СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                    Дело № А27-20384/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 ноября 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Назарова А.В., 

судей: Аюшева Д.Н., 

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания проводимого в онлайн-режиме с использования средств аудиозаписи помощником судьи Гальчук М.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (№ 07АП-8289/2020) на определение от 03.08.2020 (в редакции определения об исправлении опечатки от 03.08.2020) Арбитражного суда Кемеровской области (судья Дюкорева Т.В.) по делу № А27-20384/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ремонтноэксплуатационное управление № 10» (650066, 

<

...>, ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, заявлению Федеральной налоговой службы о взыскании с нее убытков, 

при участии в судебном заседании: 

от ФНС России – ФИО4 по доверенности от 09.09.2020, 

от управляющего – ФИО5 по доверенности от 08.06.2020,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ремонтноэксплуатационное управление № 10» (далее – ООО «РЭУ № 10», должник) в Арбитражный суд Кемеровской области 13.05.2020 поступило заявление

Федеральной налоговой службы (далее – ФНС, уполномоченный орган, заявитель) о взыскании убытков с бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) в размере 12 619 554,89 рублей.

Также, 02.06.2020 арбитражный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в размере 7 681 252,08 рублей на основании абзаца 5 пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции федеральных законов № 134-ФЗ, № 222-ФЗ.

Определением суда от 0.06.2020 заявления объединены для совместного рассмотрения.

Определением от 03.08.2020 Арбитражного суда Кемеровской области  заявления удовлетворены.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО2 в апелляционной жалобе просит его отменить, в удовлетворении заявлений отказать.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО2 приводит следующие доводы: конкурсный управляющий обратился в суд только с заявлением о привлечении ответчика, как контролирующее должника лицо, к субсидиарной ответственности, он не обращался с требованием о взыскании убытков; пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 № 53) не может быть положен в основу вины ответчика; вывод суда о существенности сделок в масштабах деятельности должника в 2013-2015 годах по остаточным активам в 2020 году сделан без полного анализа сделок с 2015 по 2019 года; суд не определил насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, не проверил, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия в период с 2013 года до даты начала процедуры банкротства в 2019 году.

ФНС России в порядке статьи 262 АПК РФ представила отзыв на апелляционную жалобу, в котором просила оставить определение суда первой инстанции без изменения, отказав в удовлетворении жалобы. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание апелляционной инстанции явку своих представителей не обеспечили. 

В порядке части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ суд посчитал возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность определения суда первой инстанции, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 13.03.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

15.10.2007 ФИО2 назначена на должность директора ООО «РЭУ-10» (лист дела 91 том 10). Согласно доступным сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), данное лицо также является участником должника с долей участия в размере 40 %.

Ссылаясь на причинение ей убытков неправомерным перечислением ФИО2 денежных средств в адреса «фирм-однодневок» в общей сумме 10 686 832,80 рублей, а также начислением по материалам налоговых проверок штрафных санкций в сумме 2 192 376 рублей (решения № 109 от 29.09.2017, № 756 от 02.02.2017, № 3062 от 22.09.2017, № 74 от 15.01.2018, № 2911 от 16.08.2018, № 5039 от 14.12.2018), всего 12 619 554,89 рублей, а также ссылаясь на необходимость привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по мотивам превышения на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к ответственности за налоговые правонарушения, ФНС России обратилась в суд с настоящим заявлением.

Конкурсный управляющий в свою очередь обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, полагая, что вследствие ее действий должник признан несостоятельным (банкротом).

Удовлетворяя заявление о взыскании убытков, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности оснований, свидетельствующих о причинении убытков должнику. Также суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей в силу.

Одновременно с этим пунктом 14 статьи 1 Закона № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен новой главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление о взыскании убытков поступило в суд после 01.07.2017, подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1, 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Исходя из содержания пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. При этом единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из смысла названной нормы права следует, что для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: факт причинения убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств, обязанностей), причинно-следственную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств и непосредственно размер убытков.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление № 62 от 30.07.2013) разъяснено, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Из разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления № 62 от 30.07.2013, следует, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

Из разъяснений, изложенных в пункте 5 постановления № 62 от 30.07.2013 следует, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (подпункт 5 пункта 2 постановления № 62 от 30.07.2013).

