АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

ул. Красная ул., д.8, г.Кемерово, 650000

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru, 

www.kemerovo.arbitr.ru

тел. (384-2) 58-43-26, тел./факс (384-2) 58-37-05

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-25467/2017

город Кемерово

12 марта 2018 года

Резолютивная часть решения оглашена 05 марта 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 12 марта 2018 года                                                                  

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи  Останиной В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению VULPES RUSSIAN OPPORTUNITIES FUND (Компания «Вульпес Рашн Оппортьюнитиз Фанд»), К-вы острова, KY1-1104, Большой Кайман,  (регистрационный номер 177839) 

к Президенту Акционерного общества «Холдинговая компания «Сибирский цемент», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2, город Кемерово

ФИО8 по экономике и финансам Акционерного общества «Холдинговая компания «Сибирский цемент», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3, город Кемерово

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Акционерное общество «Холдинговая компания «Сибирский цемент», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

о взыскании 17 638 600 руб.,

при участии представителя истца ФИО4, доверенность от 04.10.2017, паспорт (в судебном заседании 26.02.2018); 

представителей ответчика – Президента АО «ХК «Сибирский цемент» ФИО2 – ФИО5, доверенность от 12.10.2017, паспорт, ФИО6 доверенность от 12.10.2017, паспорт (в судебном заседании 26.02.2018); 

представителей ответчика - Вице-президента по экономике и финансам АО «ХК «Сибирский цемент» ФИО3 - ФИО5, доверенность от 12.10.2017, паспорт, ФИО6 доверенность от 11.12.2017, паспорт (в судебном заседании 26.02.2018); 

представителей третьего лица – АО «ХК «Сибирский цемент» - ФИО6, доверенность №15/15 от 25.03.2015, паспорт (в судебном заседании 26.02.2018); ФИО7, доверенность №83/15 от 01.09.2015, паспорт,

у с т а н о в и л:

В Арбитражный суд Кемеровской области поступило исковое заявление VULPES RUSSIAN OPPORTUNITIES FUND (Компания «Вульпес Рашн Оппортьюнитиз Фанд»), К-вы острова, KY1-1104, Большой Кайман о взыскании с члена Совета директоров и Президента Акционерного общества «Холдинговая компания «Сибирский цемент» ФИО2 убытков в виде годовых бонусных выплат по итогам работы Общества за 2016 год в размере 12 480 000 руб., о взыскании с Вице-президента по экономике и финансам Акционерного общества «Холдинговая компания «Сибирский цемент» ФИО3 убытков в виде годовых бонусных выплат по итогам работы Общества за 2016 год в размере 5 158 600 руб., в общей сумме 17 638 600 руб. 

Определением арбитражного суда от 08.12.2017 дело принято к производству, предварительное судебное заседание назначено на 17.01.2018. В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Акционерное общество «Холдинговая компания «Сибирский цемент», город Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

В судебном заседании 17.01.2018 представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме, дал пояснения по существу исковых требований.

Представители ответчиков иск не признали, дали пояснения по существу исковых требований, представили дополнительные документы, приобщенные к материалам дела.

Представители третьего лица иск не признали, ссылаясь на доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, приобщенном к материалам дела, указали, что АО «ХК «Сибирский цемент» является третьим лицом по настоящему делу. 

Проведение судебного разбирательства назначено на 26.02.2018, в судебном заседании в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 05.03.2018.

После перерыва в соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в отсутствие представителя истца.

В процессе рассмотрения дела по существу представитель истца настаивала на заявленных требованиях, изложила пояснения соответствующие позиции, изложенной письменно.

Представители ответчиков, третьего лица с иском не согласились, изложили пояснения, которые в целом соответствуют изложенному в отзывах на исковое заявление, в иных письменных пояснениях по делу.

Истец, предъявляя настоящий иск, действует в интересах АО «ХК «Сибирский цемент», акционером которого является. Исковые требования мотивировал тем, что 05.04.2017 решением Совета директоров Общества Президенту АО «ХК «Сибирский цемент» ФИО2 и ФИО8 Общества ФИО3 утвердены бонусные выплаты по итогам работы за 2016 год. Указанные лица являются членами Совета директоров Общества, при этом их голоса учитывались при одобрении годовых бонусов самим себе. 

