СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-174/2020(12)-АК

Дело №А60-36836/2019

13 мая 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 мая 2022 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                   Макарова Т.В., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

от лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 25 февраля 2022 года

об удовлетворении жалобы на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2,

вынесенное в рамках дела №А60-36836/2019 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.06.2019 

принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью Коммерческий Банк «Кольцо Урала» (далее – ООО КБ «Кольцо Урала», Банк) о признании ФИО3 (далее – ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.12.2019 

заявление ООО КБ «Кольцо Урала» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член Ассоциации ведущих арбитражных управляющих «Достояние».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.06.2020 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Публикация о введении в отношении должника процедуры реализации имущества размещена в газете «КоммерсантЪ» от 30.11.2019.

28.10.2021 один из конкурсных кредиторов должника - ФИО4 (далее - ФИО3, кредитор) обратилась в арбитражный суд с жалобой на неправомерные действия финансового управляющего ФИО2 (далее – финансовый управляющий), выразившиеся в незаконном отказе в предоставлении информации, содержащей требование об обязании финансового управляющего предоставить кредитору следующие документы и сведения: 

- информацию о принятии мер по сохранности имущества в отношении следующих объектов недвижимости: нежилого сооружения, протяженностью 400 м, кадастровый номер: 56:44:0253003:52, расположенное по адресу: 

<

...>; нежилого здания, общей площадью 1 021,30 кв.м., кадастровый номер:  56:44:0253003:54, расположенное по адресу: 

<

...> (в случае передачи указанных объектов недвижимости в аренду - предоставить копию договора аренды с арендатором или предоставить возможность ознакомиться с данным документом); 

- сведения о размере арендной платы; 

- сведения о платежах от арендатора или ином доходе; 

- выписку по счету или предоставление возможности ознакомиться с данным документом; 

- сведения о наличии/отсутствии задолженности у арендатора (в случае, если такая задолженность имеется, пояснить причины непредъявления требований такому арендатору). 

В дальнейшем, до рассмотрения спора по существу кредитор уточнил заявленные требования, в связи с чем, просил признать неправомерными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2, выразившиеся в непредоставлении информации по запросу ФИО3; в ненаправлении ей в установленный законом срок отчета финансового управляющего, а также в несвоевременном перечислении ФИО3 текущих платежей (л.д.47 т.1).

Данное уточнение требований принято судом первой инстанции на основании статьи 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2022 

жалоба ФИО3 удовлетворена; признаны неправомерными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2, выразившиеся в непредоставлении информации по запросу ФИО3, в ненаправлении ей в установленный законом срок отчета финансового управляющего, в несвоевременном перечислении ФИО3 текущих платежей.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, ссылаясь на нарушение судом норм процессуального права. 

