-продажи автомобиля от 03.10.2023 № 2205, а также применении последствий недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить ООО ГК «Р.О.С.Техника» полученный по сделке автомобиль Mercedes Benz  

Marco Polo Activity 200D 4Matic, идентификационный номер (VIN) 

<

***>.  

Решением суда от 19.08.2025 признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства № 2205 от 03.10.2023, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью Группа компаний «Русская общепромышленная специальная техника» (ИНН 

<

***>) и ФИО1 (ИНН 

<

***>).  

Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить ООО Группа компаний «Русская общепромышленная специальная техника» транспортное средство: Mercedes Benz Marco Polo Activity 200D 4Matic, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, 2017 года выпуска, цвет кузова – черный.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил судебный акт отменить. В апелляционной жалобе апеллянт указал, что единственный участник общества не высказывал своих возражений против заключения спорного договора до момента рассмотрения в суде. Ответчик представил доказательства, что продажа автомобилей по ценам, значительно ниже цены в оспариваемом договоре, являлось обычной хозяйственной деятельностью общества, так как договоры на подобных условиях заключались регулярно.  

Истец стал участником общества значительно позже совершения оспариваемой сделки, и, по мнению апеллянта, сделка никаким образом не повлияла на имущественное положение общества. Цена автомобиля определена его балансовой стоимостью, то есть общество в течение длительного времени само оценивало автомобиль в стоимость, за которую он был продан, документами налоговой отчетности достоверно подтверждается, что денежные средства от продажи автомобиля внесены в кассу организации и учтены в бухгалтерской отчетности.  

Определением апелляционного суда от 19.09.2025 апелляционная жалоба принята к производству суда, судебное заседание назначено на 23.10.2025.  

До начала судебного заседания от ООО «Группа компаний «Русская общепромышленная специальная техника» поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела (статья 262 АПК РФ).  

В судебном заседании представитель апеллянта поддержал доводы жалобы, представитель ФИО2 возражал по доводам жалобы.  

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно выписке Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), ООО Группа компаний «Русская общепромышленная специальная техника» (сокращенное наименование – ООО ГК «Р.О.С. Техника») зарегистрировано в качестве юридического лица 03.12.2015 с присвоением основного государственного регистрационного номера 1077451024782.  

Уставный капитал общества составляет 30 000 рублей и распределен  

между двумя участниками общества следующим образом:  

ФИО2 – 20 000 руб. размер доли – 2/3, ФИО5 – 10 000 руб. размер доли 1/3. 

Полномочия генерального директора общества возложены на ФИО5, о чем свидетельствуют запись за ГРН 2237400748682 от 20.10.2023.  

Ранее генеральным директором общества являлась ФИО6, что подтверждается решением № 1 от 28.09.2022 доверительного управляющего наследственным имуществом покойной ФИО7 ФИО6 (т. 1 л.д. 37).  

03 октября 2023 года ФИО6 продана ФИО5 доля в уставном капитале ООО ГК «Р.О.С. Техника», размер которой составляет 100 % (т. 1 л.д. 33-34).  

Решением единственного участника ООО ГК «Р.О.С. Техника» № 1 от 13.10.2023, ФИО6 освобождена от должности генерального директора общества, на эту должность с 13.10.2023 назначен ФИО5 (т. 1 л.д. 40).  

Общество в собственности имело транспортное средство, приобретенное по договору 13 ноября 2018 года у ООО «ЛК «Европлан» в лизинг (автомобиль Mercedes Benz Marco Polo Activity 200D 4Matic, идентификационный номер (VIN) 

<

***>) (т. 1, л.д. 20-23). Сумма лизинговых платежей определена в размере 4 744 094 руб. 87 коп. (пункт 2.4. договора).  

Регистрация спорного автомобиля за обществом ГК «Р.О.С. Техника» подтверждается полученным 17.11.2018 свидетельством о регистрации ТС серии 

<

...> (т. 1 л.д. 25).  

