СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9996/2021(9)-АК

Дело № А60-48256/2020

14 апреля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 апреля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Иксановой Э.С.,

судей                               Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С., 

при участии:

от арбитражного управляющего ФИО5: ФИО1 (паспорт, доверенность от 02.03.2025), 

в режиме «веб-конференции» посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от ФИО2: Шлегель А.В. (паспорт, доверенность от 03.10.2024), 

от акционерного общества «КЭНПО» (АО «КЭНПО»): ФИО3 (паспорт, доверенность от 01.01.2025),

от иных лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

арбитражного управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 25 декабря 2024 года

о результатах рассмотрения жалобы ФИО2 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 с требованием о взыскании убытков, 

вынесенное в рамках дела № А60-48256/2020

о признании общества с ограниченной ответственностью «Экомаш+Урал» (ООО «Экомаш+Урал») несостоятельным (банкротом),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области (Управление Росреестра по Свердловской области), Саморегулируемая межрегиональная общественная организация «Ассоциация Антикризисных Управляющих» (СМОО «ААУ», ИНН 

<

***>), акционерное общество «Д2 Страхование» (АО «Д2 Страхование», ИНН 

<

***>), потребительское общество взаимного страхования «Содружество» (ПОВС «Содружество»), общество с ограниченной ответственностью «Уралстройсервис-Н» (ООО «Уралстройсервис-Н»), АО «КЭНПО» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>), 

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 25.06.2021 ООО «Экомаш+Урал» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО4. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.07.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5, член САМРО «Ассоциация антикризисных управляющих». 

Срок процедуры конкурсного производства неоднократно продлевался, судебное заседание по рассмотрению отчета о результатах проведения конкурсного производства и для решения вопроса о продлении или завершении конкурсного производства назначено на 22.05.2024.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.02.2024 (резолютивная часть от 15.02.2024) жалобы ФИО2 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5 признаны обоснованными в части, с арбитражного управляющего в конкурсную массу должника взысканы убытки в сумме 1 450 560 руб. Арбитражный управляющий ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области 21.05.2024 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6, член Крымского союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт». 

Определением от 22.05.2024 срок конкурного производства в отношении должника продлен до 21.11.2024.

В Арбитражный суд Свердловской области 08.07.2024 поступила жалоба конкурсного кредитора ФИО2 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 с требованием о взыскании убытков, в которой заявитель просит: 

1. Признать незаконными действия арбитражного управляющего ФИО5, выразившиеся в непередаче конкурсному управляющему ФИО6 инвентаризованного и оцененного имущества должника, повлекшие не возвращение имущества в конкурсную массу и причинение значительного ущерба кредиторам. 

2. Взыскать в пользу должника с ФИО5 8 407 000 руб. убытков. 

Определением от 26.06.2024 в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «КЭНПО».

В Арбитражный суд Свердловской области 27.09.2024 поступило заявление ФИО2 о взыскании с арбитражного управляющего ФИО5 в пользу должника 15 077 791 руб. убытков. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 01.10.2024 определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.02.2024 по делу № А60-48256/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024 по тому же делу в части признания незаконными действий арбитражного управляющего ФИО5, выразившихся в заключении договора от 09.11.2022 № 29-11/22 на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования, и в части взыскания с арбитражного управляющего ФИО5 в конкурсную массу должника убытков в сумме 1 200 000 руб. отменены, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.10.2024 судебное заседание по рассмотрению жалобы на действия (бездействия) арбитражного управляющего и взыскании убытков назначено на 24.10.2024.

В Арбитражный суд Свердловской области 18.10.2024 поступило еще одгзаявление ФИО2 о признании действий конкурсного управляющего ФИО5, выразившихся в не распределении денежных средств в отсутствие каких-либо к тому препятствий и уважительных причин; взыскании с ФИО5 в пользу должника 2 803 018,38 руб. убытков.

Определениями от 24.10.2024, 26.11.2024 в порядке ст. 130 АПК РФ жалобы на действия арбитражного управляющего с требованиями о взыскании убытков объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

09.12.2024, 16.12.2024 и 18.12.2024 ФИО2 представлены уточнения заявленных требований. 

Согласно последним уточнениям заявитель просит:

1.                     Признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего должника ФИО5, выразившееся в:

- заключении договора на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования по завышенной цене; 

- не передаче конкурсному управляющему ФИО6 инвентаризированного и оцененного имущества должника; 

- неосуществлении действий по возврату имущества должника и не проведении полной инвентаризации; 

- не распределении денежных средств на оплату заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсаций морального вреда при имеющемся положительном остатке на расчетном счете должника. 

2. Взыскать в пользу должника с ФИО5 убытки в размере 23 504 248,38 руб., в том числе 865 509 руб. в части заключения договора на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования по завышенной цене; 11 912 871 руб. в части не передачи инвентаризированного имущества конкурсному управляющему ФИО6; 7 922 850 руб. в части неосуществлении действий по возврату имущества должника и не проведении полной инвентари; 2 803 018,38 руб. в части не распределения денежных средств на оплату заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсаций морального вреда при имеющемся положительном остатке на расчетном счете.

Данные уточнения приняты судом в порядке ст. 49 АПК РФ. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2024 жалобы ФИО2 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 с требованиями о взыскании убытков удовлетворены частично. С ФИО5 в конкурсную массу должника взыскано 15 581 398,38 руб. убытков, из них: 865 509 руб. убытков в части заключения договора на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования по завышенной цене; 11 912 871 руб. убытков в части не передачи инвентаризированного имущества конкурсному управляющему ФИО6; 2 803 018 руб. 38 коп. убытков в части не распределения денежных средств на оплату заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсаций морального вреда, при имеющемся положительном остатке на расчетном счете. В остальной части требований отказано.  С ФИО5 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 190 407 руб. С ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 131 343 руб.

Арбитражный управляющий ФИО5, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить полностью, рассмотреть дело по правилам суда первой инстанции.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на то, что судом допущены нарушения норм процессуального права: текст обжалуемого определения не содержит ни одного мотива и правового обоснования, по которым суд первой инстанции отклонил доводы ФИО5; обжалуемое определение полностью копирует доводы заявителя, представленные им в возражениях; не содержит самостоятельных выводов суда первой инстанции, что нарушает основополагающие принципы арбитражного процесса: независимость и беспристрастность суда, исследование всех имеющихся в деле доказательств, принятие обоснованного и мотивированного судебного акта. Заявителем ФИО2 не соблюден принцип эстоппеля, являющийся частным случаем проявления принципа добросовестности, а именно: ФИО5 было подано заявление об оспаривании сделки должника по продаже ФИО7 оборудования по договору купли-продажи от 21.01.2019, требования были удовлетворены определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2022 по делу №А60-48256/2020; данный договор купли-продажи был заключен заявителем как руководителем должника в условиях острого финансового кризиса должника, им было принято решение о заключении спорного договора и не было принято никаких мер по взысканию задолженности по оплате оборудования с ФИО7; в результате активных действий ФИО5 стало возможным возвращение в конкурсную массу должника оборудования, его последующая продажа и погашение требований кредиторов должника; заявитель в настоящее время занимает активную процессуальную позицию по делу о банкротстве, однако на момент разрешения спора о признании указанного выше договора купли-продажи с ФИО7 недействительным заявитель не участвовал в споре: не представлял доказательства, доводы, которыми бы выражал согласие с заявленным требованием; жалоба заявителя на утрату имущества, которое сам заявитель предпринимал попытку передать без встречного представления третьему лицу, выглядит непоследовательной, противоречивой своему предшествующему поведению; жалоба заявителя направлена не на  пополнение конкурсной массы, а на исключение установления размера субсидиарной ответственности самого заявителя, фактическое перекладывание ответственности заявителя по доведению должника до состояния объективного на банкротства на ФИО5

Также заявитель жалобы указывает на то, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о проведении судебной экспертизы, поданное 16.12.2024, не приняты доказательства реальной стоимости имущества. В силу в ч. 2 ст. 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об оценочной деятельности)  установлено, что рыночная стоимость, определенная в отчете, является рекомендуемой для целей совершения сделки в течение 6 месяцев с даты составления отчета, следовательно, ссылка на результаты оценки имущества в ходе конкурсного производства несостоятельна. С момента совершения спорной сделки (21.01.2019) и до вступления в законную силу определения о признании её недействительной (22.10.2022) прошло более 3 лет, за столь длительный срок оборудование, которое активно использовалось в производстве, сильно износилось, срок его службы истёк. Договор купли-продажи от 21.01.2019 между должником и ФИО7 был оспорен применительно к п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), судом не сделано выводов относительно несоответствия стоимости оборудования, указанной в договоре, рыночной стоимости на момент совершения спорной сделки, следовательно, отсутствуют основания для учёта иной стоимости оборудования, чем указанная в договоре от 21.01.2019. Приведённые заявителем аналоги невозможно признать подходящими для определения стоимости оборудования на текущую дату: стоимость аналогов приводится без учёта того, что проданное оборудование произведено до 2019 года – вероятно задолго до продажи, заявитель же приводит данные по новому оборудованию (не менее 5 лет эксплуатации существенно влияют на стоимость оборудования, срок полезного использования оборудования, вероятнее всего, уже истёк); с момента продажи оборудования и до текущего момента стоимость, указанная в договоре купли-продажи, значительно снизилась за счёт амортизации, сами потребительские, полезные свойства оборудования значительно уменьшились. Аналогично, судом без сомнений приняты результаты проведённого заявителем анализа стоимости перевозки оборудования, однако заявитель не является профессиональным грузоперевозчиком, оценщиком, экспертом, что вызывает сомнения в беспристрастности суда. 

Помимо этого заявитель жалобы отмечает, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Айрон Групп», истребовании доказательств. 01.05.2021 между ФИО7 и ООО «Айрон Групп» был заключен договор аренды оборудования, инвентаря, хозяйственных принадлежностей (конкретный перечень – приложения №1-3 к указанному договору), срок договора (п. 7.1) составляет 1 календарный год, в течение 5 рабочих дней после истечения срока действия договора арендатор обязан возвратить имущество в исправном состоянии в соответствии с приложениями №1-3, финансовым управляющим ФИО7 предъявлен иск о взыскании с ООО «Айрон Групп» задолженности по договорам аренды, включая оплату за аренду оборудования (№А60-58197/2022, судебное разбирательство отложено на 27.01.2025), ООО «Айрон Групп» не возвратило предметы аренды (оборудование) ФИО7, договором аренды предусмотрено указание конкретного перечня оборудования в приложениях №1-3, однако в материалах дела А60-58197/2022, а также у финансового управляющего имеется только приложение № 1, полный и достоверный перечень переданного ООО «Айрон Групп» оборудования установить невозможно, исходя из представленных данных, промежуточной описи имущества у ФИО7 отсутствовало иное оборудование, чем полученное от должника, которое можно было сдать в аренду ООО «Айрон Групп»; также между ООО «Айрон Групп» (ответчик) и ФИО7 (должник) 01.09.2020 заключен договор №1 об оказании услуг по техническому обслуживанию и уборке нежилых помещений, по условиям которого должник поручает и оплачивает, а ответчик принимает на себя обязательства по техническому обслуживанию, сохранению в надлежащем виде и уборке нежилых помещений, принадлежащих должнику на праве собственности; услуги оказываются с момента заключения договора и до 01.09.2023; стоимость услуг составляет 301 728,36 руб. в месяц; ежемесячно до первого числа месяца, следующего за расчётным, ответчик представляет должнику акт оказанных услуг и счет на оплату предоставленных услуг за истекший период; оплата возможна путем произведения зачёта взаимных встречных требований сторон, осуществлением платежа за должника третьим лицом; исполнение обязательств подтверждалось ежемесячными отчётами и актами оказанных услуг по техническому обслуживанию и уборке нежилых помещений и прилегающих территорий №15-19 за период с 30.11.2021 по 31.03.2022;  исходя из содержания договора №1, услуги ООО «Айрон Групп» оказывались в отношении указанных принадлежащих ФИО7 помещений целиком (где располагалось оборудование), а также прилегающей к ним территории, систем отопления, водоснабжения, канализации, водоотведения, освещения, мелкий ремонт и поддержание в исправном состоянии конструктивных элементов указанных выше помещений (целиком), охрана объектов. Таким образом, именно ООО «Айрон Групп» обладало полным контролем как над оборудованием, так и над недвижимым имуществом ФИО7 даже после введения в его отношении процедуры реализации имущества, обеспечивало  среди прочего охрану такого имущества.

Судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору. Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением об истребовании имущества из чужого незаконного владения (№А60-56117/2024), на момент заявления ходатайства о приостановлении было назначено судебное заседание по рассмотрению указанного заявления; несмотря на прямую взаимосвязь и возможность принятия противоречивых судебных актов, зависимости результатов рассмотрения настоящего обособленного спора от принятого по делу № А60-56117/2024 судебного акта, судом первой инстанции без какой-либо мотивировки, ссылки на нормы права, отказано в приостановлении производства по настоящему обособленно спору.

Заявитель жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что после открытия конкурсного производства на заявителе (бывший руководитель должника, один из участников  - доля в уставном капитале 50%) лежала обязанность передать всю имеющуюся документацию, в том числе в отношении личного состава должника, печатей, указанная обязанность заявителем исполнена не была, в связи с чем, ФИО5 вынужден был получить информацию об обязательствах должника по выплате заработной платы с приложением подтверждающих документов из сторонних источников (заявлений работников, материалов судебных процессов, уполномоченных органов, экспертизы в рамках уголовного дела в отношении заявителя и т.д.). С учётом спорного характера задолженности (сведения получены из разных источников, не совпадают между собой, отсутствуют первичные документы и необходимые сведения в отношении работников – СНИЛС, ИНН, паспортные данные, сведения о прописке и т.д.), невозможности своевременно произвести увольнение работников по обозначенной причине, а также необходимости соблюдения принципов пропорциональности и учёта прав всех бывших работников должника, ФИО5 был вынужден проводить неоднократную и наиболее тщательную проверку суммы и оснований возникновения задолженностей при отсутствии добросовестного сотрудничества со стороны заявителя, обладающего всей необходимой информацией и документацией, процесс формирования реестра требований бывших работников занял продолжительный период времени; по результатам определения текущей и реестровой задолженности ФИО5 были произведены пропорциональные погашения задолженности перед бывшими работниками должника; в отношении заявителя было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 145.1 УК РФ. Таким образом, заявитель уклонялся от добросовестного сотрудничества с ФИО5, заявитель своими корыстными действиями привёл к тому, что на стороне должника сформировалась значительная сумма задолженности по выплате заработной платы перед бывшими работниками, самостоятельные действия ФИО5, направленные на погашение требований бывших работников должника, вызывают необоснованное возмущение заявителя, в то время, как и сам заявитель получил пропорциональный расчёт по обязательствам перед ним. Таким образом, взыскание с должника задолженности по заработной плате, компенсации за её задержку и иных связанных с этим (в том числе судебных) расходов является прямым следствием бездействия самого заявителя. Исходя из представленных заявителем судебных актов, задолженность по заработной плате перед всеми работниками сформировалась ещё до даты открытия конкурсного производства в отношении должника, то есть именно заявитель обладал полными данными о размере задолженности, всеми необходимыми для своевременного увольнения работников документами и сведениями, однако от их передачи и дальнейшего сотрудничества конкурсному управляющему уклонился. Из решения Арбитражного суда Свердловской области от 07.02.2024 по делу №А60-64116/2023 не следует, что ФИО5 привлечен к административной ответственности за неосуществление в срок выплат, вменяемых ему в рамках данного дела в качестве убытков; ссылка суда на данный судебный акт не может являться доказательством; иных доказательств вины ФИО5 в возникновении данных обязательств не представлено. 

По мнению апеллянта, судом нарушен принцип равенства сторон арбитражного процесса. Процессуальное поведение заявителя в рамках настоящего спора можно охарактеризовать следующим образом: направить значительный объём документов с важными уточнениями правовой позиции непосредственно перед заседанием, чтобы исключить возможность оппонента представить возражения и доказательства. Так заявитель поступил перед заседаниями (приведён не полный перечень): 17.12.2024 – 15.12.2024 в 22-59 на электронную почту ФИО5 поступили возражения и уточнения заявителя на 13 листах с 9 приложениями, 10.12.2024 – 09.12.2024 в 13-08 на электронную почту ФИО5 поступили возражения и уточнения заявителя на 12 листах с 8 приложениями, 24.10.2024 – 23.10.2024 в 13-18 на электронную почту ФИО5 поступили возражения и уточнения заявителя на 8 листах с 5 приложениями, 05.09.2024 – 04.09.2024 в 11-51 на электронную почту ФИО5 поступило ходатайство заявителя о приобщении дополнительных документов на 3 листах с 2 приложениями. С учётом указанных обстоятельств  в связи с систематическим и целенаправленным нарушением требований процессуального законодательства о раскрытии доказательств, представляемых в суд, перед сторонами спора заранее (ч. 3 ст. 65 АПК РФ) ФИО5 просил суд рассмотреть вопрос о наложении на заявителя судебного штрафа. Судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства отказано, поскольку «…менялась только сумма заявленных убытков, что ни как не нарушает права иных лиц, участвующих в обособленном споре…». Между тем, достоверное установление суммы убытков является одним из элементов доказывания в рамках настоящего обособленного спора: каждый расчёт заявителя был связан с представлением в суд большого объёма новых доказательств, изучить и опровергнуть которые ФИО5 суд первой инстанции лишил права. Суд поставил заявителя в положение, при котором он имел возможность значительно увеличивать сумму требований, представлять полный перечень доказательств, которые считает нужными, непосредственно перед судебным заседанием, судом первой инстанции такие уточнения принимались безусловно; ходатайства ФИО5 отклонялись без нормативного обоснования. В порядке ч. 2 ст. 111 АПК РФ ФИО5 просил рассмотреть вопрос об отнесении всех судебных расходов по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами (ФИО2), поскольку это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта. Данное заявление суд проигнорировал, необоснованно возложив судебные расходы на ФИО5 

Таким образом, согласно позиции ФИО5, им приведены доводы и доказательства, исключающие возможность взыскания с него убытков: 

1) Отсутствие в действиях ФИО5 незаконных действий: именно ФИО5 приняты меры для возврата имущества в конкурсную массу и обеспечения сохранности обнаруженного имущества; 2) ФИО5 не является лицом, по вине которого утрачено имущество должника: в материалы дела представлены доказательства незаконных действий АО «КЭНПО» по удержанию имущества должника, к нему предъявлено требование о виндикации; 3) Размер убытков не доказан: судом необоснованно отказано в назначении судебной экспертизы, не приняты доводы о необходимости расчёта суммы убытков исходя из условий договора купли-продажи от 21.01.2019 с учётом реального состояния и износа оборудования; 4) Отсутствие у заявителя убытков: сам заявитель, будучи бывшим руководителем должника, был заинтересован в отчуждении имущества должника в пользу ФИО7 без какого-либо встречного представления, именно в результате виновных действий заявителя должник признан банкротом, утратил ценное имущество; действия заявителя являются противоречивыми и не подлежат судебной защите.

Кроме того, в апелляционной жалобе ФИО5 заявил ходатайство о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы, ссылаясь на несвоевременное размещение судом первой инстанции судебного акта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте Арбитражного суда Свердловской области 26.12.2024, в связи с чем, месячный срок, исчисляемый с указанной даты, истекает 26.01.2025.

Определением от 06.03.2025 Семнадцатого арбитражного апелляционного суда ходатайство арбитражного управляющего о восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы не рассмотрено по существу, так как срок не пропущен, апелляционная жалоба принята к производству суда, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 03.04.2025.

ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на то, что после инвентаризации имущества ФИО5 часть имущества была вывезена третьими лицами, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 30.06.2023, актами вывоза имущества, составленными с АО «КЭНПО» и третьими лицами, которые вывозили имущество. Не все имущество, которое было проинвентаризировано ФИО5, передано ФИО6, часть имущества была утрачена ФИО5 Итого утрачено имущества на 12 532 871 руб. Поскольку имущество утрачено в период ФИО5, именно он причинил убыток должнику. У суда первой инстанции отсутствовали основания для проведения экспертизы, поскольку ответчик не представил доказательств недостоверности сведений о стоимости имущества должниа, которые представила ФИО2, ФИО5 не перечислил денежные средства на депозит суда с целью проведения экспертизы. На счете должника по состоянию на 30.10.2023 имелись денежные средства в сумме 4 980 889, 80 руб., однако конкурсный управляющий ФИО5 не погашал задолженность по заработной плате, что привело к убыткам в виде взыскания в пользу работников морального вреда за несвоевременную выплату и др. Конкурсный управляющий ФИО5 не предпринял меры по увольнению двух сотрудников, что привело к дополнительным взсканиям со стороны сотрудников. Также привели к убыткам незаконные действия конкурсного управляющего ФИО5 по начислению заработной платы работнику в течение года после введения конкурсного производства. Суд первой инстанции правомерно установил основания для взыскания с ФИО5 убытков. Также ФИО2 указала, что всегда действовала добросовестно, передала как временному так и конкурсному управляющему все документы и имущество должника. В деле о банкротстве отсутствуют судебные акты об истребовании у бывшего руководителя не переданного имущества или документов; обстоятельства возбуждения уголовного дела в отношении ФИО8 не имеют правового значения для настоящего спора. Данное дело было прекращено по причине отсутствия состава преступления. 

Конкурсный управляющий должника ФИО6 в письменных пояснениях в порядке ст. 81 АПК РФ указывает, что с доводами апелляционной жалобы ознакомлен и просит вынести законный и обоснованный судебный акт. Доводов по существу спора не приводит. 

В судебном заседании представитель арбитражного управляющего ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддерживает, просит определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.  

Представитель кредитора ФИО2 с доводами апелляционной жалобы не согласен по основаниям, изложенным в отзыве, считает определение законным и обоснованным, просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, определение – без изменения. 

Представитель АО «КЭНПО» рассмотрение апелляционной жалобы оставил на усмотрение апелляционного суда. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ, только в обжалуемой части (в части удовлетворенных требований ФИО2).

Как следует из материалов дела, ФИО5 утвержден конкурсным управляющим должника определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.07.2021. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.02.2024 (резолютивная часть от 15.02.2024) признаны обоснованными в части жалобы ФИО2 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5, с арбитражного управляющего ФИО5 в конкурсную массу должника взысканы убытки в сумме 1 450 560 руб. Арбитражный управляющий ФИО5 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 01.10.2024 определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.02.2024 по делу № А60-48256/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2024 по тому же делу в части признания незаконными действий арбитражного управляющего ФИО5, выразившихся в заключении договора от 09.11.2022 № 29-11/22 на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования, и в части взыскания с арбитражного управляющего ФИО5 в конкурсную массу должника убытков в сумме 1 200 000 руб. отменены, обособленный спор в отмененной части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Также 08.07.2024 и 27.09.2024 от ФИО2 поступили жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 с требованиями о взыскании убытков.

Указанные вопросы о признании незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО5 с требованиями о взыскании убытков были объединены в одно производство для совместного рассмотрения в порядке ст. 130 АПК РФ. 

Обращаясь в арбитражный суд с жалобами на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 с требованиями о взыскании с ФИО5 в пользу должника убытков в общем размере 23 504 248,38 руб., конкурсный кредитор ФИО2 сослалась на то, что конкурсным управляющим ФИО5 осуществлены незаконные действия по заключению договора от 09.11.2022 №29-11/22 на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования по завышенной цене; незаконно не передано конкурсному управляющему ФИО6 инвентаризированное и оцененное имущество должника; не осуществлены действия по возврату имущества должника и проведению полной инвентаризации; не распределены денежные средства на оплату заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсаций морального вреда при имеющемся положительном остатке на расчетном счете должника, указанные незаконные действия (бездействие) ФИО5 причинили убытки должнику.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2024 жалобы ФИО2 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 с требованиями о взыскании убытков удовлетворены частично. 

Суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения жалобы на бездействия арбитражного управляющего ФИО5 в части не осуществления действий по возврату имущества должника и проведению полной инвентаризации имущества.

