ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-43/2020

20 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/сд.3

Резолютивная часть постановления объявлена     13 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  20 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Морозовой Н.А., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1

при участии:  

 согласно протоколу судебного заседания

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-11695/2022, 13АП-11693/2022)  ФИО2, ФИО3  на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2022 по делу № А56-43/2020 (судья Тарасова М.В.), принятое по результатам  рассмотрения заявления финансового управляющего ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 14.01.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 по заявлению ФИО6.

Определением от 02.07.2020   заявление ФИО6 о признании несостоятельным (банкротом) Купера Р.Р. (далее – должник) удовлетворено, в отношении должника введена процедура реструктуризация долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 09.07.2021 должник признан банкротом, в его отношении введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Финансовый  управляющий   обратился в арбитражный суд с заявлением,  уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее –АПК РФ),   о признании  недействительными последовательных сделок, совершенных  с квартирой, расположенной по адресу: 

<

...> - договора купли-продажи квартиры от 20.01.2017, заключенного между должником и ФИО3, договора купли-продажи квартиры от 21.10.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО2.

В качестве применения последствий недействительности сделки финансовый управляющий  просил  вернуть в конкурсную массу должника спорную квартиру.

Определением от  29.03.2022 заявление финансового управляющего удовлетворено,  суд признал  договоры купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Невский 

<

...>, заключенные 20.01.2017 между Купером Р.Р. и ФИО3, а затем 21.10.2020 между ФИО3 и ФИО2, недействительными сделками. Применил  последствия недействительности сделок – обязал ФИО2  вернуть в конкурсную массу Купера Р.Р. квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, Невский 

<

...>.

В апелляционной жалобе ФИО3, считая определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, просит определение отменить,  в удовлетворении заявленных требований отказать.

Указала, что   действительность договора купли-продажи от 20.01.2017 оценивалось в рамках рассмотрения дела №2-279/19 в суде Куйбышевского района Санкт-Петербурга. В рамках данного дела также исследовался порядок расчетов между сторонами, в том числе использование ФИО3 кредитных денежных средств, предоставленных ПАО «Сбербанк», для осуществления расчетов с должником. В материалы  настоящего обособленного спора   также представлены доказательства реальности расчетов сторон по  оспариваемым договорам.

По мнению подателя жалобы, оснований для квалификации оспариваемых сделок как единой не имеется, учитывая большой временной разрыв между ними. Вопреки  выводам суда первой инстанции  факт проживания  в спорной квартире  Купера Р.Р. не подтвержден надлежащими доказательствами.

В апелляционной жалобе  ФИО2,  считая определение незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов суда обстоятельствам  дела,  просит определение отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Указал, что приобрел спорную квартиру исключительно в собственных интересах. При заключении  договора им  проведена  проверка рисков приобретения квартиры, по результатам которой было установлено, что  на спорную квартиру был наложен арест в рамках исполнительного производства №32445/16/780, который впоследствии снят по  заявлению ФИО3 

Вступившим в законную силу  решением Куйбышевского районного суда  города Санкт-Петербурга от 17.04.2019 по делу №2-279/19 договор от  20.01.2017  купли-продажи спорной квартиры  между должником и ФИО3  признан действительным. 

 По мнению подателя жалобы,  ФИО2 является добросовестным приобретателем, аффилированность сторон  оспариваемых сделок   не доказана, как и взаимосвязь для признания  их единой сделкой. 

ФИО5 поддержал доводы апелляционных жалоб по основаниям, изложенным в отзыве, указывая, что после продажи спорной квартиры прекратил ее использование, оснований для признание оспариваемых договоров недействительными не имеется. Заявил о том, что деньги в оплату проданной квартиры получил от ФИО3 полностью.  

Финансовый управляющий должником возразил против удовлетворения апелляционных  жалоб  по основаниям, изложенным в отзыве,  просил определение оставить без изменения, полагая доказанной необходимую совокупность обстоятельств для признания оспариваемых договоров недействительными.