Впоследствии, 03.10.2023 между ООО ГК «Р.О.С. Техника» (продавец), в лице генерального директора ФИО6 и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства № 2205, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя транспортное средство марки Mercedes Benz Marco Polo Activity 200D 4Matic, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, 2017 года выпуска, г/н 

<

***>. Стоимость транспортного средства составила 650 000 руб. (т. 1, л.д. 16).  

Пунктом 4 данного договора предусмотрено, что техническое состояние ТС проверено покупателем путем осмотра и испытания. Претензий по качеству и комплектности не имеется.  

Ответчиком факт купли-продажи автомобиля и его получения не оспаривается, а также вытекает из представленных в материалы дела документов, в частности, акта приема-передачи от 03.10.2023 (т. 1 л.д. 17), счетом-фактурой (УПД) № 86 от 03.10.2023 (т. 1 л.д. 18).  

Вместе с тем оплата за транспортное средство произведена не была. 

Истец указывает, что договор заключен в нарушение п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) на заведомо невыгодных условиях для общества, на момент его заключения стороны сделки являлись аффилированными друг другу лицами, что свидетельствовало о сговоре при заключении договора, в связи с чем, истец просил признать  

договор недействительной сделкой и обязать ответчика возвратить полученный автомобиль обществу.  

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из наличия оснований для признания сделки недействительной.  

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, представленным доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на них, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.  

В соответствии со статьей 12 ГК РФ защита гражданских прав может осуществляться, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.  

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).  

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (пункту 2 статьи 168 ГК РФ).  

Как разъяснено в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части I Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой.  

В соответствии с нормами корпоративного законодательства сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества с ограниченной ответственностью генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску общества или его участника.  

Согласно пункту 2 статьи 166, пункту 1 статьи 65.2 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.  

Участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ),  

совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.  

Следовательно, ФИО2, будучи соучредителем общества ГК «Р.О.С. Техника», является лицом, правомочным заявлять иск о признании сделки общества недействительной. Материальным истцом по такому требованию выступает само ООО ГК «Р.О.С. Техника».  

По мнению истца, ФИО2, договор купли-продажи транспортного средства № 2205 от 03.10.2023 был заключен аффилированными лицами в условиях сговора между подписантами, без одобрения истца и по заведомо заниженной стоимости.  

В связи с чем, довод апеллянта о том, что ФИО2 не имела права оспаривать сделку, отклоняется.  

Оценивая договор купли-продажи № 2206 от 12.10.2023, суд пришел к выводу, что договор заключен с нарушением положений, установленных корпоративным законодательством.  

Согласно п. 1 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ, Закон об ООО), сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.  

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.  

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или)  

более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.  

В силу положений пункта 3 статьи 45 Закона № 14-ФЗ общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.  

Согласно пункту 6 этой же статьи в случае, если сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершена в отсутствие согласия на ее совершение, член совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участники (участник), обладающие не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, вправе обратиться к обществу с требованием предоставить информацию, касающуюся сделки, в том числе документы или иные сведения, подтверждающие, что сделка не нарушает интересов общества (совершена на условиях, существенно не отличающихся от рыночных, и другую). Указанная информация должна быть предоставлена обратившемуся с требованием лицу в срок, не превышающий 20 дней с даты получения соответствующего требования.  

Материалами дела подтверждено, что стороны сделки являлись близкими родственниками: ФИО6 (ранее ФИО8) является дочерью ФИО1, осуществлявшего ранее трудовую деятельность в ООО ГК «Р.О.С. Техника», что подтверждается представленнымих по запросу суда сведениями из отдела ЗАГС Администрации города Челябинска (т. 2, л.д. 130-132).  

Также в материалах дела имеется свидетельство о праве на наследство от 13.03.2023 (т. 1, л.д. 121), из которого следует, что наследником 100% доли ФИО7 в уставном капитале ООО ГК «Р.О.С. Техника», является ФИО6, дочь умершей, в том числе ввиду отказа супруга наследодателя – ФИО1  

Таким образом, оспариваемая сделка заключена между заинтересованными лицами.  

