АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1593/24 

Екатеринбург

14 июня 2024 г.

 

Дело № А50-24107/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июня 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О.Г.,

судей Артемьевой Н.А., Павловой Е.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Новатэк-Пермь» (далее – общество «Новатэк-Пермь») на определение Арбитражного суда Пермского края от 12.10.2023 по делу № А50-24107/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 по тому же делу.

Определениями от 15.04.2024, 20.05.2024 судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) откладывалось. 

В судебном заседании, возобновленном после отложения 05.06.2024, приняли участие представители:

общества «Новатэк-Пермь» – ФИО1 (доверенность от 01.01.2024 № 8, паспорт, диплом).

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

 

Решением Арбитражного суда Пермского края от 21.03.2022 общество с ограниченной ответственностью «Мой дом» (далее – общество «Мой дом») признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Определением от 05.04.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2. 

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО4, общество «Дом» к субсидиарной ответственности, в соответствии с которым заявитель просит признать доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; установить размер субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом в размере 8 621 858 руб.; приостановить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за непередачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, невозможность полного погашения требований кредиторов до окончания взыскания конкурсным управляющим дебиторской задолженности и расчетов с кредиторами (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом в порядке, установленном статьей 49 АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 12.10.2023 в удовлетворении заявления отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 указанное определение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Новатэк-Пермь» просит указанные судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение.

Заявитель кассационной жалобы полагает ошибочным и несоответствующим судебной практике Верховного Суда Российской Федерации вывод судов о том, что превышение размера кредиторской задолженности над размером активов не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства, а действующее законодательство не предполагает, что руководитель должника обязан обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом как только активы общества стали уменьшаться. По мнению заявителя, вывод судов о наличии у должника временных финансовых затруднений не соответствует обстоятельствам дела. Заявитель ссылается на отсутствие доказательств наличия и реализации ответчиками антикризисного плана. Общество «Новатэк-Пермь» обращает внимание, что судами не установлено каких-либо внешних, не зависящих от воли руководства должника обстоятельств, повлекших ухудшение платежной дисциплины. Материалами дела не подтвержден также довод ФИО3 о неоднократном обращении в уполномоченные органы с вопросом о повышении тарифов. Заявитель жалобы выражает несогласие также с выводами судов о ведении ответчиками планомерной работы по взысканию дебиторской задолженности. Кроме того, по мнению общества «Новатэк-Пермь», выводы о заведомо убыточной деятельности должника носят предположительный характер и не подтверждаются материалами дела. Заявитель жалобы не согласен также с выводами судов о недоказанности выставления обществом с ограниченной ответственностью «Дом» (далее – общество «Дом») в квитанциях задолженности населения перед должником. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела,   общество «Мой дом» зарегистрировано в качестве юридического лица 21.02.2014 с основным видом деятельности - управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе.

Учредителями (участниками)  общества «Мой дом» являются: Власова Надежда Павловна, ФИО4, ФИО5, ФИО3 с размером доли 25% у каждого.

Директором общества до веедении процедуры конкурного упроизводства являлся ФИО3

Конкурсный управляющий указывает, что по состоянию на апрель 2023 года в реестр требований кредиторов должника включены требования на сумму 9 407 073,53 руб., задолженность по текущим обязательствам составляет 95 120 руб.

Обращаясь с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурный управляющий указал, что:

- директор должника ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за не исполнение обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом, не передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, не возможность взыскания дебиторской задолженности, непринятие мер по ее взысканию, перевод бизнеса.

- ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку являясь участником и бухгалтером должника, обладая сведениями о наступлении признаков неплатежеспособности,  не инициировала вопрос о созыве общего собрания для решения вопроса об обращении с заявлением о признании должника банкротом. 

- общество «Дом» подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку на данное лицо был переведен бизнес должника, данное общество получало за должника задолженность, является действующим юридическим лицом.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для привлечения  указанных лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве. Суд апелляционной инстанции с данным выводом согласился, при этом суды руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий среди прочего ссылается на наличие оснований для привлечения директора должника ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение им обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом. Также конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4, которая являлась бухгалтером должника и была осведомлена о наступлении признаков неплатежеспособности, как учредитель должника с долей участия 25% не инициировала вопрос о созыве общего собрания для решения вопроса об обращении с заявлением о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

В соответствии с пунктом 2 названной статьи Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 9 Закона в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротства должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В этой связи в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Из материалов дела усматривается, что общество «Мой дом» зарегистрировано в качестве юридического лица 21.02.2014. Учредителями (участниками) общества «Мой дом» являются: Власова Надежда Павловна, ФИО4, ФИО5, ФИО3 с размером доли 25 % у каждого. Директором общества являлся ФИО3 

Общество «Мой дом» осуществляло деятельность по теплоснабжению, горячему водоснабжению, водоснабжению, водоотведению и содержанию жилья на территории Плехановского и Филипповского сельских поселений, водоснабжению на территории Неволинского и Голдыревского сельских поселений Кунгурского района.

