ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-586/2023

г. Челябинск

15 февраля 2023 года

Дело № А34-13908/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 февраля 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Жернакова А.С.,

судей Камаева А.Х., Колясниковой Ю.С., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу   индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Курганской области от 21.11.2022 по делу № А34-13908/2020.

 

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – истец, ИП ФИО3) обратился в Арбитражный суд Курганской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2) об определении пределов использования южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 установлением забора из металлического прута с характерными точками – системы координат МСК-45, зона 2: 1 (X 440 021.75, Y 2 383 046.26); 2 (X 440 012.25, Y 2 383 027.80); 3 (X 440 988.39, Y 2 382 976.69); 4 (X 440 990.31, Y 2 382 970.50) 5А; 6 (X 440 028.20, Y 2 382 943.51) – ограждения с тремя воротами с характерными точками середины ворот – I (X 440 008.66, Y 2 383 018.12); II (X 439 992.17, Y 2 382 983.50), III (X 440 033.60, Y 2 382 955.83) (с учетом уточнения предмета исковых требований, т. 4 л.д. 26-29).

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО5 (далее – ФИО5).

Решением Арбитражного суда Курганской области от 21.11.2022 (резолютивная часть от 14.10.2022) исковые требования удовлетворены в полном объеме (с учетом определения Арбитражного суда Курганской области от 12.12.2022 об исправлении опечатки).

С указанным решением суда не согласился ИП ФИО2 (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт), подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе ее податель указал, что права истца никем не были нарушены, препятствия в установке ограждения ответчиком не чинились, таких доказательств истец суду не представил. То, что ответчик проголосовал против принятия указанного решения, по мнению апеллянта, не свидетельствует о нарушении прав истца, так как проголосовало большинство собственников, ответчик высказал истцу возражения только относительно того, что нарушаются его права как собственника смежного земельного участка и гаража.

Апеллянт указал, что установление спорного ограждения (забора из металлического прута) препятствует проезду и проходу к земельному участку ответчика и зданию гаража, в котором ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность; проезд сложился за несколько десятилетий, клиенты автосервиса ответчика не смогут попасть в его гараж, что повлечет для него убытки и потерю клиентов. Апеллянт отметил, что земельный участок с кадастровым номером 45:25:030803:53 ответчик приобрел у АО КПАП № 2 ранее еще в 1998 году, с правом проезда по территории АО КПАТ № 2. Участок был приобретен еще до того, как АО КПАП № 2 произвело отчуждение земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 ФИО6, то есть на момент предоставления земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 его владельцем было АО КПАП № 2. Земельный участок ответчика с кадастровым номером  45:25:030803:53 был предоставлен с правом проезда по участку АО КПАП № 2. С 1998 года сложился порядок пользования и проезда к земельному участку с кадастровым номером 45:25:030803:33 через земельный участок с кадастровым номером участок 45:25:030803:33 еще задолго до того, как его собственниками стали ответчики, которые в настоящее время решили установить ворота и забор. 

Апеллянт полагал, что первоначальный иск заявлен с целью определить пределы использования южной частью земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33, хотя собственники данного земельного участка уже приняли такое решение 25.09.2020. Следовательно, по мнению апеллянта, иск заявлен к ответчику как к собственнику смежного земельного участка, препятствующему установке ограждения, а не как к собственнику, голосовавшему против такого решения (решение принято большинством). Поскольку установка забора нарушает права ответчика как собственника смежного земельною участка и собственника здания, апеллянт считал, что вправе требовать устранения нарушения его прав в порядке статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Апеллянт полагал, что судом первой инстанции не была дана надлежащая оценка заключению эксперта ООО «Архстройпроект» ФИО7 по результатам проведенной судебной строительно-технической экспертизы, которым было установлено, что имеются препятствия в пользовании принадлежащим ответчику зданием гаража в случае установки забора по предложенному истцом варианту.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание их представители не явились.