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель, с учетом дополнений к ней, приводит доводы о том, что в ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции ФИО3 в лице своего представителя ФИО5 неоднократно изменяла предмет и основание заявленных требований. Отмечает, что в судебном заседании от 01.12.2021 суд первой инстанции отказал в принятии уточнения заявленных требований, поскольку данные уточнения меняют предмет и основание жалобы и отложил судебное разбирательство, между тем, в последующих судебных заседаниях представители кредитора продолжали настаивать на удовлетворении заявленных требований, с учетом уточнения к жалобе, при этом, в каждом судебном заседании финансовый управляющий под аудио-протокол заявлял о недопустимости данных действий, также изложил свою позицию в письменном виде. Таким образом, признавая обоснованной жалобу ФИО3 на действия (бездействия) финансового управляющего, суд первой инстанции нарушил фундаментальные положения, изложенные в статьи 49 АПК РФ, и не учел разъяснения, данные в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанцию). Помимо этого, не соглашается с выводом суда о ненаправлении финансовым управляющим в адрес ФИО3 отчетов о проделанной работе, отмечая, что в рамках настоящего дела о банкротстве представители ФИО3 и самого должника (ФИО3) на регулярной основе принимают участия во всех судебных заседаниях, тем самым контролируя ход проведения процедуры; управляющий ежеквартально уведомляет кредиторов о ходе реализации процедуры банкротства, направляя отчеты о своей деятельности в их адреса, в том числе, ФИО3, что подтверждается сопроводительными письмами о направлении отчетов кредиторам и сведениям с сайта Почта России об отслеживании корреспонденции по почтовым идентификаторам №№62098858053019, 62010963102413, 62098865370390, 62013367075420, при этом,  ни у одного кредитора, кроме ФИО3 ни разу не возникло вопросов по факту ненаправления отчета управляющего о ходе процедуры реализации имущества должника, что, по мнению апеллянта, свидетельствуют о недобросовестном поведении со стороны Д-вых, их представителей и злоупотреблении ими своими процессуальными правами. Поясняет, что 30.11.2021 в адрес ФИО3 финансовым управляющим были направлены запрашиваемые ею документы, а также пояснения относительно перевода ей 6000 руб. в счет погашения текущей задолженности, что подтверждается отчетом об отслеживании по почтовому идентификатору №62010964056098, вместе с тем, указанные документы и пояснения, равно как и иная почтовая корреспонденция ФИО3 по неизвестным причинам получена не была. Обращает внимание на то, что в рамках настоящего дела о банкротстве должник в лице его представителей, равно как и его супруга ФИО3, являющаяся также кредитором должника, в лице тех же представителей  на регулярной основе подают на различные жалобы на действия (бездействия) финансового управляющего, заявления о взыскании с него убытков и об отстранении его от исполнения обязанностей, что направлено исключительно на дискредитацию и дестабилизацию работы управляющего. Также полагает ошибочным вывод суда об отказе финансового управляющего в предоставлении ФИО3 документов и сведений по ее запросу. Поясняет, что 18.10.2021 в адрес финансового управляющего по электронной почте поступил запрос от представителя должника ФИО6 о предоставлении документов и пояснений, в ответ на который 25.10.2021 управляющий посредством использования услуг почтовой связи были направлены документы (по списку); в дальнейшем, 25.10.2021 в адрес финансового управляющего по электронной почте поступил аналогичный запрос от представителя кредитора ФИО3, в ответ на которой  управляющий сообщил, что 18.10.2011 уже получил от ФИО3 аналогичный запрос, в связи с чем, рекомендует ознакомиться с истребуемыми документами и сведениями через представителя должника ФИО6, после чего 28.10.2021 ФИО3 обратилась в  суд с настоящей жалобой. Апеллянт также считает, что суд первой инстанции необоснованно применил аналогию положений статьи 109 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) на правоотношения между финансовым управляющим и ФИО3, поскольку данная нормой права регулируют правоотношения между работником и работодателем, в то время, как финансовый управляющий работодателем должника не является. Отмечает, что в настоящее время ФИО3, отбывая наказание в ФКУ ИК-53 - ГУФСИН России по Свердловской области, работает в указанном специальном учреждении, о чем было известно суду, поскольку в рамках рассмотрения обособленного спора по заявлению финансового управляющего ФИО2 об истребовании у  ФКУ ИК-53 - ГУФСИН России по Свердловской области и ГУФСИН России по Свердловской области сведений о трудоустройстве должника названными специальными учреждениями в материалы дела были предоставлены сведения о трудоустройстве ФИО3 в ФКУ ИК-53 - ГУФСИН России по Свердловской области и размере его заработной платы (ответы от 22.07.2021 №исх.-68/ТО/10-20812, от 16.07.2021 №68/53/1-2298). Таким образом, игнорируя факт имеющихся в материалах дела документов, подтверждающих трудоустройство ФИО3, суд первой инстанции необоснованно возложил на финансового управляющего обязанность по перечислению ФИО3 алиментов, сославшись на статью 109 СК РФ. Более того, в производстве арбитражного суда находится обособленный спор 