Истец считает, что утверждение годовых вознаграждений на заведомо невыгодных условиях для Общества при наличии конфликта между интересами ФИО2 и ФИО3 и интересами Общества, привело к убыткам Общества. Истец полагает, что ответчики действовали при наличии конфликта между личными интересами и интересами Общества, указывает на фактическую заинтересованность ФИО2 и ФИО3 в совершении Обществом сделки; на отсутствие требующегося в силу законодательства одобрения соответствующих органов юридического лица. Истец считает, что ответчики знали или должны были знать о том, что их действия не отвечали интересам юридического лица (сделки в виде выплаты бонусов (премий) были совершены на заведомо невыгодных для Общества условиях).

В качестве правового обоснования исковых требований истец ссылается на положения, предусмотренные в статьях 53, 53.1, 15, 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, в статьях 71, 81 ФЗ «Об акционерных обществах», а также на разъяснения Пленума ВАС РФ, изложенные в Постановлении от 30.07.2013 №62.

Ответчик ФИО3 иск не признала, в отзыве на исковое заявление, ссылаясь на статью 81 ФЗ «Об акционерных обществах», указала на то, что трудовой договор, заключенный с Обществом, не является сделкой с заинтересованностью; не является и такой сделкой и дополнительное соглашение к трудовому договору (в котором установлено условие осуществления выплат стимулирующего характера). Факт принятия решения Советом директоров о выплате бонусного вознаграждения, и фактическая выплата вознаграждения также, по мнению ответчика, сделками не являются. ФИО3 полагает, что истец сделал неправильный вывод о том, что имело место нарушение порядка подсчета голосов при принятии решения Советом директоров. Обращает внимание на то, что с 01.01.2017 сделки с заинтересованностью не требуют предварительного согласования.

Ответчик считает, что истец не представил доказательств того, что ФИО2 и ФИО3 действовали в нарушение интересам Общества и размер бонусного вознаграждения является чрезмерным. ФИО3 привела пояснения относительно эффективности своей работы в 2016 году; обратила внимание на то, что остальным топ-менеджерам Общества вознаграждение установлено на том же уровне.

ФИО3 также указала на то, что решение Советом директоров принято в соответствии с положениями Устава Общества, Системы мотивации (политики бонусного вознаграждения).

Ответчик ФИО2 также иск не признал. В отзыве на исковое заявление изложил позицию, в целом аналогичную позиции ответчика ФИО3 

В отзыве ФИО2 обращено внимание на то, что трудовой договор с Обществом   (как сделка с заинтересованностью) одобрен решением Совета директоров в 2014 году; приведены пояснения с обоснованием эффективности управления, качественной разработки и внедрения инвестиционной программы, усовершенствования производства, проведения работ по снижению издержек производства.

Возражая на позицию ответчиков, третьего лица, истец обосновал свою позицию об отсутствии кворума при принятии решения о выплате бонусных вознаграждений ссылками на положения Устава Общества, на нормы гражданского законодательства, считает такое решение ничтожным. Считает, что одобрение трудового договора с ФИО2 не имеет отношения к настоящему спору. Обращает внимание на то, что факт выполнения условий, указанных в Системе мотивации, должен был быть отражен при принятии решения о выплате вознаграждения. Истец считает, что сопоставление сумм бонусного вознаграждения иным лицам, решение о выплате которого принято в этот же день Советом директоров, не имеет отношения к настоящему спору.

Истец также указал, что принятое 05.04.2017 на заседании Совета директоров решение по сути и по существу является решением об одобрении сделки с заинтересованностью, принятое в нарушение кворума, к одобрению которой должны быть применимы положения пункта 2 статьи 83 ФЗ «Об акционерных обществах». Настаивает на том, что условия Системы мотивации ответчиками не выполнены, сделки в виде выплат (бонусных вознаграждений) совершены на заведомо невыгодных для Общества условиях.