В соответствии со статьями 123, 156, 159 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

К дате судебного заседания в суд апелляционной инстанции от ИП ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец просил возвратить ИП ФИО2 апелляционную жалобу ввиду пропуска процессуального срока подачи апелляционной жалобы, решение суда первой инстанции ИП ФИО3 просил оставить без изменения.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из письменных материалов дела, установлено судом первой инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 10.10.2018 земельный участок с кадастровым номером 45:25:030803:33, площадью 11 340 кв.м, принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО4 (2610/11340 доли), ИП ФИО3 (6088/11340 доли), ИП ФИО2 (714/11340 доли), ФИО5 (1928/11340 доли) (приложение № 3 к исковому заявлению, поступившему посредством системы «Мой Арбитр», т. 1 л.д. 4-5).

ИП ФИО2 также на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером 45:25:030803:53, площадью 7 751 кв.м, который является смежным по отношению к земельному участку с кадастровым номером 45:25:030803:33, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 21.10.2020 № КУВИ-002/2020-32027941 (т. 1 л.д. 44-46).

На земельном участке с кадастровым номером 45:25:030803:53 расположено нежилое здание гаража с кадастровым номером 45:25:030803:201 площадью 575,4 кв.м, находящееся в собственности ИП ФИО2 (выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 23.10.2020 № КУВИ-002/2020-37027917 (т. 1 л.д. 42-43)).

Участниками долевой собственности земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 было поведено общее собрание по вопросу об определении пределов использования южной части земельного участка установлением забора из металлического прута с тремя воротами.

Согласно протоколу общего собрания участников долевой собственности от 25.09.2020 по указанному вопросу ФИО4, ИП ФИО3 и ФИО5 проголосовали «за», ИП ФИО2 проголосовал «против» (приложение № 7 к исковому заявлению, поступившему посредством системы «Мой Арбитр», т. 1 л.д. 4-5).

Ссылаясь на отсутствие единогласного решения по вопросу установления забора из металлического прута с тремя воротами на земельном участке с кадастровым номером 45:25:030803:33, ИП ФИО3 обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

В период рассмотрения спора, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.06.2021, по ходатайству ИП ФИО2 была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Архстройпроект» ФИО7.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: «Будет ли является строительство сооружения - забора из металлического прута с характерными точками 1 (Х2 378.12, Y201.96), 2 (Х2 368.97, Y183.33), 3 (Х2 346.09, Y131.78), 4 (Х2 348.13, Y125.63), 5А; 6 (Х2 386.51, Y 99.37) 7 - ограждения с тремя воротами с характерными точками (на схеме «каталог координат точек» I, II, III) с южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 препятствием для использования здания гаража (литер Е), назначение нежилое, кадастровый номер 45:25:030803:201?».

В материалы дела поступило заключение эксперта № 125/22 (т. 3 л.д. 89-142).

По результатам экспертного исследования экспертом сделан вывод, что строительство сооружения - забора из металлического прута с характерными точками 1 (Х2 378.12, У201.96), 2 (Х2 368.97, У183.33), 3 (Х2 346.09, У131.78), 4 (Х2 348.13, У125.63), 5А; 6 (Х2 386.51, У 99.37) 7 (Х2 397.44 У 125.61) -ограждения с тремя воротами с характерными точками (на схеме «каталог координат точек» I, II, III) с южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 будет являться препятствием для использования здания гаража (литер Е), назначение нежилое, кадастровый номер 45:25:030803:201.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что расположением ограждения (забора) на границе принадлежащего лицам, участвующим в деле, земельного участка права ответчика, как собственника данного земельного участка, нарушены быть не могут, поскольку по смыслу пункта 2 статьи 262 ГК РФ собственник вправе оградить земельный участок и иным способом пресечь доступ к нему всех иных лиц, и лишь в случае отсутствия такого обособления доступ к участку для прохода через него может считаться свободным. Суд также исходил из того, что ответчиком не представлено доказательств и не заявлено требований об урегулировании пределов пользования земельным участком с кадастровым номером 45:25:030803:33 иным образом, нежели указанным в решении общего собрания собственников земельного участка от 25.09.2020.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения суда, оценив доводы апелляционной жалобы ответчика, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта.