по заявлению финансового управляющего о разрешении разногласий с ФКУ ИК-53 - ГУФСИН России по Свердловской области по вопросу о перечислении заработной платы осужденного ФИО3 по реквизитам основного счета должника. Не соглашается с выводом суда о недопустимости перечисления причитающегося ФИО2 вознаграждения финансового управляющего в размере 25 000 руб. по завершению процедуры реструктуризации долгов должника, отмечая, что сумма, достаточная для частичного погашения текущих обязательств, была сформирована лишь 25.11.2021, в связи с чем, управляющий погасил текущую задолженность первой очереди по алиментным обязательствам должника в общем размере 6000 руб. (с учетом комиссии ПАО «Сбербанк России»), а также, руководствуясь разъяснениями, данными в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45), в порядке календарной очередности перечислил из конкурсной массы должника причитающееся ему вознаграждения финансового управляющего за процедуру банкротства - реструктуризацию долгов гражданина в размере 25 000 руб. Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что выплаченная финансовому управляющему вознаграждение сумма вознаграждения могла пойти на погашение алиментных обязательств должника является ошибочным, поскольку не основан на нормах материального права.

До начала судебного заседания от должника, кредиторов ФИО3, ФИО7 (далее – ФИО7) и ФИО8 (далее – ФИО8) поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в заседание суда представителей не направили, в соответствии с частью 3 статьи 156, статьи 266 Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, в рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) конкурсный кредитор ФИО3, воспользовавшись своим правом, обратился в арбитражный суд с жалобой, в которой просила признать неправомерными действия (бездействия) финансового управляющего ФИО2, выразившиеся в непредоставлении информации по запросу ФИО3; в ненаправлении ей в установленный законом срок отчета финансового управляющего, а также в несвоевременном перечислении ФИО3 текущих платежей.

Удовлетворяя жалобу кредитора, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности неправомерности действий (бездействия) финансового управляющего ФИО2, которые нарушают права и законные интересы заявителя и иных кредиторов должника.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены вынесенного судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой Х «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в пункте 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий финансового управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в порядке и в сроки, установленные данной статьей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных названным Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в рамках дела о банкротстве должника не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено названным Законом.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При рассмотрении соответствующих жалоб лицо, обратившееся с суд, должно доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и нарушение этими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) положениям законодательства о банкротстве, а также критериям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника кредиторов и общества.

Положения пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве также распространяются на деятельность финансового управляющего.

Реализация прав и исполнение обязанностей финансовым управляющим в деле о банкротстве обусловлены целями процедуры банкротства - реализации имущества гражданина-должника, которая по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве является реабилитационной процедурой, применяемой в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В силу пунктов 3, 4 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания и вправе ссылаться только на те доказательства, с которыми другие лица, участвующие в деле, были ознакомлены заблаговременно.

Из фактических обстоятельств настоящего спора усматривается, что в качестве одного из основания заявленного требования указал на ненаправление ему в установленный законом срок отчета финансового управляющего.

Согласно абзацу 12 пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не установлено собранием кредиторов.

Таким образом, кредиторам должника гарантировано право на получение информации о ходе процедуры банкротства гражданина-банкрота не реже, чем раз в квартал, то есть минимум раз в три месяца

В ходе проведения процедуры реализации имущества должника собранием кредиторов иного порядка предоставления отчета финансового управляющего кредиторам установлено не было.

Согласно статье 191 ГК РФ течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало.

В соответствии с пунктом 2 статьи 192 ГК РФ, к сроку, исчисляемому кварталами года, применяются правила для сроков, исчисляемых месяцами. При этом квартал считается равным трем месяцам, а отчет кварталов ведется с начала года.

