ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-6429/2024

Дело № А40-156016/18

г. Москва

05 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей Веретенниковой С.Н., Вигдорчика Д.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2023 по делу №А40-156016/18

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «ТИ ДЖИ ВИ», приостановлении производства по заявлению конкурсного управляющего ООО «ТИ ДЖИ ВИ» о привлечении контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части определения размера ответственности до завершения расчетов с кредиторами,

отказе в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТИ ДЖИ ВИ»,

при участии в   судебном заседании: 

от ФИО2: ФИО4 по дов. от 01.11.2022

Иные лица не явились, извещены.   

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 04.08.2021 общество с ограниченной ответственностью «ТИ ДЖИ ВИ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2021 конкурсным управляющим ООО «ТИ ДЖИ ВИ» утвержден арбитражный управляющий ФИО5. Данные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 16.10.2021. 

В Арбитражный суд г. Москвы 12.09.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТИ ДЖИ ВИ». 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 28.12.2023 привлечен к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «ТИ ДЖИ ВИ». Приостановлено производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «ТИ ДЖИ ВИ» о привлечении контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части определения размера ответственности до завершения расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части требований отказано.

ФИО2, не согласившись с вынесенным определением в части привлечения его к субсидиарной ответственности, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объеме.

В обоснование своей позиции ответчик указывает, что суд первой инстанции посчитал установленными, обстоятельства, которые не подтверждаются материалами дела, а выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

От конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу.

От ответчика 22.02.2024 в электронном виде поступили дополнения к апелляционной жалобе с дополнительными доказательствами.

Суд апелляционной инстанции отказал в приобщении к материалам дела дополнения к апелляционной жалобе, поскольку они являются дополнениями к апелляционной жалобе содержащими новые доводы на основании ч. 5 ст. 159, ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

АПК РФ не предусматривает возможности подачи дополнительной жалобы одним участником спора. Требования лица, подающего жалобу, и основания, по которым лицо, подающее жалобу, обжалует решение (определение) должны быть изложены в апелляционной жалобе, поданной в установленный законом срок.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность вынесенного определения проверены в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно части 5 статьи 268 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта в пределах, определяемых апелляционной жалобой.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены или изменения судебного акта в обжалуемой части не имеется в силу следующего.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлся учредителем и единоличным исполнительным органом должника с момента образования юридического лица по настоящее время. ФИО3 являлся учредителем юридического лица с 08.02.2018 по 28.06.2018.

В обоснование заявленных требований управляющий ссылался на не исполнение ответчиком ФИО2 обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему, а также причинение действиями ответчиков существенного вреда имущественным правам кредиторов совершением сделок.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете») и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). 

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. 

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям. Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице. 

Исходя из смысла указанной нормы, арбитражный суд устанавливает обстоятельства наличия или отсутствия бухгалтерской документации для цели привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности на основе исследования представленных доказательств в подтверждение имущественного состояния должника, которое отражается в бухгалтерском балансе. В данном случае имеют существенное значение для дела обстоятельства наличия имущества должника, ведение им хозяйственной деятельности за отчетный период, предшествующий процедуре банкротства. 

Как указывал конкурсный управляющий, ФИО2 не были переданы сведения и документы, определённые п. 2 ст. 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 

Судом первой инстанции установлено, что Определением Арбитражного суд г. Москвы от 26.04.2022 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у ФИО2 документов и сведений, определённых п. 2 ст. 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 

При этом, как указал суд, в настоящий момент ФИО2 обязанность по передаче документов исполнена частично, переданы некоторые договоры с контрагентами.

Однако, суд учел, что согласно сведениям, представленным из налогового органа, сумма активов Должника по бухгалтерским балансам за 2016-2018 гг. превышала 60 миллионов рублей. При этом в Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц нет сведений о проводимом аудите. Аудиторские заключения также отсутствуют в налоговом органе, бывшим руководителем конкурсному управляющему аудиторские заключения не передавались. Согласно ответам из регистрирующих органов, у должника не имеется какого-либо имущества кроме автомобиля Хэнде Солярис 2016 г. в., который также не был передан конкурсному управляющему. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что в материалах спора отсутствуют сведения о надлежащем исполнении бывшим руководителем должника ФИО2 своих обязанностей по передаче в полном объеме бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей. 

