ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-52583/2021

28 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

/тр1

Резолютивная часть постановления объявлена     22 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  28 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Смирновой Я.Г.

судей  Жуковой Т.В., Поповой Н.М.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем с/з ФИО1,

при участии:  

от заявителя: ФИО2 по доверенности от 29.08.2021,

от должника: ФИО3 по доверенности от 22.06.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-4007/2022) временного управляющего ООО «ПОНТОН» ФИО4 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2022 по делу № А56-52583/202121/тр.1, принятое результатам рассмотрения заявления ООО «ПОНТОН-М» о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ПОНТОН»,

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.07.2021 в отношении ООО «ПОНТОН» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) (далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №134 от 31.07.2021.

ООО «ПОНТОН-М» обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о включении требования в размере 3 870 852,15 рублей в реестр требований кредиторов ООО «ПОНТОН».

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2022 требования признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В апелляционной жалобе временный управляющий ООО «ПОНТОН», ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, просит определение отменить в части отнесения требования ООО «ПОНТОН-М» в третью очередь удовлетворения требований кредиторов. 

По его мнению, ввиду аффилированности лиц, в отсутствие доказательств того, что займ не имел цели компенсационного финансирования должника, порядок удовлетворения заявления должен быть изменен, требование определено к погашению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

В отзывах ООО «ПОНТОН» и ООО «ПОНТОН-М» просят определение оставить без изменения, указывая на то, что задолженность подтверждена документально, наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности финансирования не доказано.

В судебном заседании вышеизложенные позиции поддержаны.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным этим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд в течение пятнадцати календарных дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия (пункт 2 указанной статьи).

Как следует из пунктов 3 и 5 статьи 71 Закона о банкротстве, арбитражный суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов независимо от наличия возражений относительно этих требований.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как следует из материалов дела, 12.09.2018 между ООО «ПОНТОН-М» и ООО »ПОНТОН» был заключен договор займа №12/09-З с учетом дополнительного соглашения, в соответствии с которым ООО «ПОНТОН-М» предоставило ООО «ПОНТОН» заем в размере 8 950 000,00 рублей, со сроком погашения до 31.12.2020. Проценты за пользование займом установлены сторонами в размере 8,55 % годовых.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве (несостоятельности), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по оказанию услуг. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

Как установлено судом первой инстанции и не опровергнуто лицами, участвующими в обособленном споре, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт перечисления кредитором денежных средств должнику на условиях займа, что в силу положений статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, порождает у должника как заемщика встречное денежное обязательство по возврату полученного финансирования.

Временным управляющим заявлено о фактической аффилированности должника и кредитора.

В обоснование правовой позиции временный управляющий пояснил, что согласно сведениям из ЕГРЮЛ генеральным директором и участником (100%) ООО «ПОНТОН» является ФИО5, генеральным директором и участником (100%) ООО «ПОНТОН-М» также является ФИО5 На дату заключения договора займа и предоставления денежных средств должник, по мнению временного управляющего, обладал признаками неплатежеспособности. Определением арбитражного суда от 22.07.2021 в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Тоннельтехнология» в размере 4 582 963,86 рублей – основной долг, 1 012 049,90 рублей – проценты за пользование чужими денежными средствами, 50 975 рублей – расходы по госпошлине. Основание возникновения задолженности – отсутствие оплаты товара по товарной накладной от 20.06.2017 №12 на сумму 4 582 963,86 рублей По мнению временного управляющего предоставление денежных средств должнику аффилированным с ним лицом при условии наличия признака неплатежеспособности является компенсационным финансированием, в связи с чем считает что задолженность подлежит удовлетворению после погашения требований.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недопустимых обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Вместе с тем, для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Следовательно, во избежание нарушения прав кредиторов должника все обстоятельства сделок с ним как с банкротом подлежат судебному исследованию, тем более, что если на пороки сделок указывают лица, участвующие в деле.

Как установлено судом, кредитор и должник являются аффилироваными лицами, что не оспаривается сторонами, генеральным директором является одно и то же лицо, юридический адрес совпадает.

