ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

15.02.2024

Дело № А41-49753/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 15 февраля 2024 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Коротковой Е.Н., Паньковой Н.М.

при участии в заседании:

от ф/у-Маслова Е.Ю. по дов от 24.11.2021

от ФИО1-ФИО2 по дов от 19.10.2023

рассмотрев 12.02.2024 в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 

на постановление от 30.10.2023

Десятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению финансового управляющего о признании недействительными сделок по перечислению в пользу ФИО1 1 744 500 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 1 744 500 руб. 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 12.11.2020 в отношении ФИО3 (ИНН: 

<

***>) введена процедура реализации имущества.

Финансовым управляющим суд утвердил ФИО4.

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» №219(6940) от 28.11.2020.

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными сделок по перечислению в пользу ФИО1 1 744 500 руб. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 1 744 500 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.07.2023 признаны недействительными сделки по перечислению 1 744 500 руб. со счета ФИО3 в пользу ФИО1; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника ФИО3 денежные средства в размере 1 744 500 руб.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2023

определение Арбитражного суда Московской области от 28.07.2023 отменено,  заявление финансового управляющего оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с постановлением апелляционного суда, финансовый управляющий ФИО3 – ФИО4  обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции отменить и оставить в силе определение суда первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что суд апелляционной инстанции по тексту обжалуемого постановления на странице 7 указывает, что оспариваемые платежи совершены вследствие исполнения Ответчиком (ФИО5) своих должностных обязанностей и что денежные средства, являющиеся предметом оспаривания в настоящем споре, были направлены для осуществления трудовых функций ФИО5, но ни одного доказательства о правомерности такого вывода материалы дела не содержат;  ссылаясь на определение Арбитражного суда Московской области от 17.07.2023 апелляционная инстанция пришла к выводу об отсутствии у ФИО3 признаков неплатежеспособности на дату совершения спорных сделок, при этом полностью проигнорировала доводы финансового управляющего, письменно представленные в отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 и подтвержденные судебными актами; суд первой инстанции к правомерному выводу о том, что действия ФИО1 по принятию денежных средств па личные счета с личных счетов Должника следует оценить как выходящие за рамки добросовестного поведения участника гражданских правоотношений, что по мнению Финансового управляющего является справедливым и объективным, так как следствием противоправных действий Должника в отношении АО «Энсргокаскад» и его кредиторов, при активном участии ФИО1 является текущее включение в реестр требований кредиторов ФИО3 долгов перед кредиторами АО «Энергокаскад».

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 05.02.2024 объявлялся перерыв до 12 часов 30 минут 12.02.204, о чем сделано публичное извещение в сети Интернет на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru  и   http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего ФИО3 – ФИО4  доводы кассационной жалобы поддержал; представитель ФИО1 в отношении удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судами и следует из материалов дела, с расчетного счета должника № 40802810500001636652, открытом в АО «Райффайзенбанк», в пользу ФИО1 произведены перечисления на общую сумму 1 744 500 руб.: 03.12.2014 на сумму 88 700 руб., 08.12.2014 на сумму 121 000 руб.. 10.12.2014 на сумму 45 000 руб.. 12.12.2014 на сумму 50 000 руб., 22.12.2014 на сумму 40 000 руб., 22.12.2014 на сумму 20 000 руб., 30.12.2014 на сумму 375 000 руб.. 30.12.2014 на сумму 25 000 руб., 31.11.22014 на сумму 64 000 руб., 20.01.2015 на сумму 50 000 руб., 22.01.2015 на сумму 150 000 руб., 29.01.2015 на сумму 100 000 руб., 29.01.2015 на сумму 25 800 руб., 09.02.2015 на сумму 15 000 руб., 11.02.2015 на сумму 60 000 руб., 13.02.2015 на сумму 20 000 руб., 25.02.2015 на сумму 100 000 руб., 27.02.2015 на сумму 30 000 руб., 23.03.2015 на сумму 20 000 руб., 30.03.2015 на сумму 25 000 руб., 01.04.2015 на сумму 125 000 руб., 06.04.2015 на сумму 165 000 руб., 08.04.2015 на сумму 30 000 руб.

Финансовый управляющий просил признать сделку недействительной как подозрительную, направленную на причинение вреда имущественным правам кредиторов, совершенную в отношении заинтересованного лица.