Суд указал, что непередача документации исключила возможность установления и реализации активов должника, а также выявления конкретного имущества общества, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего. 

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника конкурсному управляющему, поскольку данные действия привели к невозможности проведения инвентаризации, истребования дебиторской задолженности, оценки и продажи имущества должника (формированию конкурсной массы) с целью дальнейшего удовлетворения требований кредиторов в ходе проведения процедуры конкурсного производства.

Апелляционный суд полагает указанные выводы суда первой инстанции ошибочными.

Судом первой инстанции не учтено, что в материалах дела имеются подробные, обширные, содержательные акты приема-передачи документов ФИО2 конкурсному управляющему от 14.11.2022, 29.12.2022, 25.01.2023, 10.03.2023. Обратившись к тексту актов легко понять, что в актах приема-передачи отражены сведения о передаче всей первичной документации должника. 

Помимо первичной документации переданы пояснительные записки, расчеты, сводки и т.д. (например, акт от 19.12.2022 года, позиция 279-281: «Расшифровка дебиторской и кредиторской задолженности»_9л, «Документы, подтверждающие дебиторскую задолженность»_219шт., «Документы, подтверждающие кредиторскую задолженность»_46шт. и т.д.). 

Поскольку данные, отраженные в балансе по строкам «запасы», «дебиторская задолженность», «основные средства», «финансовые вложения» носят производный характер и являются сводными из первичных документов, очевидно, по мнению ответчика, что передача первичных документов «поглощает» все остальные вопросы о документации должника. 

Исходя из изложенного, конкурсный управляющий не лишен возможности проводить анализ всех переданных документов и выявлять активы, документальное подтверждение конкурсному управляющему передано. 

Эти же первичные документы раскрывают данные, зафиксированные в бухгалтерском балансе за 2017 год, поскольку данные баланса объективно являются производными от содержания первичных документов. 

В том числе, конкурсному управляющему в числе переданных документов раскрыты сведения о строках баланса - 95 497 000 руб. – запасы; - 842 314 000 руб. – дебиторская задолженность; - 1 562 000 руб. – основные средства; -93 905 000 руб. - финансовые вложения.

Ответчик пояснил, что иных документов общества у ФИО2 нет, при этом, их наличие у ответчика конкурсным управляющим не доказано, а также не указано, какие именно еще документы не были переданы в его адрес ответчиком.

Также в обжалуемом определении судом указано на искажение сведений бухгалтерской отчётности, а также о том, что конкурсный управляющий был лишён возможности выявления и реализации активов должника на сумму 97 059 000 руб. 

Однако, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства искажения сведений бухгалтерской отчётности, а равно доказательства наличия у должника активов на сумму 97 059 000 руб., не переданных управляющему. 

В отношении автомобиля Хэнде Солярис 2016 г.в. ответчик пояснял и сообщал конкурсному управляющему, что у ответчика данное транспортное средство отсутствует, поскольку было изъято в 2018 году в ходе исполнительного производства, вследствие чего, невозможно его передать управляющему.

Указанные обстоятельства конкурсным управляющим не опровергнуты.

Соответственно, выводы суда первой инстанции в данной части апелляционный суд полагает не подтвержденными материалами дела.

Также управляющий ссылался на совершение должником вредоносных сделок, приведших к банкротству должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. 

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. 

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

В пункте 17 названного Постановления разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

Пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» закреплено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. 

