﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-36164/2018

г. Красноярск

19 сентября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2019 года. 

Полный текст постановления изготовлен         19 сентября 2019 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Парфентьевой О.Ю.,

судей: Бутиной И.Н., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания Лизан Т.Е.,

при участии: от истца - общества с ограниченной ответственностью «Активити»: Аншукова А.М., представителя по доверенности от 13.10.2018, 

от ответчика - акционерного общества «Алмаззолотоавтоматика»: Дисевич П.И., представителя по доверенности от 10.02.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Активити» (ИНН 2463249415, ОГРН 1132468047392)

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от 26 июня 2019 года по делу №  А33-36164/2018, принятое судьёй Петроченко Г.Г.,  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Активити» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к акционерному обществу «Алмаззолотоавтоматика» (далее – ответчик) о взыскании 297 000 рублей убытков, причинённых нарушением обязательств по договору от 10.11.2014 № АП-1533 в период с 04.11.2015 по 16.06.2017.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 26.06.2019 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

По  существу, доводы апелляционной жалобы, сводятся к несогласию истца  с выводами суда первой инстанции о недоказанности оснований  для  применения  гражданско-правовой  ответственности в виде  убытков; считает, что  представил  суду все   необходимые  доказательства  для  взыскания  убытков в виде  упущенной  выгоды, возникших  в  связи с незаконным удержанием ответчиком  имущества  истца; противоправность  поведения  ответчика заключается  в  незаконном удержании  имущества истца, что  привело к  невозможности  осуществления  истцом  основного  вида  деятельности – обучение  иностранному  языку и расторжению  договоров  с  клиентами. Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Ответчик представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 13.08.2019 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 12.09.2019.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Просит решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого решения проверены в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей истца и ответчика, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между ответчиком (арендодатель) и истцом (арендатор) был заключен договор аренды от 10.11.2014 № АП-1533 нежилого помещения общей площадью 36,9 м² (л.д.14-17), расположенного по адресу: г. Красноярск, ул. Академика Киренского, д. 87Б на 5 этаже, для использования под офис 508/1 (далее помещение). Срок действия Договора истекал 30.09.2015.

Стороны письменно не известили друг друга о предстоящем освобождении арендуемого помещения, что должно было произойти согласно п. 2.2.6 или п. 2.4.7 договора не позднее, чем за две недели до окончания срока действия договора, по причине подготовки нового договора аренды от 01.10.2015 № АП-1609.  Арендодатель не согласовал до конца и не подписал новый договор аренды, но арендатор продолжил пользоваться арендуемым помещением после истечения срока действия договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, поэтому договор возобновился на тех же условиях на неопределенный срок согласно п. 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации. Арендодателем была принята следующая арендная плата с 14.10.2015 по 21.10.2015.

Сторонами была проведена сверка расчетов. Согласно акту сверки взаимных расчетов между сторонами за период: январь - октябрь 2015 год задолженность арендодателя в пользу арендатора на 31.10.2015 составила 7540 рублей.

Согласно п. 2.2.6 договора арендодатель обязался письменно известить арендатора о предстоящем освобождении им арендуемого помещения, как в связи с окончанием срока договора, так и при его досрочном расторжении, не позднее чем за две недели.

Согласно п. 2.2.8 договора арендодатель обязался обеспечить арендатору доступ в арендуемое помещение в течение рабочего дня с 8.00 до 22.00 часов, а в выходные дни - по соглашению сторон.

Согласно п. 4.2 договора он мог быть расторгнут арендодателем в одностороннем порядке, а арендодатель отказаться от исполнения взятых на себя обязательств, с извещением арендатора за две недели до момента расторжения договора, в следующих случаях:

-  при использовании арендатором помещения (в целом или части его) в нарушении п. 1.1 договора;

-  если арендатор систематически (более двух раз за срок действия договора) не вносит или вносит не полностью платежи, указанные в п. 3 договора;

-  если арендатор более двух раз за срок действия договора, нарушил сроки оплаты, указанные в п. 3.2 договора

- если арендатор систематически нарушает прочие обязательства по договору.