В данном случае, установив, что определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.03.2021 по настоящему делу признаны обоснованными и подлежащими включению: в первую очередь реестра требований кредиторов ФИО3 требования ФИО3 в размере 151 898,04 руб. основного долга; в третью очередь – требование в размере 107 153,38 руб. неустойки; требования в сумме  5647,98 руб. признаны подлежащими удовлетворению после завершения расчетов с  кредиторами первой очереди, заявившими свои требования в установленный срок, при наличии денежных средств на их удовлетворение; требования в сумме 12 032,35 руб. неустойки признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в третью очередь реестра требований кредиторов, в связи с чем, отчет финансового управляющего за второй квартал 2021 года подлежал представлению кредитору ФИО3 не позднее 30.06.2021, отчет финансового управляющего за третий квартал 2021 года – не позднее 30.09.2021, отчет финансового управляющего за четвертый квартал 2021 года - не позднее 31.12.2021, между тем, фактически управляющим направлен в адрес ФИО3 только отчет от 01.12.2021, представленный им в суд 29.11.2021 с ходатайством о продлении срока реализации имущества должника, при этом, данный отчет направлен кредитору 15.12.2021, то есть, после обращения последнего в арбитражный суд с настоящей жалобой, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о незаконности действий финансового управляющего в данной части и доказанности кредитором факта нарушения оспариваемым действием его прав и законных интересов.

Суд апелляционной инстанции считает, что в указанной части выводы суда первой инстанции сделаны при правильном применении норм материального права, распределении бремени доказывания.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о том, что в рамках настоящего дела о банкротстве представители ФИО3 и самого должника (ФИО3) на регулярной основе принимают участия во всех судебных заседаниях, тем самым контролируя ход проведения процедуры; управляющий ежеквартально уведомляет кредиторов о ходе реализации процедуры банкротства, направляя отчеты о своей деятельности в их адреса, в том числе, ФИО3, что подтверждается сопроводительными письмами о направлении отчетов кредиторам и сведениям с сайта Почта России об отслеживании корреспонденции по почтовым идентификаторам №№62098858053019, 62010963102413, 62098865370390, 62013367075420 подлежат отклонению, поскольку, как верно указано судом первой инстанции, из содержания двух представленных ФИО2 в материалы сопроводительных писем не представляется возможным установить отчет за какой квартал был направлен управляющим в адрес ФИО3; кроме того, в материалах дела отсутствуют отчеты, датированные 13.05.2021 и 25.10.2021, либо близкие к указанным датам.

В качестве еще одного основания заявленного требования ФИО3 указано на непредоставление финансовым управляющим информации по ее запросу.

При рассмотрении данного основания судом установлено и материалами дела подтверждено, что 19.10.2021 ФИО3 направила в адрес финансового управляющего ФИО2 запрос о предоставлении информации о принятии мер по сохранности имущества в отношении следующих, принадлежащих должнику объектов недвижимости: нежилого сооружения, протяженностью 400 м, кадастровый номер: 56:44:0253003:52, расположенное по адресу: 

<

...>; нежилого здания, общей площадью 1 021,30 кв.м., кадастровый номер:  56:44:0253003:54, расположенное по адресу: 

<

...>, при этом, в случае передачи вышеперечисленного имущества в аренду просила предоставить копию договора аренды с арендатором или предоставить возможность ознакомиться с данным документом; сведения о размере арендной платы, сведения о платежах от арендатора или ином доходе, выписку по счету или предоставить возможность ознакомиться с данным документом; имеется ли задолженность у арендатора и причины непредъявления требований такому арендатору;  в случае получения дохода от сдачи имущества в аренду просила сообщить сведения о распределении дохода между кредиторами (в том числе, кому и сколько было перечислено денежных средств), а если таких перечислений не было, то указать причины неперечислений;  предоставить копию реестра требований кредиторов с указанием размера конкурсной массы, размера требований всех кредиторов, в том числе текущих, или предоставить возможность ознакомиться с такими документами; сообщить причины непогашения текущих платежей из имеющейся конкурсной массы, который был получен управляющим 25.10.2021.

