ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-161876/2018

05 декабря 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 05 декабря 2019 года

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Стрельникова А.И.,

судей Колмаковой Н.Н., Чалбышевой И.В.

при участии в заседании:

от истца – ФИО1, дов. №140 от 26.02.2019 г.;

от ответчика – ФИО2, дов. №207/4/291 от 23.03.2019 г.;

от третьего лица – ФИО3, дов. от 14.05.2019 г.,

рассмотрев 02 декабря 2019 года в судебном заседании кассационные жалобы 

АО «Воентелеком» и Министерства обороны Российской Федерации

на решение от 06 мая 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 31 июля 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску АО «Воентелеком» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Министерству обороны Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании

третье лицо: АО «НПП «КАНТ»

и по встречному иску Министерства обороны Российской Федерации (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к АО «Воентелеком»

о взыскании, 

 

УСТАНОВИЛ:

АО «Воентелеком» обратилось с иском к Министерству обороны Российской Федерации о взыскании задолженности в сумме 61.829.954 рубля 01 копейки, с учетом уточнений принятых в порядке ст. 49 АПК РФ. В качестве третьего лица по делу было привлечено АО «НПП «КАНТ». По встречному иску Министерство обороны Российской Федерации обратилось к АО «Воентелеком» с требованиями о взыскании неустойки в сумме 447.167.850 рублей 89 копеек по государственному контракту от 24.12.2012 г. № 1345/ЗА/2012/ДРГЗ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06 мая 2019 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31 июля 2019 года, в удовлетворении основного и встречного исков было отказано.

Не согласившись с принятыми решением и постановлением, АО «Воентелеком» обратилось с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просило обжалуемые решение и постановление отменить в части отказа в удовлетворении основного иска и направить в указанной части дело на новое рассмотрение. В обоснование кассационной жалобы заявителем фактически были приведены идентичные доводы, изложенные им ранее в своей апелляционной жалобе.

Министерство обороны Российской Федерации, также не согласившись с принятыми решением и постановлением, обратилось с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просило обжалуемые решение и постановление отменить в части отказа в удовлетворении встречного иска и принять в указанной части новое решение об удовлетворении встречного иска в сумме 4.797.366,52 руб.

В заседании суда кассационной инстанции представители истца и третьего лица поддержали доводы жалобы истца в полном объеме и возражали против доводов жалобы ответчика.

Представитель ответчика в заседании суда против доводов кассационной жалобы истца возражал и поддержал доводы своей кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, 24.12.2012 г. между АО «Воентелеком» (исполнителем) и Министерством обороны Российской Федерации (заказчиком) был заключен государственный контракт № 1345/ЗА/2012/ДРГЗ на выполнение работ по сервисному обслуживанию и ремонту техники РЭБ для нужд Минобороны России в 2012 - 2013 гг. в количестве 199 изделий; цена контракта определена в п. 4.1 контракта в сумме 949.384.160 рублей; срок выполнения работ, согласно п. 15.2 контракта, определен до 25.11.2013 г. В соответствии с п. 10.8 контракта, заказчик перечислил исполнителю аванс в размере 80% от цены контракта в сумме 759.507.328 рублей платежными поручениями: от 05.07.2013 г. № 762 на сумму 695.783.160 рублей, от 15.02.2013 г. № 559 на сумму 63.724.168 рублей. Согласно п. 8.1 контракта, приемка выполненных работ по качеству и соответствию требованиям, установленным в контракте, производится получателем, с оформлением акта сдачи-приемки выполненных работ (АСПВР). В силу п. 8.15 контракта, датой выполнения работ является дата подписания получателем акта сдачи-приемки выполненных работ. Согласно п. 10.3 контракта, оплата за фактически выполненные работы осуществляется заказчиком в течение 30 (тридцати) банковских дней после представления исполнителем заказчику сводного счета на выполненные работы, счета-фактуры, сводного акта сдачи-приемки выполненных работ, удостоверения ВП о соответствии результата работ условиям контракта (далее по тексту - отчетные документы).

В обоснование иска истец ссылается на исполнение обязательств по контракту им в полном объеме, что подтверждается подписанными получателем актами сдачи-приемки выполненных работ. При этом истец указал, что все отчетные документы, предусмотренные пунктом 10.3 контракта, были направлены в адрес заказчика (пос. исх. от 01.03.2018 № 134-01/3344, от 20.03.2018 № 134-01/4284) на общую сумму 834.659.514 рублей 10 копеек, в том числе: сводный акт № 1345-1 на сумму 283.559 .834,21 руб.; сводный акт № 1345-2 на сумму 409.176.507,22 руб.; сводный акт № 1345-3 на сумму 40.099.475,95 руб.; сводный акт № 1345-4 на сумму 101.823.696,72 руб.

Вместе с тем, ответчик, рассмотрев вышеуказанные отчетные документы, лишь подписал сводные акты сдачи- приемки выполненных работ по контракту на сумму 772.829.560 рублей 09 копеек, указав, что АО «Воентелеком» обязано уменьшить стоимость выполнения работ, согласно заключению о стоимости работ отдела 504 ВП МО РФ: от 01.09.2016 г. № 156, от 26.10.2016 г. № 195, от 22.06.2017 г. № 504/1о/101.