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (пункт 1 статьи 1 ГК РФ).

На основании пунктов 2, 3 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (пункт 2 статьи 209 ГК РФ).

В пунктах 2, 3 статьи 261 ГК РФ предусмотрено, что, если иное не установлено законом, право собственности на земельный участок распространяется на находящиеся в границах этого участка поверхностный (почвенный) слой и водные объекты, находящиеся на нем растения. Собственник земельного участка вправе использовать по своему усмотрению все, что находится над и под поверхностью этого участка, если иное не предусмотрено законами о недрах, об использовании воздушного пространства, иными законами и не нарушает прав других лиц.

По смыслу указанных правовых норм реализация собственником своих полномочий в отношении принадлежащего ему имущества не должна приводить к неоправданному нарушению (ограничению) прав и охраняемых законом интересов других лиц.

Согласно пункту 1 статьи 244 ГК РФ имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности.

Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность) (пункт 2 статьи 244 ГК РФ).

На основании пункта 4 статьи 244 ГК РФ общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона. Общая собственность на делимое имущество возникает в случаях, предусмотренных законом или договором.

Пунктом 1 статьи 247 ГК РФ установлено, что владение и пользование имуществом, находящимся в общей долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при не достижении согласия – в порядке, устанавливаемом судом.

Применительно к разъяснениям, изложенным в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая такое требование, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования.

Как следует из материалов дела, ФИО4, ИП ФИО3, ИП ФИО2, ФИО5 являются общими долевыми сособственниками земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33, площадью 11 340 кв.м.

Участниками долевой собственности земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 было поведено общее собрание по вопросу об определении пределов использования южной части земельного участка установлением забора из металлического прута с тремя воротами.

Согласно протоколу общего собрания участников долевой собственности от 25.09.2020 по указанному вопросу ФИО4, ИП ФИО3 и ФИО5 проголосовали «за», ИП ФИО2 проголосовал «против».

Поскольку участники долевой собственности не пришли к единогласному решению по вопросу установления забора из металлического прута с тремя воротами на земельном участке с кадастровым номером 45:25:030803:33, применительно к норме пункта 1 статьи 247 ГК РФ ИП ФИО3 правомерно обратился в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что права истца не были нарушены, препятствия в установке ограждения ответчиком не чинились; то, что ответчик проголосовал против принятия указанного решения, не свидетельствует о нарушении прав истца, так как проголосовало большинство собственников, ответчик высказал истцу возражения только относительно того, что нарушаются его права как собственника смежного земельного участка и гаража, не состоятельны.

Поскольку участники долевой собственности земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 при проведении собрания 25.09.2020 не смогли договориться по обозначенному вопросу пользования указанным земельным участкам, в силу пункта 1 статьи 247 ГК РФ такой вопрос мог быть разрешен только судом.

ИП ФИО3 в заявленном иске предложил определить пределы использования южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 установлением забора из металлического прута с характерными точками – системы координат МСК-45, зона 2: 1 (X 440 021.75, Y 2 383 046.26); 2 (X 440 012.25, Y 2 383 027.80); 3 (X 440 988.39, Y 2 382 976.69); 4 (X 440 990.31, Y 2 382 970.50) 5А; 6 (X 440 028.20, Y 2 382 943.51) – ограждения с тремя воротами с характерными точками середины ворот – I (X 440 008.66, Y 2 383 018.12); II (X 439 992.17, Y 2 382 983.50), III (X 440 033.60, Y 2 382 955.83).