В ответ на данный запрос финансовый управляющий письмом от 25.10.2021 отказал ФИО3 в предоставлении истребованных ею сведений и документов, сообщив, что 18.10.2011 им был получен аналогичный запрос от представителя должника ФИО6, что исключает предоставление информации ФИО3

Суд первой инстанции, исследовав и оценив фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, принимая во внимание отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств наличия у финансового управляющего уважительных причин непредоставления запрашиваемой информации именно кредитору ФИО3; учитывая, что в силу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий является лицом, которое располагает сведениями об имуществе должника, поскольку в ходе осуществления процедур в деле о банкротстве должника уполномочен получать от граждан и юридических лиц (включая кредитные организации), от органов государственной власти, органов местного самоуправления соответствующую информацию и документы, при том, что получение кредитором сведений и документов у финансового управляющего необходимо для осуществления контроля за ходом процедуры банкротства, в обратном случае, содержание формально предоставленного кредиторам права на оспаривание сделок должника, некоторых других прав, а также права кредитора контролировать деятельность управляющего, было бы нивелировано невозможностью его реализации пришел к обоснованному выводу о том, что применительно к рассматриваемому случаю вменяемое финансовому управляющему ФИО2 бездействие, выразившееся в непредставлении запрашиваемых документов повлекло нарушение прав кредитора ФИО3 на получение информации о ходе процедуры банкротства и на осуществление контроля за действиями арбитражного управляющего.

При таком положении, а также с учетом того, что неисполнение финансовым управляющим ФИО2 требования кредитора ФИО3 о предоставлении запрашиваемых сведений и документов не позволяют последней осуществлять контроль за деятельностью управляющего и за ходом процедуры банкротства в целом, что нарушает права и интересы кредиторов рассчитывающих на должное осуществление процедуры банкротства со стороны арбитражного управляющего, суд правомерно признал жалобу кредитора в указанной части обоснованной.

Доводы заявителя жалобы о том, что в направленном финансовым управляющим в адрес ФИО3 ответе на запрос от 25.10.2021 не было отказано в предоставлении истребуемых ею сведений и документов, а было рекомендовано ознакомиться с ними через представителя должника ФИО6, которому 25.10.2021 они были направлены посредством услуг почтовой связи не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание, поскольку то обстоятельство, что аналогичная информация была предоставлена должнику в лице его представителя, не свидетельствует об отсутствии у ФИО3 права на получение той же информации, при этом, являясь конкурсным кредитором должника, ФИО3 вправе самостоятельно пользоваться правами, предоставленными кредиторам Законом о банкротстве. 

Факт того, что ранее ФИО3 состояла в брачных отношениях с должником, наличие у нее статуса конкурсного кредитора не изменяет и  не лишает ее права на личное получение информации, пусть и аналогичной той, которую запрашивает должник.

При таких обстоятельствах, жалоба кредитора на рассматриваемое действие (бездействие) финансового управляющего правомерно удовлетворена судом.

Еще одним, вменяемым финансовому управляющему нарушением, заявлено несвоевременное перечисление в пользу ФИО3 текущих платежей.

В данной части в обосновании заявленных требований кредитор указывает на то, что с момента признания ФИО3 текущим кредитором первой очереди финансовым управляющим произведен лишь один платеж 25.11.2021 в размере 5 854,44 руб., при этом, начисление текущих требований по оплате алиментов производится управляющим с 30.06.2019, заявление ФИО3 об уплате текущих платежей получено управляющим 26.04.2021.

В силу абзаца шестого пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его приостанавливается исполнение исполнительных документов по имущественным взысканиям с гражданина, за исключением исполнительных документов по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, по делам об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении препятствий к владению указанным имуществом, о признании права собственности на указанное имущество, о взыскании алиментов, а также по требованиям об обращении взыскания на заложенное жилое помещение, если на дату введения этой процедуры кредитор, являющийся залогодержателем, выразил согласие на оставление заложенного жилого помещения за собой в рамках исполнительного производства в соответствии с пунктом 5 статьи 61 Федерального закона от 16.07.1998 №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)».

