АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3411/20 

Екатеринбург

15 августа 2022 г.

 

          Дело № А76-4750/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 августа 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 августа 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе: 

председательствующего Оденцовой Ю.А., 

судей Плетневой В.В., Кудиновой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1, рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мишанов и партнеры» (далее – общество «Мишанов и партнеры») на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2022 по делу № А76-4750/2019 Арбитражного суда Челябинской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании, проведенном с использование системы веб-конференции (он-лайн заседание), приняли участие представители: конкурсного управляющего – ФИО2 (доверенность от 26.01.2022) и открытого акционерного общества  «МРСК Урала» (далее – общество «МРСК Урала») - ФИО3 (доверенность от 10.06.2021).

В судебном заседании в здании суда округа принял участие представитель общества «Мишанов и партнеры» - ФИО4 (доверенность от 02.12.2020).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 27.09.2019 общество с ограниченной ответственностью «Челябинское управление энерготрейдинга» (далее – общество «ЧУЭТ», должник) признано несостоятельным (банкротом) в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5 

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил В соответствии с уточненными требованиями, конкурный управляющий просил признать ничтожной сделкой договор возмездного оказания услуг № 1 от 31.10.2017, применить последствия недействительности ничтожной сделки - взыскать с общества «Мишанов и партнеры» денежные средства в размере 7 752 000 руб. (с учетом изменений, принятых судом, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 16.01.2020 конкурсным управляющим обществом «ЧУЭТ» утвержден ФИО6. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.02.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                   от 27.04.2022 определение суда от 18.02.2022 отменено; признан недействительным договор возмездного оказания услуг №1 от 31.10.2017 между обществом «Мишанов и партнеры» и должником; применены последствия его недействительности в виде взыскания с общества «Мишанов и партнеры» в пользу должника денежных средств в сумме 7 752 000 руб.

В кассационной жалобе общество «Мишанов и партнеры» просит постановление апелляционного суда от 27.04.2022 отменить, определение суда первой инстанции от 18.02.2022 оставить в силе. По мнению заявителя, представить внутренние документы об оказанных обществом «Мишанов и партнеры» услугах может только сам должник, поскольку услуги оказывались специалистами по месту нахождения должника и на компьютерном оборудовании последнего, переписка велась посредством внутренней почты должника и все документы остались на серверах должника, а заявитель сохранил только те документы, которые сам готовил для должника в рамках договора, и которые подписаны должником. Заявитель считает, что заключение спорного договора признано целесообразным руководством должника, общество «Мишанов и партнеры» добросовестно выполнило те работы, которые были предметом этого договора, а доказательством отсутствия у должника претензий к услугам общества «Мишанов и партнеры» является подписание акта оказанных услуг, при этом в качестве доказательств оказания услуг представлены отчёт, приложения к нему и проекты документов, выводы судов об оценке которых носят субъективный характер. Заявитель полагает, что предмет спорного договора является вполне стандартным, примеры подобных договоров, имеются в деле в качестве подтверждения «обычности» подобных услуг, и в деле нет доказательств, свидетельствующие, что какие-либо элементы сделки являются необычными, заявитель не находится в юридической (иной) взаимосвязи с должником, не является аффилированным с должником или органами его управления лицом, а для оказания спорных услуг заявителем по гражданско-правовым договорам привлечено пять специалистов, но соответствующие документы не сохранились. 

В отзыве на кассационную жалобу общество «МРСК Урала» просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом и следует из материалов дела, должником в лице ФИО7 (заказчик) и обществом  «Мишанов и партнеры» (исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг от 31.10.2017 № 1, по условиям которого исполнитель обязуется срок в срок с 01.11.2017 по 31.12.2017 по заданию заказчика оказать необходимые консалтинговые услуги, в соответствии с техническим заданием (приложение № 1), при этом стоимость услуг определена сторонами в сумме 3 652 000 руб., а оплата услуг производится следующим образом: 50% - путем перечисления исполнителю аванса в размере 1 826 000 руб. на счет исполнителя, и не позднее 25.12.2017 в период оказания услуг - путем перечисления денежных средств в размере 1 826 000 руб. на счет исполнителя, в свою очередь, исполнитель сдает заказчику отчет об оказанных услугах в соответствии с полученным от заказчика заданием исполнителю в течение трех рабочих дней по окончанию отчетного периода (пункт  4.1 договора). 