Как указывает истец распоряжением арендодателя на вахту с 04.11.2015 (л.д.18) был запрещен доступ до особого распоряжения в арендованное арендатором помещение, ключи от помещения изъяты с вахты. Арендатор узнал об этих ограничениях по факту.

Истец ссылается, что с 04.11.2015 арендодатель без предупреждения,  необоснованно перестал обеспечивать беспрепятственный доступ в арендуемое помещение и возможность арендатору пользоваться им, закрыв и опечатав его, в нарушение п. 2.2.8 договора, соответственно, изъял у арендатора из временного владения помещение, тем самым без предупреждения, безосновательно, в одностороннем порядке перестал оказывать услуги по договору, что означало расторжение договора в одностороннем порядке со стороны арендодателя без письменного извещения арендатора в нарушение п.п. 2.2.6, 4.2 договора, п.п. 1, 4 статья 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вследствие не извещения арендодателем арендатора о расторжении договора в одностороннем порядке и предстоящем освобождении им арендуемого помещения, что должно было произойти согласно п. 2.2.6 договора не позднее, чем за две недели до момента досрочного расторжения договора, в помещении осталось имущество арендатора, находящееся здесь до этого на законном основании в соответствии с договором и необходимое для осуществления арендатором дальнейшей предпринимательской деятельности, доступ к которому был безосновательно прекращен арендодателем.

Арендатором были поданы заявления в адрес арендодателя от 13.11.2015 (от 13.11.2015 входящий № 571) и от 18.11.2015 (от 18.11.2015 входящий № 586) (л.д.19-20) с просьбой разрешения на вывоз личных вещей и имущества арендатора из арендуемого помещения. Ответа не последовало. Попытки переговоров со стороны арендатора результатов не принесли.

23.11.2015 арендатором в адрес арендодателя были поданы претензия от 20.11.2015 (от 23.11.2015 входящий № 590) и примерный перечень имущества в арендуемом помещении от 20.11.2015 (от 23.11.2015 входящий № 591). 

Согласно п. 6.2 договора в случае его расторжения по любым основаниям арендодатель имел безусловное право на удержание имущества, находящегося в арендуемом помещении, при наличии задолженности по арендной плате у арендатора, вплоть до полного погашения арендных платежей.

Как поясняет истец, удержание имущества арендатора было впервые признано представителем арендодателя в предварительном судебном заседании Арбитражного суда Красноярского края 12.04.2016 по делу № А33-1322/2016  по  иску  арендатора  к  арендодателю   о  возврате  имущества  с  требованием  по восстановлению временного доступа в арендованное помещение и обеспечению арендодателем возможности вывоза личных вещей и имущества арендатора из помещения и обозначено им на судебном заседании 24.05.2016 при обосновании приостановления производства по этому делу до окончания разбирательств по делам № А33-8093/2016 и № А33-7991/2016. Со слов представителя арендодателя удержание имущества арендатора было произведено с целью последующего обращения взыскания по исковым требованиям арендодателя к арендатору по указанным делам, но правовые основания для такого удержания указаны не были. Документально же удержание имущества арендатора было впервые подтверждено в заявлении арендодателя от 15.06.2016 об уточнении исковых требований по делу № А33-7991/2016. Итогами дел № А33-8093/2016 и № А33-7991/2016 стали отказы в удовлетворении исковых требований арендодателя, что свидетельствовало опять об отсутствии правовых оснований для удержания.

После вступления в силу решения Арбитражного суда Красноярского края от 30.01.2017 по делу № А33-16457/2016, удовлетворившего иск частично, оставленного в силе постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14.04.2017, соответственно, платежным поручением от 03.05.2017 № 28 арендатор выплатил арендодателю определенную Арбитражным судом Красноярского края сумму задолженности по пени на основании его решения.