Суд первой инстанции указал, что совершение оспариваемых действий по перечислению денежных средств привело к уменьшению размера имущества (конкурсной массы) должника, сделав вывод об обоснованности заявления финансового управляющего должника.

С выводами суда первой инстанции не согласился суд апелляционной инстанции, сделав вывод о том, что основания для удовлетворения заявления отсутствуют, так как оспариваемые сделки совершены вследствие исполнения ответчиком своих должностных обязанностей, на момент совершения оспариваемой сделки у должника отсутствовала задолженность перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции не может согласиться с выводами апелляционного суда в силу следующего.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве определено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно разъяснениям пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III .1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Рассматриваемые сделки совершены за период с 03.12.2014 по 08.04.2015, то есть данные сделки не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Однако оспариваемые сделки могут быть оспорены по основаниям, установленным статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Кодекса).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами

и                                                                                т                                                                                                             u -j—i                                                                                                                                                                              -pi                                  u                             u

некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В пункте 10 Информационного письма от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Указанный вывод суда соответствует сложившейся судебной практике применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 N 1795/11.

Таким образом, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

-    наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

-    наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;

-     наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Как верно указал суд первой инстанции, поскольку указанные перечисления оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности следует исходить из содержания этого понятия, данного в абзаце 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Кроме того, в соответствии с пунктом 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Судом установлено, что решением Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2016 по делу № А40-62815/2013 ЗАО «Энергокаскад» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 115054, 

<

...>, ком. 1202) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Должник по настоящему делу - ФИО3 являлся генеральным директором ЗАО «Энергокаскад».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2019 по делу № А41-62815/2013 с ФИО3 в пользу АО «Энергокаскад» взысканы убытки в размере 7 240 000 рублей.

Как следует из судебных актов по делу № А40-62815/2013 заявление конкурсного управляющего было мотивировано тем, что между ООО «Сервис МТМ» и АО «Энергокаскад» 16.04.2015 года (в период процедуры наблюдения в отношении последнего) генеральным директором ФИО3 был заключен договор №16/04. По указанному договору АО «Энергокаскад» произвело оплату (авансирование) услуг ООО «Сервис МТМ» в сумме 7 240 000 рублей.

Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 24.07.2020 по делу № А40-62815/13 суд взыскал с ФИО3 (в пользу АО «Энергокаскад» убытки в размере 12 755 303,73 руб.

Основанием для вынесения указанного определения послужили действия должника по пополнению 10 и 11 августа 2015 года карточного счета по корпоративной банковской карте «5586-****-****-5923», держателем которой являлся ФИО3, на общую сумму 12 600 000,00 рублей, также 11 августа 2015 года было произведено списание денежных средств с корпоративной банковской карты, держателем которой являлся ФИО3 («5586-****-****- 5923») на общую сумму 6 313 422,28 рублей (9 транзакциями) с назначением платежа «Оплата RUS KOTELNIKI ОВ1».

Также ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательства ЗАО «Энергокаскад» на основании определения Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2021 по делу № А40-62815/13.

В вину ФИО3 суд вменил следующие обстоятельства: в период 2014-2016 гг. в распоряжение АО «Энергокаскад» поступила денежная сумма, превышающая более 730 миллионов рублей. Вместе с тем, активы баланса за 2016 год сформированы только за счет остатка по строке «Основные средства» в размере 55 000, 00 рублей. При этом, контролирующие должника лица в период 2012 по октябрь 2016 гг. не предпринимали действий по направлению поступающих денежных средств в счет погашения реестра требований кредиторов и стабилизации финансового положения должника. Напротив, полученные денежные средства расходовались на необоснованно завышенные управленческие расходы, переводы денежных средств на корпоративные карты с последующим снятием на личные нужды держателей карт (ФИО3, ФИО1), производственные расходы в отсутствие первичной документации (недействительные сделки), заработная плата, аренда, услуги бухгалтера/аудитора, юридические услуги и иные текущие платежи. Наличие высокого уровня управленческих расходов, а также неосновательных выплат в 2013-2015 гг. привело к ухудшению финансового состояния должника и невозможности погашения требований, включенных в реестр требований кредиторов. Так в 2014 году общая сумма списаний только по расчетному счету, открытому в ОАО «Пробизнесбанк», составила 157 095 514, 34 рублей, в том числе оплата контрагенту ОАО «СМК» в сумме 51 597 192, 00 рублей (оплата проектно-изыскательных работ, работ по разработке рабочей документации), ООО «Готика» в сумме 17 002 201, 07 рублей (оплата по проекту «Реконструкция водозабора города Псков»), иные платежи.