В рассматриваемо случае материалами дела, в частности вступившими в законную силу решениями о привлечении должника к налоговой ответственности, установлен факт как перечисления денежных средств в адрес «фирм-однодневок» (которые на момент рассмотрения настоящего обособленного спора согласно общедоступным источникам исключены из ЕГРЮЛ), так и привлечения к налоговой ответственности в связи с неправомерными действиями должника по созданию схемы по занижению налога на прибыль, налога на добавленную стоимость и ненадлежащему исполнению публично-правовых обязанностей в виде уплаты обязательных платежей.

Доказательств обратного (осуществления своих обязанностей добросовестно и разумно) в материалы дела представлено не было.

Вследствие неразумного поведения руководителя должника ООО «РЭУ-10» причинены убытки вследствие перечисления денежных средств без какого-либо встречного предоставления, должник привлечен к ответственности в виде штрафа, дополнительным начислением ему пеней (статьи 75 и 122 НК РФ).

Принимая во внимание изложенное выше, учитывая, что ФИО2 не представлено доказательств отсутствия ее вины в причинении убытков, равно как и доказательств наличия иных обстоятельств, освобождающих ее от ответственности, либо уменьшающих ее (в том числе сведения о фактическом руководителе), суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление о взыскании убытков в заявленном размере.

Также суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, исходя из следующего.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий, то есть состав правонарушения определяется по правилам статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ).

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, определено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац пятый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В силу общих положений ГК РФ о действии гражданского законодательства во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), а также разъяснений, данных в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения Закона о банкротстве в редакции соответствующего Федерального закона (в рассматриваемом случае - Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ) применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, совершение действий, повлекших банкротство предприятия-должника), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ; если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу названного Закона, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу названного Федерального закона, то есть в редакции Закона № 134-ФЗ, вступившего в законную силу 30.06.2013 (поскольку основная часть налоговой недоимки, за исключением неуплаты налога на добавленную стоимость за 1 квартал 2013 года в сумме 10 933 рублей, приходится на период после 30.06.2013). Таким образом, норма статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ применению в рассматриваемом случае не подлежит.

По результатам оценки представленных доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции приняв во внимание, что сделки по перечислению денежных средств в адрес «фирм-однодневок» в размере более 10 млн рублей являлись существенными к масштабам деятельности должника, а из отчета временного управляющего следует, что у должника имеются активы в размере 4 712 тыс. рублей, состоящие из дебиторской задолженности в размере 4 179 тыс. рублей, запасов в размере 10 тыс. рублей, денежных средств в размере 523 тыс. рублей, иное имущество, принадлежащее должнику на праве собственности, отсутствует, какое-либо имущество за должником не зарегистрировано (указано в решении о признании должника банкротом); в реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 7 631 138,76 рублей (из которых штрафные санкции 2 830 843,08 рублей), пришел к верному выводу, что действия (сделки) ФИО2 по перечислению денежных средств контрагентам, заведомо неспособным исполнить свои обязательства, безусловно, повлекло причинение имущественного вреда должнику и кредиторам, что свидетельствует о доказанности презумпции признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие её действий на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Презумпция о наличии причинной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при совершении этим лицом сделок, в результате которых причинен вред имущественным правам кредиторов, содержащаяся в абзаце 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, ФИО2 не опровергнута, равно как и не представлено доказательств наличия иных причин, повлекших банкротство ООО «РЭУ-10».

Доводы, приводимые в апелляционной жалобе, не опровергают правильности применения судом норм материального права, а выражают несогласие с изложенными в определении и выводами. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств дела не свидетельствует о судебной ошибке и не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушением норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 03.08.2020 (в редакции определения об исправлении опечатки от 03.08.2020) Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-20384/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. 

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей, уплаченную по чеку-ордеру от 13.08.20200 (операция 17).

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

ПредседательствующийА.В. Назаров

СудьиД.Н. Аюшев 

ФИО1