Конкурсный управляющий полагает, что признаки неплатежеспособности возникли у должника не позднее 30.04.2019 в связи с принятием судебных актов по делам № А50-13820/2019, А50-17296/2019, которыми с должника в пользу общества «Новатэк-Пермь» взыскана задолженность за март-апрель 2019 года в сумме 1 162 368 руб. 10 коп. Соответственно обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом возникла не позднее 01.06.2019. Общество «Новатэк-Пермь» обратилось с заявлением о признании должника банкротом 28.09.2021. 

Возражая против требований конкурсного управляющего, ФИО3 и ФИО4 пояснили, что основными потребители услуг должника выступало население в поселке, где фактически нет заработка и люди живут на пособия, именно из-за неплатежеспособности населения возникли неисполненные обязательства. Чтобы не увеличивать задолженность за энергоресурсы (электроснабжение) были расторгнуты договоры на обслуживание сетей водоснабжения и водоотведения, эти услуги стало оказывать общество «Дом» (участник ФИО3), в настоящее время общество «Дом» деятельность не осуществляет. В 2018 году был расторгнут договор на аренду котельной Филипповского сельского поселения, услугу теплоснабжения стала оказывать другая ресурсоснабжающая организация. Как утверждают ответчики, работа с дебиторской задолженностью велась на постоянной основе, однако из-за отсутствия у населения денежных средств задолженность перед кредиторами фактически не погашалась. Таким образом, сложилась ситуация, при которой общество не могло расторгнуть договоры с ресурсоснабжающими организациями и должно было поставлять ресурсы населению, но при этом фактически не получало от них плату за потребленные ресурсы.

По результатам анализа отчета временного управляющего судами, в частности, установлено, что у общества «Мой дом» отсутствует достаточное количество ликвидных активов, позволяющих рассчитаться в приемлемые сроки по своим краткосрочным обязательствам, даже за счет реализации всех имеющихся активов должнику невозможно полностью погасить задолженность перед кредиторами. Общество «Мой дом» финансово зависимо и неустойчиво, предприятие полностью зависит от внешних источников финансирования. Общество «Мой дом» нерентабельно, причиной убытков являлась невозможность прибыльной деятельности при существующих тарифах, при этом увеличение цен для повышения прибыли предприятия было невозможно. Имущество предприятия на 100 % состоит из оборотных активов. Внеоборотные активы использовались в деятельности должника по договорам аренды муниципального имущества с собственником имущества – Администрацией Плехановского сельского поселения, при этом в июне 2021 года по инициативе Администрации договоры аренды расторгнуты, деятельность предприятия прекращена.  

Основными причинами неплатежеспособности общества «Мой дом» являются: превышение расходов должника над выручкой от реализации продукции, связанное с низким размером тарифов, износом основных фондов, большими потерями во время транспортировки воды; невозможность установления собственной ценовой политики, отсутствие влияния как на цены поставщиков, так и на отпускные цены; существенное отвлечение оборотных средств на погашение кредиторской задолженности.  Неэффективная работа с дебиторами. 

Из сводной таблицы по работе с дебиторской задолженностью, представленной конкурсным управляющим, следует, что конкурсным управляющим проводятся мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, общий размер которой составляет 2 631 416 руб. 37 коп., за период процедуры банкротства в конкурсную массу поступило денежных средств – 376 749 руб. 69 коп. или 14,32 %, что подтверждает доводы ответчиков о низкой платежеспособности населения за поставленные ресурсы. 

Судами принято во внимание, что за финансовые периоды 2018, 2019, 2020, 2021 годы значение размера дебиторской задолженности существенных изменений не претерпевает. Так, в 2018 году размер дебиторской задолженности составляет 6831 тыс. руб., в 2019 году – 6112 тыс. руб., в 2020 году – 6260 тыс. руб., в 2021 году – 5635 тыс. руб. Размер кредиторской задолженности в 2018 году равен 4892 тыс. руб., в 2019 году – 8210 тыс. руб., в 2020 году – 8815 тыс. руб., в 2021 году – 8747 тыс. руб. 

Таким образом, данные бухгалтерской отчетности указывают на то, что должником осуществлялась планомерная работа по взысканию дебиторской задолженности, о чем свидетельствует отсутствие существенного роста дебиторской задолженности по итогам каждого финансового года. 