В виду изложенного, выводу суда о наличии заинтересованности ответчика в совершении спорной сделки, являются верными.  

Вместе с тем, оспариваемая сделка не была одобрена в указанном порядке, что ответчик не отрицает.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах  

иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения (пункт 93 постановления Пленума № 25).  

Кроме того, в пункте 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019) разъяснено, что составной частью интереса общества являются, в том числе, интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.  

Судебная практика признает наличие ущерба в согласовании неценовых условий сделки, которые явно невыгодны соответствующей стороне и носят нерыночный и экономически нерациональный характер, а также изменении договора, влекущем появление в договоре такого рода условий (Определение КЭС ВС РФ от 12.05.2017 № 305-ЭС17-2441).  

Сделка заключена на крайне невыгодных условиях для общества. Так, общество приобрело по договору лизинга № 1957168-ФЛ/ЧЛБ-18 от 13.11.2019 автомобиль, сумма лизинговых платежей определена в размере 4 744 094 руб. 87 коп. (пункт 2.4. договора).  

Согласно выданной ООО ГК «Р.О.С. Техника» справки ООО «Карлинк» от 12.09.2024, ориентировочная стоимость транспортного средства марки Mercedes Benz Marco Polo Activity 200D 4Matic, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, 2017 года, с учетом пробега 88 000 км, составляет 5 000 000 руб. (т. 1, л.д. 32).  

Договором купли-продажи транспортного средства № 2205 от 03.10.2023 стоимость автомобиля сторонами согласована в размере 650 000 рублей.  

ФИО1 утверждая, что автомобиль продан по рыночной стоимости, указывает, что указанная справка не может считаться надлежащим доказательством по делу, поскольку не учитывает степень износа транспортного средства и его повреждений, а само транспортное средство не осматривалось. Кроме того ответчиком в материалы дела представлен расчет амортизации транспортного средства, согласно которому остаточная стоимость транспортного средства составляет 115 254 руб. 16 коп. (т. 2, л.д. 129).  

Данные доводы правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку расчет сделан ответчиком самостоятельно, из материалов дела не следует, что у ответчика имеются специальные познания в области оценки, ходатайства о назначении судебной экспертизы по вопросу определения рыночной стоимости ТС на момент заключения сделки ответчиком не заявлялось.  

Материалы дела не подтверждают по каким причинам стоимость транспортного средства так значительно снизилась с 4 744 094 руб. до 650 000 руб. Доказательств, свидетельствующих о том, что имущественное состояние транспортного средство настолько ухудшилось и приобрело недостатки в результате его использования, что стоимость имущества сторонами оценена в 650 000 руб., в материалах дела отсутствуют.  

Вместе с тем, в п. 4 данного договора сторонами предусмотрено, что техническое состояние ТС проверено покупателем путем осмотра и испытания. Претензий по качеству и комплектности не имеется (т.1 л.д.16).  

Указанное свидетельствует о том, что транспортное средство приобреталось в хорошем состоянии и, учитывая его первоначальную стоимость по договору лизинга в сумме 4 744 094 руб., а также стоимость, определенной в справке от 12.09.2024 (транспортного средства марки Mercedes Benz Marco Polo Activity 200D 4Matic, 2017 года, с учетом пробега 88 000 км,) - 5 000 000 руб., определенная сторонами сделки стоимость в сумме 650 000 руб., не является рыночной, и определена в значительно меньшем размере, что, несомненно, причинило ущерб обществу.  

Таким образом, доводы ответчика об отсутствии у общества каких-либо убытков, ввиду заключения оспариваемой сделки, апелляционным судом также отклоняются, основанием для признания сделки недействительной по смыслу п. 2 ст. 174 ГК РФ могут являться как наличие явного ущерба, так и наличие сговора (который в данном случае установлен).  

Учитывая изложенное, из материалов дела следует явное занижение рыночной стоимости имущества, что свидетельствует о причинении обществу убытков. При этом денежные средства на расчетный счет общества не поступали.  