По мнению истца, с учетом ранее перечисленного аванса и уточнения исковых требований, задолженность ответчика перед истцом за выполненные по контракту работы составляет 61.829.954 рубля 01 копейки, а поскольку направленная истцом по первоначальному иску в адрес ответчика претензия от 10.04.2018 г. № 070-01/6100 с требованием оплатить задолженность была оставлена ответчиком без удовлетворения, то истец и обратился в суд с настоящими требованиями.

Обращаясь со встречным иском, Министерство обороны Российской Федерации указало, что письмом от 26.02.2016 г. № 134-01/3381 исполнитель сообщил заказчику, что работы АО «НПО «Кант» были выполнены в полном объеме, однако, 446 ВП МО РФ не подтверждает выполнение данных работ, что, в свою очередь, приводит к невозможности формирования пакета документов, предусмотренного п. 8.2 контракта, в связи с чем в данном письме АО «Воентелеком» просит инициировать совещание при начальнике УПМИ; письмом от 16.02.2016 г. № 504/1о/43, направленным в адрес исполнителя, начальник отдела 504 ВП МО РФ сообщил, что договор, заключенный между ОАО «НПО «КАНТ» и АО «Воентелеком» (Ивановский филиал) с военными представительствами МО РФ при предприятиях, не согласовывался и до отдела 504 ВП МО РФ не доводился; фактическая трудоемкость работ, выполняемых АО «Воентелеком» (Ивановский филиал) не подтверждена военным представительством. В соответствии с протоколом совещания в от 09.03.2016 г. УПМИ (далее по тексту - протокол), подписанным со стороны заказчика и исполнителя, было принято решение: «АО «Воентелеком» рассмотреть и представить на согласование отделу 504 ВП МО РФ отчетные документы с Актами технической приемки и удостоверениями 446 ВП МО РФ; в представляемых документах не должны быть отражены работы, выполненные 733 ЦРЗСС без контроля со стороны ВП МО РФ». При этом в протоколе было отражено, что работы, выполняемые 733 ЦРЗСС, военными представительствами не были приняты и не были учтены в стоимости выполненных работ, а поэтому в соответствии с п. 10.7 контракта, указанные работы не оплачиваются, а также данные работы не указываются в технических актах и актах приема- передачи выполненных работ.

Таким образом, истец по встречному иску считает, что исполнителем было допущено нарушение условий контракта, что привело к ухудшению результата работ, а также к невозможности проверки качества работ и, как следствие, заказчиком было принято решение о соразмерном уменьшении цены. Вышеизложенные обстоятельства и послужили основанием для обращения сторон в суд с первоначальным и встречным исками.

Отказывая, в удовлетворении встречного иска, суд в обжалуемых актах, по мнению коллегии, правомерно исходил из пропуска срока исковой давности.

Так, согласно п. 3 ст. 202 ГК РФ, п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку.

Как было установлено судом, расчет неустойки был произведен заказчиком от стоимости работ + расходные материалы, что не соответствует условиям контракта. Однако, согласно п. 11.2 контракта, неустойка рассчитывается от цены единицы работы, в отношении выполнения которой наступила просрочка. При этом судом также было установлено, что, исходя из п. 1.1.2 контракта, работы - сервисное обслуживание техники РЭБ; цена единицы работы (нормо-час) (п. 4.2 контракта) составляет: на предприятиях промышленности 902 рубля 35 копеек; в войсковых частях (местах эксплуатации) 874 рубля 70 копеек; цена контракта, цена единицы работ (нормо-час) и цена запасных частей, являются твердыми и не могут изменяться в ходе исполнения контракта, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации (п. 4.4 контракта). Таким образом, является правомерным вывод суда в обжалуемых актах о том, что цена единицы работ не включает в себя стоимость запасных частей, в связи с чем расчет неустойки, представленный заказчиком, является необоснованным.

Кроме того, в силу норм ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено; общий срок исковой давности в соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ. В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Исходя из п. 3 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица, и о том, кто является надлежащим ответчиком (п. 1 ст. 200 ГК РФ). причем обязательно для применения судами толкование применения п. п. 1, 2 ст. 200 ГК РФ, согласно которому по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. Согласно п. 1 ст. 207 ГК РФ, с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе, возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию. В п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», отражено, что с истечением срока исковой давности по главному требованию, считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе, возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.

Так, в силу п. 2.1 контракта, исполнитель обязуется в пределах цены контракта в установленный контрактом срок выполнить работы, соответствующие качеству, результату и иным требованиям, установленным контрактом. Согласно п. 15.2 контракта, работы по контракту должны быть выполнены в срок до 25.11.2013 г. Поскольку условиями контракта предусмотрен конкретный срок выполнения работ, то, следовательно, истец (по встречному исковому заявлению) узнал о нарушении своего права на получение результата работ - 26.11.2013, в связи с чем правомерно было определено судом, что срок исковой давности по главному требованию на выполнение работ истек 26.11.2016 г. (26.11.2013 + 3 года).