Суд первой инстанции счел указанные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, указав, что расположением ограждения (забора) на границе принадлежащего лицам, участвующим в деле, земельного участка права ответчика, как собственника данного земельного участка, нарушены быть не могут, поскольку ответчик сам является сособственником земельного участка.

Вместе с тем, судом первой инстанции не было учтено следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Способы защиты гражданских прав приведены в статье 12 ГК РФ, при этом избранный способ защиты должен соответствовать характеру и последствиям нарушения, в случае удовлетворения требований заявителя должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав, при этом не создавая новых притязаний (исков) сторон спора друг к другу.

Из материалов дела следует, что ИП ФИО2 является не только сособственником земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33, площадью 11 340 кв.м, но также и самостоятельным собственником смежного с ним земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:53, площадью 7 751 кв.м, на котором располагается принадлежащее ответчику нежилое здание гаража с кадастровым номером 45:25:030803:201 площадью 575,4 кв.м.

В ходе судебного разбирательства ИП ФИО2 давал письменные пояснения о том, что целью приобретения доли в праве на земельный участок с кадастровым номером 45:25:030803:33 являлось обеспечение беспрепятственного пользования принадлежащими ответчику зданием гаража.

Таким образом, применительно к нормам пунктов 2, 3 статьи 1, пунктов  1, 2 статьи 209, пункта 1 статьи 247 ГК РФ суду первой инстанции надлежало установить, не нарушает ли предложенный истцом порядок использования южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 права и законные интересы ИП ФИО2 не только как сособственника указанного земельного участка, но и как собственника смежного с ним земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:53, в силу того, что ИП ФИО2 фактически располагает правом и возможностью использовать оба указанных участка.

В период рассмотрения спора, определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.06.2021, по ходатайству ИП ФИО2 была назначена судебная экспертиза. 

На разрешение эксперта был поставлен вопрос: «Будет ли является строительство сооружения - забора из металлического прута с характерными точками 1 (Х2 378.12, Y201.96), 2 (Х2 368.97, Y183.33), 3 (Х2 346.09, Y131.78), 4 (Х2 348.13, Y125.63), 5А; 6 (Х2 386.51, Y 99.37) 7 - ограждения с тремя воротами с характерными точками (на схеме «каталог координат точек» I, II, III) с южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 препятствием для использования здания гаража (литер Е), назначение нежилое, кадастровый номер 45:25:030803:201?».

В материалы дела поступило заключение эксперта № 125/22 (т. 3 л.д. 89-142).

В исследовательской части заключения эксперта указано, что конструктивной особенностью въездных ворот в ремонтный цех гаража ИП ФИО2 является отсутствие возможности полного открывания, когда створка ворот прижимается к наружной стене (стр. 18 заключения). 

В результате проведенных измерений с применением геодезической спутниковой аппаратуры STONEX S9 GNSS, имеющей необходимую поверку, был установлен факт размещения части столбов забора (до принятия обеспечительных мер по делу) на границе земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33, данные о которой имеются в Едином государственном реестре недвижимости (стр. 26 заключения). Расстояние от установленных столбов ограждения до стены гаража с двумя воротами максимально составило 5,9 м (стр. 28 заключения).

Эксперт отметил, что установленные в ходе проведения судебной экспертизы конструктивные особенности ворот № 1 и № 2 в северном торцевом фасаде здания, когда створки ворот не имеют полного открывания к плоскости стены, уменьшают имеющееся расстояние на 1,1 метра. Данные обстоятельства будут являться существенными при уменьшении размера площадки перед воротами с 11,6 метра до 5,9 метра (стр. 28 заключения).

Фактические данные экспертных исследований при проведении судебной экспертизы указывают на наличие сложившегося порядка пользования земельными участками без наличия ограждения на смежной границе, когда въезд и выезд транспортного средства из здания гаража осуществляется беспрепятственно на площадку перед воротами шириной 11,6 метра (стр. 28-29 заключения).