Пункт 2 статьи 174 ГК РФ не устанавливает каких-либо последствий аффилированности между лицами, в том числе - сторонами сделки. В частности, действительность сделки не поставлена в зависимость от наличия между ее сторонами, лицами, входящими в органы управления сторон сделки, отношений связанности (аффилированности). Однако установление признаков аффилированности могло бы иметь значения при установлении сговора между участниками сделки.  

При доказывании факта сговора представителя с другой стороной сделки, направленного на причинение ущерба представляемому, для целей применения пункта 2 статьи 174 ГК РФ судом должна приниматься во внимание совокупность косвенных доказательств, в том числе учитываться аффилированность представителя с другой стороной сделки и (или) стоящим за ней бенефициаром, включая имеющиеся между ними родственные или иные  

личные, корпоративные связи.  

При этом недобросовестность контрагента по сделке - осведомленность другой стороны сделки о том, что она являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение, предполагается, если заинтересованное в совершении сделки лицо, в частности, генеральный директор общества, и контрагент по сделке связаны друг с другом (являются аффилированными лицами).  

Исходя из сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой практики, аффилированность лиц может быть доказана в отсутствие формально-юридических связей между ними (фактическая аффилированность), например, когда корпоративные связи имеют сложный, непрозрачный характер и их трудно выявить, либо в совершение сделок намеренно вовлечены лица, формально не входящие в корпоративную структуру, но подконтрольные одному из участников конфликта.  

Довод истца об аффилированности сторон сделки рассмотрен, оценен и признан доказанным; наличие родственных связей в данной ситуации доказывает наличия сговора между сторонами сделки.  

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что истцом представлены безусловные доказательства причинения оспариваемой сделкой явного ущерба обществу и его участнику, равно как и представлены доказательства наличия сговора между участниками оспариваемой сделки, представлены доказательства, указывающие на однозначную осведомленность покупателя по спорной сделке о причинении ущерба обществу, его участнику, свидетельствующих о наличии у сторон при заключении спорного договора умысла в причинении ущерба обществу. Факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента установлен. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.  

Кроме того, 12.10.2023 обществом, в лице генерального директора ФИО9 продано 12.10.2023 по аналогичной сделке транспортное средство Kia QLE (Sportage), 2019 года выпуска, стоимостью 420 000 рублей (т. 1, л.д. 19). Сделка оспаривалась в рамках дела № А76-35871/2024. Покупателем по сделке являлся супруг директора - ФИО10.  

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 22.05.2025 иск удовлетворен, суд применил последствия недействительности сделки в виде возврата обществу полученного по сделке автомобиля.  

Судом также отклонен довод ответчика о том, что ФИО5, как текущим руководителем общества ГК «Р.О.С. Техника», на протяжении длительного времени не предпринимались меры к оспариванию сделки, чем, по сути, было выражено согласие с ее условиями, поскольку в рамках упомянутого дела ФИО5, равно как и само ООО ГК «Р.О.С. Техника», не являлся предъявителем иска. Заявленный иск имеет косвенную природу и был предъявлен в интересах общества его участником, ФИО2, в связи с  

наличием у нее соответствующего права.  

Оценивая доводы истца относительно реальности спорного договора, суд указал на отсутствие доказательств оплаты по договору, в том числе, и в согласованном сторонами размере.  

Как следует из письменных пояснений ФИО1, денежные средства передавались им непосредственно ФИО5 в наличной форме, что может быть подтверждено налоговой отчетностью, а также свидетельскими показаниями, при этом расписка в получении денежных средств не составлялась, кассовый чек не выдавался.  

Суд апелляционной инстанции считает данный довод не соответствующим обстоятельствам дела, поскольку факт оплаты должен быть подтвержден, прежде всего, документально, а доказательств, что денежные средства были перечислены на расчетный счет обществу или переданы в кассу, в связи с оплатой произведенной покупателем в наличной форме, материалы дела не содержат.  

Кроме того, ни в договоре купли-продажи транспортного средства № 2205 от 03.10.2023, ни в акте приема-передачи к нему не указано, что денежные средства за товар в действительности были получены.  