Наличие хозяйственных связей между кредитором и должником, выражающееся, в том числе, в предоставлении займа на условиях не доступных независимым контрагентам, в нарушение заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения; в противоречие с собственной экономической целесообразностью деятельности и цели получения экономической выгоды от таких хозяйственных связей с должником; не предъявление кредитором своих требований об оплате задолженности в досудебном или судебном порядке до возбуждения дела о банкротстве, в противоречии с разумным поведением при осуществлении своей предпринимательской деятельности; отсутствие в материалах дела дополнительных доказательств и пояснений касательно экономических мотивов заключения договора займа с должником и мотивов поведения кредитора в процессе исполнения заключенного договора, применительно к предоставлению отсрочки возврата суммы займа, прямо свидетельствует о фактической аффилированности между кредитором и должником.

Сведения и доказательства возражающих лиц о фактической аффилированности кредитора, обозначенные перед судом, переносят бремя доказывания (опровержения) по делу на такого кредитора.

Сам факт аффилированности не означает запрета на включение в реестр требований кредиторов должника требований аффилированных к нему лиц, поскольку действующее законодательство не запрещает осуществление коммерческой деятельности между аффилированными лицами.

Реальность существования фактических отношений по договору займа не оспаривается, соответственно, требование подлежит признанию обоснованным.

В соответствии с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020) требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Принимая во внимание сформулированное в судебной практике понятие компенсационного финансирования в форме заключения договора займа, в частности, по смыслу правовой позиции пункта 3.1 Обзора от 29.01.2020, необходимо, чтобы такое финансирование предоставлялось контролирующим лицом в период, когда должник находился в трудном экономическом положении, и с целью вернуть должника к нормальной предпринимательской деятельности. Выбирая подобную экономическую модель поведения, в обход порядка, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, контролирующее лицо принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства и данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Обзора от 29.01.2020, при банкротстве требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса, в составе очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а именно: после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

При этом под компенсационным финансированием понимается, в том числе непринятие мер к истребованию задолженности при наступлении срока исполнения обязательства (пункты 3.1 и 3.2 Обзора от 29.01.2020).

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Согласно пункту 3.3 Обзора от 29.01.2020 разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом, об оплате работ после окончательной сдачи их результатов, о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах и т.п.). Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. В случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. Соответствующие разъяснения приведены в пункте 4 Обзора от 29.01.2020.

Ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции не представлено пояснений относительно того, с какой целью предоставлен займ (с учетом представленной налоговой отчетности), а также, в связи с чем в 2020 году заключено дополнительное соглашение об установлении нового срока для его возврата ( фактически период имущественного кризиса должника, не способного исполнить обязательства в срок).

Материалами дела не опровергнуто, что кредитор предпринимал надлежащие меры к возврату заемных средств, в том числе путем подачи искового заявления в суд. Вопреки выводу суда первой инстанции, отсутствие транзитного характера перечисленных заемных денежных средств не доказано должником.

Принимая во внимание изложенное, а также совокупность обстоятельств, обозначенных в заявлении временным управляющим, его вывод об осуществлении кредитором по существу финансирования должника и, соответственно, об отнесении на кредитора риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства, является обоснованным. Доказательств обратного заявителем не представлено.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для понижения очередности удовлетворения требования кредитора в указанной части, поскольку требование ООО «ПОНТОН-М» по существу вытекает из отношений по компенсационному финансированию и не может быть противопоставлено другим кредиторам. Заявителем не опровергнуты доводы временного управляющего.

В силу пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020 не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В связи с изложенным, требование ООО «ПОНТОН-М» является обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

С учетом изложенного, определение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области в оспариваемой части подлежит изменению, апелляционные жалобы  - удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.02.2021 по делу №  А56-52583/2021/тр1 изменить.

Признать обоснованным требование ООО «ПОНТОН-М» в размере 3 870 852,15 рублей и подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Понтон», указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Я.Г. Смирнова

Судьи

Т.В. Жукова

 Н.М. Попова