В части отказа в удовлетворении требований ФИО2 судебный акт суда первой инстанции, исходя из доводов апелляционной жалобы арбитражного управляющего ФИО5, не оспаривается. Просительная часть апелляционной жалобы содержит требование об отмене определения суда первой инстанции полностью в связи с наличием, по мнению ФИО5, оснований для перехода к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции. 

Поскольку суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для перехода к рассмотрению настоящего обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, оснований для проверки законности и обоснованности обжалуемого определения в части отказа в удовлетворении требований ФИО2 не имеется. В данной части судебный акт суда первой инстанции судом апелляционной инстанции не рассматривается. 

Взыскивая с ФИО5 в конкурсную массу должника 15 581 398,38 руб. убытков, из них: 865 509 руб. убытков в части заключения договора на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования по завышенной цене; 11 912 871 руб. убытков в части не передачи инвентаризированного имущества конкурсному управляющему ФИО6; 2 803 018,38 руб. убытков в части не распределения денежных средств на оплату заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсаций морального вреда, при имеющемся положительном остатке на расчетном счете, суд первой инстанции установил нарушения в действиях арбитражного управляющего ФИО5, установил совокупность обстоятельств, необходимую для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в указанном размере. 

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений против рассмотрения судебного акта в пределах доводов апелляционных жалоб от участвующих в деле лиц не поступило.

Поскольку апеллянтом обжалуется только часть определения, то в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ арбитражный суд апелляционной инстанции при отсутствии возражений сторон проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  отзыва, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в оспариваемой части в связи со следующим.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 1 ст. 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных названным Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в рамках дела о банкротстве должника не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено названным Законом.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

В соответствии с п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Принцип разумности в отношении арбитражного управляющего означает соответствие его действий определённым стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствии умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом одного из следующих фактов:

- факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

- факта несоответствия этих действий требованиям разумности и добросовестности.

При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав кредитора.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия управляющего незаконными. 

При этом предусмотренный в указанных нормах перечень не является исчерпывающим.

В соответствии со ст. 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными.

Обязательным условием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) конкурсного управляющего в соответствии с п. 1 ст. 60 Закона о банкротстве является нарушение прав и законных интересов заявителя. 

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям добросовестности и разумности.

В соответствии с п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

В абзаце 3 п. 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

В силу разъяснений п. 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт противоправного поведения причинителя ущерба, наличие причинной связи между поведением причинителя и возникшими убытками, размер убытков и меры, предпринятые для их уменьшения. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, ФИО2 просила признать незаконными действия арбитражного управляющего ФИО5, выразившиеся в не передаче конкурсному управляющему ФИО6 инвентаризированного и оцененного имущества должника, взыскать с ФИО5 убытки в размере стоимости утраченного имущества должника – 11 912 871 руб.

В обоснование заявленных требований по данному эпизоду заявитель указывал, что по сведениям ЕФРСБ с 25.06.2021 арбитражным управляющим ФИО5 проведены следующие инвентаризации имущества: 

- согласно сообщению №7904481 от 20.12.2021 инвентаризован электромеханический вибростенд Vibratest 36; 

- согласно сообщению №8306837 от 28.02.2022 инвентаризован центр обрабатывающий вертикально фрезерный U600; 

- согласно сообщению №10736921 от 08.02.2023 инвентаризовано имущество по описи № 1; 

- согласно сообщению №12287047 от 24.08.2023 инвентаризовано имущество по описи № 2. 

04.06.2024 конкурсному управляющему ФИО6 передано имущество должника.

ФИО6 составлена инвентаризационная опись от 10.06.2024 № 7, в которой отражены материальные ценности и имущество, находящееся по адресу арендованного конкурсным управляющим ФИО5 склада: 

<

...>, литер 112.

Вместе с тем, в составленную вновь утвержденным конкурсным управляющим опись от 10.06.2024 № 7 не вошли 20 единиц оборудования должника на общую сумму 11 912 871 руб., а именно: 

- печь термическая СНО 3.4.2,5/1301, 000000057; 

- станок сверлильно-фрезерный WMD30V, 000000074; 

- станок сверлильно-фрезерный WMD30V, 000000076; 

- станок фрезерный FA5B, 000000052; 

- твердомерт по методу Роквелла Модель HR-150А, 000000062; 

- рессивер РВ 900-9/10, 0000080; 

- консильно-фрезерный станок универсальный 6Р83Ш, 000092;

- токарновинторезный станок 1М63МФ101 № 9628, 000000103 (РМЦ более 4000 мм); 

- установка индукционного УИНПЗ 30-66 с преобр/частоты ППВЧ 30-10-66, 000114; 

- станок для заточки сверл Gs-34, 000000131; 

- плоскошлифовальный станок «Красный борец» 3г71; 

- станок вертикально-сверлильный 2А125; 

- станок сверлильный 2с132; 

- токарно-винторезный станок ИЖ250ИТВМ01; 

- электропечь ПШО-6.9/7; 

- гильотина НК3418; 

- верстак 6 штук; 

- ковш 2 штуки; 

- электропечь МП-24УМ. 

Как указал заявитель, тот факт, что большая часть имущества должника ранее находилась по адресу должника (

<

...>) подтверждается письмами АО «КЭНПО» от 15.12.2022 и 27.01.2023; в письме от 15.12.2022 АО «КЭНПО» запрашивало у конкурсного управляющего ФИО5 документы, подтверждающие право собственности на имущество, с целью определения собственника и юридической судьбы имущества, также в письмах обществом «КЭНПО» указывалось, что имущество должника передано в соответствии с инвентарными номерами и соответствует списку по договору купли-продажи от 21.01.2019. Вместе с тем, доказательств перевозки 20-ти единиц оборудования в материалы дела арбитражным управляющим ФИО5 не представлено, в связи с чем, заявитель пришел к выводу о том, что часть имущества осталась у АО «КЭНПО» и не перевезена по новому адресу склада: 

<

...>, тогда как целью перевозки являлась необходимость обеспечения сохранности имущества должника. 

В целях принятия мер, направленных на розыск и возврат в конкурсную массу должника имущества, конкурсным управляющим ФИО6 в адрес собственника помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, стр. 14,15,17 – АО «КЭМПО» направлено уведомление-запрос от 03.06.2024, в котором указано, что согласно переданной бывшим конкурсным управляющим информации имущество, поименованное в инвентаризационной описи № 2, находится на территории  общества «КЭНПО». От общества «КЭНПО» поступил ответ от 19.06.2024 №54, в котором указано, что спорное имущество во владении общества отсутствует. 

В подтверждение своей позиции заявителем представлены следующие документы: инвентаризационные описи товарно-материальных ценностей от 08.02.2023, 21.08.2023, отчет об оценке об определении рыночной стоимости движимого имущества от 29.04.2022 № 08-03/2022, отчет об оценке от 07.06.2023, письма общества «КЭНПО» от 15.02.2022, 27.01.2023, 19.06.2024  таблица не инвентаризованного имущества, датированная октябрем 2021 года, а также сведения из сети Интерент о стоимости бывшего в употреблении оборудования по состоянию на декабрь 2024, аналогичного спорному оборудованию.

Указанные документы лицами, участвующими в деле, не оспорены, об их фальсификации не заявлено. 

При рассмотрении данного эпизода суд на основании материалов дела установил, что согласно письму общества «КЭНПО» по адресу г.Новоуральск, проезд Автотранспортников, д. 8, стр. 14,15,17 по стоянию на 15.12.2022 находилось следующее имущество: печь термическая СНО 3.4.2,5/1301,000000057; станок сверлильно-фрезерный WMD20V,000000074; станок сверлильно-фрезерный WMD20V,000000076; станок фрезерный FA5B, 000000052; станок токарно-винторезный 16К20, 000000067; станок токарно-винторезный 1К625, 000000068; твердомер по методу Роквелла Модель Ня-150А, 000000062; станок заточный ЗЕ642, 000000078; станок радиально-сверлильный PROMA RV-32, 000000079; штабелер гидравлический, 00000082; ленточнопильный станок Coэеп SH-500М, 00000087; компрессор винтовой ВК18Р, 00000096; ленточная пила SH-I016JA, 000000097; токарно-винторезный станок 1М63МФ101, 000000103; установка индукционная УИНПЗ 30-66 с преобразователем частоты ППВЧ 30-10-66, 000000114; станок электроэрозионный проволочно-вырезной мод. «DK7732», 000000122; станок для заточки сверл Gsc GS-34, 000000131; токарный станок «Красный пролетарий» 1к625; токарный станок зу00000005; токарный станок «Красный пролетарий» 16к20; гильотина НК3418; проскошлифивальный станок «Красный борец» 3к71, итого 24 единицы. 

Данные сведения также подтверждаются инвентаризационными описями товарно-материальных ценностей от 08.02.2023, 21.08.2023. 

В последующем, согласно ответу от 19.06.2024 общества «КЭНПО» на запрос конкурсного управляющего ФИО6 от 03.06.2024 указанное имущество вывезено с производственной площадки арбитражным управляющим ФИО5 с привлечением специализированной техники, местонахождение вывезенного имущества обществу «КЭНПО» не известно.

Согласно представленной конкурсным управляющим ФИО6 инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей от 10.06.2024 указанное в письме общества «КЭНПО» имущество отсутствует, сведений о его местонахождении не имеется. 

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание представленные обществом «КЭНПО» (собственник доли в праве общей долевой собственности на объект недвижимого имущества, по которому должником заключен первичный договор аренды помещений) документы, согласно которым 06.12.2022 представители конкурсного управляющего осуществляли демонтаж станков (оборудования) и поэтапно производили его вывоз с использованием специализированной техники и составлением актов выполненных работ. 

В последующем, обществу «КЭПНО» стало известно, что лицо, которое производило вывоз имущества, является сотрудником общества «УралСтройСервис-Н». Указанное общество в соответствии с договором от 07.11.2022 № 21/1150 приняло на себя обязанности по вывозу имущества, принадлежащего должнику. 

Также имущество, расположенное по адресу: 

<

...>, вывозилось вторым участником долевой собственности на здание – ФИО9

Кроме того, все вывозимое имущество оборудование осматривалось и фиксировалось частным охранным предприятием «ТИГРС», об этом свидетельствуют подписи сотрудников ЧОП на актах, составленных  обществом «КЭНПО» и гражданином ФИО10; в конце декабря 2022 года ЧОП «ТИГР-С» выехало с территории здания, поскольку все имущество, принадлежащее должнику вывезено. 

В подтверждении своей позиции обществом «КЭНПО» представлены следующие документы: акт от 06.12.2022, приложение № 1 к акту от 06.12.2022, приложение № 2 к акту от 06.12.2022, акт от 06.12.2022, приложение № 1 к акту от 06.12.2022, итоговый акт от 27.12.2022, приложение № 1 к акту от 27.12.2022, акт фиксации вывоза оборудования от 29.11.2022.

Данные документы лицами, участвующими в деле, не оспорены, об их фальсификации не заявлено. 

Принимая во внимание, что в данном случае 20 единиц оборудования, на которые ссылается заявитель, после их инвентаризации в 2023 году, утрачено; доказательств того, что арбитражным управляющим ФИО5 предпринимались меры по их поиску данного имущества не представлено; ФИО5 каких-либо разумных объяснений в отношении указанного довода не представлено, не представлено доказательств, опровергающих его вину в утрате имущества, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что материалами дела подтверждено наличие нарушений в действиях конкурсного управляющего, повлекших причинение должнику убытков в размере стоимости утраченного имущества должника – 11 912 871 руб., определенной на основании представленных заявителем данных аналогичных предложений бывшего в употреблении оборудования в сети Интерент по состоянию на декабрь 2024, которая не опровергнута арбитражным управляющим ФИО5

Помимо этого, ФИО2 просила признать незаконным бездействие арбитражного управляющего ФИО5, выразившееся в не распределении денежных средств на оплату заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации морального вреда при имеющемся положительном остатке денежных средств на расчетном счете должника, взыскать с ФИО5 убытки в размере 2 803 018,38 руб. в связи с указанным бездействием. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.02.2024 по делу №А60-64116/2023 арбитражный управляющий ФИО5 привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (неправомерные действия при банкротстве: неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о банкротстве, если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния) в виде предупреждения.