Эксперт указал, что согласно требованиям СП 18.13330.2019 «Свод правил. Производственные объекты. Планировочная организация земельного участка (Генеральные планы промышленных предприятий)» при наличии въезда в здание двухосных автомобилей величина расстояния, позволяющая обеспечить безопасное маневрирование при движении автотранспорта снаружи внутрь здания составит с учетом ширины проезда в 3,5 метра: 8 + 3,5 = 11,5 метров. При этом данное требование СП 18.13330.2019 учитывают размещение (наличие) одного въезда в здание, тогда как фасад исследуемого здания гаража имеет два въезда-выезда в помещения, где рабочие процессы по ремонту и покраске автомобилей протекают одновременно и независимо друг от друга. В силу изложенного эксперт пришел к выводу, что только существующая площадка шириной 11,6 метра перед фасадом здания, имеющим двое ворот, способна обеспечить нормальное беспрепятственное и безопасное движение автотранспортных средств въезд и выезд, их перемещение в помещения гаража для проведения ремонта и движение пешеходов одновременно.

Экспертом было установлено наличие дополнительно следующих обстоятельств, когда здание гаража-стоянки автотранспорта УВД, расположенное на смежном земельном участке с кадастровым номером 45:25:030803:74, имеет на фасаде в сторону земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:53 ворота для эвакуации транспорта на случай чрезвычайной ситуации в количестве 2 штук. На фасаде здания предусмотрены элементы подключения системы внутреннего пожаротушения здания гаража-стоянки УВД для подачи воды снаружи от приезжающих спецавтомобилей пожарной охраны. Такое расположение ворот для эвакуации предусматривает возможность движения эвакуированных автомобилей через территорию земельных участков с кадастровыми номерами 5:25:030803:33 и 45:25:030803:53 в сторону магистральной улицы Химмашевская.

Дополнительно эксперт отметил, что уменьшение размера площадки перед воротами здания гаража путем установки забора из металлического прута приведет к нарушению требований СП 4.13130 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям», утвержденных приказом МЧС России от 24.04.2013 № 288 «Об утверждении свода правил (вместе с СП 4.13130.2013. Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям»), в которых в п. 8.8. указано на требуемую величину расстояния от внутреннего края подъезда до наружной стены для зданий высотой до 28 метров включительно - от 5 до 8 метров. 

Эксперт установил, что наличие полезной ширины пространства в 5,9 метра не позволит провести работы по приведению всех механизмов и устройств спецтехники в рабочее состояние и будет препятствовать выполнению действий по тушению пожара в здании гаража в случае наступления чрезвычайной ситуации; устройство ограждения из металлического прута (даже с устройством трех ворот) на границе земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 и смежной границе земельных участков с кадастровыми номерами 45:25:030803:33 и 45:25:030803:53 способно создать препятствия для проезда пожарных машин и спасательной техники в случае возникновения чрезвычайной ситуации в здании гаража-стоянки УВД, в силу чего по результатам экспертного исследования экспертом был сделан вывод, что строительство сооружения - забора из металлического прута с характерными точками 1 (Х2 378.12, У201.96), 2 (Х2 368.97, У183.33), 3 (Х2 346.09, У131.78), 4 (Х2 348.13, У125.63), 5А; 6 (Х2 386.51, У 99.37) 7 (Х2 397.44 У 125.61) - ограждения с тремя воротами с характерными точками (на схеме «каталог координат точек» I, II, III) с южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 будет являться препятствием для использования здания гаража (литер Е), назначение нежилое, кадастровый номер 45:25:030803:201.

Экспертное заключение носит утвердительный  характер, основано на достаточно исследованном материале, выводы эксперта логичны, ясны и непротиворечивы. Доказательств некомпетентности выбранной судом первой инстанции экспертной организации (эксперта), нарушений законодательства экспертом и иных злоупотреблений при проведении экспертизы в материалах дела не имеется. Эксперт в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности, соответственно правовых оснований не доверять экспертному заключению у суда апелляционной инстанции не имеется.