Ответчики, третье лицо в дополнение к своей позиции, с учетом дополнений истца, указали, что с учетом предмета и оснований иска, обязанность представлять доказательства соблюдения процедуры определения суммы выплаты бонусных вознаграждений отсутствует. Ни законодательством, ни Уставом Общества не установлена обязанность Совета директоров при принятии решения о размере бонусного вознаграждения указывать основания выплаты, сведения о выполнении тех или иных задач и проч. Считают, что спорные суммы нельзя считать убытками, так как эти суммы включены в фонд оплаты труда. Настаивают на том, что никаких нарушений при принятии Советом директоров решения об установлении размера бонусного вознаграждения допущено не было, кворум для принятия решения имелся.

Третье лицо, ответчики указали также, что фонд оплаты труда включает в себя фонд заработной платы, а также сумму, равную 100% возможного бонусного вознаграждения в соответствии с положениями Системы мотивации. Фактически фонд оплаты труда включает в себя  заработную плату и выплаченное вознаграждение, определенное Советом директоров по итогам года.

В процессе рассмотрения дела истец представил сравнительные данные о вознаграждении топ-менеджеров российских компаний, ответчики, третье лицо изложили свои пояснения по приведенным данным.

Выслушав в процессе рассмотрения дела представителей сторон, третьего лица, изучив материалы дела, суд установил следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в пункте 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ). Порядок обращения участника корпорации в суд с такими требованиями определяется, в том числе с учетом ограничений, установленных законодательством о юридических лицах. Лицо, уполномоченное выступать от имени корпорации, также является представителем корпорации при рассмотрении названных требований наряду с предъявившим их участником корпорации. Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (пункты 1 - 4 статьи 53.1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Порядок назначения или избрания органов юридического лица определяется законом и учредительными документами.

В соответствии с частью 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. 

Согласно статье 71 Федерального закона «Об акционерных обществах» от 26.12.1995 № 208-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Статья 53.1 ГК РФ предусматривает ответственность лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов, юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные но его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее- Постановление ВАС №62)  лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган- директор, генеральный директор и т.д.) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Действующее российское законодательство не содержит какого-либо перечня деяний, совершенных названными выше субъектами, которыми бы они могли причинить убытки в силу своего специфического положения в обществе, следовательно, возмещение убытков в данном случае осуществляется по общим правилам гражданского законодательства, предусмотренным в частности, в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. Удовлетворение требования возможно при доказанности всей совокупности указанных условий ответственности. Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Таким образом, по требованию о взыскании убытков (возмещении вреда), причиненных в результате действий  соответствующих лиц, подлежат доказыванию факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения таких лиц и юридически значимая причинно-следственная связь между поведением этих лиц и наступлением вреда. Указанные обстоятельства в совокупности образуют состав правонарушения, являющийся основанием для применения ответственности в виде взыскания убытков. Отсутствие хотя бы одного из названных условий исключает ответственность лица (лиц) по требованию о возмещении убытков.

Судом установлены следующие фактические обстоятельства.

Акционерное общество «Холдинговая компания «Сибирский цемент» зарегистрировано в качестве юридического лица в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) 25.08.2004 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Президентом указанного Общества с 15.09.2014 является ФИО2  (запись за ГРН 2144205181503 от 15.09.2014).

В соответствии с выпиской по дате операции в реестре/депозитарии из системы депозитарного учета по состоянию на 04.09.2017, на 27.09.2017, на 27.11.2017 VULPES RUSSIAN OPPORTUNITIES FUND (Компания «Вульпес Рашн Оппортьюнитиз Фанд»), К-вы острова, KY1-1104, Большой Кайман, регистрационный номер 177839, является акционером АО «ХК «Сибцем» и владеет обыкновенными акциями указанного лица в размере 347 764 шт., что составляет 1,15% обыкновенных акций данного Общества.

Статус истца как акционера Общества в процессе рассмотрения дела ответчиками, третьим лицом не оспаривался.

Согласно протоколу №03/17 заседания Совета Директоров Акционерного общества «Холдинговая Компания «Сибирский цемент» от 05 апреля 2017 на повестку заседания Совета Директоров вынесено 20 вопросов, в том числе вопрос №1 об утверждении размера бонусных выплат руководителем высшего звена АО «ХК «Сибцем» по итогам работы за 2016 год.