16.06.2017 арендодателем был добровольно разрешен, а арендатором был осуществлен вывоз его имущества из помещения за исключением кондиционеров в связи с возражением арендодателя. При этом комиссией с привлечением представителей других организаций-арендаторов был составлен и подписан акт от 16.06.2017 № 1 осмотра помещения о нахождении в помещении имущества, принадлежащего арендатору и размещенного здесь в период действия договора, с описью этого имущества. Представители арендодателя отказались от подписи акта, мотивы отказа не пояснили. Представители арендодателя отказались также от подписи подготовленного акта приема-передачи имущества и заявили возражение против вывоза кондиционеров, т.к. их установка в помещении, согласно позиции арендодателя, являлась неотделимым улучшением помещения.

Решением же Арбитражного суда Красноярского края от 19.09.2017 по делу № А33-1322/2016, оставленным в силе постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25.12.2017, иск, уточненный арендатором в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, был удовлетворен полностью, арендодатель обязан в обеспечении возможности арендатору вывоза оставшегося имущества - кондиционеров из помещения.

В целях предотвращения дальнейшего оттока клиентов, арендатор был вынужден для продолжения занятий арендовать другое помещение по договору от 20.11.2015 № 12/2015 с ИП Соколовой Н.Н. со сроком действия с 01.12.2015 по 31.10.2016. 

Истец считает, что это  не устранило этих последствий по причине затруднительности деятельности арендатора в новом помещении по организации изучения иностранных языков в связи с отсутствием необходимых имущества, инвентаря, документов и литературы (материальной базы), которые незаконно удерживались арендодателем в итоге с 13.11.2015 по 16.06.2017 (более 19 месяцев), и со значительным ухудшением финансового состояния арендатора.

После возвращения арендодателем 16.06.2017 имущества арендатора, за исключением кондиционеров, часть возвращенного имущества (учебники и литература) утратила свое первоначальное значение для арендатора по причине невозможности ее дальнейшего использования в связи с    устареванием.

Основным видом деятельности арендатора является «образование дополнительное детей и взрослых» с кодом 85.41 согласно ОКВЭД2. В частности арендатор осуществляет обучение иностранным языкам, в первую очередь английскому языку. Для разделения обучающихся на группы с приблизительно схожими знаниями и навыками в чтении, письме, устной и письменной речи, а также для упрощения процедур тестирования используются уровни владения иностранным языком. Количество академических часов, необходимое для прохождения каждого уровня, устанавливается собственно образовательной организацией, занимающейся обучением иностранным языкам.

Истец ссылается, что в период с 23.11.2015 по 04.12.2015 произошли следующие расторжения договоров арендатора с новыми клиентами, не связанными с ним историей долговременных отношений:

-     23.11.2015 расторжение договора от 22.09.2015 с Политовой Л.И., в период действия договора проведено 12 занятий по 1 ак.часу;

-     26.11.2015 расторжение договора от 22.09.2015 с Черепановой Е.А., в период действия договора проведено 12 занятий по 1 ак.часу;

-     27.11.2015 расторжение договора от 19.10.2015 с Давыденко В.Е., в период действия договора проведено 4 занятия по 1 ак.часу;

- 30.11.2015 расторжение договора от 06.10.2015 с Афониной Е.П., в период действия договора проведено 7 занятия по 2 ак.часа;

-     04.12.2015 расторжение договора от 09.10.2015 с Оленевой Н.М., в период действия договора проведено 7 занятия по 2 ак.часа.

Как объясняет истец,  вышеуказанные клиенты арендатора претендовали на прохождение уровней владения английским языком общей продолжительностью 192 академических часа согласно программам арендатора, но в итоге отказались от дальнейших услуг арендатора по обучению, что принесло арендатору в дальнейшем уже убытков в виде неполученных доходов, которые он получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его права не были нарушены арендодателем (упущенная выгода), в размере 297 900 рублей, причем для получения этой выгоды арендатором были предприняты все меры и сделаны с этой целью все приготовления (п. 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Это минимально возможная сумма в связи с обычным увеличением реального количества времени для достижения необходимого уровня и с возможным продолжением обучения уже на следующих уровнях. Если бы другие клиенты, прекратившие занятия после 04.11.2015 без объяснения причин, предоставили необходимые документы, сумма бы значительно увеличилась.

