ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-84606/2020

21 октября 2022 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена  27 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 октября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи М.Г. Титовой,

судей Н.А. Морозовой, И.Ю. Тойвонена,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии представителя конкурсного управляющего ООО «Производственная фирма «Авангард» посредством онлайн-заседания: ФИО2 (по доверенности от 07.07.2022), ФИО3 (по доверенности 24.06.2022),

представителя ФИО4 - ФИО5 (по доверенности от 25.03.2022),

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-19274/2022) конкурсного управляющего ООО «Производственная фирма «Авангард» ФИО6 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.05.2022 по обособленному спору № А56-84606/2020/суб.1 (судья Кузнецов Д.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Производственная фирма «Авангард» ФИО6 к ФИО4 и ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Производственная фирма «Авангард», 

 

установил:

ООО «Лимак-Нева» 30.09.2020 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Производственная фирма «Авангард» несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 16.10.2020 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 27.11.2020 заявление признано обоснованным, ООО «Производственная фирма «Авангард» признано банкротом по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 05.12.2020 № 224.

В рамках дела о банкротстве от конкурсного управляющего 14.12.2021 поступило заявление о привлечении ФИО4 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением арбитражного суда от 09.02.2022 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

Определением арбитражного суда от 19.05.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО6 просил определение суда первой инстанции отменить, ссылался на неплатежеспособность ООО «Производственная фирма «Авангард» и прекращение исполнения обязательств должником, начиная с июня 2020 года, в связи с  чем полагал, что ФИО4 неправомерно не обратился в указанный период с заявлением о признании должника банкротом; также считал, что в действиях ФИО4 усматриваются основания для привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку указанное лицо некорректно вело данные о хозяйственной деятельности должника, что привело к увеличению активов баланса Общества и создало неверное представление кредиторов о реальном положении дел на производстве; обратил внимание, что ответчики совершили налоговые правонарушения путем включения заведомо ложных сведений в расчеты сумм налога на доходы физических лиц и не представили сведения на застрахованных лиц за период хозяйственной деятельности Общества с апреля 2016 по декабрь 2020 годов. Кроме того, указал, что ответчиками не обеспечена сохранность залогового имущества и запасов должника, что привело к возбуждению процедуры банкротства, так как выбытие данного имущества повлекло причинение вреда как должнику, так и его кредиторам, в частности ООО «Красный Химик», которое лишено возможности удовлетворения требований за счет реализации предмета залога.

ФИО4 представлен отзыв, в котором просил апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, полагая, что конкурсным управляющим совокупность обстоятельств необходимая для его привлечения как бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве не доказана, притом, что наличие задолженности перед кредиторами не является безусловным основанием для обращения с соответствующим заявлением, а обоснования возникновения данной обязанности в указанный управляющим период (июнь 2020 года) не приведено; указал, что отражение недостоверных сведений в отношении хозяйственной деятельности должника согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может рассматриваться как основание для удовлетворения заявления, поскольку все имеющиеся документы были переданы конкурсному управляющему и препятствий для реализации активов должника не имеется, следовательно, указанные обстоятельства не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства; в отношении довода о совершении налоговых правонарушений в виде представления в налоговый орган недостоверных сведений пояснил, что данные обстоятельства не свидетельствуют о неисполнении обязанностей перед кредиторами, притом, что платежи по заработной плате произведены перед сотрудниками в полном объеме, а сам по себе факт несдачи отчетности не создает ущерба приводящего к невозможности исполнения Обществом обязательств; также полагал недоказанным факт утраты имущества должника вследствие его действий, а доводы о совершении подозрительных операций по счетам должника опровергнутыми в ходе рассмотрения обособленного спора А56-84606/2020/сд.1,2 о признании данных сделок недействительными.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В связи с нахождением судьи Е.А. Герасимовой в отпуске и невозможностью ее участия судебном заседании, в порядке предусмотренном пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ, произведена замена судьи Е.А. Герасимовой на судью Н.А. Морозову.

В заседании суда апелляционной инстанции представители конкурсного управляющего ООО «Производственная фирма «Авангард» доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержали.

Представитель ФИО4 против её удовлетворения возражал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверена в апелляционном порядке.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, письменные возражения ФИО4 в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд считает подлежащим отмене обжалуемое определение в части отказа в удовлетворении заявление конкурсного управляющего в привлечении ответчика ФИО4 к ответственности за не сохранение залогового имущества должника в форме убытков, в остальной части не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ответчик ФИО4 являлся генеральным директором должника в период с 07.07.2016 по 25.11.2020, а также ликвидатором должника с 11.08.2020 и его участником с долей участия в 10% в уставном капитале; ответчик ФИО7 являлся участником должника с долей в уставном капитале в размере 90%.

Как следует из обстоятельств, изложенных в заявлении, основанием для обращения конкурсного управляющего в суд явилось: не обращение бывшего генерального директора должника, его ликвидатора и участника должника в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом; внесение ответчиком ФИО4 недостоверных сведений в отношении хозяйственной деятельности должника в базу «1С Бухгалтерия»; совершение ответчиками налоговых правонарушений, которые были установлены решениями налогового органа в части предоставления недостоверных сведений расчета сумм налога на доходы физических лиц; непринятие мер для обеспечения сохранности залогового имущества и запасов должника, что повлекло причинение вреда должнику и его кредиторам; совершение ответчиками подозрительных операций по счетам должника.