Из данного решения следует, что Прокурором ЗАТО г. Новоуральск проведена проверка исполнения законодательства о банкротстве и трудового законодательства в деятельности конкурсного управляющего ООО «Экомаш+Урал» ФИО5

В ходе проверки установлено, что  ФИО5 утвержден конкурсным управляющим определением от 21.01.2021. В реестр требований кредиторов второй очереди включены требования 23 кредиторов на сумму 12 877 201,04 руб., из них требования ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в размере 9 660 185, 33 руб., включенные на основании определения Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2021 по делу№А60-48256/2020, а также требования работников по заработной плате в сумме 3 217 024,71 руб. На 30.10.2023 погашены требования в размере 4 219 300,45 руб. Непогашенный остаток по заработной плате составляет 2 412 770,48 руб. перед 22 работниками.

 В соответствии с ч. 4 ст. 134 Закона о банкротстве требования кредиторов удовлетворяются в следующей очередности:

- в первую очередь производятся расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей, а также расчеты по иным установленным настоящим Федеральным законом требованиям; 

- во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности; 

- в третью очередь производятся расчеты с другими кредиторами, в том числе кредиторами по нетто-обязательствам. 

На основании п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве конкурсный управляющий производит расчеты с кредиторами в соответствии с реестром требований кредиторов. 

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 142 Закона о банкротстве требования кредиторов каждой очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди, за исключением случаев, предусмотренных Законом о банкротстве для удовлетворения обеспеченных залогом имущества должника требований кредиторов. 

В силу п. 3 ст. 142 Закона о банкротстве при недостаточности денежных средств должника для удовлетворения требований кредиторов одной очереди денежные средства распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, включенных в реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом. 

В ходе проверки проведен анализ выписки по лицевому счету ООО «Экомаш+Урал» за период с 01.01.2023 по 30.10.2023: конкурсным управляющим ООО «Экомаш+Урал» 22.03.2023, 19.04.2023, 02.05.2023, 18.05.2023, 26.05.2023, 20.06.2023 производились выплаты по реестру кредиторам 1 и 2 очереди в общей сумме 3 515 406,66 руб., в том числе: требования по моральному вреду (1 очередь) в размере 21 000 руб., задолженность по заработной плате (2 очередь) -1 079 360,33 руб., задолженность по налогам и взносам - 2 415 046,33 руб. После 20.06.2023 (по состоянию на 30.10.2023) на счет должника поступили денежные средства от реализации имущества в размере 5 052 525,90 руб. Конкурсным управляющим ООО «Экомаш+Урал» 24.10.2023 произведен платеж конкурсному кредитору 2 очереди - ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга в размере 1 000 000 руб. По состоянию на 30.10.2023 требования по заработной плате не погашались. Остаток на счете составляет 4 980 889,80 руб.

В вышеуказанном решении суд указал, что управление деятельностью должника предполагает, в том числе, планирование поступления и расходования денежных средств, составляющих конкурсную массу. Отсутствие в законодательстве императивно установленных сроков распределения конкурсным управляющим денежных средств между кредиторами должника (с учетом соблюдения очередности), не снимает с конкурсного управляющего обязанности действовать разумно и добросовестно, в интересах соблюдения прав и имущественных интересов кредиторов должника, заинтересованных в получении удовлетворения своих требований в наиболее короткие сроки. Нераспределение денежных средств в отсутствие каких-либо к тому препятствий и уважительных причин приводит к увеличению периода задолженности и снижению покупательной способности денег с учетом инфляционных процессов, что не обеспечивает интересы кредиторов. Таким образом, арбитражным управляющим ФИО5 допущено нарушение требований п. 4 ст. 20.3 ст. 142 и  ч. 4 ст. 134 Закона о банкротстве (при включении в реестр требований кредиторов первой очереди требования работников о компенсации морального вреда за нарушение трудовых прав), что повлекло нарушение очередности погашения требований кредиторов. Федеральным законом от 29.06.2015 № 186-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» требование о компенсации морального вреда исключено законодателем из числа требований, подлежащих включению в первую очередь. Таким образом, требования о компенсации морального вреда подлежали удовлетворению после завершения расчетов с кредиторами второй очереди.

Судом установлено, что в связи с не выплатой заработной платы, бывшие работники должника обратились в Новоуральский городской суд за взысканием задолженности по заработной плате, а также компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации морального вреда. 

Как указывал конкурсный кредитор ФИО2 и арбитражным  управляющим ФИО5 не опровергнуто, у должника имелись денежные средства с целью погашения задолженности по заработной плате, однако конкурсный управляющий не погашал ее, не распределил поступившие в конкурсную массу денежные средства в пользу конкурсных кредиторов, что повлекло дополнительные убытки в виде взыскания в пользу работников компенсаций за несвоевременную выплату заработной платы и компенсаций морального вреда. Прямые убытки должнику от арбитражного управляющего ФИО5 заключаются в том, что последний не взаимодействовал с работниками по урегулированию задолженности по заработной плате, не участвовал в судебных заседаниях, не предоставлял развернутых расчетов и обоснованных отзывов при том, что согласно отчету конкурсного управляющего в момент рассмотрения исковых заявлений Новоуральским городским судом на расчетных счетах должника имелись денежные средства для полного удовлетворения требований кредиторов.

Решением Новоуральского городского суда по делу № 2-1124/2021 от 22.09.2021 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО11 взыскана задолженность по заработной плате в размере 278 496,84 руб., компенсация за задержку выплаты заработной платы в размере 22 980,21 руб., компенсация морального вреда в сумме 10 000 руб. 

Представитель ответчика ООО «Экомаш+Урал» в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения был уведомлен надлежащим образом.

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 3 квартала 2021 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО11 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 22 980,21 + 10 000 = 32 980,21 руб.

Решением от 22.07.2021 по гражданскому делу № 2-1071/2021 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу у ФИО12 взыскана задолженность по заработной плате за период с января 2020 по 14.05.2021 в размере 468088,93руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 30 486,13 руб., а также компенсация морального вреда в размере 15 000 руб. 

Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика (и.о. конкурсного управляющего ФИО4).

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 3 квартала 2021 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО12 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 30 486,13 + 15 000 = 45 486,13 руб. 

Решением от 11.05.2022 по гражданскому делу № 2-68/2022 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО2 взыскана задолженность по заработной плате в размере 2 691 341,80 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы и иных выплат в размере 497 270,25 руб., компенсация морального вреда в размере 20 000 руб.

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 3,4 кварталов 2021 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО2 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 497 270,25 + 20 000 = 517 270,25 руб. 

Решением от 06.07.2022 по гражданскому делу № 2-995/2022  с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО13 взыскана задолженность по заработной плате в размере 431 935,56 руб., денежная компенсация за несвоевременную выплату заработной платы за период с 20.09.2021 по 04.05.2022 в размере 75 509,55 руб., в счет компенсации морального вреда 3000 руб.

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 3,4 кварталов 2021 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО13 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 75 509,55 + 3 000 = 78 509,55 руб. 

Решением от 06.09.2022 по гражданскому делу № 2-1046/2022 с Общества с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО14 взыскана задолженность по заработной плате в размере 238 000 руб., денежная компенсация за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.09.2021 по 24.05.2022 в размере 46 259,27 руб., в счет компенсации морального вреда 3000 руб. 

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 1 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО14 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 46 259,27 + 3 000 = 49 259,27 руб. 

Решением от 06.09.2022 по гражданскому делу № 2-1039/2022 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО15 взыскана задолженность по заработной плате в размере 360 060 руб., денежная компенсация за несвоевременную выплату заработной платы за период с 01.01.2021 по 24.05.2022 в размере 99 112,50 руб., в счет компенсации морального вреда 3000 руб. 

Решением от 27.06.2023 по гражданскому делу № 2-902/2023  с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО15 взыскана задолженность по заработной плате в размере 200 100 руб., денежная компенсация за несвоевременную выплату заработной платы за период с ХХХ года по ХХХ года в размере 32 776,38 руб., в счет компенсации морального вреда 3 000 руб. 

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 1 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО15 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила по двум решениям 99112,50 + 3000 + 32776,38 + 3 000 =137 888,88 руб. 

Решением от 17.10.2022 по гражданскому делу № 2-1614/2022 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО16 взыскана задолженность по заработной плате в размере 345 249,47 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы и иных выплат в размере 107 326,56 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб.

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 3 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО16 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 107 326,56 + 10 000 = 117 326,56 руб.

Решением от 30.11.2022 по гражданскому делу № 2-1892/2022 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО17 взыскана задолженность по заработной плате и расчету при увольнении в размере 324 767,32 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы и расчета при увольнении в размере 199 721,56 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., расходы на оплату юридических услуг по составлению искового заявления в размере 4 000 руб., почтовые расходы в размере 229,84 руб., с ООО «Экомаш+Урал» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 8 744,89 руб.

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 2,3 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО17 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 199 721,56 + 10 000 + 4000 + 229,84 + 8744,89 = 222 696,29 руб.

Решением от 29.12.2022 по гражданскому делу № 2-2110/2022 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО18 взыскана задолженность по заработной плате и расчету при увольнении в размере 117 726,18 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы и расчета при увольнении в размере 39 869,87 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб., расходы на оплату юридических услуг по составлению искового заявления в размере 3 000 руб., почтовые расходы в размере 245,44 руб. 

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 2,3 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО18 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 39 869,87 + 10 000 + 3 000 + 245,44 = 53115,31 руб.

Решением от 09.02.2023 по гражданскому делу № 2-381/2023 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО19 взыскана задолженность по заработной плате в размере 31 090,73 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 71 947,05 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. 

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 4 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО19 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 71 947,05 + 10 000 = 81 947,05 руб. 

Решением от 09.02.2023 по гражданскому делу № 2-385/2023 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО20 взыскана задолженность по заработной плате в размере 70 005,62 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 54 725,29 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. 

В представленном в суд письменном отзыве представитель ответчика ООО «Экомаш+Урал» конкурсный управляющий ФИО5 просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 4 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО20 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 54 725,29 + 10 000 = 64 725,29 руб.

Решением от 09.02.2023 по гражданскому делу № 2-380/2023 с ООО  «Экомаш+Урал» в пользу ФИО21 взыскана задолженность по заработной плате в размере 85 560,69 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 137 114,96 руб., компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. 

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 4 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого, по ФИО21 = 137 114,96 + 10 000 = 147 114,96 руб.

Решением от 13.02.2023 по гражданскому делу № 2-374/2023  с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО22 взыскана задолженность по заработной плате в размере 77 904,47 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 110 335,58 руб., компенсация морального вреда в размере 8 000 руб.

В представленном в суд письменном отзыве представитель ответчика ООО «Экомаш+Урал» конкурсный управляющий ФИО5 просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 4 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого по ФИО22 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 110 335,58 + 8 000 = 118 335,58 руб. 

Решением от 13.02.2023 по гражданскому делу № 2-409/2023 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО23 взыскана задолженность по заработной плате в размере 157 031,35 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 56 672,61 руб., компенсация морального вреда в размере 8 000 руб. 

Как указала ФИО2, конкурсный управляющий ФИО5 в заседаниях суда, подготовке возражений или альтернативных расчетов не принимал участие. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 4 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого по ФИО23 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 56 672,61 + 8 000 = 64 672,61 руб.

Решением от 14.02.2023 по гражданскому делу № 2-407/2023 с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО24 взыскана задолженность по заработной плате в размере 246 549,09 руб., денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 162 117,60 руб., компенсация морально вреда в размере 8 000 руб. 

Конкурсный управляющий ФИО5 просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Судом установлено, что согласно отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств от 01.11.2023 на конец 4 квартала 2022 года на р/счетах ООО «Экомаш+Урал» имелись денежные средства для полного удовлетворения требований. 

Итого по ФИО24 компенсация за задержку выплаты заработной платы и морального вреда составила 162 117,6 + 8 000 = 170 117,60 руб.