Таким образом, факт введения в отношении должника процедуры банкротства не приостанавливает исполнение алиментных обязательств в случае наличия у должника соответствующего дохода, за счет которого такая выплата возможна.

В пункте 1 статьи 213.27 Закона о банкротстве установлено, что вне очереди за счет конкурсной массы погашаются требования кредиторов по текущим платежам преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия заявления о признании должника банкротом.

Кроме того, в соответствии с абзацем 2 пункта  2 статьи 213.27 Закона о банкротстве в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с уплатой алиментов, судебными расходами по делу о банкротстве гражданина, выплатой вознаграждения финансовому управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, привлеченным финансовым управляющим для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина.

Суд первой инстанции указал, что действующая редакция Закона о банкротстве не предусматривает срок выплаты супруге должника алиментов на содержание несовершеннолетних детей, но при этом обоснованно исходил из того, данное обстоятельство не означает возможность произвольного определения приемлемого срока на выплату алиментов, поскольку это означало бы игнорирование прав детей, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 67.1 Конституции Российской Федерации важнейшим приоритетом государственной политики России.

Руководствуясь принципом 8 Декларации прав ребенка (принята 20.11.1959 Резолюцией 1386 (XIV) на 841-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН), частью 2 статьи 2, частью 1 статьи 3 Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989), статей 60, 80 Семейного кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что невозможность исполнения одним из родителей своих обязанностей по выплате алиментов в силу возбужденного в отношении него дела о банкротстве, отсутствие соответствующих правовых норм, регулирующих рассматриваемый вопрос, не должна означать произвольное принятие решения о сроке выплаты алиментов.

В данном случае к спорным отношениям применимы по аналогии положения статьи 109 СК РФ, в соответствии с которыми администрация организации по месту работы лица, обязанного уплачивать алименты на основании нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов или на основании исполнительного листа, обязана ежемесячно удерживать алименты из заработной платы и (или) иного дохода лица, обязанного уплачивать алименты, и уплачивать или переводить их за счет лица, обязанного уплачивать алименты, лицу, получающему алименты, не позднее чем в трехдневный срок со дня выплаты заработной платы и (или) иного дохода лицу, обязанному уплачивать алименты.

Поскольку вопрос об определении разумного и предельного срока для перечисления алиментов необходимо разрешать по аналогии с нормами семейного законодательства, определяющем обязанность работодателя перечислять алименты в адрес получателя не позднее чем в трехдневный срок со дня выплаты заработной платы и (или) иного дохода лицу, обязанному уплачивать алименты, то финансовый управляющий обязан был производить алиментные платежи в пользу ФИО3 ежемесячно на протяжении всей процедуры банкротства ФИО3 не позднее трех рабочих дней после поступления денежных средств в конкурсную массу.

Проанализировав представленную в материалы дела выписку по лицевому счету должника, суд первой инстанции установил, что денежные средства поступали на счет ФИО3 (в том числе от аренды имущества должника), начиная с 13.12.2020, при этом, фактически, финансовым управляющим произведен один платеж в счет погашения текущих требований по оплате алиментов 25.11.2021 в размере 5 854,44 руб. 

Довод апелляционной жалобы о том, что финансовый управляющий должника не является его работодателем, при этом  в настоящее время ФИО3, отбывая наказание в ФКУ ИК-53 - ГУФСИН России по Свердловской области, с 01.07.2021 работает в указанном специальном учреждении, о чем имеется справка ГУФСИН России по Свердловской области от 16.07.2021 и 22.07.2021, в связи с чем обязанность по перечислению алиментов в течение трех рабочих дней на него возложена быть не может, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина распоряжается средствами гражданина на счетах.