В протоколе имеется указание на то, что число голосов, принадлежащих членам Совета Директоров, - 5; число голосов, принадлежащих членам Совета Директоров, принявших участие в заочном голосовании по вопросам повестки дня, - 3 (ФИО2, ФИО3, ФИО9), кворум для проведения заседания Совета Директоров имеется.

По вопросу №1 членами Совета Директоров принято решение: «Выплатить бонусные вознаграждения руководителям высшего звена АО «ХК «Сибцем» по итогам работы за 2016 год в сумме (указана). Утвердить бонусные вознаграждения в следующих размерах: 12 480 000 рублей Президенту АО «ХК «Сибцем» ФИО2; …5 158 600 рублей ФИО8 по экономике и финансам ФИО3;… Выплату произвести в течение одного месяца со дня принятия решения».

В протоколе отражены результаты голосования: «за» - 3 голоса (ФИО2, ФИО3, ФИО9), «против» - нет, «воздержался» - нет.

В процессе рассмотрения дела ответчиками и третьим лицом подтвержден факт выплаты названных денежных сумм ответчикам, в связи с чем суд считает названное обстоятельство установленным (часть 3.1. статьи 70 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 64 ФЗ «Об акционерных обществах» Совет директоров (наблюдательный совет) общества осуществляет общее руководство деятельностью общества, за исключением решения вопросов, отнесенных настоящим Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров.

Компетенция Совета Директоров регулируется, в частности, статьей 65 названного Закона, соответствующие положения отражены в статье 19 Устава Общества.

Согласно пункту 19.1.26 Устава к компетенции Совета Директоров относится утверждение политики по выплате бонусного вознаграждения руководителям высшего звена Общества; утверждение размера бонусных выплат.

Советом Директоров Общества от 02.02.2010 принято решение о согласовании предложенной системы мотивации топ-менеджеров ОАО «ХК «Сибцем» и финансовых директоров управляемых организаций (протокол №01/10 заседания Совета Директоров от 03.02.2010).

Текст Системы мотивации (политики бонусного вознаграждения) топ-менеджмента Открытого акционерного общества «Холдинговая компания «Сибирский цемент» представлен в материалы дела.

Из содержания Системы мотивации следует, что действие данного документа распространяется, в том числе на  Президента, Вице-президента по экономике и финансам (пункт 7).

Согласно пунктам 8, 9 Системы мотивации премия (бонус) – денежная выплата стимулирующего характера по результатам отчетного периода за выполнение ключевых показателей Общества и/или управляемых обществ и решение стратегических задач. Премия (бонус) выплачивается по итогам года. Максимально возможный размер премии – 100% от годового фонда заработной платы топ-менеджера. Решением Совета директоров максимально возможный размер премии может быть изменен, в том числе индивидуально.

20.06.2014 между Обществом и ФИО2 заключен трудовой договор №937. Указанный трудовой договор подписан на основании решений Совета Директоров Общества от 20.06.2014 об образовании единоличного исполнительного органа; об утверждении условий трудового договора с Президентом; об определении цены имущества, которое может быть отчуждено в результате заключения и исполнения сделки, являющейся сделкой с заинтересованностью – заключение трудового договора с ФИО2; об одобрении сделки с заинтересованностью – заключения трудового  договора с ФИО10 (протокол №13/14 от 20.06.2014.).

В пункте 4.1. трудового договора №937 указано, что устанавливается заработная плата в размере оклада (указана сумма), районный коэффициент 30% (указана сумма), месячный размер оплаты труда Работника составляет (указана сумма). В последующем названный пункт излагался в новой редакции (дополнительные соглашения №1-937, №2-937 от 01.04.2016 – действовало на период принятия решения Советом директоров 05.04.2017).

Пунктом 4.6. трудового договора №937 от 20.06.2014 предусмотрено, что Президенту выплачивается стимулирующая премия в порядке и на условиях, установленных Советом Директоров.