Согласно техническому заданию, содержание услуг составляет: диагностика организационной и ИТ-инфраструктуры основных бизнеспроцессов: бухгалтерский и налоговый учет, управление активами, управление закупками, управление расходами, управление доходами и реализацией услуг, управление дебиторской задолженностью, управление финансовыми потоками. Проведения технологического аудита применяемых информационных систем для информатизации основных бизнес-процессов организации. Разработка системы ключевых показателей эффективности управления организацией. Проведение бенчмаркинга. Проведение анализа рынка лучших практик дополнительных услуг, дополнительных услуг, разработка предложений по их внедряю в организации. Разработка эффективной модели управления основными бизнес-процессами. Разработка портфеля документов для улучшения дисциплины расчетов с сетями и минимизации задолженности за поставленные услуги. Разработка ИТ-модели информатизации. Разработка дорожной карты по внедрению эффективной модели управления ИТ-модели информатизации. Консультационное сопровождение процесса внедрения эффективной модели управления и ИТ- модели информатизации.

Дополнительным соглашением от 29.01.2018 № 2 к договору от 31.10.2017 № 1, стоимость услуг определена в размере 7 752 000 руб., а срок договора установлен с 01.11.2017 по 15.02.2018. 

Согласно акту сдачи-приемки от 15.02.2018, исполнитель в период с 01.11.2017 по 15.02.2018 оказал следующие услуги: диагностика финансовой деятельности, анализ доходов и расходов организации; проведение экспертизы документов, вносимых на совет директоров, подготовка рекомендаций по разработке эффективности управления организации (основные показатели), подготовка рекомендаций по разработке портфеля документов для улучшения дисциплины расчетов с сетями и минимизации задолженности за поставленные услуги (концепция); проведение бенчмаркинга, проведение рекомендаций по разработке управленческих документов.

Как следует из выписки по счету должника, последний перечислил обществу «Мишанов и партнеры» в счет оплаты спорных услуг денежные средства в сумме 7 752 000 руб. 

Договор от 31.10.2017 № 1, дополнительное соглашение от 29.01.2018 № 2 и акт сдачи-приемки от 15.02.2018 подписаны от лица должника генеральным директором ФИО7, которая избрана на данную должность на основании решений внеочередного собрания участников должника от 26.10.2017, а решениями внеочередного собрания участников должника от 24.01.2018 полномочия генерального директора ФИО7 прекращены и указано на расторжение трудового договора с ней в период с 24.01.2018, а, согласно приказу должника от 16.10.2017 № 28 «Об организации финансового мониторинга и контроллинга», начальником финансового контроллинга должника утвержден ФИО8 

В решении о признании должника банкротом указано, что по состоянию на 23.09.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов включена задолженность в общем размере свыше 196 млн. руб., а балансовая стоимость активов на 31.12.2017 составляла 1,6 млрд. руб., при этом в результате проведенного анализа сделок должника временным управляющим сделаны выводы о необходимости продолжения анализа сделок на предмет наличия оснований для их оспаривания по причине недостаточности данных и первичных документов, значительного количества счетов операций по ним, о необходимости продолжения анализа всех перечислений по счетам. 

Временным управляющим на основе анализа финансового состояния сделан вывод, что усматриваются признаки преднамеренного банкротства (публикация от 30.09.2019 № 4216643). 

Полагая, что сделка – договор от 31.10.2017 является недействительной, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении требований управляющего, суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания оспариваемого договора недействительным.

Отменяя определение суда первой инстанции, и, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, апелляционный суд исходил из следующего.

В соответствии со статьей 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки могут быть признаны недействительными как по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве, так и в соответствии с гражданским законодательством.

Как следует из материалов ела и установлено судами, оспариваемая сделка заключена 31.10.2017, платежи по данному договору имели место, в том числе, в период с 31.10.2017 по 21.02.2018, а заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 21.02.2019, следовательно, спорая сделка подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем как верно указано судом, в силу разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (2). 