Доказательств направления судебных актов (исполнительных листов) в адрес ФКУ ИК-53, а также документов, подтверждающих выполнение должником трудовых функций в указанном учреждении, суду при рассмотрении настоящего спора не представлено.

В отчетах финансового управляющего о наличии иного дохода должника, кроме как поступлений от сдачи имущества должника в аренду отсутствуют. Финансовым управляющим на основании судебного акта ежемесячно начисляются алименты.

Как следует из картотеки дела о банкротстве ФИО3, финансовым управляющим подано заявление о разрешении разногласий с ФКУ ИК-53 по перечислению денежных средств по заработной плате на счет, открытый финансовым управляющим, в рамках которого судом запрошены сведения о выполнении трудовых обязанностей должником с 01.07.2021 по настоящее время.

Таким образом, с учетом поступлений денежных средств в конкурсную массу должника с декабря 2020 года, суд первой инстанции обоснованно признал действия финансового управляющего в несвоевременном перечислении ФИО3 текущих платежей.

Из материалов дела усматривается, что, возражая против заявленных требований в указанной части, финансовый управляющий ФИО2 указывал на то, что им была погашена текущая задолженность первой очереди по алиментным обязательствам должника в общем размере 6 000 руб. (с учетом комиссии банка), а также выплачено 25 000 руб. управляющему в качестве вознаграждения за проведенную процедуру – реструктуризацию долгов в порядке календарной очередности.

Установив, что процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО3 завершена, в связи с признанием должника банкротом и введением в отношении него процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим ФИО2 проведены все мероприятия процедуры реструктуризации долгов гражданина, таким образом, в данном случае денежные средства, составляющие вознаграждение финансового управляющего за проведение процедуры реструктуризации долгов в сумме 25 000 руб., подлежали перечислению ФИО2 с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области; учитывая, что при принятии решения о прекращении процедуры реструктуризации долгов гражданина в отношении ФИО9 и признании его несостоятельным (банкротом), введении в отношении должника процедуры реализации имущества должника, вопрос о выплате финансовому управляющему ФИО2 вознаграждения за проведение процедуры реструктуризации долгов гражданина не был разрешен, вместе с тем, управляющий не был лишен возможности обратиться в суд с ходатайством о перечислении денежных средств с депозитного счета суда, однако, с таким заявлением в суд не обратился; принимая во внимание, что денежные средства в размере 25 000 руб. на депозитном счете суда имеются, суд первой инстанции пришел выводу о том, что при наличии на депозите Арбитражного суда Свердловской области денежных средств вознаграждение финансовому управляющему за процедуру реструктуризации долгов ФИО3 необоснованно было выплачено за счет конкурсной массы должника, тогда как указанные денежные средства могли быть направлены на погашение текущих требований.

Относительно данного вывода суда первой инстанции суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как указано выше, согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 213.27 Закона N 127-ФЗ в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с уплатой алиментов, судебными расходами по делу о банкротстве гражданина, выплатой вознаграждения финансовому управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, привлеченным финансовым управляющим для обеспечения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.9 Закона N 127-ФЗ вознаграждение финансовому управляющему выплачивается в размере фиксированной суммы и суммы процентов, установленных статьей 20.6 Закона N 127-ФЗ, с учетом особенностей, предусмотренных статьей 213.9 Закона N 127-ФЗ.

Требования о выплате как фиксированной суммы, так и суммы процентов относятся к текущим платежам первой очереди (абзац второй пункта 2 статьи 134 Закона N 127-ФЗ) в любой процедуре банкротства независимо от того, за какую процедуру начислено вознаграждение (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве").

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве" фиксированная сумма вознаграждения выплачивается должником в процедурах наблюдения и финансового оздоровления по требованию арбитражного управляющего, а в процедурах внешнего управления и конкурсного производства - самим управляющим за счет имущества должника не ранее последнего дня оплачиваемого месяца. 