По мнению конкурсного управляющего, ответчики являются лицами в соответствии с положениями статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), контролирующими должника.

    Возражая против удовлетворения заявления конкурсного управляющего, ФИО4 был представлен отзыв, в котором ответчик привел доводы, аналогичные тем, что изложены в возражениях на рассматриваемую апелляционную жалобу. 

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку конкурсный управляющий не доказал наличия совокупности условий, дающих основания для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательства должника.

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Субсидиарная ответственность применима в том случае, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц, а не в связи с рыночными и иными объективными факторами.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, конкурсный управляющий в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан был доказать, когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

При обращении с настоящим заявлением конкурсным управляющим указано на то, что у должника с 20.04.2020 имелась задолженность в размере 990 000 руб. перед ООО «Гарант», а также перед иными кредиторами, включенными впоследствии в реестр требований кредиторов должника. 

Конкурсный управляющий определил дату возникновения факта неплатежеспособности ООО «Производственная фирма «Авангард» моментом прекращения исполнения денежных обязательств. Так, учитывая, что должник с 18.08.2020 находился в процедуре ликвидации, а задолженность образовалась в период с марта по апрель 2020 года, когда ФИО4 своевременно не произвел расчеты с кредиторами, конкурсный управляющий полагал, что ФИО4 в июне 2020 года должен был обратиться в суд с заявлением о признании Общества банкротом.

При этом согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении № 309ЭС17-1801 от 20.07.2017 по делу № А50-5458/15, одного лишь наличия неисполненных денежных обязательств на сумму, превышающую 300 000 рублей и сроком более трех месяцев недостаточно для возникновения на стороне должника обязанности по подаче руководителем должника заявления о признании общества банкротом, поскольку указанные обстоятельства могут иметь лишь временный характер. Наличие такой задолженности лишь позволяет внешним кредиторам инициировать дело о банкротстве общества-должника.

Применительно к доводам заявителя о наличии условий для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 9 Закона о банкротстве ФИО4 и ФИО7 суд апелляционной инстанции полагает, что конкурсным управляющим не доказано наступление момента обращения с заявлением и размер обязательств, возникших после, как не доказано и совершение указанными лицами действий во вред должнику (доведение до банкротства).

Согласно статье 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. В подпункте 2 пункта 2 данной статьи указано, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Возражая против удовлетворения заявления конкурсного управляющего в указанной части, ФИО4 пояснил, что все документы Общества были переданы конкурсному управляющему, при этом сведений о наличии каких-либо существенных затруднений при проведении процедуры банкротства последним не приведено, притом, что управляющим беспрепятственно проводятся торги по реализации активов должника. 

Апелляционный суд принимает во внимание, что обязанность по передаче конкурсному управляющему всех имеющихся документов о финансово-хозяйственной деятельности должника исполнена, при этом доводы о некорректном ведении ФИО4 данных о его хозяйственной деятельности не являются достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ввиду недоказанности наступления негативных последствий для формирования конкурсной массы, а также отсутствия обоснования, каким образом приведенные заявителем обстоятельства повлияли на возможность формирования конкурсной массы.   

Доводы о совершении ответчиками правонарушений в виде представления в налоговый орган недостоверных сведений расчета сумм налога на доходы физических лиц за 2016-2019 годы также не указывают на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку сам по себе факт несдачи отчетности не повлек невозможности исполнения обязательств перед кредиторами и не привел к банкротству должника. 

Проверив доводы апеллянта о безосновательном перечислении должником денежных средств в пользу АО «Артис-Детское питание» поставленном в вину ответчикам по мотиву принятия арбитражным судом 24.11.2021 определения о признании недействительной сделкой перечисления должником в пользу АО «Артис-Детское питание» денежных средств в сумме 84 995 800 руб., апелляционный суд не усматривает в данных действиях признаков недобросовестности, которые привели к банкротству должника. 

Из материалов дела следует, что указанный судебный акт отменен постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022, и в признании данных платежей недействительными сделками было отказано.

Таким образом, положенные конкурсным управляющим в обоснование заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности сделки были совершены в качестве оплаты сырья по двум договорам от 20.06.2012 и 25.05.2018, в связи с чем апелляционный суд считает их направленными на разумное осуществление Обществом хозяйственной деятельности, притом, что доказательств их совершения на безвозмездной основе не имеется, более того, постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.07.2022, по обособленному спору № А56-84606/2020/сд.1,2 установлена реальность правоотношений между должником и АО «Артис-Детское питание» и отсутствие оснований для признания совершенных платежей недействительными.

С учетом изложенного, конкурсным управляющим не доказаны конкретные действия или бездействия ответчиков, приведшие к банкротству должника или причинению вреда должнику и его кредиторам (как обязательное условие для привлечения к субсидиарной ответственности).