13.10.2018 истцом в адрес ответчика была направлена претензия от 13.10.2018 по настоящему иску. Отзыва на претензию не последовало. 

Истец указывает, а ответчик подтверждает, что задолженность по оплате пени по ранее заключенным договорам аренды нежилого помещения от 01.09.2013 № АП-1354 и от 01.08.2014 № АП-1451 была оплачена истцом ответчику на основании платежного поручения от 03.05.2017 № 28 только после вступления в законную силу решения Арбитражного суда Красноярского края по делу № А33-16457/2016. 

 Согласно представленных в материалы дела договоров истца с его клиентами:  в п. 1.2 указано, что «занятия проводятся по разработанным истцом и представленным клиенту (заказчику) программам обучения»; в п. 1.3 указано, что «продолжительность (срок) обучения (слушателя) изначально определяется согласно программе обучения и в конечном итоге зависит от частоты занятий и количества пропусков их в группе». Заключению договоров по обучению иностранному языку между истцом и его клиентами предшествует ознакомление в обязательном порядке их с программой по достижению требуемого уровня, что указано в тексте договоров. Истец в своей деятельности использует «британскую» классификацию уровней владения английским языком и для достижения каждого уровня разработал соответствующую программу обучения, предполагающую определенное количество академических часов для ее прохождения. В п. 1.2 договоров истца с его клиентами указаны уровни обучения (слушателя), что трактуется однозначно и понятно клиентам. 

Возражая против доводов ответчика, истец заявил суду, что «дополнительная посредническая деятельность истца  по купле-продаже лесоматериалов в 2016 году («Торговля оптовая древесным сырьем и необработанными лесоматериалами», код 46.73.1 по классификатору ОКВЭД») не требовала привлечение дополнительных сотрудников. Эта деятельность и существенное уменьшение арендных платежей за последнее арендованное помещение по сравнению с предыдущим позволили существенно скомпенсировать сумму полученных убытков по основному виду деятельности по результатам 2016 года. Тем не менее, суммы полученных доходов в 2016 году, уменьшенных на величину произведенных расходов, все равно, не хватило на погашение суммы исчисленного минимального единого налога по упрощенной системе налогообложения истца».

Истец, выбрав для себя упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения - доходы, уменьшенные на величину расходов, в соответствии с нормами статьи 346.17 «Порядок признания доходов и расходов» части 2 Налогового кодекса Российской Федерации при ведении налогового учета показателей своей деятельности, необходимых для определения налоговой базы и суммы налога, учитывал в книге учета доходов и расходов (статья 346.24 Налогового кодекса Российской Федерации) кассовым методом все свои доходы кроме финансовых вложений, а это только выручки от реализации услуг или от реализации ранее приобретенных товаров, включая суммы авансов и предоплаты, полученные в счет предстоящих поставок товаров и оказания услуг, по факту поступления денежных средств на счет в банке или в кассу, а свои расходы, в том числе затраты на оплату труда, налогов, сборов, страховых взносов, услуг третьих лиц, товаров, приобретенных для дальнейшей реализации, в утвержденном порядке после их фактической оплаты по мере поступления соответствующих документов (зарплатные ведомости, платежные поручения, расходные ордера, товарные накладные, акты приемки-передачи, авансовые отчеты сотрудников).

Упущенную выгоду истец рассчитал следующим образом:

Ожидаемые доходы за вычетом расходов в сумме за 2015-2016 года: 624 465 (доходы 2015 года) + 2 340 302 (доходы 2016 года) + 297 900 (недополученные доходы) – 607 101 (расходы 2015 года) – 2 327 294 (расходы 2016 года) = 328 272 рубля (средний коэффициент доходности - 1,112).