Вследствие совершенных вышеуказанных нарушений ФИО3 и был привлечен к субсидиарной ответственности на сумму 60 790 000 руб. (определение Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2023 по делу № А40-62815/2013).

Принимая презумпцию о том, что Российская Федерация является правовым государством с эффективно действующей судебной системой, следует считать, что уже с момента совершения нарушений, противоправных действий, наступает неизбежная и неотвратимая ответственность за их совершение.

В случае ФИО3 и ЗАО «Энергокаскад» такая ответственность является субсидиарной ответственностью, и момент ее возникновения определяется моментом совершения нарушений, а не вынесением судебного акта.

Суд первой инстанции обоснованно сделал вывод, что сами по себе обязательства по оплате денежных средств в результате привлечения к субсидиарной ответственности или взыскания убытков не могут возникать с момента вынесения определения суда о привлечении к субсидиарной ответственности, а основаниями для такого привлечения в случае ЗАО «Энергокаскад» были различные нарушения, совершенные ФИО3 как руководителем ЗАО «Энергокаскад» в 2014-2015 годах, что указано в определениях Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-62815/2013.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 63 (ред. от 06.06.2014) "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве" дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со статьей 1064 ГК РФ, признается датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа независимо от того, в какие сроки состоится исчисление размера вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

Таким образом, ФИО3 совершил в 2014-2015 годах деяния, за которые впоследствии был привлечён к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков и субсидиарной ответственности по обязательствам возглавляемого им общества.

При этом процедура банкротства в отношении ЗАО «Энергокаскад» возбуждена 24.05.2013 на основании определения Арбитражного суда города Москвы по делу № А40 -62815/2013.

То есть, совершая в 2014-2015 действия, которые повлекли причинение вреда интересам ЗАО «Энергокаскад», зная о введенной в отношении данного общества процедуры банкротства, предполагая, что с него как контролирующего лица могут быть взысканы убытки и он может быть привлечен к субсидиарной ответственности ФИО3 совершил действия по перечислению своих личных денежных средств в пользу третьего лица.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.03.2021 по настоящему делу требования АО «Энергокаскад» были включены в реестр требований кредиторов ФИО3.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013 о банкротстве ЗАО «СУ-83 Мосфундаментстрой» и в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2022 № 307-ЭС21-22424 по делу № А13-12911/2018 наличие у должника на момент совершения сделок обязательств перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований, подтверждают факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что на дату совершения оспариваемых сделок по перечислению денежных средств ФИО3 уже обладал признаками неплатежеспособности, так как совершил деяния, причинившие вред ЗАО «Энергокаскад».

Суд первой инстанции также сослался на то, что о противоправной цели ФИО1 по совершению (принятию) спорных платежей без встречного предоставления свидетельствуют следующие обстоятельства.

Так, судом первой инстанции установлено, что ответчик ФИО1 работала в ЗАО «Энергокаскад» на должности секретаря, а потом помощника генерального директора, что следует из копии трудовой книжки ответчика.

Согласно доводам ответчика, изложенным в письменных пояснениях, она осуществляла функции встречи гостей, прием звонков, бронирование и регистрация авиа, ж/д билетов, гостиниц и пр., тратила перечисленные денежные средства на личные нужды генерального директора ФИО3

Таким образом, суд первой инстанции посчитал, что можно предположить, что ответчик была в курсе всей работы генерального директора ФИО3, так как была его помощником и осуществляла не только служебные обязанности, но и личные поручения ФИО3

Кроме того, обстоятельства того, что ФИО1 участвовала в схемах вывода наличных денежных средств со счетов ЗАО «Энергокаскад» установлено судебными актами по делу № А40-62815/2013.

Так в определении Арбитражного суда города Москвы от 24.07.2020 по делу № А40-62815/13 указано, «с корпоративной пластиковой банковской карты, держателем которой являлась ФИО1 - сотрудница АО «Энергокаскад» в период руководства ФИО3 (была помощницей последнего) с 10 по 11 августа 2015 года произведено пополнение ссудного карточного счета по корпоративной пластиковой банковской карте ФИО1 «5586-****-****- 2656» на общую сумму 9 817 400 рублей.