При этом следует учитывать, что деятельность предприятия, оказывающего услуги жилищно-коммунального хозяйства, удовлетворения общественных потребностей, характеризуется наличием значительной дебиторской задолженности граждан и иных потребителей, что, в свою очередь, не позволяет надлежащим образом гасить образовавшиеся долги перед поставщиками энергоресурса и бюджетом. Так, если дебиторская задолженность населения по оплате потребленных жилищно-коммунальных услуг обладает низкой степенью ликвидности, связанной преимущественно с соответствующим уровнем платежеспособности населения, мероприятия по ее истребованию, как правило, малоэффективны. В связи с этим деятельность таких предприятий в отсутствие субсидирования зачастую носит заведомо убыточный характер.

Таким образом, специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Деятельность общества «Мой дом» являлась изначально убыточной ввиду низкой платежной дисциплины населения, сильного износа оборудования, превышения фактических затрат на деятельность над утвержденными тарифами.

В данном случае наличие задолженности общества «Мой дом» связано с образованием убытков предприятия, обусловленных исключительно внешними факторами: осуществление регулируемых видов деятельности, то есть неполучение необходимой валовой выручки, высокая изношенность основных фондов предприятия, что ведет к аварийным ситуациям и необходимости привлечения собираемых денежных средств на их устранение.

Таким образом, наступившие для должника негативные последствия в виде непогашенных обязательств перед кредиторами в рассматриваемой ситуации не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности действий контролирующих должника лиц по исполнению своих непосредственных обязанностей.

Из материалов дела не следует злонамеренности действий ответчиков, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам. По существу конкурсный управляющий просит привлечь контролирующих должника лиц к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующих должника лиц ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание специфику деятельности должника, суды верно указали, что приведенных конкурсным управляющим обстоятельств, положенных в основание требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) либо по созыву общего собрания участников должника, недостаточно для безусловного и достоверного вывода о наличии подобной обязанности у руководителя должника либо его участника. 

При таких обстоятельствах, поскольку каких-либо экстраординарных событий, влекущих безусловную обязанность руководителя должника по обращению с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим не приведено, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований в данной части. 

Конкурсный управляющий просит также привлечь директора должника ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

В пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица могут явиться необходимой причиной объективного банкротства (пункт 19 постановления Пленума № 53).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством России, к моменту введения наблюдения (признания должника банкротом) отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документов (отсутствие в них полной информации или наличие в документах искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце десятом пункта 24 постановления Пленума № 53 к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям. 

Из материалов дела усматривается, что ранее конкурсный управляющий обращался в арбитражный суд с заявлением о возложении на бывшего руководителя должника ФИО3 обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества и документов согласно перечню. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд принял во внимания пояснения ФИО3 о том, что все имеющиеся у него документы и сведения были преданы конкурсному управляющему по акту. Данные для обслуживания (адреса и ФИО жильцов) были переданы администрациями Неволинского, Голдыревского сельских поселений. Договоры, которые общество «Мой Дом» заключило с потребителями, были представлены, с недобросовестными потребителями договор заключить не удалось. Судебные приказы в отношении неплательщиков были вынесены, но взыскать с них задолженность через службу судебных приставов не удалось (определение от 11.04.2023 по настоящему делу).

Суды при рассмотрении настоящего спора обоснованно исходили из того, что конкурсный управляющий, действуя разумно, обязан при проведении процедуры воспользоваться возможностью самостоятельно установить экономические показатели деятельности должника, направив соответствующие запросы в налоговый орган, регистрирующие органы, банки и так далее. Данные мероприятия не ставятся в зависимость от передачи либо не передачи документов должником. 

Исходя из специфики деятельности должника, с учетом структуры бухгалтерского баланса должника, сведения, необходимые конкурсному управляющему для своевременного взыскания дебиторской задолженности, могли быть получены им самостоятельно, непередача соответствующих документов ответчиком не оказала влияния на возможность формирования конкурсной массы, возможность взыскания дебиторской задолженности у конкурсного управляющего имелась. Непередача договоров, заключенных с физическими лицами, не свидетельствует о невозможности взыскания дебиторской задолженности, при том, что ответчик указывает, что такие договоры фактически не заключались. 

По результатам анализа представленной конкурсным управляющим сводной таблицы по работе с дебиторской задолженностью суды установили, что конкурсным управляющим проводятся мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, общий размер которой составляет 2 631 416 руб. 37 коп., за период процедуры банкротства в конкурсную массу поступило денежных средств – 376 749 руб. 69 коп. или 14,32 %. 

Указанное свидетельствует о недоказанности конкурсным управляющим того обстоятельства, что непередача бывшим руководителем конкурсному управляющему документов должника нанесла вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в невозможности установить наличие дебиторской задолженности и иных ценностей должника, что воспрепятствовало формированию конкурсной массы. 