Деятельность Президента Общества осуществляется в соответствии с Положением о Президенте Открытого акционерного общества «Холдинговая компания «Сибирский цемент», утвержденного решением внеочередного общего собрания акционеров ОАО «ХК «Сибцем» 24.06.2013.

16.10.2006 Обществом заключен трудовой договор №181 с ФИО3, которая принята для выполнения работы по должности руководителя службы внутреннего аудита.

За выполнение трудовых функций Работнику устанавливается заработная плата в размере оклада (указана сумма), районный коэффициент 30% (указана сумма), месячный размер оплаты труда Работника составляет (указана сумма).

Согласно дополнительного соглашения №1/1-181 от 01.02.2007 к трудовому договору №181, трудовой договор дополнен пунктом 3.1 , в соответствии с которым по результатам отчетного периода за выполнение ключевых показателей и решение стратегических задач Общество может выплачивать Работнику денежную выплату стимулирующего характера (бонус).

В дополнительном соглашении №4-181 от 12.08.2008 к трудовому договору №181 стороны определили изложить пункт 1.2.  в следующей редакции: «Работник выполняет в Обществе работы по должности вице-президента по экономике и финансам», в новой редакции изложен пункт 2.1.1. статьи 2 трудового договора, предусматривающий функции ФИО3

Таким образом, принятие решения Советом Директоров Общества о выплате бонусных вознаграждений ответчикам по итогам работы за 2016 год и об утверждении бонусных вознаграждений в определенном размере, соответствуют порядку, установленному действующим законодательством, внутренними документами Общества, трудовыми договорами с ответчиками.

В исковом заявлении истец указал, что ответчики являются лицами, заинтересованными в совершении сделок по вопросу выплаты им вознаграждений.

В письменных возражениях на отзывы ответчиков и третьего лица (с учетом позиции ответчиков, изложенной в судебном заседании от 17.01.2018) истец указал, что решение об одобрении бонусных выплат является решением об одобрении сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, следовательно, в отношении указанного решения применимы положения закона об акционерных обществах, регулирующих порядок одобрения таких сделок и их оспаривания. Истец полагает, что принятое 05 апреля 2017 года на заседании Совета Директоров Общества решение, по сути и по существу является решением об одобрении сделки с заинтересованностью, принятое в нарушение кворума, к одобрению которой должны быть применимы положения пункта 2 статьи 83 Закона об акционерных обществах.

Ответчики,  третье лицо возражают на позицию истца о квалификации принятого Советом Директоров решения и выплаты вознаграждения в качестве сделки.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Судебная практика в настоящее время отражает широкий подход к квалификации тех или иных действий в качестве гражданско-правовой сделки с заинтересованностью.

В данном случае, учитывая, что принятое Советом Директоров решение устанавливает определенные права и обязанности (право ответчиков на получение премии и обязанность Общества произвести выплату премий в установленный в решении срок), суд квалифицирует принятое решение в качестве сделки.

В то же самое время, позицию истца о том, что принятое 05 апреля 2017 года на заседании Совета Директоров Общества решение, по сути и по существу является решением об одобрении сделки с заинтересованностью, принятое в нарушение кворума, к одобрению которой должны быть применимы положения пункта 2 статьи 83 Закона об акционерных обществах, суд считает ошибочной.

Прежде всего, суд отмечает, что одни и те же действия не могут одновременно являться и сделкой, и решением о ее же одобрении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 81 ФЗ «Об акционерных обществах» сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 83 ФЗ «Об акционерных обществах» (в редакции, действующей на 05.04.2017) сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение.

Применение пункта 2 статьи 83 Закона, на чем настаивает истец, зависит от соответствующего требования единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или акционера (акционеров), обладающего не менее чем одним процентом голосующих акций общества.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ в процессе рассмотрения дела истцом доказательств наличия оснований для получения согласия на совершение сделки с заинтересованностью до ее совершения, не представлено.

Приведенные истцом доводы относительно того, что он по определенным причинам не мог реализовать свое право на направление Обществу требования в соответствии с пунктом 1 статьи 81 ФЗ «Об акционерных обществах» не могут быть учтены судом в рассматриваемой ситуации.