11 августа 2015 года, произведено списание денежных средств с корпоративной банковской карты, держателем которой являлась ФИО1 «5586-****¬****- 2656» на общую сумму 6 441 881,45 рублей с назначением платежа «Оплата RUS KOTELNIKЮВI».

Таким образом, по двум корпоративным пластиковым банковским картам, держателями которых были ФИО3 и ФИО1 за период с 10 по 11 августа 2015 года было произведено пополнение счета на общую сумму в 22 417 400 рублей, и при этом списано с указанных банковских карт 12 755 303,73 рубля на оплату «Оплата RUS KOTELNIKI ОВ1».

Далее 18 августа 2015 года ФИО3 на имя директора магазина 013 ООО «Сделай Своими Руками» ФИО6 подано заявление, в котором ФИО3 просит произвести возврат денежных средств на общую сумму 12 775 303 рубля 60 копеек за оплаченные позиции товара согласно счетам от 11.08.2015 г. №№ 171281 на сумму 21026,60 руб., 171287 на сумму 819432 руб., 171286 на сумму 819432 руб., 171285 на сумму 819432 руб., 171284 на сумму 819432 руб.,171283 на сумму 819432 руб., 171282 на сумму 819432 руб.,171280 на сумму 501118,73 руб., 171279 на сумму 874684,95 руб., 171276 на сумму 827462,16 руб., 171278 на сумму 800225,28 руб., 171275 на сумму 827462,16 руб., 171277 на сумму 787957,17 руб., 171289 на сумму 451564,26 руб., 171288 на сумму 800225,28 руб., 171324 на сумму 498907,21 руб., 171323 на сумму 497986,71 руб., 171321 на сумму 475434,04 руб., 171320 на сумму 474657,18 руб. При этом, в заявлении ФИО3 указывается на прекращение действия банковских карт «5586- ****-****-5923» и «5586-****-****-2656» и банковские реквизиты, по которым надлежит возвратить денежные средства: «Получатель - ФИО3, ИНН 

<

***>, р/сч 

<

***> АО «АльфаБанк» г. Москва, БИК 044525593, к/сч 30101.810.2.00000000593 карта № 5211-****-****- 6865 (держатель ILYA KOLEROV)».

Проведенным анализом выписок по расчетным счетам должника, полученным конкурсным управляющим, установлено, что денежные средства в размере 12 755 303,73 рублей, которые были списаны с расчетного счета должника на пополнение корпоративных банковских карт ФИО3 и ФИО1, до настоящего момента на расчетные счета (расчетный счет) должника не были возвращены.

Суд первой инстанции установил, что отсутствуют документы, подтверждающие расходование указанных денежных средств на нужды общества, равно как не имеется и доказательств возврата данных денежных средств в кассу АО «Энергокаскад».

11.12.2013 в отношении АО «Энергокаскад» была введена процедура наблюдения. На момент списания ФИО3 денежных средств с расчетного счета должника уже были предъявлены и включены в реестр требований кредиторов АО «Энергокаскад» требования кредиторов на общую сумму более 500 000 000,00 (пятисот миллионов) рублей.».

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции посчитал, что, как переводы со счетов АО «Энергокаскад», так и переводы с расчетного счета ФИО3 в пользу ФИО1 были осуществлены в преддверии или в период процедуры банкротства АО «Энергокаскад», в котором ФИО3 был контролирующим должника лицом.

В отсутствие доказательств какого-либо встречного исполнения, доказательств того, что ФИО1 тратила указанные денежные средства на нужды компании или на нужды ФИО3 (покупала билеты, бронировала гостиницы, приобретала продукты питания и пр.) суд первой инстанции посчитал, что указанные переводы были притворными сделками.

Пунктом 2 статьи 170 ГК РФ предусмотрено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено абзаце первом пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление №25), согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Как отмечено в пункте 1 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при оценке действий сторон на предмет добросовестности, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Любой разумный участник гражданского оборота не будет передавать безвозмездно свое имущество обычному участнику оборота, поскольку подобное поведение противоречит деловой цели и экономическому смыслу сделки.