С учетом того, что 26.11.2016 г. истек срок исковой давности по главному требованию, а вышеуказанные работы по 10 актам фактически были выполнены и переданы государственному заказчику в 2017 году, что подтверждается ответчиком по делу в представленной таблице (графа «дата акта») после истечения срока исковой давности по главному требованию, то в силу разъяснений, указанных в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.2013 г. № 10690/12, к дополнительным требованиям о взыскании неустойки может быть применено правило норм ст. 207 ГК РФ, устанавливающее, что с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (неустойка, залог, поручительство и т.п.).

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ). Исходя из п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ). 

В данном случае, отказывая в удовлетворении первоначального иска, суд в решении и постановлении правомерно исходил из того, что какие-либо доказательства относительно наличия права и оснований у АО «Воентелеком» нарушать договоренности с Министерством обороны Российской Федерации, утвержденные подписанным протоколом совещания в УПМИ от 09.03.2016 г. в части согласования АО «Воентелеком» с 504 ВП МО РФ заключения договора с ОАО «НПО «КАНТ», истцом не были представлены.

Так, в п. 3.1.3 контракта установлено, что исполнитель в праве привлекать к исполнению настоящего контракта соисполнителей. Согласно приложенным к объяснению правовой позиции копии договора от 28.12.2012 г. № ВТК-134/12-3930, АО «Воентелеком» привлекло к исполнению контракта ОАО «НПО «КАНТ». В силу п. 7.2 договора, техническая приемка результата работ, контроль за ходом выполнения работ, а также выполнение соисполнителем иных условий договора со стороны ОАО «НПО «КАНТ» возлагается на военное представительно. Однако, дополнительным соглашением от 05.03.2013 г № 2 к договору, стороны договора изменили порядок приемки выполненных работ, возложив обязанности на ОТК предприятия АО «Воентелеком» (Ивановский филиал). Письмом от 26.02.2016 г. № 134-01/3381 исполнитель сообщил заказчику, что работы АО «НПО «КАНТ» выполнены в полном объеме. Однако, 446 ВП МО РФ не подтвердило выполнение данных работ, что, в свою очередь, привело к невозможности формирования пакета документов, предусмотренного п. 8.2 контракта; кроме того, в данном письме АО «Воентелеком» просило в связи с этим инициировать совещание при начальнике УПМИ.

Письмом от 16.02.2016 г. № 504/1 о/43, направленным в адрес исполнителя, начальник отдела 504 ВП МО РФ сообщил, что договор, заключенный между ОАО «НПО «КАНТ» и АО «Воентелеком» (Ивановский филиал), с военными представительствами МО РФ при предприятиях не согласовывался и до отдела 504 ВП МО РФ не доводился, причем фактическая трудоемкость работ, выполняемых АО «Воентелеком» (Ивановский филиал), не подтверждена военным представительством.

В соответствии с протоколом совещания в УПМИ от 09.03.2016 г., подписанным со стороны заказчика и исполнителя, принято решение: «АО «Воентелеком» рассмотреть и представить на согласование отделу 504 ВП МО РФ отчетные документы с актами технической приемки и удостоверениями 446 ВП МО РФ; причем в представляемых документах не должны быть отражены работы, выполненные 733 ЦРЗСС без контроля со стороны ВП МО РФ». Таким образом, работы, выполняемые 733 ЦРЗСС, военными представительствами не были приняты и не учтены в стоимости выполненных работ, а и в соответствии с п. 10.7 контракта указанные работы не оплачиваются, а также не указываются в технических актах и актах приема-передачи выполненных работ (решение Протокола УПМИ от 09.03.2016 г.). 

В силу п. 8.2 контракта, акт сдачи-приемки выполненных работ составляется исполнителем в четырех экземплярах, передается получателю вместе с результатом работ и проверяется получателем в течение 5 рабочих дней. Однако, в ходе приемки результата работ получатели выявили нарушения, а именно: дублирование материалов, отсутствие дефектовочной ведомостей, установки б/у запчастей, завышение объемов закупленных материалов и т.д., которые, также были исключены из актов, а сами акты подписаны с разногласием. Таким образом, истец, нарушая подписанное им же решение протокола совещания в УПМИ от 09.03.2016 г., просит взыскать с ответчика долг за работы, выполненные с нарушением условий контракта, которые в силу положений контракта не оплачиваются. Таким образом, с учетом вышеизложенных обстоятельств, суд в решении и постановлении правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований по первоначальному и встречному искам, с чем в настоящее время согласна и кассационная инстанция.

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационных жалоб подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, доводы кассационных жалоб уже были предметом исследования суда апелляционной инстанции, с оценкой которых согласна и кассационная инстанция.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 06 мая 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31 июля 2019 года по делу № А40-161876/2018 оставить без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                 А.И.Стрельников

 

Судьи:                                                                                             Н.Н.Колмакова

 

                                                                                                          И.В.Чалбышева