Полученные, попавшие под налогообложение доходы за вычетом расходов в сумме за 2015-2016 года: 17 364 (2015 год) + 13 008 (2016 год) = 30 372 рубля (средний коэффициент доходности - 1,010).    Итого по расчетам истца упущенная выгода 328 272 – 30 372 =297 900 рублей.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, а возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 41 Налогового кодекса Российской Федерации в соответствии с настоящим Кодексом доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами «Налог на доходы физических лиц», «Налог на прибыль организаций» настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 248 Налогового кодекса Российской Федерации к доходам относятся в частности доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее доходы от реализации), а согласно статье 249 Налогового кодекса Российской Федерации доходом от реализации признается выручка от реализации товаров (работ, услуг), как собственного производства, так и ранее приобретенных, или имущественных прав, определяемая исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах.

Основным видом деятельности истца является «образование дополнительное детей и взрослых» с кодом 85.41 согласно ОКВЭД2. В частности истец осуществляет обучение иностранным языкам, в первую очередь английскому языку.

Как указывалось ранее, между сторонами был заключен договор аренды от 10.11.2014 № АП-1533. Срок действия договора истекал 30.09.2015.

Истец ссылается на то, что с 04.11.2015 арендодатель без предупреждения,  необоснованно перестал обеспечивать беспрепятственный доступ в арендуемое помещение и возможность арендатору пользоваться им, закрыв и опечатав его, в нарушение пункта 2.2.8 договора, соответственно, изъял у арендатора из временного владения помещение, тем самым без предупреждения, безосновательно, в одностороннем порядке перестал оказывать услуги по договору, что означало расторжение договора в одностороннем порядке со стороны арендодателя без письменного извещения арендатора в нарушение пунктов 2.2.6, 4.2 договора, пунктов 1, 4 статья 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вследствие не извещения арендодателем арендатора о расторжении договора в одностороннем порядке и предстоящем освобождении им арендуемого помещения, что должно было произойти согласно пункту 2.2.6 договора не позднее, чем за две недели до момента досрочного расторжения договора, в помещении осталось имущество арендатора, находящееся здесь до этого на законном основании в соответствии с договором и необходимое для осуществления арендатором дальнейшей предпринимательской деятельности, доступ к которому был безосновательно прекращен арендодателем.

Согласно пункту 6.2 договора в случае его расторжения по любым основаниям арендодатель имел  право на удержание имущества, находящегося в арендуемом помещении, при наличии задолженности по арендной плате у арендатора, вплоть до полного погашения арендных платежей.

После вступления в силу решения Арбитражного суда Красноярского края от 30.01.2017 по делу № А33-16457/2016, удовлетворившего иск частично, оставленного в силе постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14.04.2017, соответственно, платежным поручением от 03.05.2017г. № 28 Арендатор выплатил арендодателю определенную Арбитражным судом Красноярского края сумму задолженности по пени на основании его решения.

16.06.2017 Арендодателем был добровольно разрешен, а Арендатором был осуществлен вывоз его имущества из помещения за исключением кондиционеров в связи с возражением Арендодателя. При этом комиссией с привлечением представителей других организаций-арендаторов был составлен и подписан акт от 16.06.2017г. № 1 осмотра помещения (оригинал акта прилагаем) о нахождении в помещении имущества, принадлежащего Арендатору и размещенного здесь в период действия Договора, с описью этого имущества. Представители Арендодателя отказались от подписи акта, мотивы отказа не пояснили. Представители Арендодателя отказались также от подписи подготовленного акта приема-передачи имущества и заявили возражение против вывоза кондиционеров, т.к. их установка в помещении, согласно позиции Арендодателя, являлась неотделимым улучшением помещения. Решением же Арбитражного суда Красноярского края от 19.09.2017 по делу № А33-1322/2016, оставленным в силе постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 25.12.2017, иск, уточненный арендатором в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, был удовлетворен полностью, арендодатель обязан в обеспечении возможности арендатору вывоза оставшегося имущества - кондиционеров из помещения.

В целях предотвращения дальнейшего оттока клиентов, арендатор был вынужден для продолжения занятий арендовать другое помещение по договору от 20.11.2015 № 12/2015 с ИП Соколовой Н.Н. со сроком действия с 01.12.2015 по 31.10.2016. 