Таким образом, общая сумма присуждённых Новоуральским городским судом компенсаций и заработной платы составляет 1 943 697,08 руб., из которых: 1 721 245,16 руб. – компенсация за задержку выплаты заработной платы, 131 000 руб. – компенсация морального вреда, 7 000 руб. – оплата юридических услуг, 475,28 руб. – почтовые расходы, 83 976,64 руб. – государственная пошлина. Также, Новоуральским городским судом взыскана компенсация с должника за время вынужденного простоя в общем размере 220 554 руб., которая также возникла в связи с бездействиями арбитражного управляющего ФИО5

Таким образом, общий размер убытков, причиненных должнику, по решениям о взыскании задолженности по заработной плате и морального вреда за несвоевременное погашение задолженности заработной плате составляет 1 943 697,08 руб.

Как указал кредитор, данные убытки причинены в связи с бездействием ФИО5 по выплате заработной платы работникам, который являлся  конкурсным управляющим должника, и в обязанности которого входило распределение денежных средств из конкурсной массы. 

Также, ФИО2 указывала на причинение должнику убытков конкурсным управляющим ФИО5 в связи с оплатой двум работникам заработной платы за время вынужденного простоя и за время вынужденного прогула в сумме 220 554 руб., исходя из расчета: 72 000 + 148 554, в связи с тем, что он не предпринял меры по увольнению сотрудников, что привело к дополнительным взысканиям со стороны этих сотрудников с должника, в том числе:

- по решению от 22.09.2021 по гражданскому делу № 2-1124/2021, которым с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО11 взыскана компенсация за время вынужденного простоя 72 000 руб.,

- по решению от 22.07.2021 по гражданскому делу № 2-1071/2021, которым с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО12 взыскана заработная плата за время вынужденного прогула в размере 148 554 руб. с удержанием обязательных платежей. 

Также, ФИО2 указывает на причинение должнику убытков в сумме 638 767,30 руб., причиненных должнику конкурсным управляющим ФИО5 в связи с начислением работнику заработной платы в течение года после введения конкурсного производства, когда фактически хозяйственная деятельность общества уже не велась. Данная сумма получена ФИО2, исходя из следующего расчета: 1 152 342,36 – 513 575,06 = 638767,30 руб., в связи с решениями: 

- от 30.01.2023 по гражданскому делу № 2-163/2023, которым с ООО «Экомаш+Урал» в пользу ФИО12 взыскана денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 234 349,36 руб., с ООО «Экомаш+Урал» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 5 543,49 руб. 

Из данного решения следует, что между истцом и ответчиком ООО «Экомаш+Урал» был заключен трудовой договор №ХХХ, в соответствии с которым истец был принят на работу на должность технического директора. Приказом № ХХХ от ХХХ истец был уволен на основании подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Решением Новоуральского городского суда Свердловской области от 29.07.2021 приказ об увольнении признан незаконным, истец восстановлен на работе в прежней должности с 14.05.2021. Указанным решением суда с истца в пользу ответчика взыскана задолженность по заработной плате за период с января 2020 года по 14.05.2021 в размере 468 088,93 руб., заработная плата за время вынужденного прогула в размере 148 554 руб. с удержанием обязательных платежей, денежная компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 30 486,13 руб., а также компенсация морального вреда в размере 15 000 руб. На основании приказа от 23.06.2022 трудовой договор с истцом ФИО12 прекращен на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. За период с 07.11.2020 по 23.06.2022 ответчик имел задолженность по заработной плате перед истцом в размере 917 993 руб., которая была погашена путем произведенных ответчиком перечислений 10.10.2022, 25.11.2022, 19.12.2022 на общую сумму 917 993 руб. Вместе с тем, денежная компенсация в соответствии со ст. 236 ТК РФ за период с 23.07.2021 по 19.12.2022 в размере 234 349,36 руб. ответчиком не выплачена. С учетом изложенного, уточнив требования, истец просил взыскать с ответчика в свою пользу невозмещенную денежную компенсацию за нарушение срока выплаты заработной платы за период с 23.07.2021 по 19.12.2022 в размере 234 349,36 руб. 

Из анализа решения Новоуральского городского суда касательно ФИО12 следует, что конкурсный управляющий ФИО5 уволил технического директора ФИО12 только 23.06.2022, через год введения конкурсного производства. 

По мнению кредитора ФИО2, сам ФИО12 или с ведома ФИО5 при неработающем предприятии с 23.07.2021 продолжал начислять заработную плату в размере 60 000 руб в месяц. При этом, ФИО12 с декабря 2020 года был официально трудоустроен в АО «КЭНПО», производство которого располагалось в соседнем с должником ангаре, по адресу Новоуральск, проезд Автотранспортников 8, строение 16. По этой же причине ФИО12 был уволен за систематическое длительное отсутствие на рабочем месте в ООО «Экомаш+Урал». Суд, при полном попустительстве со стороны управляющих восстановил его на работе в ООО «Экомаш+Урал» с 14.05.2021. Остановка производства ООО «Экомаш+Урал» произошла 26.04.2021. Представители должника не участвовали в судебных заседаниях в делах ФИО12, не оспаривали ни одного решения Новоуральского суда, ни по восстановлению ФИО12 на работе, ни по начислению ему компенсаций, ни по начислению ему заработной платы за год. Трудовая деятельность технического директора ФИО12 с 14.05.2021 была фиктивной. ФИО12 выплачено по реестрам 1 152 342,36 коп., в том числе: 79 472 руб. по реестру № 1 от 10.10.2022, 419 260,50 руб. по реестру № 2 от 25.11.2022, 419 260,50 руб. по реестру № 3 от 19.12.2022, 234 349,36 руб. по реестру № 25 от 29.12.2023. При этом, по решениям суда следовало выплатить: по решению от 22.07.2021 по делу № 2-1071/2021 с должника в пользу ФИО12: 468 088,93 + 30 486,13 + 15 000 руб.= 513 575,06 руб. Переплата (убыток должника) составила: 1 152 342,36 - 513 575,06 = 638 767,30 руб.

Таким образом, общий размер убытков, причиненных должнику в связи с не выплатой конкурсным управляющим ФИО5 заработной платы работникам должника, не выплатой ФИО5 компенсации за время вынужденного простоя и заработной платы за время вынужденного прогула, а также в связи с начислением работнику заработной платы в течение года после введения конкурсного производства, составляет 2 803 018,38 руб., исходя из расчета: 1 943 697,08 + 220 554 + 638 767,30. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований в суде первой инстанции, арбитражный управляющий указывал, что заявитель является бывшим руководителем должника, а также одним из участников (доля в уставном капитале 50%), то есть перед началом конкурсного производства фактически ФИО2 обладала полным корпоративным, управленческим контролем над должником, в связи с чем, именно на ней лежала обязанность передать всю имеющуюся документацию, в том числе в отношении личного состава должника, включая все трудовые договоры, приказы и прочие относящиеся к работникам должника документы. Вместе с тем, указанная обязанность заявителем не исполнена, в связи с чем ФИО5 вынужден был получать информацию об обязательствах должника по выплате заработной платы с приложением подтверждающих документов из других источников (заявлений работников, материалов судебных процессов, уполномоченных органов, экспертизы в рамках уголовного дела в отношении заявителя и т.д.). В ходе данного процесса ФИО5 приходилось сопоставлять противоречащие друг другу сведения, самостоятельно разыскивать информацию в отношении бывших работников должника, исчислять суммы задолженности перед ними и учитывать их в составе текущих обязательств и обязательств, подлежащих включению в реестр кредиторов. Для пропорциональных расчётов с кредиторами, включая бывших работников должника, на конкурсном управляющем лежит обязанность сформировать реестр таких кредиторов, а также список кредиторов по текущим платежам. С учётом спорного характера задолженности, невозможности своевременно произвести увольнение работников по причине не передачи документации бывшим руководителем должника, а также необходимости соблюдения принципов пропорциональности и учёта прав всех бывших работников должника, ФИО5 проводил неоднократную и наиболее тщательную проверку сумм и оснований возникновения задолженностей. Учитывая изложенное, арбитражный управляющий ФИО5 указывает, что при отсутствии добросовестного сотрудничества со стороны ФИО2 как лица, обладающего всей необходимой информацией и документацией, обязанного обеспечить передачу конкурсному управляющему всех сведений, процесс формирования реестра требований бывших работников занял продолжительный период времени. По результатам определения текущей и реестровой задолженности ФИО5 произведены пропорциональные погашения задолженности перед бывшими работниками должника с учётом правил, установленных ст. 134 Закона о банкротстве.

Аналогичные возражения ФИО5 приводит в апелляционной жалобе. 

Между тем, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.02.2024 по делу №А60-64116/2023 установлено нарушение арбитражным управляющим ФИО5 требований ст. 142 Закона о банкротстве (расчеты с кредиторами в ходе конкурсного производства), а также  положений ч. 4 ст. 20.3, ч. 1 ст. 167 Закона о банкротстве, то есть не распределение денежных средств в отсутствие каких-либо к тому препятствий и уважительных причин. 

Заявленные и указанные выше доводы ФИО5 относятся к требованию ФИО2 о взыскании с него убытков в связи с не распределением денежных средств из конкурсной массы.

Однако данные доводы никак не опровергают наличие у ФИО5 обязанности вовремя уволить двух сотрудников ФИО11, ФИО12, в связи с не увольнением которых ими были взыскана заработная плата за время вынужденного прогула и компенсации за время вынужденного прогула в общей сумме 220 554 руб., являющиеся в данном случае убытками для должника в связи с бездействием ФИО5 

Также данными доводами ФИО5 не опровергается причинение должнику убытков в связи с выплатой заработной платы в течение года после введения конкурсного производства и отсутствия хозяйственной деятельности должника ФИО12 в общей сумме 638 767,30 руб.

Относительно отсутствия у ФИО5 первичных документов, которое им объясняется действиями ФИО2, суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах дела о банкротстве должника не имеется судебного акта об истребовании у бывшего руководителя должника ФИО2 документов и имущества должника. 

Как указывает ФИО2, она всегда действовала добросовестно, передала как временному, так и конкурсному управляющему все документы и имущество должника. 

В связи с чем, арбитражный суд исходит из добросовестности поведения ФИО2 (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации - добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются).

Таким образом, не передача ФИО2 конкурсному управляющему ФИО5 каких-либо документов должника, отсутствие которых могло являться уважительной причиной не распределения им денежных средств из конкурсной массы, соответствующими доказательствами не подтверждена. 

По этой причине вышеуказанные доводы арбитражного управляющего ФИО5 не опровергают заявленные ФИО2 и установленные арбитражным судом в ходе проверки ее доводов обстоятельства причинения должнику убытков неправомерными действиями ФИО5

Кроме того, факт отсутствия у конкурсного управляющего первичной документации не является основанием для не выплаты причитающихся работникам сумм, учитывая, что они взысканы вступившими в законную силу судебными актами Новоуральского городского суда Свердловской области. 

С учетом указанного, принимая во внимание наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего неправомерные действия управляющего по не выплате работникам заработной платы при наличии у должника денежных средств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что именно бездействие ФИО5 по выплате заработной платы (при наличии у должника денежных средств), принятию мер по увольнению сотрудников при отсутствии хозяйственной деятельности должника, а также действия по выплате после введения конкурсного производства заработной платы сотруднику привели к появлению у должника убытков в силу наличия у ФИО5 как у конкурсного управляющего должника полномочий по распределению денежных средств из конкурсной массы, а также полномочий руководителя должника, позволяющих принимать меры по увольнению сотрудников. 

Суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что конкурсным управляющим каких-либо разумных объяснений такого поведения в процедуре банкротства должника не дано, не представлено доказательств, опровергающих свою вину в вышеуказанных действиях (бездействии), а также в утрате дорогостоящего имущества должника, и опровергающих доводы ФИО2 

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, исходя из обстоятельств конкретного дела, признав обоснованными доводы жалоб ФИО2, установив, что выявленные нарушения носят существенный характер, учитывая, что арбитражный управляющий ФИО5 последовательно бездействует во взаимосвязанных отношениях, осуществляет действия, в связи с которыми должнику и конкурсным кредиторам причинен вред, установив, что ненадлежащее исполнение обязанностей арбитражного управляющего нарушило права или законные интересы заявителя жалобы как конкурсного кредитора, а также могло повлечь за собой убытки кредитору, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования в части и признал незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5 по не передаче конкурсному управляющему ФИО6 инвентаризированного и оцененного имущества должника; не распределению денежных средств на оплату заработной платы, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы и компенсации морального вреда при имеющемся положительном остатке на расчетном счете должника и по необоснованной выплате заработной платы.