При таких обстоятельствах оснований для вывода о недействительности принятого Советом Директоров решения по вопросу №1 повестки дня от 05.04.2017 не имеется.

Кроме того, суд обращает внимание на то, что предметом исковых требований является взыскание убытков с ответчиков, а не оспаривание принятого Советом Директоров Общества решения или признание сделки недействительной.

Кроме того, суд учитывает, что бонусное вознаграждение выплачивается в Обществе в течение длительного времени, систематически, и всем руководителям высшего звена, а не только лицам, являющимся членами Совета Директоров. Размер вознаграждения устанавливается Советом директоров исходя из результатов  финансово-хозяйственной деятельности как самого АО «ХК «Сибцем», так и управляемых им Обществ. Указанные обстоятельства изложены и подтверждены Обществом (протоколы заседаний Совета Директоров №03/11 от 03.03.2011, №03/13 от 25.02.2013, №04/14 от 17.02.2014, №04/12 от 27.03.2012), истцом не оспорены.

Суд соглашается с позицией Общества, что при названных обстоятельствах следует применить положения, предусмотренные  в подпункте 1 пункта 2 статьи 81 ФЗ «Об акционерных обществах», в соответствии с которыми положения настоящей главы не применяются, в частности к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности.

Согласно пункту 293 Кодекса корпоративного управления, одобренного Советом директоров Банка России 21.03.2014, уровень вознаграждения членов исполнительных органов общества и иных ключевых руководящих работников должен быть достаточным для того, чтобы привлекать и сохранять в штате, а также мотивировать руководителей, имеющих необходимые профессиональные качества для эффективного управления компанией. Не рекомендуется устанавливать указанным лицам размер вознаграждения, превышающий уровень, необходимый для достижения этих целей.

В процессе рассмотрения настоящего дела истец не представил доказательства того, что выплата вознаграждения в Обществе не отвечает указанным рекомендациям.

В соответствии с пунктом 2 Постановления ВАС №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Давая оценку добросовестности и разумности действий ответчиков при принятии решения в качестве членов Совета Директоров, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с пунктом 21.3 Устава Общества заседание Совета Директоров правомочно, если в нем приняли участие не менее половины от общего числа членов Совета Директоров.

Согласно пункту 21.7 Устава  решения на заседании Совета Директоров принимаются большинством голосов членов Совета Директоров, принимающих участие в заседании. При решении вопросов на заседании Совета директоров каждый член Совета Директоров обладает одним голосом.

Как следует из протокола №03/17 заседания Совета Директоров Общества, в заседании Совета Директоров 05.04.2017 приняли участие 3 члена Совета из 5, то есть кворум для заседания Совета Директоров имелся.

При этом по вопросу голосования ответчиков, суд отмечает следующее.

Вопрос №1 повестки дня «Об утверждении размера выплаты бонусных выплат руководителям высшего звена АО «ХК «Сибцем» по итогам  работы 2016 года» является общим и отражает принятие решения по нему в отношении одновременно 7 человек, включая двух ответчиков.

Истец, возражая на позицию иных лиц по настоящему делу, указал на то, что не имеет значения тот факт, что остальным топ-менеджерам Общества установлен аналогичный по сравнению с размером ФИО3  размер бонусного вознаграждения. Вознаграждение иных лиц, не являющихся членами Совета Директоров Общества, не является предметом спора. 

В то же самое время, вопрос №1  следует разделить на вопрос о принятии решения в отношении членов Совета директоров (ответчиков по делу) и в отношении остальных лиц, которые не являются членами Совета директоров. 

При таком подходе, решение о выплате бонусных вознаграждений в соответствующем размере в отношении ФИО2 принято в любом случае большинством голосов членов Совета Директоров, принимавщих участие в заседании (ФИО3 и ФИО9), в отношении ФИО3 также большинством голосов (ФИО2, ФИО9), что соответствует положениям Устава (пункт 21.7).

В процессе рассмотрения дела суд установил, что 05.04.2017 размер вознаграждения ответчикам установлен в соответствии с Уставом Общества, трудовыми договорами с каждым из ответчиков, в соответствии  с принятой в Обществе политикой вознаграждения. 