В судебном заседании участвующие лица поддержали свои правовые позиции по основаниям, изложенным в отзывах, письменных пояснениях и апелляционных жалобах.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123, абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ)  с учетом пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», в судебное заседание не явились.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ  апелляционный суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела,  между Купером Р.Р. и  (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор  от  20.01.2017 купли продажи  квартиры  114 общей площадью 137,7 кв.м с кад.№78:31:0001219:3841, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Невский проспект д. 88, литер А. Согласно пункту 2.1 договора стоимость квартиры составляет 20 000 000 руб. Часть стоимости объекта в размере  5 000 000 руб. оплачивается за счет собственных средств покупателя. Часть стоимости объекта в сумме 15 000 000 руб. оплачивается за счет целевых кредитных денежных средств, предоставленных ФИО3 и ФИО7 в соответствии с кредитным договором от 20.01.2017 №91933

<

***>, заключенным  с ПАО «Сбербанк  России» (пункты 2.2.1, 2.2.2 договора).

В соответствии с пунктом 2.3 договора расчеты по договору производятся с использованием индивидуального сейфа банка.

Согласно пункту 3.2 договора  при регистрации права собственности  покупателя на объект одновременно подлежит регистрации право залога объекта в пользу Банка. Залогодержателем по данному  залогу является Банк, а залогодателем покупатель.

Государственная регистрация перехода права собственности осуществлена  26.01.2017.

Впоследствии между ФИО3 (продавец) и ФИО2, заключен договор купли продажи  от 21.10.2020 вышеуказанной квартиры.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость объекта составляет 20 000 000 руб. Часть стоимости объекта в сумме 8 975 000 руб. оплачивается   за счет собственных денежных средств покупателя. Часть стоимости объекта в сумме 11 025 000 руб. за счет целевых кредитных денежных средств, предоставленных в соответствии  с кредитным договором от 21.10.2020 №94220966 ПАО «Сбербанк» (пункты 2.2.1,2.2.2 договора).

Согласно пункту 3.2 договора  при регистрации права собственности  покупателя на объект одновременно подлежит регистрации право залога объекта в пользу Банка. Залогодержателем по данному  залогу является Банк, а залогодателем покупатель.

Государственная регистрация права собственности произведена  20.12.2020.

Финансовый управляющий, полагая, что договоры в отношении одного и того же объекта недвижимости заключены между фактически аффилированными лицами в отсутствие утраты должником пользования и владения спорной квартирой, обладают признаками мнимости (статья 170 Гражданского Кодекса Российской Федерации – далее ГК РФ). Указал, что сделки совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (вывод актива), что подпадает под признаки недействительности сделки, указанные в пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции,  сделав вывод, что  оспариваемые договоры заключены между аффилированынми лицами, ФИО3 и ФИО2 являются  лишь формальными собственниками спорной квартиры, их участие в цепочке последовательных сделок по отчуждению  квартиры обусловлено единой волей должника, направленной на вывод ликвидного актива должника из конкурсной массы, удовлетворил заявленные требования. При этом, указал в мотивировочной части    о добросовестности ПАО «Сбербанк» и сохранении  ипотеки в отношении спорной квартиры.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовые позиции иных участвующих в деле лиц в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд пришел к выводу об отмене обжалуемого определение, по следующим основаниям. 

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе предъявлять иски о признании недействительными сделок, совершенных должником, в том числе по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 названного Закона.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. 

Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ; продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска; в рамках дела о банкротстве по требованию о признании нескольких сделок единой сделкой (пункта 2 статьи 170 ГК РФ), совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для признания договоров купли продажи от 20.01.2017 и от 21.10.2020 единой сделкой, подлежащей оспариванию в рамках дела о банкротстве суд должен установить  признаки   ничтожности  договора  от 20.01.2017, установленных статьей 170 ГК РФ исходя из общегражданских оснований.

По правилам пункта 1 статьи 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1). Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2).