Поскольку данными незаконными действиями управляющего ФИО5 по не передаче конкурсному управляющему ФИО6 имущества в размере 20 единиц оборудования; не распределению между бывшими работниками поступивших в конкурсную массу денежных средств, необоснованной выплате заработной платы фактически причинены убытки должнику, требования заявителя ФИО2 о взыскании с арбитражного управляющего ФИО5 14 715 889,40 руб. (11 912 871 за непередачу имущества + 2 803 018,38 руб. в связи с не распределением денежных средств и необоснованной выплатой заработной платы) убытков правомерно удовлетворены судом первой инстанции. 

Доводы ФИО5, изложенные в апелляционной жалобе о том, что взыскание с должника задолженности по заработной плате, компенсации за её задержку и иных связанных с этим (в том числе судебных) расходов является прямым следствием бездействия самого заявителя, были рассмотрены судом первой и обоснованно отклонены как не доказанные с указанием на  отсутствие судебного акта об истребовании документов и имущества должника у ФИО2  

Доводы апеллянта о том, что исходя из представленных заявителем судебных актов, задолженность по заработной плате перед всеми работниками сформировалась ещё до даты открытия конкурсного производства в отношении должника, то есть именно заявитель обладал полными данными о размере задолженности, всеми необходимыми для своевременного увольнения работников документами и сведениями, однако от их передачи и дальнейшего сотрудничества конкурсному управляющему уклонился, отклоняются, поскольку требований к ФИО2 в рамках настоящего спора не предъявлено, вопрос о передаче ФИО2 документов конкурсному управляющему ФИО5 выходит за пределы рассмотрения настоящего спора, вопрос о надлежащем исполнении ФИО2 своих обязанностей, которые могли повлечь неблагоприятные последствия для должника может быть предметом требований о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, что также не входит в круг обстоятельств, подлежащих рассмотрению в рамках требований о признании действий ФИО5 незаконными и взыскании с него убытков. 

Доводы апеллянта о том, что из решения Арбитражного суда Свердловской области от 07.02.2024 по делу № А60-64116/2023 не следует, что ФИО5 привлечен к административной ответственности за неосуществление в срок выплат, вменяемых ему в рамках данного дела в качестве убытков; ссылка суда на данный судебный акт не может являться доказательством; иных доказательств вины ФИО5 в возникновении данных обязательств не представлено, также отклоняются, поскольку обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 07.02.2024 по делу № А60-64116/2023, имеют значение для рассмотрения настоящего обособленного спора и имеют для него преюдициальное значение в силу ч. 2 ст. 69 АПК РФ. Данное решение является одним из доказательств неправомерных действий ФИО5 при осуществлении конкурсного производства должника. В настоящем же споре установлены неправомерные действия ФИО5, факт причинения должнику убытков и причинно-следственная связь между неправомерными действиями ФИО5 при банкротстве должника и причиненными должнику убытками. 

Кроме того, предметом настоящего спора является вопрос признания незаконными действий арбитражного управляющего ФИО5, выразившихся в заключении договора от 09.11.2022 № 29-11/22 на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования, и в части взыскания с арбитражного управляющего ФИО5 в конкурсную массу должника убытков в сумме 1 200 000 руб., направленный на новое рассмотрение в суд первой инстанции Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 01.10.2024 по настоящему делу. 

В обоснование требований о признании незаконными действий арбитражного управляющего ФИО5, выразившихся в заключении договора от 09.11.2022 № 29-11/22 на оказание услуг по демонтажу и перевозке промышленного оборудования, взыскании с арбитражного управляющего ФИО5 1 200 000 руб. убытков ФИО2 указала, что между должником в лице конкурсного управляющего, и обществом «УралСтройСервис-Н» заключен договор по демонтажу и перевозке промышленного оборудования от 07.11.2022 № 21/1150, стоимость выполнения работ составляет 1 200 000 руб., работы выполняются в течение трех календарных дней с момента поступления денежных средств на расчетный счет организации. В последующем, обществом «УралСтройСервис-Н» 07.11.2022 должнику направлен счет № 28, в связи с чем 16.11.2022 должником перечислены денежные средства в размере 1 200 000 руб., вместе с тем, каких-либо доказательств того, что работы по перевозке и демонтажу в действительности выполнены, в материалы дела не представлены, кроме того, сумма в размере 1 200 000 руб. за выполнение таких работ является существенно завышенной; в сторонних организациях города Новоуральск перевозка с завода оборудования весом 350 тонн под ключ составит 1 200 000 руб., средняя цена перевозки за тонну груза составляет 4 000 руб. или 4 руб. за кг., перевозка оборудования общества «Экомаш+Урал» осуществлялась всего четыре рабочих смены 06, 07, 09 и 12.12.2022, перевезено около 40,140 тонн, что по расценкам сторонних организаций составило бы примерно 160 560 руб. (в обоснование указанной позиции представлены прайсы организаций «Такелажкин», «Газелькин»). 

Заявителем также проанализированы все виды работ, без которых невозможно осуществить транспортировку промышленного оборудования, в частности, по всем спецификациям: отключение от инженерных сетей – составило всего – 10 470 руб.; демонтажные работы – 6 400 руб.; перевод в транспортное положение – 12 800 руб.; электрогазосварочные работы – 2 000 руб.; изготовление необходимой оснастки и приспособлений для перевозки - 0; стоимость материалов – 1 621 руб.; последующая консервация – 5 100 руб.

Итого, дополнительные работы составляют всего 38 391 руб. 

Из указанного следует, что стоимость услуг по демонтажу и перевозке по договору от 09.11.2022 № 29-11/22 многократно завышена, согласно среднерыночным ценам по г. Новоуральску стоимость работ по договору могла составить 334 491 руб., в том числе с учетом дополнительных работ в размере 38 391 руб., разница суммы составляет 865 509 руб. 

Кроме того, заявитель указывает, что по невыясненной причине, в приложении № 1 к договору от 09.11.2022 № 29-11/22 и итоговом акте от 27.12.2022, подписанном представителями перевозчика и АО «КЭНПО», перечислено сорок позиций оборудования, причем три позиции дорогостоящих станков указаны повторно: № 9 и № 40 – Станок вертикально-фрезерный VMP-40A; № 10 и № 33 – Токарновинторезный станок 1М63МФ101; № 11 и № 30 – Токарно-винторезный станок 16616П. 

Таким образом, с учетом бывшей в употреблении мебели и дешевой оргтехники, заявлено к перевозке и указано всего тридцать семь позиций оборудования и имущества должника, при том, что ФИО5 не обнаружено и не заявлено к перевозке двадцать восемь наименований оборудования, в материалах дела отсутствуют перечни из двадцати трех позиций имущества, не найденных финансовым управляющим ФИО7, и шестьдесят пять позиций, найденных финансовым управляющим ФИО7, которое находилось фактически по адресу: 

<

...>. 

По мнению заявителя, убытки, причиненные должнику конкурсным управляющим ФИО5, касающиеся оплаты по договору по демонтажу и перевозке промышленного оборудования, составляют 865 509 руб. 

Также ФИО2 указывает, что арбитражным управляющим нарушены условия заключенного и договора от 09.11.2022 № 29-11/22, а именно по условиям договора, заказчик производит оплату фактически выполненных работ в полном объеме после предъявления подрядчиком счета, оформленного на основании подписанного сторонами акта выполненных работ (п. 3.3). Датой заключения договора является 09.11.2022, а 07.11.2022 – дата коммерческого предложения общества «УралСтройСервис-Н», которым не конкретизирован объем работ, перечень имущества, в связи с чем, факт полной предоплаты в размере 100% аванса является нарушением условий договора и нарушает права кредиторов общества «Экомаш+Урал». Кроме того, в актах, составленных при вывозе оборудования и имущества должника, отсутствуют подписи конкурсного управляющего или его представителя, в связи с чем не представляется возможным установить, кем и какое имущество вывезено.

Учитывая изложенное, заявитель просил взыскать с арбитражного управляющего ФИО5 сумму причиненных убытков в размере 865 509 руб. 

При рассмотрении данного основания судом установлено, что с целью сохранности имущества должника конкурсным управляющим ФИО5 заключен договор по демонтажу и перевозке промышленного оборудования от 07.11.2022 № 21/1150, с условием предварительной оплаты по договору в размере 100% (1 200 000 руб.). Денежные средства в сумме 1 200 000 руб. перечислены обществу «УралСтройСервис-Н» 16.11.2022.

Изучив представленные в материалы дела документы и пояснения на основании ст. 71 АПК РФ, учитывая, что доказательств выполнения обществом «УралСтройСервис-Н» работ в рамках договора по демонтажу и перевозке промышленного оборудования от 07.11.2022 № 21/1150 не представлено, конкурсным управляющим не предпринимались какие-либо попытки возврата в конкурсную массу уплаченных денежных средств (доказательств обратного не представлено), с иском ФИО5 обратился лишь 27.12.2023, то есть спустя год и один месяц после уплаты по договору, принимая во внимание представленные заявителем письменные пояснения и документы, подтверждающие, что имелась возможность заключения договора перевозки и демонтажа со сторонними организациями, стоимость выполнения работ у которых существенно ниже, чем у выбранной арбитражным управляющим организации, в отсутствие доказательств иной стоимости оказанных услуг, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что  действиями арбитражного управляющего ФИО5 причинены убытки должнику и конкурсным кредиторам на сумму 865 509 руб. 

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции обоснованно взыскал с  арбитражного управляющего ФИО5 в пользу должника в общей сумме 15 581 398,38 руб. убытков.

Доводы ФИО5, изложенные в апелляционной жалобе нарушении судом норм процессуального права со ссылками на то, что текст обжалуемого определения не содержит ни одного мотива и правового обоснования, по которым суд первой инстанции отклонил доводы ФИО5; обжалуемое определение полностью копирует доводы заявителя, представленные им в возражениях; не содержит самостоятельных выводов суда первой инстанции, что нарушает основополагающие принципы арбитражного процесса: независимость и беспристрастность суда, исследование всех имеющихся в деле доказательств, принятие обоснованного и мотивированного судебного акта, опровергаются содержанием обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что использование судом первой инстанции мотивировки, предложенной заявителем, в случае, если доводы заявителя признаны обоснованными и подтверждены соответствующими доказательствами, соответствуют обстоятельствам, установленным судом, не противоречит требованиям АПК РФ и не является основанием для изменения (отмены) обжалуемого судебного акта. 

Обжалуемое определение содержит изложение доводов заявителя, согласие суда первой инстанции с данными доводами на основе проведенной судом в порядке ст. 71 АПК РФ оценки доказательств, представленных в материалы дела. 

По результатам проведенного исследования представленных сторонами доказательств оценки судом первой инстанции сделаны соответствующие выводы, которые проверены судом апелляционной инстанции, оценены и признаны верными.

Доводы апеллянта о том, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о проведении судебной экспертизы, поданное 16.12.2024, не приняты доказательства реальной стоимости имущества, также отклоняются. 