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2023 года по делу № А40-156016/18 сделки по перечислению ООО «ТИ ДЖИ ВИ» в период с 21.11.2017 по 26.12.2017 в пользу ФИО2 денежных средств в размере 27 170 099,40 руб. и в период с 26.04.2018 по 03.08.2018 в пользу ФИО3 денежных средств в размере 65 224 383,74 руб. признаны недействительными. Применены последствия недействительности сделок, а именно: с ФИО2 в пользу ООО «ТИ ДЖИ ВИ» взыскано 27 170 099,40 руб. дивидендов, 2 712 681 руб. НДФЛ, с ФИО3 в пользу ООО «ТИ ДЖИ ВИ» взыскано 65 224 383,74 руб. дивидендов, 8 664 832 руб. НДФЛ. С ФИО2 в пользу ООО «ТИ ДЖИ ВИ» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму, подлежащую возврату - 27 170 099,40 руб., с момента вступления в законную силу определения суда о признании сделки недействительной по дату фактического возврата денежных средств в размере, определяемом ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. С ФИО3 в пользу ООО «ТИ ДЖИ ВИ» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму, подлежащую возврату - 65 224 383,74 руб., с момента вступления в законную силу определения суда о признании сделки недействительной по дату фактического возврата денежных средств в размере, определяемом ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2023 Определение Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2023 года по делу № А40-156016/18 изменено. Во взыскании с ФИО2 в пользу ООО «ТИ ДЖИ ВИ» убытков в сумме 2 712 681 руб. и с ФИО3 в пользу ООО «ТИ ДЖИ ВИ» убытков в сумме 8 664 832 руб. отказано. В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2023 года по делу №А40-156016/18 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.11.2023 Определение Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2023 в неизмененной части и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2023 по делу №А40-156016/2018 оставлены без изменения.

Указанными судебными актами установлено, что спорные сделки по выплате дивидендов, совершенные в преддверии банкротства должника, были направлены на вывод денежных средств из конкурсной массы в целях причинения вреда кредиторам должника.

Судами установлено, что у должника на 15.01.2018 имелись просроченные обязательства. У должника на 18.09.2017 имелись просроченные обязательства (за два месяца до выплаты дивидендов в пользу ФИО2 и более чем за семь месяцев до выплаты дивидендов ФИО3).

Согласно реестру требований кредиторов должника ООО «ТИ ДЖИ ВИ» уже имело задолженность в размере 70 158 387,65 руб., по обязательствам, возникшим в 2016- 2017 г. 

При этом, по состоянию на 05.07.2018 (в период выплаты дивидендов в пользу ФИО3) ООО «СМУ-ПРОГРЕСС» и ООО «ТИ ДЖИ ВИ» зафиксировали наличие у должника обязательств в размере 70 856 551 руб. 94 коп. по Договорам на выполнение работ по выполнению капитального ремонта многоквартирных домов.

Суды указали, что в результате выплаты дивидендов произошло существенное уменьшение конкурсной массы должника, что привело к невозможности удовлетворить требования кредиторов. 

Кроме того, суды установили, что являясь учредителями Общества при принятии решения о распределении его прибыли за 2017, 2018 года, ответчики обладали доступом к финансовой документации должника на основании пункта 3 статьи 50 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и должны были знать о наличии у Общества признаков неплатежеспособности.

При этом, суммы выплаченных дивидендов были сопоставимы по размеру с кредиторской задолженностью,  возникшей в 2016- 2017 г. 

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества.

Между тем, указанные доказательства в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены.

Ответчик, будучи руководителем должника, должен был действовать с такой степенью заботливости и осмотрительности, которая бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение неблагоприятных последствий для должника и не допустить заключение сомнительных сделок, в связи с чем, совершение таких сделок, направленное на причинение вреда независимым кредиторам должника путем вывода ликвидных активов должника, повлекших невозможность удовлетворения требований независимых кредиторов должника, не свидетельствует о разумном и добросовестном поведении участников должника, а доказательства иного не представлены.

С учетом изложенного, следует признать, вопреки выводам суда первой инстанции, что совершение указанных выше сделок, признанных в последствии недействительными, привело к невозможности полного погашения требований кредиторов, ввиду чего, ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие совершения вредоносных сделок.

Выводы суда первой инстанции об обратном не повлекли за собой принятие незаконного и необоснованного судебного акта по существу, поскольку ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности, а производство по определению размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения или определения, арбитражный суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

С учетом изложенного, основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют, а принятое судом первой инстанции определение в обжалуемой части подлежит оставлению без изменения с приведением иной мотивировочной части.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от  28.12.2023 по делу №А40-156016/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     В.В. Лапшина

Судьи:                                                                                                          С.Н. Веретенникова 

                                                                                                          Д.Г. Вигдорчик