Для признания сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом, сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

В рамках дела  №2-279/2019 находившегося в производстве Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга рассматривался иск  кредитора ФИО6 о признании недействительным  договора от  20.01.2017,  со ссылкой на его  мнимость,  отсутствие цели создать соответствующие правовые последствия,   направленность на уход от гражданско-правовой ответственности.

Вступившим в законную силу  решением  Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 17.04.2019 №2-279/2019 в удовлетворении иска отказано, в рамках данного дела установлено, что договор купли-продажи от 20.01.2017 был исполнен сторонами, произведена оплата, в том числе с привлечением заемных денежных средств. Переход права собственности на квартиру зарегистрирован в установленном законом порядке. Судом не установлено признаков  ничтожности или мнимости (притворности)   договора.

В соответствии с частью 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Таки образом,  суд первой инстанции неправомерно отклонил ссылку ответчика на вышеуказанный судебный  акт суда общей юрисдикции, которым оценивались  аналогичные доводы о ничтожности договора.

Правовой механизм защиты кредиторов, полагающих свои права нарушенными судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, считающих предъявленное к включению в реестр требование необоснованным), разъяснен в пункте 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве".

Это означает, что обжалование судебных актов, на которых основаны заявленные в деле о банкротстве требования, должно осуществляться в соответствии с порядком, установленным процессуальным законом применительно к конкретным видам судопроизводства и категориям споров, а не путем их пересмотра арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2022 N 305-ЭС21-29326).

Из материалов дела следует, что финансовый управляющий должником  не принимал  мер по обжалованию вышеуказанного судебного акта суда общей юрисдикции.

Кроме того,  в рамках настоящего обособленного спора  стороны оспариваемых сделок    раскрыли      обстоятельства заключения оспариваемых  сделок.

Так, из представленных в дело справок ПАО «Сбербанк» (Ф.551, Ф. 

<

***>, Ф.319) следует факт зачисления кредитных средств 20.02.2017н а расчетный счет ФИО3. №40817810455863488356 и снятия ею денежных средств в этот же день наличными в сумме 15 000 000 руб.

В качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по кредитному договору Банку в залог (ипотеку) предоставлена квартира, государственная регистрация ипотеки в силу закона произведена 26.01.2017, номер регистрации: 78:31:0001219:3841-78/042/2017-1.

Пунктом 2.3. договора купли-продажи от 20.01.2017 установлены расчеты с использованием индивидуального сейфа Банка. Этим же пунктом подтверждено соответствие продажной стоимости квартиры ее рыночной цене в размере 20 074 000 руб. на основании отчета № 045ИК/16 от 20.12.2016, выполненного ООО «Консалтинговое бюро КМС».

Из пункта 11 кредитного договора от 20.01.2017 № 91933

<

***> усматривается, что кредит выдается на приобретение объекта недвижимости: трехкомнатной квартиры, общей площадью 137,7 кв. м., расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Невский проспект  д. 88, литера А, квартира 114.

В материалах дела имеется заверенный ПАО «Сбербанк»  трехсторонний договор аренды индивидуального сейфа от 20.01.2017 № 9055-1915-000063238 для осуществления клиентами расчетов по кредитному договору от 20.01.2017 №91933

<

***> для оплаты объекта недвижимости по адресу: Санкт-Петербург, Невский 

<

...>. Договор подписан ФИО3. (покупатель) и Купером P.P. (продавец), заверен представителем ПАО «Сбербанк».

В соответствии с пунктом 3.3.2 данного договора допуск продавца (Купера P.P.) к сейфу в отсутствии покупателя (ФИО3.) допускается только после предъявления договора купли-продажи, содержащего специальную регистрационную надпись, удостоверяющую право собственности покупателя на данный объект, и специальную регистрационную надпись, удостоверяющую проведение государственной регистрации ипотеки в силу закона в пользу Банка.

В материалах дела имеется справка от 03.12.2020 о расчетах между сторонами по договору купли-продажи от 20.01.2017, согласно которой ФИО8 (продавец) и ФИО3 (покупатель) по требованию ПАО «Сбербанк»  подтверждают произведенные расчеты в наличной форме по договору. Данная справка имеет силу расписки, подтверждающей факт передачи наличных денег в счет оплаты договора купли-продажи.