В обоснование данных доводов ФИО5 указал, что в силу в ч. 2 ст.12 Закона об оценочной деятельности рыночная стоимость, определенная в отчете, является рекомендуемой для целей совершения сделки в течение 6 месяцев с даты составления отчета, следовательно, ссылка на результаты оценки имущества в ходе конкурсного производства несостоятельна. С момента совершения спорной сделки (21.01.2019) и до вступления в законную силу определения о признании её недействительной (22.10.2022) прошло более 3 лет, за столь длительный срок оборудование, которое активно использовалось в производстве, сильно износилось, срок его службы истёк. Договор купли-продажи от 21.01.2019 между должником и ФИО7 был оспорен применительно к п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, судом не сделано выводов относительно несоответствия стоимости оборудования, указанной в договоре, рыночной стоимости на момент совершения спорной сделки, следовательно, отсутствуют основания для учёта иной стоимости оборудования, чем указанная в договоре от 21.01.2019. Приведённые заявителем аналоги невозможно признать подходящими для определения стоимости оборудования на текущую дату: стоимость аналогов приводится без учёта того, что проданное оборудование произведено до 2019 года – вероятно задолго до продажи, заявитель же приводит данные по новому оборудованию (не менее 5 лет эксплуатации существенно влияют на стоимость оборудования, срок полезного использования оборудования, вероятнее всего, уже истёк); с момента продажи оборудования и до текущего момента стоимость, указанная в договоре купли-продажи, значительно снизилась за счёт амортизации, сами потребительские, полезные свойства оборудования значительно уменьшились. Аналогично, судом без сомнений приняты результаты проведённого заявителем анализа стоимости перевозки оборудования, однако заявитель не является профессиональным грузоперевозчиком, оценщиком, экспертом, что вызывает сомнения в беспристрастности суда. 

Из материалов дела следует, что 16.12.2024 при рассмотрении дела по первой инстанции арбитражным управляющим ФИО5 заявлено ходатайство о назначении экспертизы.

Ходатайство о назначении экспертизы признано судом первой инстанции не обоснованным на основании норм ст. 82 АПК РФ, при этом суд первой инстанции исходил следующего. 

В обоснование ходатайства арбитражный управляющий ФИО5  указывал, что основными доводами жалобы ФИО2 являются причинение конкурсным управляющим убытков должнику и его кредиторам в связи с заключением договоров демонтажа, перевозки недвижимого имущества на не нерыночных условиях, а также утрата имущества должника. При этом, определение рыночной стоимости перечисленных выше услуг напрямую связано с предметом настоящего обособленного спора, поскольку разрешение данного вопроса позволит сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для признания действий конкурсного управляющего неразумными, в связи с чем просил отложить судебное разбирательство для получения информации о возможности проведения экспертизы, ее стоимости и сроках проведения от лица, обладающего специальными знаниями, также и об экспертах, которым она может быть поручена. 

Полагал необходимым поставить следующие вопросы на рассмотрение эксперту: 

1. Рыночная стоимость услуг по выполнению следующих работ на 16.11.2022 в г. Новоуральске Свердловской области в отношении промышленного оборудования (станков): 

- отключение от инженерных сетей, 

- демонтажные работы, 

- перевод в транспортное положение, изготовление необходимой оснастки и приспособлений для перевозки, 

- такелажные работы к месту погрузки и к месту хранения, 

- погрузочно-разгрузочные работы, 

- перевозка от места загрузки до места хранения, 

- последующая консервация. 

2. Рыночная стоимость имущества должника по состоянию на 21.05.2024 (дата назначения конкурсного управляющего должника ФИО6), обозначаемого ФИО2 как утраченного. 

Оценив данные доводы, заявленные требования, материалы дела, суд первой инстанции обоснованно указал, что арбитражный управляющий не учел, что одним из доводов жалобы на его действия (бездействие) является утрата имущества должника, оценку которого просит провести ФИО5, в связи с чем проведение оценочной экспертизы по имуществу, которое утрачено, не представляется возможным; в проведении экспертизы по определению рыночной стоимости не имеется необходимости в связи с тем, что заявителем представлены сведения о рыночной стоимости работ в отношении промышленного оборудования из сторонних организаций, при том, что арбитражный управляющий не представил каких-либо документов, опровергающих представленную ФИО2 оценку выполненных работ, не представил документов, доказывающих иную стоимость. 

Также суд первой инстанции учел, что какого-либо иного обоснования заявленного ходатайства со стороны ФИО5 не представлено, а также не представлено в суд сведений об организациях, которые могли бы провести экспертизу, не внесены денежные средства на депозит суда в целях оплаты экспертизы. 

Проанализировав мотивы отклонения ходатайства ФИО5 о назначении судебной оценочной экспертизы, суд апелляционной инстанции находит их обоснованными. 

В соответствии с ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Дополнительно, суд апелляционной инстанции отмечает, что ходатайств о фальсификации представленных ФИО2 доказательств стоимости осуществления вышеуказанных работ в порядке ст. 161 АПК РФ не заявлено. 

В порядке ст. 9 АПК РФ арбитражный управляющий ФИО5 несет риск не представления со своей стороны доказательств рыночной стоимости работ по демонтажу, перевозке недвижимого имущества должника, связанный с установлением размера убытков по данному основанию, заявленному ФИО2 

Между тем, учитывая заявленные ФИО2 требования, суд первой инстанции исходил из того, что стоимость услуг по демонтажу и перевозке по договору от 09.11.2022 № 29-11/22 завышена. При этом основывался на имеющихся в материалах дела доказательствах. 

В связи с указанным, принимая во внимание, что назначение экспертизы, является правом суда, имеющихся в материалах дела доказательств было достаточно для вынесения решения по делу, суд апелляционной инстанции признает отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства ФИО5 о назначении экспертизы правомерным.  

Доводы апеллянта о том, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Айрон Групп», истребовании доказательств, отклоняются. 

В обоснование данных доводов ФИО5 указал, что 01.05.2021 между ФИО7 и ООО «Айрон Групп» был заключен договор аренды оборудования, инвентаря, хозяйственных принадлежностей (конкретный перечень – приложения №1-3 к указанному договору), срок договора (п. 7.1) составляет 1 календарный год, в течение 5 рабочих дней после истечения срока действия договора арендатор обязан возвратить имущество в исправном состоянии в соответствии с приложениями №1-3, финансовым управляющим ФИО7 предъявлен иск о взыскании с ООО «Айрон Групп» задолженности по договорам аренды, включая оплату за аренду оборудования (№А60-58197/2022, судебное разбирательство отложено на 27.01.2025), ООО «Айрон Групп» не возвратило предметы аренды (оборудование) ФИО7, договором аренды предусмотрено указание конкретного перечня оборудования в приложениях №1-3, однако в материалах дела А60-58197/2022, а также у финансового управляющего имеется только приложение № 1, полный и достоверный перечень переданного ООО «Айрон Групп» оборудования установить невозможно, исходя из представленных данных, промежуточной описи имущества у ФИО7 отсутствовало иное оборудование, чем полученное от должника, которое можно было сдать в аренду ООО «Айрон Групп»; также между ООО «Айрон Групп» (ответчик) и ФИО7 (должник) 01.09.2020 заключен договор № 1 об оказании услуг по техническому обслуживанию и уборке нежилых помещений, по условиям которого должник поручает и оплачивает, а ответчик принимает на себя обязательства по техническому обслуживанию, сохранению в надлежащем виде и уборке нежилых помещений, принадлежащих должнику на праве собственности; услуги оказываются с момента заключения договора и до 01.09.2023; стоимость услуг составляет 301 728,36 руб. в месяц; ежемесячно до первого числа месяца, следующего за расчётным, ответчик представляет должнику акт оказанных услуг и счет на оплату предоставленных услуг за истекший период; оплата возможна путем произведения зачёта взаимных встречных требований сторон, осуществлением платежа за должника третьим лицом; исполнение обязательств подтверждалось ежемесячными отчётами и актами оказанных услуг по техническому обслуживанию и уборке нежилых помещений и прилегающих территорий №15-19 за период с 30.11.2021 по 31.03.2022;  исходя из содержания договора №1, услуги ООО «Айрон Групп» оказывались в отношении указанных принадлежащих ФИО7 помещений целиком (где располагалось оборудование), а также прилегающей к ним территории, систем отопления, водоснабжения, канализации, водоотведения, освещения, мелкий ремонт и поддержание в исправном состоянии конструктивных элементов указанных выше помещений (целиком), охрана объектов. Таким образом, именно ООО «Айрон Групп» обладало полным контролем как над оборудованием, так и над недвижимым имуществом ФИО7, даже после введения в его отношении процедуры реализации имущества, обеспечивало среди прочего охрану такого имущества.

Из материалов дела следует, что 19.12.2024 при рассмотрении дела по первой инстанции ФИО5 направлено ходатайство о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества «Айрон Групп».

В соответствии с ч. 1 ст. 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. 

Исходя из смысла ст. 51 АПК РФ, третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, которое является предметом разбирательства в арбитражном суде. 

Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом. 

Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для них последствий. 

Из анализа указанных положений закона следует, что третье лицо вступает в процесс с целью защиты своих нарушенных либо оспоренных прав и законных интересов. 

Наличие у такого лица права связано с тем, что оно является предполагаемым субъектом спорного материального правоотношения, его интересы направлены на предмет уже существующего спора. 

Наличие у лица заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на вступление в дело в качестве третьего лица. 

На основании п. 33 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» (далее – Постановление № 46) в силу части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика по своей инициативе либо могут быть привлечены к участию в деле по ходатайству стороны или по инициативе суда в случае, если судебный акт, принятый по данному делу, может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. О вступлении третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в процесс либо о его привлечении в процесс или об отказе в этом арбитражный суд выносит определение. Указание истцом в исковом заявлении на третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, наличие в распоряжении лица доказательств по делу сами по себе не являются основанием для привлечения лица к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. При разрешении вопроса о необходимости привлечения такого лица к участию в деле арбитражный суд устанавливает, каким образом судебный акт, который может быть принят по данному делу, повлияет на права или обязанности такого лица по отношению к одной из сторон спора. Установив, что судебный акт, который может быть принят по данному делу, не повлияет на права или обязанности такого лица по отношению к одной из сторон спора, арбитражный суд на основании части 3 статьи 51 АПК РФ выносит определение об отказе в привлечении (вступлении) данного лица к участию в деле.

Привлечение третьих лиц к участию в деле на стадии судебного разбирательства является правом суда, которое он реализует, сообразуясь с задачами судебного разбирательства, предметом доказывания, целесообразностью их участия в деле и иными факторами, которые влияют на процесс. 

Заявляя вышеуказанные доводы в апелляционной жалобе в обоснование необходимости привлечения к участию в деле ООО «Айрон Групп», ФИО5 выражает свои предположения о том, где фактически может находиться имущество должника, которое значится утраченным. 

Как ранее было указано, третье лицо вступает в процесс с целью защиты своих нарушенных либо оспоренных прав и законных интересов. 

Между тем, из материалов дела не следует, что какие-либо права и законные интересы общества «Айрон Групп» нарушены или затрагиваются при рассмотрении настоящего спора. 

Отказывая в привлечении ООО «Айрон Групп», суд первой инстанции обоснованно указал, что со стороны ФИО5 не представлено доказательств того, что вынесенным по существу данного обособленного спора судебным актом могут быть затронуты права общества «Айрон Групп».

При решении вопроса о допуске лица в процесс в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, суд обязан исходить из того, какой правовой интерес имеет данное лицо. Материальный интерес у третьих лиц возникает в случае отсутствия защиты их субъективных прав и охраняемых законом интересов в данном процессе, возникшем по заявлению истца к ответчику.

Лицо, чтобы быть привлеченным в процесс, должно иметь ярко выраженный материальный интерес на будущее. То есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон. Иными словами, после разрешения дела между истцом и ответчиком у третьего лица возникает право на иск или у сторон появляется возможность предъявления иска к третьему лицу, обусловленная взаимосвязью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

Вместе с тем, ФИО5 не представлены доказательства того, что судебный акт, вынесенный по результатам рассмотрения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 с требованием о взыскании с него убытков, может повлиять на права и обязанности общества «Айрон Групп», само общество о таких обстоятельствах также не заявило. 

Кроме того, следует отметить, что именно конкурсный управляющий с момента его утверждения управляющим в деле о банкротстве отвечает за сохранность имущества должника, место нахождения утраченного имущества должника не установлено; доказательств, свидетельствующих о месте нахождения имущества, в материалах дела не имеется. Установление места нахождения утраченного имущества выходит за пределы рассматриваемого спора. Требования к ООО «Айрон Групп» заявителем жалобы ФИО2 не заявлены.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства арбитражного управляющего ФИО5 о привлечении к участию в деле третьим лицом общества «Айрон Групп» , отказал в удовлетворении данного ходатайства. 