Размер бонусного вознаграждения установлен исходя из размера  оклада соответствующих лиц и в размере, не отличающемся от размера бонусного вознаграждения иных лиц, которые не являлись членами Совета Директоров, что прямо следует из содержания протокола заседания Совета Директоров, трудовых договоров.

Математический расчет бонусного вознаграждения свидетельствует о том, что размер установлен исходя из размера месячной оплаты труда, умноженного на 12.

В обоснование довода о том, что ответчики знали или должны были знать о том, что их действия не отвечали интересам юридического лица (сделки в виде выплат бонусов (премий) были совершены на заведомо невыгодных для Общества условиях истец привел информацию о вознаграждении топ-менеджеров российских компаний в сравнении с выручкой в 2016 году).

Как верно утверждают ответчики, третье лицо приведенная истцом информация свидетельствует о том, что выплата бонусных вознаграждений является обычной практикой публичных акционерных обществ. При этом, ни в одном из приведенных случаев, одобрение Советом директоров ПАО как сделки, в совершении которой имеется заинтересованность единоличного исполнительного органа или члена исполнительного органа, не осуществлялось.

Относительно приведенной истцом информации стороны подробно изложили письменные пояснения, представили информацию с сайтов разных акционерных Обществ. В судебных заседаниях представители сторон устно дали пояснения по приведенной информации.

Поскольку анализ такой информации напрямую не относится к предмету  и основаниям настоящего спора, суд, оценив представленную лицами, участвующими в деле, информацию и пояснения к ней, соглашается с позицией ответчиков и третьего лица, о том, что представленная истцом информация не может быть учтена в качестве обоснования того, что утверждение и выплата ответчикам вознаграждения в десятки раз превышает аналоги, свидетельствует о нарушении ответчиками обязанностей, возложенных на них пунктом 3 статьи 53 ГК РФ и о действиях в ущерб интересам Общества.

Как верно отмечают ответчик, третье лицо, истец в расчетах по иным обществам учитывает выручку не собственно ПАО, а его группы (вместе с дочерними обществами), тем самым занижая относительный размер вознаграждений, выплачиваемых коллегиальным органам управления ПАО. 

Истец необоснованно сравнивает премию Президента (единоличного исполнительного органа АО «ХК «Сибцем») с вознаграждением членов правлений (коллегиальных исполнительных органов). Также необоснованно  сравнивает премию вице-президента по экономике и финансам АО «ХК «Сибцем» с выплатами членам коллегиального органа управления (такой орган в Обществе не предусмотрен).

Сравнение результатов деятельности АО «ХК «Сибцем» с субъектами естественных монополий (ПАО «ФСК ЕЭС», ПАО «Газпром Нефть», ПА «Ростелеком», ПАО «Аэрофлот») объективно некорректно, не отвечает принципам сравнительного анализа. Сравнение с юридическим лицами, которые осуществляют иную, чем АО «ХК «Сибцем» деятельность, также в полной мере не может быть принято судом.

Кроме того, истец сравнивает выплаты Президенту АО «ХК «Сибцем» за 2016 год, с выплатами в иных юридических лицах, осуществленными в 2016 году, используя при этом размер выручки за 2016 год.

Таким образом, приведенная истцом сравнительная информация не подтверждает его утверждения о том, что действия по принятию решения и выплате бонусного вознаграждения совершены на заведомо невыгодных для Общества условиях.

Из представленных в дело документов следует, что выплата вознаграждения топ-менеджерам корпораций без предварительного или последующего их одобрения, является обычной практикой.

В настоящем судебном заседании Общество представило выписку из утвержденного Бюджета затрат на оплату труда АО «ХК «Сибцем» в 2017 году в определенном размере (указана сумма) рублей. В марте  2017 года запланирована сумма бонусного вознаграждения за 2016 год в отношении ФИО2 и ФИО3 в размере, соответствующем предъявленной суммы иска. Не доверять указанной информации у суда оснований нет.