Возникновение соответствующих обязательств возможно только при наличии доверительных отношений между сторонами спорной сделки (ФИО3 и его помощником ФИО1), что доказывает, по мнению суда первой инстанции, притворную цель сделки.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка может быть признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спорные платежи прикрывали безвозмездный вывод ликвидных активов должника в преддверии его банкротства (в 2013 году уже было возбуждено дело о несостоятельности АО «Энергокаскад», по обязательствам которого ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности и с него взысканы убытки) в пользу ответчика, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, выразившегося в уменьшении потенциальной конкурсной массы в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

Прикрывающая сделка ничтожна независимо от признания ее таковой судом в силу прямого указания пункта 1 статьи 168, пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Учитывая установленные обстоятельства, суд приходит к выводу, что сделки были совершены безвозмездно с целью причинить вред имущественным правам как самому должнику так и его кредиторам; в результате совершения сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделок знала (должна была знать) об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Доказательств обоснованности и экономической целесообразности указанных переводов материалы дела не содержат, очевидна цель причинения имущественным правам кредиторов должника при их совершении.

Обстоятельства совершения притворных платежей в отсутствие каких-либо договоров свидетельствуют о злоупотреблении сторонами правом при отчуждении имущества должника по прикрываемой сделке.

Прикрываемая сделка по безвозмездному отчуждению имущества должника совершена в предбанкротный период должника и повлекла неплатежеспособности должника, так как на момент ее совершения должник произвел противоправные действия, которые повлекли причинение убытков АО «Энергокаскад» и впоследствии указанная сумма убытков и субсидиарной ответственности взыскана с должника и включена в его реестр требований кредиторов.

Ответчик, будучи фактически аффилированным с должником (ФИО1 была личным помощником ФИО3 как генерального директора АО «Энергокаскад»), не мог не знать о цели совершения притворных платежей и преследовала единственную цель: причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции сделал вывод о том, что получая имущество должника безвозмездно, ответчик действовал недобросовестно и преследовал цель причинение вреда имущественным правам кредиторов, которая совпадала с целью должника.

Изложенные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, свидетельствуют, что в условиях неплатежеспособности из собственности должника безвозмездно выведено ликвидное имущество (денежные средства) путем совершения притворных платежей с целью и причинением вреда имущественным правам кредиторов, которые лишались возможности получить удовлетворение своих требований за счет денежных средств должника.

Судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ответчика о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности в силу следующих обстоятельств.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона № 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Рассматриваемые сделки совершены за период с 03.12.2014 по 08.04.2015, то есть данные сделки не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, при этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По смыслу указанных выше норм применение судом исковой давности по заявлению стороны в споре направлено на сохранение стабильности гражданского оборота и защищает его участников от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

В данном случае, процедура реструктуризации долгов гражданина ФИО3 введена определением Арбитражного суда Московской области от 11.11.2020 (резолютивная часть).

Указанным определением финансовым управляющим ФИО3 утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Московской области от 12.11.2020 в отношении ФИО3 (ИНН: 

<

***>) введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим суд утвердил ФИО4.

С заявлением о признании недействительными сделок перечисления финансовый управляющий ФИО4 обратился в суд 01.06.2022, то есть в течение трех лет с момента утверждения первого финансового управляющего.

Исследовав материалы дела, суд пришел к выводу, что срок исковой давности на оспаривание платежей за период с 03.12.2014 по 08.04.2015 на сумму 1 744 500 руб. финансовым управляющим не пропущен.

Доводы ответчика о том, что у ФИО3 были иные источники доходов помимо участия в АО «Энергокаскад» и осуществления им полномочий генерального директора, как то арендная плата, как верно указал суд первой инстанции,  не свидетельствуют о правомерности произведенных  платежей в пользу ФИО1 без надлежащих и достоверных доказательств наличия встречного предоставления.

При этом, каких-либо доказательств того, что ФИО1 возвратила указанные денежные средства должнику, либо израсходовала их на нужды должника, в материалы дела не представлены.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права.

В связи с тем, что судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении заявлений об оспаривании сделок должника были установлены все фактические обстоятельства дела, но апелляционным судом неправильно применены нормы материального права, арбитражный суд кассационной инстанции, руководствуясь положениями действующего законодательства, считает возможным постановление суда апелляционной инстанции отменить  и оставить в силе определение суда первой инстанции.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2023 по делу № А41-49753/2020  отменить, определение Арбитражного суда Московской области от 28.07.2023 оставить в силе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                  В.Я Голобородько

Судьи:                                                                                            Е.Н. Короткова

Н.М. Панькова