В ходатайстве ФИО5 о привлечении к участию в обособленном споре общества «Айрон Групп» содержалось ходатайство об истребовании в порядке ст. 66 АПК РФ у ООО «Айрон Групп» приложений № 2 и № 3 к договору аренды оборудования, инвентаря, хозяйственных принадлежностей от 01.05.2021 для установления полного перечня оборудования, инвентаря, хозяйственных принадлежностей, переданных и не возвращенных ООО «Айрон Групп» после расторжения договора аренды.

Согласно ч. 1 ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Принцип состязательности предполагает активность участвующих в деле лиц по сбору и предоставлению суду доказательств в обоснование своих доводов и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 66 АПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле. 

Лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится (ч. 4 ст. 66 АПК РФ).

Между тем, согласно ч. 1 ст. 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Поскольку суд не нашел оснований для привлечения общества «Айрон Групп» к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, признал обстоятельства, которыми ФИО5 мотивирует ходатайство о привлечении данного общества к участию в деле не относящимися к предмету настоящего спора, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ФИО5 об истребовании у общества «Айрон Групп» вышеуказанных документов.

Довод апеллянта о том, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору, отклоняется. 

В обоснование данного довода ФИО5 указывает, что конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением об истребовании имущества из чужого незаконного владения (№ А60-56117/2024), на момент заявления ходатайства о приостановлении было назначено судебное заседание по рассмотрению указанного заявления; несмотря на прямую взаимосвязь и возможность принятия противоречивых судебных актов, зависимости результатов рассмотрения настоящего обособленного спора от принятого по делу № А60-56117/2024 судебного акта, судом первой инстанции без какой-либо мотивировки, ссылки на нормы права, отказано в приостановлении производства по настоящему обособленно спору.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Согласно ч. 9 ст. 130 АПК РФ в случае если арбитражный суд при рассмотрении дела установит, что в производстве другого арбитражного суда находится дело, требования по которому связаны по основаниям их возникновения и (или) представленным доказательствам с требованиями, заявленными в рассматриваемом им деле, и имеется риск принятия противоречащих друг другу судебных актов, арбитражный суд может приостановить производство по делу в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 143 указанного Кодекса.

На основании п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» (далее – Постановление № 46) руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 143 АПК РФ, арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, Верховным Судом Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом. Данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам с пересекающимся предметом доказывания. Например, приостановлению подлежит производство по делу об оспаривании сделки, заключенной в отношении объекта недвижимости, если в рамках другого рассматриваемого судом дела оспорено право собственности истца на соответствующий объект. Возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора, в том числе в случае, когда такой иск предъявлен лицом, указанным в законе (статья 53.1, пункт 1 статьи 65.2, пункт 2 статьи 166 ГК РФ), само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ. В таком случае арбитражным судам следует иметь в виду, что эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска.

ФИО5 25.09.2024 посредством электронной подачи документов «Мой арбитр» в суд первой инстанции представлено ходатайство о приостановлении производства по обособленному спору до момента вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего об истребовании имущества должника из незаконного владения общества «КЭНПО».

В рамках арбитражного дела № А60-56117/2024 рассматривается исковое заявление ООО «Экомаш-Урал» в лице конкурсного управляющего ФИО6 к АО «КЭНПО» об истребовании имущества из незаконного владения.

Определением от 17.03.2025 по делу № А60-56117/2024 судебное разбирательство по данному иску отложено на 17.04.2025. 

Между тем, суд апелляционной инстанции исходит из того, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ФИО5 о приостановлении производства по настоящему обособленному спору до рассмотрения дела № А60-56117/2024, поскольку установление факта нахождения имущества должника у общества «КЭНПО» и истребование у него данного имущества не опровергает вину управляющего ФИО5, который исполнял обязанности конкурсного управляющего должника и обязан был предпринимать меры, направленные на сохранность имущества должника, однако допустил утрату данного имущества, в связи с чем, рассмотрение спора об истребовании имущества должника у общества «КЭНПО» не влияет на рассмотрение настоящего обособленного спора. Требования по спору об истребовании имущества должника у общества «КЭНПО» не связаны с требованиями о признании незаконными действий управляющего ФИО5 и взыскании с него убытков в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей конкурсного управляющего должника. В случае положительного рассмотрения спора по делу № А60-56117/2024, арбитражный управляющий ФИО5 не лишен права обратиться с заявлением в порядке ст. 311 АПК РФ о пересмотре судебного акта в части размера убытков по рассматриваемому эпизоду.

Довод апеллянта о том, что судом нарушен принцип равенства сторон арбитражного процесса, отклоняется. 

В обоснование данного довода ФИО5 указал, что процессуальное поведение заявителя в рамках настоящего спора можно охарактеризовать следующим образом: направить значительный объём документов с важными уточнениями правовой позиции непосредственно перед заседанием, чтобы исключить возможность оппонента представить возражения и доказательства. Так заявитель поступил перед заседаниями (приведён не полный перечень): 17.12.2024 – 15.12.2024 в 22-59 на электронную почту ФИО5 поступили возражения и уточнения заявителя на 13 листах с 9 приложениями, 10.12.2024 – 09.12.2024 в 13-08 на электронную почту ФИО5 поступили возражения и уточнения заявителя на 12 листах с 8 приложениями, 24.10.2024 – 23.10.2024 в 13-18 на электронную почту ФИО5 поступили возражения и уточнения заявителя на 8 листах с 5 приложениями, 05.09.2024 – 04.09.2024 в 11-51 на электронную почту ФИО5 поступило ходатайство заявителя о приобщении дополнительных документов на 3 листах с 2 приложениями. С учётом указанных обстоятельств в связи с систематическим и целенаправленным нарушением требований процессуального законодательства о раскрытии доказательств, представляемых в суд, перед сторонами спора заранее (ч. 3 ст. 65 АПК РФ) ФИО5 просил суд рассмотреть вопрос о наложении на заявителя судебного штрафа. Судом первой инстанции в удовлетворении ходатайства отказано, поскольку «…менялась только сумма заявленных убытков, что ни как не нарушает права иных лиц, участвующих в обособленном споре…». Между тем, достоверное установление суммы убытков является одним из элементов доказывания в рамках настоящего обособленного спора: каждый расчёт заявителя был связан с представлением в суд большого объёма новых доказательств, изучить и опровергнуть которые ФИО5 суд первой инстанции лишил права. Суд поставил заявителя в положение, при котором он имел возможность значительно увеличивать сумму требований, представлять полный перечень доказательств, которые считает нужными, непосредственно перед судебным заседанием, судом первой инстанции такие уточнения принимались безусловно; ходатайства ФИО5 отклонялись без нормативного обоснования. В порядке ч. 2 ст. 111 АПК РФ ФИО5 просил рассмотреть вопрос об отнесении всех судебных расходов по делу на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами (ФИО2), поскольку это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрения дела и принятию законного и обоснованного судебного акта. Данное заявление суд проигнорировал, необоснованно возложив судебные расходы на ФИО5

Как следует из материалов дела, при рассмотрении спора по первой инстанции ФИО5 18.12.2024 (19.12.2024) посредством электронной подачи документов «Мой арбитр» направлено ходатайство об отложении судебного заседания или рассмотрения дела по имеющимся доказательствам и наложении судебного штрафа на ФИО2 в связи с тем, что заявитель злоупотребляет своими процессуальными правами.

В обоснование ходатайства ФИО5 указывал, что ФИО2 своими действиями систематически нарушает действия процессуального законодательства о раскрытии доказательств, представляемых в суд, сторонам, а именно направляет документы и пояснения непосредственно перед судебным заседанием, что влияет на отсутствие возможности заблаговременно ознакомиться с представленными заявителем документами и как следствие представить обоснованные и мотивированные возражения на них.

В соответствии с ч. 5 ст. 119 АПК РФ суд вправе наложить судебный штраф на лиц, участвующих в деле, и иных присутствующих в зале судебного заседания лиц за проявленное ими неуважение к арбитражному суду. 

К числу таких случаев, в частности, относятся: неисполнение обязанности представить истребуемое судом доказательство по причинам, признанным судом неуважительными, либо не извещение суда о невозможности представления доказательств вообще или в установленный срок (ч. 9 ст. 66 АПК РФ); неуважение к арбитражному суду, проявленное лицами, участвующими в деле, и иными присутствующими в зале судебного заседания лицами (ч. 5 ст. 119 АПК РФ), неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, явка которых в соответствии с данным Кодексом была признана обязательной арбитражным судом (ч. 4 ст. 156 АПК РФ). В этих случаях суд может наложить на указанных лиц судебный штраф в порядке и в размерах, которые предусмотрены в главе 11 АПК РФ. 

По смыслу вышеприведенных положений процессуального закона наложение судебного штрафа является правом арбитражного суда, который в рамках своих дискреционных полномочий на основе конкретных обстоятельств отдельно взятого дела и действующего законодательства может принять решение о наложении судебного штрафа или отказать в его наложении и вынести соответствующее определение.

В связи с тем, что ФИО2 хоть и представлялись многочисленные пояснения (уточнения) по заявленным требованиям, однако позиция заявителя была идентичной, менялась только сумма заявленных убытков, что ни как не нарушает права иных лиц, участвующих в обособленном споре, принимая во внимание, что ФИО5 имел возможность ознакомиться с представленными в материалы дела уточнениями и документами и представить в суд мотивированный отзыв с учетом доводов заявителя, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения ходатайства о наложении судебного штрафа на ФИО2

Суд апелляционной инстанции оснований для переоценки данного вывода суда первой инстанции не усматривает, поскольку ФИО5 реализовал право на представление возражений по заявленным требованиям, подобное процессуальное поведение ФИО2 не привело к нарушению прав ФИО5 

Последние уточнения заявленных требований, принятые судом в порядке ст. 49 АПК РФ, предъявлены ФИО2 18.12.2024.

Резолютивная часть обжалуемого судебного акта принята 19.12.2024.

Между тем, уточнения требований ФИО2 от 18.12.2024 отличались от уточнений, заявленных 16.12.2024 тем, что ФИО2 к 18.12.2024 уменьшила размер предъявленных убытков по требованиям в части не передачи инвентаризированного имущества конкурсному управляющему ФИО6 с  до 11 912 871 руб., а также уменьшила размер предъявленных убытков по требованиям в части неосуществления действий по возврату имущества должника и не проведению полной инвентаризации с 8 542 850 руб. до 7 922 850 руб. Новых требований к ФИО5 предъявлено не было. 

Итоговые требования ФИО2 в части взыскания убытка в виде переплаты по договору № 29-11/2012 от 09.11.2022 в сумме 865 509 руб. к моменту предъявления следующих уточнений не менялись ни по основанию, ни по размеру требований, кроме того, с данными требованиями управляющий был знаком с момента первоначального рассмотрения спора, оконченного принятием Постановления Арбитражного суда Уральского округа от 01.10.2024.

Требования в части взыскания убытков за несвоевременную выплату заработной платы в сумме 2 803 018,38 руб. в уточнениях от 09.12.2024 к последним уточнениям от 18.12.2024 не изменялись. 

Мотивировка требований ФИО2 также не изменялась. 

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений в процессуальном поведении ФИО2 и отказал ФИО5 в удовлетворении ходатайства о наложении судебного штрафа на ФИО2

В связи с изложенным принцип равенства сторон арбитражного процесса судом первой инстанции не нарушен. 

Доводы апеллянта о том, что заявителем ФИО2 не соблюден принцип эстоппеля, являющийся частным случаем проявления принципа добросовестности со ссылкой на обстоятельства совершения сделки должника по продаже ФИО7 оборудования по договору купли-продажи от 21.01.2019 и определение Арбитражного суда Свердловской области от 21.06.2022 по делу №А60-48256/2020 отклоняются, как не влияющие на выводы суда, сделанные по результатам рассмотрения настоящего спора.

Иные доводы ФИО5, изложенные в апелляционной жалобе, отмену или изменение судебного акта в оспариваемой части не влекут. 

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области А60-48256/2020 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

Председательствующий

Э.С. Иксанова 

Судьи

О.Н. Чепурченко 

М.А. Чухманцев