Размер фиксированной суммы такого вознаграждения составляет для финансового управляющего 25 000 рублей единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве. 

В силу абзаца 6 пункта 2 статьи 213.27 Закона N 127-ФЗ требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

Это правило означает, что более ранние по сроку платежи имеют преимущество перед обязательствами более позднего периода.

Учитывая изложенное, а также предполагаемую добросовестность арбитражного управляющего, финансовый управляющий вправе приступать к выплате собственного вознаграждения, после гашения текущих расходов, предусмотренных Законом о банкротстве, имеющих приоритетный характер исполнения, в порядке, установленном статьей 213.27 Закона о банкротстве.

Таким образом, при поступлении денежных средств в конкурсную массу должника, финансовый управляющий должен распределять денежные средства по текущим платежам, связанным с уплатой алиментов и судебными расходами по делу о банкротстве гражданина, в том числе вознаграждение арбитражного управляющего, в порядке календарной очередности.

Возражений по очередности погашения требования по текущим платежам в настоящем споре не имеется. 

На основании пункта 4 статьи 213.5 Закона о банкротстве денежные средства на выплату вознаграждения финансовому управляющему в размере, равном фиксированной сумме вознаграждения финансового управляющего за одну процедуру, применяемую в деле о банкротстве гражданина, вносятся конкурсным кредитором или уполномоченным органом в депозит арбитражного суда (обеспечительный платеж).

Данные денежные средства могут быть использованы для выплаты вознаграждения финансовому управляющему только в случае отсутствия денежных средств для этой цели в конкурсной массе.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 N 91 "О порядке погашения расходов по делу о банкротстве", в случае отсутствия у должника средств, достаточных для погашения расходов по делу о банкротстве, заявитель обязан погасить указанные расходы в части, не погашенной за счет имущества должника, за исключением расходов на выплату суммы процентов по вознаграждению арбитражного управляющего.

Перечисление внесенных заявителем по делу о банкротстве денежных средств с депозитного счета арбитражного суда в счет оплаты вознаграждения арбитражного управляющего является формой погашения таких расходов за счет средств заявителя.

Поскольку конкурсная масса должника в настоящее время находится в стадии формирования, с учетом поступлений в конкурсную массу имущества в результате оспаривания сделок, за счет реализации которых может быть пополнена конкурсная масса, то денежные средства, внесенные заявителем на депозитный счет суда, могут быть задействованы, только после проведения всех необходимых мероприятий в процедуре банкротства должника и установления факта невозможности пополнения конкурсной массы за счет имущества самого должника.

Следовательно, в настоящее время пока нет оснований для возложения бремени несения расходов на заявителя по делу, поскольку именно им зачислены денежные средства в депозит суда, как и нет оснований полагать, что все расходы не будут компенсированы за счет имущества должника.

Изложенное означает, что судом первой инстанции преждевременно указано о наличии оснований для обращения финансовым управляющим с соответствующим заявлением в арбитражный суд. Такое заявление может быть рассмотрено по результатам проведения реализации имущества, из чего верно исходил финансовый управляющий.

При этом, с учетом оснований и предмета жалобы кредитора, данные выводы суда первой инстанции не привели к принятию неправильного решения по существу спора и не повлияли на законность итогового вывода о доказанности неправомерности действий (бездействий) финансового управляющего.

Поскольку процедура реструктуризации долгов завершена, при наличии в конкурсной массе денежных средств,  финансовым управляющим правомерно выплачена сумма вознаграждения   за счет имущества должника.

Иные приведенные в апелляционной жалобе доводы судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку по существу сводятся к переоценке выводов суда первой инстанции, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает в силу изложенного выше. 

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от  25 февраля 2022 года по делу №А60-36836/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

Т.В. Макаров 

 

Т.С. Нилогова