Между тем, апелляционный суд считает обоснованным доводы заявителя о причинении Обществу и его кредиторам имущественного вреда, в связи с утратой оборудования должника на сумму 1 825 703 руб. 78 коп. 

Арбитражный суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

В силу положений статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

По условиям нормы пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные положения предусмотрены статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», согласно пункту 3 которой при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

По условиям пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

В пункте 2 названной статьи оговорено, что требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

При этом, исходя из разъяснений пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Таким образом, исходя из положений статей 15, 393 ГК РФ, основанием для возникновения ответственности руководителя должника в виде убытков является совершение им виновной противоправной деятельности - в том числе несоответствие его действий по управлению юридическим лицом критериям добросовестности и разумности; причинение ущерба юридическому лицу и наличие причинно-следственной связи между указанными обстоятельствами.

Согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ заявитель должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если заявитель утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Исходя из разъяснений пункта 2 приведенного постановления Пленума ВАС РФ, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

В силу разъяснений пункта 4 приведенного постановления Пленума ВАС РФ, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Также, исходя из разъяснений пункта 5 указанного постановления Пленума ВАС РФ, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

В данном случае как следует из заявления конкурсного управляющего и подтверждается информацией, размещенной в картотеке арбитражных дел, в рамках настоящего дела о банкротстве, конкурсный кредитор ООО «Красный Химик» обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 3 047 121 руб. 19 коп. задолженности и 38 236 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, обеспеченных залогом на сумму 1 825 703 руб. 78 коп. 

В обоснование заявленных требований кредитор ООО «Красный Химик», в том числе указал на то, что между ним и должником был заключен договор от 03.06.2020 № 22-15/05/20 залога имущества, по условиям которого залогодатель (должник) в обеспечение исполнения обязательств по погашению задолженности по договору от 01.01.2008 № 21-12/611/08 в размере 1 825 703 руб. 78 коп. передает в залог (кредитору):

- конвейерную печь с инвентарным номером 26 - 2002 года выпуска остаточной стоимостью 800 000 руб., расположенной по адресу: 198095, 

<

...>, лит. АЗ; 

- конвейерную печь ПКК36 с инвентарным номером 27 - 2002 года выпуска остаточной стоимостью 800 000 руб., расположенной по вышеуказанному адресу.

Определением арбитражного суда от 15.02.2021 по обособленному спору № А56-84606/2020/тр.4 суд отказал кредитору ООО «Красный Химик» в части признания за ним статуса залогового, указав, что не представлено доказательств сохранности предмета залога в натуре.

Согласно пояснениям руководителей должника, данное оборудование осталось в арендованном помещении, которое собственник предписал Обществу освободить и вывезти все имущество в связи с образовавшейся задолженностью по арендной плате.

Указанное обстоятельство не может быть оценено как добросовестное поведение руководителя должника.

 Обстоятельства, указанные заявителем, и объяснения, приведенные ответчиком ФИО4, позволяют прийти к выводу о том, что он, как руководитель должника, не принял мер по сохранению залогового имущества.

В данной правовой ситуации апелляционный суд приходит к выводу о том, что  приемлемых объяснений относительно своего пассивного поведения данный ответчик не представил, и презумпция вины причинителя вреда им не опровергнута (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). 

Таким образом, в результате указанного бездействия генерального директора Общества произошла утрата конвейерных печей, являющихся предметом залога по договору от 03.06.2020, что повлекло нарушение прав кредитора ООО «Красный Химик». 

Кроме того, конкурсный управляющий ссылался на то обстоятельство, что в ходе финансового состояния должника им было обнаружено выбытие из состава имущества предприятия: печи ротационной DOMINO модель RPE-6080; печи электрической ротационной конвекционной (б/п). Вместе с тем факт причинения вреда имуществу виновными действиями директора должника, а также размер убытков в данной части документально не подтвержден, в связи с чем, суд апелляционной инстанции находит указанный эпизод недоказанным. 

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции полагает, что приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о наличии совокупности условий, позволяющих привлечь ответчика ФИО4 к ответственности в виде взыскания в пользу должника убытков в размере стоимости залогового имущества, указанном в договоре от 03.06.2020 № 22-15/05/20. 

Таким образом, обжалуемое определение подлежит отмене в части отказа в привлечении ФИО4 к ответственности за не сохранение залогового имущества, с принятием в указанной части нового судебного акта о взыскании с него в конкурсную массу должника 1 825 703 руб. убытков.

В остальной части апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит, поскольку не опровергает правильности выводов суда, а лишь выражает несогласие с ними, в связи с чем не может служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.05.2022 по обособленному спору № А56-84606/2020/суб.1 отменить в части отказа в привлечении ФИО9 к ответственности в форме убытков на сумму 1 825 703 руб. 78 коп.

Принять в указанной части новый судебный акт.

Взыскать с ФИО9 убытки в сумме 1 825 703 руб. 78 коп. за несохранение залогового имущества.

 В удовлетворении заявления в остальной части отказать.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Г. Титова

 

Судьи

 

Н.А. Морозова

 

 И.Ю. Тойвонен