Следовательно, и у суда первой инстанции отсутствовали основания для отклонения заключения эксперта № 125/22 как доказательства невозможности определения пределов использования южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 установлением забора из металлического прута по предложенному истцом варианту.

Вывод суда первой инстанции о том, что наличие выводов эксперта о наличии препятствий в пользовании ответчиком соседним участком установлением ограждения на земельном участке с кадастровым номером 45:25:030803:33 не имеет правового значения, противоречит фактическим обстоятельствам дела, а также логике действий самого суда, принявшего процессуальное решение о наличии оснований для проведения по делу судебной экспертизы. 

Возражения, обозначенные истцом относительно результатов проведенной по делу судебной экспертизы, отклонены судебной коллегией за необоснованностью. ИП ФИО3 выводы заключения эксперта № 125/22 документально не опроверг, с ходатайством о назначении по делу дополнительной или повторной судебной экспертизы, в том числе с целью определения иного возможного порядка использования южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 установлением забора из металлического прута, к суду первой или апелляционной инстанции не обратился.

При указанных фактических обстоятельствах дела, принимая во внимание неопровергнутые выводы заключения эксперта № 125/22, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что правовых и фактических оснований для  определения порядка использования южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 установлением забора из металлического прута по предложенному варианту истца у суда первой инстанции не имелось, поскольку такой вариант неминуемо приведет к порождению иных споров (например, негаторного иска) с участием тех же сторон.

Поскольку иной возможный порядок использования южной части земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 установлением забора из металлического прута ИП ФИО3 как инициатор судебного спора не предложил, а указанный им в иске порядок не применим по выше обозначенным мотивам, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в удовлетворении иска ИП ФИО3 в заявленной редакции суду первой инстанции следовало отказать.

Довод отзыва ИП ФИО3 на апелляционную жалобу о том, что установка забора на границе земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 при наличии в нем трех ворот не препятствует проезду техники ответчика, несостоятелен, поскольку установка забора в первую очередь вносит ограничения в использовании здания гаража (литер Е), назначение нежилое, кадастровый номер 45:25:030803:201, который принадлежит ответчику.

Ссылка ИП ФИО3 на отсутствие установленного в пользу ИП ФИО2 сервитута земельного участка с кадастровым номером 45:25:030803:33 также несостоятельна, поскольку в силу статей 246, 247 ГК РФ   ИП ФИО2 вправе использовать указанный земельный участок и без установления сервитута.

Довод ИП ФИО3 о недоказанности пользу ИП ФИО2 отсутствия иных мест въезда в здание опровергается техническим паспортом на здание гаража (т. 2 л.д. 62) и письменными пояснениями судебного эксперта (т. 4 л.д. 10; позиция 11) о наличии поперечной стены в здании, препятствующей сквозному движению транспорта в гараже.

Довод отзыва ИП ФИО3 на апелляционную жалобу о пропуске ответчиком срока на подачу апелляционной жалобы не нашел своего подтверждения по материалам дела, поскольку при сроке обжалования решения суда первой инстанции до 21.12.2022, апелляционная жалоба ответчиком по почте была подана 20.12.2022 (т. 4 л.д. 136).

Решение суда первой инстанции подлежит отмене как основанное на неправильном применении норм материального права, а также противоречащее фактическим обстоятельствам дела.

В удовлетворении заявленного ИП ФИО3 иска суд апелляционной инстанции отказывает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по иску и по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ и в силу отказа в удовлетворении заявленного иска, в силу удовлетворения заявленной апелляционной жалобы относятся на истца – ИП ФИО3

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу части 6 статьи 110 АПК РФ неоплаченные или не полностью оплаченные расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию в пользу эксперта или государственного судебно-экспертного учреждения с лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

С учетом результатов рассмотрения дела, отказа истцу в удовлетворении требований, с ИП ФИО3 в пользу ИП ФИО2 подлежат взысканию 15 000 руб. судебных расходов по оплате судебной экспертизы по делу, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Оснований для распределения взысканных судом первой инстанции судебных расходов по представлению экспертом письменных пояснений по заданным вопросам в размере 10 000 руб. судебной коллегией не усмотрено.