Истец считает, что это  не устранило этих последствий по причине затруднительности деятельности арендатора в новом помещении по организации изучения иностранных языков в связи с отсутствием необходимого имущества, инвентаря, документов и литературы (материальной базы), которые незаконно удерживались арендодателем в итоге с 13.11.2015 по 16.06.2017 (более 19 месяцев), и со значительным ухудшением финансового состояния арендатора. После возвращения арендодателем 16.06.2017 имущества арендатора за исключением кондиционеров часть возвращенного имущества, в частности учебники и литература, утратила свое первоначальное значение для арендатора по причине невозможности ее дальнейшего использования в  связи с  устареванием.

Повторно  исследовав  приведенные  истцом  доводы  и представленные  им  доказательства,  по  правилам главы 7  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной  инстанции  соглашается  с выводами суда  первой  инстанции  об отсутствии  правовых оснований  для  удовлетворения  исковых  требований. 

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено следующее. По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 14 Постановление от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было; поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер; это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

В абзаце третьем пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При этом лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды, истец должен доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления, и допущенное нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить соответствующие доходы. Иными словами, размер упущенной выгоды определяется с учетом реальности получения дохода при обычных условиях гражданского оборота, мер, предпринятых потерпевшим для ее получения, сделанных с этой целью приготовлений, а также разумных затрат, которые мог понести участник оборота, если бы другой участник гражданского оборота действовал в соответствии с законом.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличие и размер понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований истца о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Соответственно, в рассматриваемом случае к упущенной выгоде относятся такие доходы, которые получил бы истец при обычном ведении своей коммерческой деятельности, если бы отсутствовало учиненное ответчиком  удержание имущества и расторжение  договора  аренды. При этом истец обязан был доказать, что указанное им обстоятельство  явилось единственной причинной не позволившей истцу получить доходы в заявленном размере.

Учитывая, приведенные сторонами доводы, суд первой инстанции исследовал  вопрос, являлось ли удержание  имущества правомерным,  а  также  являлось  ли удержание  имущества  истца  препятствием для осуществления истцом основного вида его деятельности и повлекло ли удержание  имущества прекращение истцом образовательной деятельности.

Как следует из искового заявления, пояснений истца и представленных им документов,  истец  свою деятельность не прекращал и не приостанавливал, возникновение упущенной выгоды связывает со снижением  количества клиентов.

При  этом  истец  не   представил  в  материалы  дела  истцу  доказательства очевидно свидетельствующие, что единственной причиной снижения  количества клиентов  явились действия ответчика.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда  первой  инстанции, что в данном случае истец не доказал, что единственной причиной снижения количества клиентов явились  действия  ответчика.

Суд апелляционной инстанции, учитывая вышеприведенные нормы права и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, полгает, что судом первой инстанции верно распределено бремя доказывания, и  обоснованно  указано, что  в данном случае, бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только действия (бездействия) ответчиком стали единственной причиной, лишившей его возможности получить доход  в  заявленном  размере.

При изложенных обстоятельствах, правомерен вывод судов о том, что истец не доказал вину ответчика в неполучении упущенной выгоды в размере, а приведенный истцом расчет упущенной выгоды носит вероятностный характер, построен на предположениях без учета фактических обстоятельств, способных существенно повлиять на размер предполагаемого дохода. Из материалов дела не усматривается, имел ли истец реальную возможность получить доход в заявленной сумме.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что  доводы  жалобы  дублируют  доводы,  приведенные  в  суде  первой инстанции, в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени  на обоснованность и законность судебного акта.

Вопреки доводам апелляционной  жалобы судом первой инстанции материалы дела исследованы полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для иной оценки у суда апелляционной инстанции не имеется. Иная оценка заявителем  жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам, нарушений норм материального и процессуального права судом не допущено, в связи с чем апелляционная жалоба, по изложенным в ней доводам, удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 26 июня 2019 года по делу № А33-36164/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

Председательствующий

О.Ю. Парфентьева

Судьи:

И.Н. Бутина

 

В.В. Радзиховская