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом)

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 1 постановления № 25). 

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу разъяснений, данных в пункте 86 постановление № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что в спорный период должником заключено несколько договоров на осуществление консалтинговых и юридических услуг, услуг по финансовому мониторингу (с обществами «Мишанов и партнеры», «Антеро», коллегией адвокатов «Аргументы»), в данном случае должно быть приведено веское обоснование необходимости привлечения именно общества «Мишанов и партнеры» для оказания спорных услуг для должника, а также, установив, что техническое задание, в частности, относительно разработки и внедрения эффективной модели управления и информатизации бизнеспроцессов должника, обеспечивающими в кратчайшие сроки повышение инвестиционной привлекательности и увеличение капитализации должника, носит декларативный характер, и при этом цели и задачи, установленные условиями спорного договора, фактически не достигнуты, поскольку через непродолжительное время должник вошел в процедуру банкротства, и документального подтверждения положительного эффекта от реализации условий договора не имеется, а после смены руководства должника сотрудничество с обществом «Мишанов и партнеры» признано нецелесообразным, в связи с чем, предложено расторгнуть договор, что также свидетельствует об отсутствии деловой цели и положительного эффекта, и исходя из того, что, проанализировав представленный по итогам оказания услуг отчет, судом установлено, что он содержит лишь выводы о том, что большая часть финансовых показателей находится ниже нормативных значений и свидетельствует о неплатежеспособности, но при этом, отчет не содержит никаких выводов (рекомендаций), направленных на выход должника из неплатежеспособного состояния, в целях увеличения его инвестиционной привлекательности и капитализации, а представлена концепция улучшения платежной дисциплины, которая фактически сводится лишь к экономии денежных средств и совершению приоритетных платежей, при том, что данная рекомендация носит общий характер и общеизвестна обычному профессиональному руководителю, а в отчете содержатся проекты управленческих документов (положение о бизнес-планировании, учетная политика, положение о закупочной комиссии, регламент формирования и согласования бизнес-плана и т.д.), которые фактически являются типовыми, и, более того, указанные проекты управленческих документов фактически схожи с управленческими документами гарантирующих поставщиков и электросетевых компаний, находящимися в открытом доступе на официальных сайтах, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом факта реального и действительного оказания обществом «Мишанов и партнеры» спорных услуг для должника.