Таким образом, ФИО3 подтвердила факт оплаты по оспариваемому договору. Также пояснила, что квартира приобреталась для ее дочери, которая впоследствии  приняла решение остаться заграницей, чем обусловлена последующая продажа данного объекта недвижимости.

Надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что после продажи спорной квартиры она из владения должника не выбывала в материалы дела не представлено.

Данные биллинга номера телефона  Купера А.А., сведения о доставке воды такими доказательствами не являются и не подтверждают факт его проживания в спорной квартире.

Адрес регистрации должника является Санкт-Петербург, пер. Ульяны ФИО9, д.1/13, кв.28. Акт осмотра данной квартиры финансовым управляющим не опровергает данного обстоятельства.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Также  в материалы дела предоставлены лицевые счета на оплату коммунальных услуг, из которых следует, что с февраля 2017 года они оформлены на имя ФИО3. и оплачивались ею до реализации квартиры ФИО2

При этом, апелляционный суд принимает во внимание, что в случае преследования цели исключения спорной квартиры из конкурсной массы должника установление в отношении квартиры обременения в виде ипотеки не соответствует данной цели.

Исходя из представленных в материалы дела    документов следует, что  ФИО3  уплачивались проценты по кредитному договору, заключенному  с ПАО «Сбербанк». 

Наличие между ФИО3 и должником иных гражданско-правовых отношений, в том числе заемных  с должной степенью достоверности не опровергают  реальность правоотношений сторон  по оспариваемому договору, которая в частности была установлена    решением  Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 17.04.2019 №2-279/2019.

Ссылка финансового управляющего  на  аффилированность сторон оспариваемых сделок подлежит отклонению апелляционным судом как необоснованная, поскольку  при недоказанности  их недобросовестности    не свидетельствует о недействительности этой сделки, а только устанавливает опровержимые презумпции, которые в рамках настоящего дела   ответчиками  опровергнуты.

Согласно  положениям пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными.

В настоящем случае должник не является стороной договора  купли-продажи от 21.10.2020.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, оснований считать оспариваемые договоры единой цепочкой взаимосвязанных сделок не имеется, принимая во внимание, в том числе даты подписания и государственной регистрации перехода права собственности, между оспариваемыми сделками прошло около четырех лет.

При этом, ФИО2  также доказано, что у него имелась финансовая возможность оплатить часть стоимости квартиры из собственных средств, как того требует пункт  26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве".

Факт оплаты кредитной части стоимости квартиры подтверждается платежным поручением № 31-1 от 01.12.2020 со счета ФИО2 на счет ФИО3 

Наличные деньги были им переданы ФИО3 в присутствии представителя банка, ФИО3 написала расписку в получении этих денег, которая храниться в банке, копия расписки, заверенная ПАО Сбербанк», была представлена в электронном виде с пояснением к отзыву (т. 2 л.д. 66-67).

 В результате завершения этой сделки ФИО3. выдана вправка о погашении ипотеки в ПАО «Сбербанк», а новому собственнику ФИО2 оформлен в ПАО «Сбербанк» договор ипотеки, по которому он по настоящее время исполняет  обязательства.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что имело место исполнение сделки сторонами и достижения тех правовых последствий, на создание которых были направлены сделка.

Вопреки выводам суда первой инстанции финансовым управляющим  надлежащими доказательствами не подтверждены сомнения в добросовестности действий сторон при заключении оспариваемых договоров.

При таких обстоятельствах обращение в арбитражный суд с настоящими требованиями фактически направлено на преодоление вступившего в законную силу судебного акта суда общей юрисдикции в нарушение установленного порядка, что является недопустимым.

Исходя из изложенного, обжалуемое определение подлежит отмене, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 29.03.2022 по делу №  А56-43/2020   отменить.

Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления финансового управляющего отказать.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

 

Н.А. Морозова

 И.В. Сотов