Не могут быть приняты во внимание и ссылки ответчика на вынесенное МИФНС России № 29 по Челябинской области предостережение в адрес ООО ГК «Р.О.С. Техника», содержащее, в том числе, указание на выдачу чеков коррекции по расчетам в отношении договоров № 2205 от 03.10.2024 на сумму 650 000 руб. и № 2206 от 12.10.2024 на сумму 420 000 руб. (т.1 л.д.102, 103), а также необходимость применения к спорным правоотношениям Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (т.1 л.д.130).  

Так, согласно разъяснений, изложенных в пункте 26 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2023)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19.07.2023), спор по заявлению участника юридического лица, указанного в части 1 статьи 225.1 АПК РФ, об оспаривании сделок, совершенных этим юридическим лицом, если оно подано в защиту корпоративных интересов данного хозяйствующего субъекта, является корпоративным вне зависимости от того, является ли ответчик гражданином - физическим лицом или обладает статусом индивидуального предпринимателя.  

Тогда как в силу Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» потребитель - это гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.  

Кроме того, суд отметил, что вынесение налоговым органом предостережения являлось следствием рассмотрения обращения ФИО1, а не констатации действительности сделки и добросовестности ее сторон.  

В данном случае, судом установлено, что заключение сделки имело место в условиях сговора, а ответчик, в отсутствие каких-либо доказательств, по сути, указывает на невыдачу кассового чека на сумму, внесение которой ни чем не подтверждается. Также согласно представленной истцом карточки регистрации  

ККТ (Штрих-Нано-Ф) № 0007 9782 6501 3651 оформление кассовой техники имело место лишь 11.04.2024 (т. 1, л.д. 120).  

Ссылка ответчика на отображение операции по реализации транспортного средства в бухгалтерской отчетности общества также не могут быть приняты судом во внимание, поскольку отражение в бухгалтерской и (или) налоговой отчетности фактов хозяйственной деятельности зависит от волеизъявления соответствующих организаций, в связи с чем, в отсутствие первичной документации не является достоверным доказательством наличия такой операции.  

При этом необходимо отметить, что на момент сдачи отчетности оспариваемая сделка не была признана недействительной, а, следовательно, информация о ней должна была быть отображена ООО ГК «Р.О.С. Техника».  

Более того, сам факт признания судом сделок истца недействительными не является достаточным основанием для внесения изменений в бухгалтерскую отчетность прошлых периодов. Основным последствием признания сделки недействительной является реституция, то есть возвращение сторон в первоначальное состояние, в котором они пребывали до совершения такой сделки. Именно после проведения реституции (на дату возврата имущества покупателем продавцу) у сторон сделки, признанной недействительной, возникают обязанности по внесению изменений в бухгалтерский учет.  

Отражение в бухгалтерской и (или) налоговой отчетности фактов хозяйственной деятельности зависит от волеизъявления соответствующих организаций, в связи с чем, в отсутствие первичной документации не является достоверным доказательством наличия такой операции.  

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В данном случае, в отсутствии доказательств оплаты проданного автомобиля, такой механизм реализуется посредством возврата продавцу отчужденного товара, то есть односторонней реституции.  

Доказательств и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой инстанции, в материалах дела отсутствуют и заявителем жалобы не представлено и не приведено. При этом все аргументы заявителя жалобы были предметом исследования в суде первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, которая подробно изложена в обжалуемом судебном акте по каждому доводу. В апелляционной жалобе заявитель по существу не указывает  

на конкретные нарушения, допущенные судом при вынесении обжалуемого судебного акта, а лишь выражает несогласие с оценкой судом представленных в дело доказательств.  

Принимая во внимание изложенное, оснований для отмены решения и удовлетворения жалобы, исходя из доводов последней, не имеется.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины по апелляционной жалобе, подлежат распределению между сторонами по правилам, установленным статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

постановил:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 19.08.2025 по делу № А76-35125/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья М.В. Ковалева 

Судьи: Л.В. Забутырина 

 С.В. Матвеева