Учитывая характер и суть вознаграждения, установленного в Обществе, суд считает, что выплаченное ответчикам вознаграждение в качестве убытков, причиненных Обществу, квалифицировать нельзя.

Истец, исходя из объема выручки Общества по итогам 2016 года (940 млн. рублей), произвел расчет премий и бонусов главы исполнителного орагана – 1.33% от выручки.

В настоящем судебном заседании представитель истца пояснила, что если бы размер вознаграждения составлен не более 0.1% от выручки, то можно было бы говорить о рыночности такого вознаграждения. Следовательно, истец сознательно допускает возможность выплаты вознаграждения, однако в ином размере. То есть по сути истец не согласен с установленным Советом директоров размером бонусного вознаграждения.

Общество представило в материалы дела сведения о выручке, включив  в них сведения о выручке управляемых АО «ХК «Сибцем» обществ. Расчеты Общества при названных показателях свидетельствуют о том, что размер вознаграждения Президента Общества к выручке группы за 2016 год  составил 0.07%. Указанные сведения опровергают позицию истца о нерыночности установленного размера вознаграждения.

Истец считает, что при определении суммы бонусных вознаграждений ответчикам, условия Системы мотивации выполнены не были; выполнение конкретных условий Системы мотивации должно было быть отражено при принятии решения о выплате вознаграждений.

Суд отмечает, что вопрос о наличии оснований для выплаты вознаграждения в протоколе заседания Совета директоров, действительно, не отражен, что, однако не является нарушением требований действующего законодательства, а также Устава Общества и иных внутренних документов.

Представители ответчиков, Общества в судебном заседании пояснили, что принятие решения Советом директоров об установлении максимально возможного размера вознаграждения свидетельствует о наличии оснований для соответствующей выплаты.

Истец в процессе рассмотрения дела не заявлял об уточнении основания исковых требований в соответствии со статьей 49 АПК РФ.

Доводы сторон относительно выполнения ответчиками возложенных на них функций в 2016 году оцениваются судом только в качестве критериев оценки поведения ответчиков.

Общество указало на то, что в 2016 году под руководством ФИО2 Общество активно реализовало инвестиционную программу, направленную на модернизацию, техническое перевооружение и автоматизацию существующего производства с целью максимального удовлетворения  спроса в количестве, ассортименте и качестве цементной продукции, снижения затрат, проведения мероприятий, направленных на снижение выбросов загрязняющих веществ, а также повышения уровня охраны труда и промышленной безопасности.

Под руководством ФИО3 проводятся значимые для Общества мероприятия: бюджетное управление, анализ производственной и финансово-хозяйственной  деятельности группы лиц АО «ХК «Сибцем»; управление ликвидностью путем перераспределения денежных средств внутри группы лиц АО «ХК «Сибцем» с целью эффективного размещения излишней ликвидности в строительный сезон и компенсации дефицита финансовых ресурсов у организации; рефинансирование кредитных линий, оптимизации кредитного портфеля группы лиц АО «ХК «Сибцем»; рефинансирование кредитных линий, оптимизация кредитного портфеля группы лиц АО «ХК «Сибцем». Профессионализм ФИО3 позволил сократить общий размер ссудной задолженности управляемых АО «ХК «Сибцем» обществ.

Ответчики в отзывах на исковое заявление привели подробные сведения о том, какие результаты удалось достичь в процессе работы каждого из них в 2016 году.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ истец, указывая на неисполнение ответчиками Системы мотивации, не опроверг изложенные ответчиками и Обществом обстоятельства.

Кроме того, суд отмечает, что оценка эффективности работы органов управления является внутренним вопросам соответствующей корпорации. Суд не наделен полномочиями по оценке эффективности деятельности органов юридических лиц. Иное свидетельствовало бы о вмешательстве во внутреннюю корпоративную деятельность юридического лица.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и во взаимосвязи, суд пришел к выводу о том, что истцом в процессе рассмотрения дела не представлены доказательства обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчиков, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Истец не доказал факта причинения Обществу убытков в рассматриваемом случае.

При изложенных обстоятельствах исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины возлагаются на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, частью 2 статьи 176, статьями 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение 1 месяца.

СудьяВ.В. Останина