При этом по результатам исследования и оценки всех доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, суды также исходили из того, что акт сдачи-приемки от 15.02.2018 составлен на одном листе без конкретизации выполненных работ и расшифровки, подписан от лица должника неуполномоченным лицом, и при этом, в частности, указано на проведение диагностики финансовой деятельности, анализ доходов и расходов организаций, но не имеется сведений о том, в чем заключалась диагностика, анализ каких доходов и расходов каких организаций произведен; указано на проведение экспертизы документов, вносимых на совет директоров, но не отражено, какие документы были подвергнуты экспертизе, при том, что совет директоров в обществе должника не образовывался; указано на подготовку рекомендаций по разработке эффективности управления организацией (основные показатели), но нет информации о том, какие именно рекомендации по эффективности разработаны, каким образом оформлены такие рекомендации; и т.д., и при таких обстоятельствах судом установлено, что в деле отсутствуют какие-либо доказательства осуществления переписки между должником и обществом «Мишанов и партнеры» по факту оказания услуг, в то время как, исходя из характера соответствующих правоотношений, такая переписка обязательно должна осуществляться, а также не раскрыта информация по анализу конкретных операций и сделок должника, а объяснения лиц, подпись которых удостоверена нотариально, не раскрывают необходимой, полной, достоверной информации относительно факта оказания услуг, носят общий характер, не конкретизированы, идентичны друг другу, не соотносятся с условиями технического задания и при этом в них указано, что в период с октября 2017 года по февраль 2018 года, физические лица входили в состав рабочей группы, сформированной обществом «Мишанов и партнеры» для оказания услуг по спорному договору, услуги оказывались в офисе в г. Челябинске, в функции входило – осуществление финансового контроля за хозяйственной деятельностью, в том числе: сбор и анализ данных об операциях и информации, совершаемых должником, осуществление финансового контроля, подготовка ежедневных и еженедельных отчетов, анализ закупочной документации и договоров, работа в офисе в г. Челябинск, результаты работы передавались руководителю группы ФИО8 и, при необходимости, уполномоченным лицам должника посредством переписки по корпоративной электронной почте должника, однако все лица, давшие названные объяснения таким способом, зарегистрированы в г. Москва, а документального подтверждения выполнения ими работы, указанной в объяснениях, в том числе переписки, к объяснениям не приложено и доказательства того, каким образом, названные лица, зарегистрированные в г. Москва, прибывали в г. Челябинск (самолет, поезд, автомобиль), где проживали (аренда квартиры, гостиница), каким образом у общества «Мишанов и партнеры» оформлены отношения с названными лицами и как именно оно рассчитывалось с ними, в материалах дела не имеется, при том, что соответствующие документы в ходе ведения обычной хозяйственной деятельности должны в любом случае иметься на хранении в общества «Мишанов и партнеры», и конкурсному управляющему должником соответствующие документы также не переданы (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, исследовав и оценив все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды также установили, что между должником и обществом «Хакасэнергосбыт» был заключен договор оказания услуг № 3 от 27.12.2017, содержащий идентичный с договором с обществом «Мишанов и партнеры» предмет, и этот договор признан недействительным по мнимости (определение суда от 25.09.2020 по делу № А74-5805/2018), следовательно, можно предположить, что должник имел возможность вести свою деятельность без привлечения сторонних специалистов, учитывая, что аналогичные услуги оказывались сторонней организации, что вновь ставит под сомнение экономическую целесообразность заключения спорного договора для должника, и, более того, в делах о банкротстве общества «Хакасэнергосбыт» (№ А74-5805/2018) и общества  «Роскоммунэнерго» (№ А25-605/2018) платежи должников в пользу общества «ЧУЭТ» признаны недействительными, договоры признаны мнимой сделкой, услуги не оказанными, и при этом судом выявлена схема по заключению договоров, как между юридическими лицами, так и договоры с физическими лицами, с целью вывода средств из группы МРСЭН в интересах аффилированных лиц, в частности, в октябре 2017 года под видом оказания услуг привлечены две компании – общества «Антеро Консалтинг» и «Мишанов и партнеры». 

 Помимо изложенного, суды исходили из того, что дело о банкротстве должника возбуждено на основании заявления общества «МРСК Урала» по сумме долга свыше 90 млн. руб. за период с апреля по август 2018 года, подавляющее большинство требований кредиторов должника возникло именно за август 2018 года, и уже с начала 2018 года должник отвечал признакам неплатежеспособности, а финансирование его текущей деятельности происходило за счет кредитных средств, при этом факт наличия признаков неплатежеспособности указан и в отчете общества «Мишанов и партнеры». 

Учитывая все вышеизложенные обстоятельства, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что в материалах дела отсутствует документальное подтверждение оказания обществом «Мишанов и партнеры» спорных услуг должнику, и доказательств  экономической целесообразности заключения оспариваемого договора суду не представлено, а также, установив факт неисполнения сторонами договора от 31.10.2017 и фиктивность правоотношений сторон по оспариваемой сделке, апелляционный суд пришел к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, что оспариваемый договор  заключен для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия и волеизъявление сторон сделки не соответствовала их внутренней воле, а спорный договор является мнимым.

При таких обстоятельствах апелляционный суд установил, что материалами дела в полном объеме и надлежащим образом доказано наличие в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемого договора недействительным по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, удовлетворяя требования управляющего, суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела требований о признании данной сделки недействительной, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной апелляционным судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учётом изложенного, обжалуемое постановление является законным, отмене не подлежит. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                            от 27.04.2022 по делу № А76-4750/2019 Арбитражного суда Челябинской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Мишанов и партнеры» – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                 Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                               В.В. Плетнева 

 

                                                                                                         Ю.В. Кудинова