При таких обстоятельствах, поскольку в данном случае не установлено наличие причинно-следственной связи между непередачей ответчиком документации должника конкурсному управляющему и невозможностью удовлетворения требований кредиторов должника, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника и удовлетворения требований конкурсного управляющего в данной части. 

Также в обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает на совершение ответчиками действий, повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов, в частности непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности.

По результатам оценки представленной в материалы дела информации отдела судебных приставов по Кунгурскому, Кишертскому и Березовскому районам ГУ ФССП по Пермскому краю суды установили, что в период с 2016 по 2021 год на исполнении находилось 319 исполнительных производств на сумму 5 971 945,57 руб., 142 исполнительных производства на сумму 1 670 676,59 руб. окончены фактическим исполнением. 

С учетом представленных сведений и данных бухгалтерской отчетности, указывающих на проведение руководителем должника планомерных мероприятий по работе с дебиторской задолженностью, а также пояснений руководителя должника о неудовлетворительном финансовом состоянии потребителей энергоресурсов, суды верно указали, что представленных конкурсным управляющим сведений о наличии дебиторской задолженности, срок исковой давности которой истек на дату введения конкурсного производства, недостаточно для вывода о том, что именно бездействие руководителя должника явилось причиной истечения соответствующего срока и, соответственно, привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в соответствующей части. 

При таких обстоятельствах, не установив оснований для вывода о ненадлежащем ведении руководителем должника работы по взысканию дебиторской задолженности, суды правомерно отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего в данной части.

Кроме того, конкурсным управляющим заявлено требование о привлечении ФИО3, ФИО4 и общества «Дом» к субсидиарной ответственности за перевод бизнеса путем создания в период наступления признаков неплатежеспособности должника общества «Дом» с аналогичным видом деятельности.

Возражая против требований конкурсного управляющего в данной части, ФИО3 указал, что решение о создании другого предприятия принято после того, как в 2018 году после смены главы Филипповского сельского поселения с обществом «Мой Дом» был расторгнут договор на аренду котельной Филипповского сельского поселения, услугу теплоснабжения стала оказывать другая ресурсоснабжающая организация, для которой был увеличен тариф второй раз за год. На основании того, что при смене компании может быть увеличен тариф, было принято решение создать другую компанию, так как обществу «Мой Дом» тариф утверждали методом индексации, а не экономически обоснованным методом, из-за этого предприятие несло большие убытки и увеличивалась задолженность перед поставщиками энергоресурсов. Между тем тарифный орган оставил тариф прежним. Общество «Новатэк-Пермь» было извещено о том, что услуги водоснабжение и водоотведение будут переведены в другое предприятие. На тех должников, которые были должны обществу «Мой Дом» за услуги водоотведение и водоснабжение, были поданы документы для вынесения судебного приказа для принудительного взыскания задолженности. Общество «Дом» прекратило свою деятельность в 2021 году, так как также стали расти убытки в связи с неплатежеспособностью населения. В данный момент ведется претензионная работа по взысканию задолженности.

Конкурсным управляющим указанные обстоятельства не опровергнуты, доказательств передачи обществу «Дом» какого-либо имущества, принадлежащего должнику, без которого деятельность должника стала невозможной, либо передавались обязательства по сделкам с контрагентами, от которых должник получал стабильный доход, не представлено. Доводы о том, что задолженность населения перед должником включалась в выставляемые обществом «Дом» квитанции и выплачивалась населением вновь созданному юридическому лицу, документально не подтверждены.  

Судами также не установлено и то, что полученные от населения денежные средства были направлены на развитие нового бизнеса в ущерб должнику, а создание нового общества преследовало цель уклонения от оплаты кредиторской задолженности. 

При изложенных обстоятельствах, поскольку из имеющихся в материалах дела доказательств не усматривается, что невозможность погашения требований перед кредиторами обусловлена созданием нового общества, признаков противоправности в поведении ответчиков не установлено, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3, ФИО4 и общество «Дом» к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Приведенные в кассационной жалобе доводы заявителя не опровергают выводы, изложенные в обжалуемых судебных актах, не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций норм права, и фактически направлены на переоценку выводов судов, в связи с этим судом кассационной инстанции отклоняются, в том числе по основаниям, изложенным в мотивировочной части данного постановления.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (части 1, 3 статьи 286 АПК РФ).

Обжалуемые судебные акты соответствуют нормам материального права, а содержащиеся в них выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба общества «Новатэк-Пермь» – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 12.10.2023 по делу № А50-24107/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Новатэк-Пермь» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Г. Кочетова 

 

Судьи                                                                            Н.А. Артемьева

 

                                                                                            Е.А. Павлова