На основании части 1 статьи 107 АПК РФ экспертам, специалистам, свидетелям и переводчикам возмещаются понесенные ими в связи с явкой в арбитражный суд расходы на проезд, расходы на наем жилого помещения и дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные).

Согласно части 2 указанной статьи эксперты получают вознаграждение за работу, выполненную ими по поручению арбитражного суда, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей как работников государственных судебно-экспертных учреждений. Специалисты получают вознаграждение за работу, выполненную ими по поручению арбитражного суда, если они не являются советниками аппарата специализированного арбитражного суда.

В силу пункта 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» на основании положений статьи 106, частей 1 и 2 статьи 107 АПК РФ эксперту возмещаются расходы, понесенные им в связи с явкой в суд (расходы на проезд, наем жилого помещения и дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные)), и выплачивается вознаграждение за работу, выполненную им по поручению суда. При определении размера вознаграждения эксперту учитываются также его расходы, связанные с выездом к объекту исследования.

На основании изложенного апелляционный суд приходит к выводу, что эксперту подлежат выплате только вознаграждение за работу, выполненную экспертом по поручению суда (экспертное исследование), а также расходы, понесенные им в связи с явкой в суд (расходы на проезд, наем жилого помещения и дополнительные расходы, связанные с проживанием вне места постоянного жительства (суточные)).

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» проведение экспертом дополнительных работ, увеличение количества экспертных часов, затраченных экспертом на производство экспертизы, по общему правилу, если это не связано с не зависящими от эксперта обстоятельствами, например, постановкой перед экспертом дополнительных вопросов, предоставлением ему дополнительных материалов, не являются основаниями для изменения размера вознаграждения, установленного по согласованию с участвующими в деле лицами и экспертом (экспертным учреждением, организацией) в определении о назначении экспертизы.

Согласно пункту 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» в исключительных случаях, когда по объективным причинам эксперт не может заранее рассчитать затраты на проведение экспертизы (например, ввиду характера и объема исследуемых объектов), по согласованию с участвующими в деле лицами, по ходатайству или с согласия которых назначается экспертиза, и экспертом (экспертным учреждением, организацией) суд при назначении экспертизы может определить предварительный размер вознаграждения эксперта. При этом эксперт информирует суд, а также лиц, участвующих в деле, о пределах возможного увеличения размера вознаграждения ввиду невозможности заранее рассчитать все затраты на производство экспертизы, а также об обстоятельствах, влияющих на увеличение стоимости исследований.

Выплата эксперту (экспертному учреждению, организации) вознаграждения в размере, превышающем установленный в определении о назначении экспертизы предварительный размер вознаграждения, может быть произведена только при наступлении указанных обстоятельств и с учетом абзаца второго части 2 статьи 107 АПК РФ.

Не производится выплата эксперту (экспертному учреждению, организации) вознаграждения сверх согласованных при назначении экспертизы пределов увеличения размера вознаграждения.

Поскольку заявленные экспертом расходы в размере 10 000 руб. связаны с подготовкой письменных ответов на вопросы сторон спора, возникших при изучении экспертного заключения, в силу части 2 статьи 55 АПК РФ лицо, которому поручено проведение экспертизы, обязано по вызову арбитражного суда явиться в суд и дать объективное заключение по поставленным вопросам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что расходы в размере 10 000 руб. не подлежат отдельному возмещению.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Курганской области от 21.11.2022 по делу № А34-13908/2020 отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 15 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

А.С. Жернаков

Судьи:

А.Х. Камаев

Ю.С. Колясникова