ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-34600/18

25 марта 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 марта 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области: ФИО1, доверенность от 16.01.2024;

от конкурсного управляющего должника: ФИО2, доверенность от 11.03.2024;

рассмотрев 18 марта 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания)

на определение Арбитражного суда Московской области

от 27 сентября 2023 года,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда

от 01 декабря 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области о признании незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО3 и взыскании с ФИО3 убытков

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФГУП «Пансионат с лечением «Пущино»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 01.04.2019 ФГУП «Пансионат с лечением «Пущино» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Произведена публикация сообщения о введении процедуры в газете «Коммерсантъ» от 06.04.2019.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.04.2022 ФИО4 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области (далее - уполномоченный орган) о признании незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО3, выразившихся в следующем: непринятие к ведению имущества и документов должника; осуществление формальной передачи имущества и документов; непринятие мер по обеспечению сохранности имущества должника; о взыскании с ФИО3 в пользу должника убытков в размере 1.050.758 руб.; об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27 сентября 2023 года в удовлетворении заявления ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 01 декабря 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области обратилась с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В порядке и в сроки, которые установлены пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве, рассматриваются жалобы кредиторов на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и (или) законные интересы.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав, при этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы и предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав.

При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными, названный перечень не является исчерпывающим.

По смыслу данной нормы права, основанием для удовлетворения жалобы кредиторов, должника о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом в совокупности фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов должника.

Верховный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.12.2015 № 308-АД15-15501 по делу № А53-571/15 разъяснил, что в отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствии умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.

Суды указали, что в обоснование заявленных требований уполномоченный орган ссылался на то, что имущество и документы должника приняты конкурсным управляющим в ведение только 09.08.2022, а попытки обеспечения сохранности имущества управляющий предпринял 01.11.2022 в результате подачи заявления о привлечении специалистов сверх лимитов, установленных Законом о банкротстве.

Уполномоченный орган указал, что 11.10.2022 конкурсный управляющий обратился в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту совершения хищения имущества, принадлежащего должнику, при этом указав, что хищение имущества совершено в период с 15.03.2022 по 02.10.2022. Кроме того, в период с 26.01.2023 по 19.03.2023 в имущественном комплексе, принадлежащем должнику, произошли пожары, причиной которых явилось возгорание сгораемых предметов и материалов вследствие заноса открытого источника огня, принадлежащего объекту пожара.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения уполномоченного органа в порядке, предусмотренном действующим законодательством, в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании действий (бездействия) конкурсного управляющего незаконными, отстранении его от исполнения возложенных на него обязанностей и взыскании убытков.

В силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан:

принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника;

включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания;

привлечь оценщика для оценки имущества должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;

принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника;

уведомлять работников должника о предстоящем увольнении не позднее чем в течение месяца с даты введения конкурсного производства;

предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом;

заявлять в установленном порядке возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику;

вести реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом;

передавать на хранение документы должника, подлежащие обязательному хранению в соответствии с федеральными законами. Порядок и условия передачи документов должника на хранение устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

заключать сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов;

исполнять иные установленные настоящим Федеральным законом обязанности.

Как отметили суды, уполномоченный орган указал, что имущество и документы должника приняты конкурсным управляющим в ведение только 09.08.2022, при этом передача имущества осуществлена формально, несмотря на сведения о длительном нахождении на территории имущественного комплекса, принадлежащего должнику и входящего в конкурсную массу, третьего лица на основании договора аренды, заключенного бывшим конкурсным управляющим.

Данные доводы обоснованно отклонены судами.

Суды установили, что ФИО3 с 12.04.2022 по настоящее время исполняет обязанности конкурсного управляющего должника.

В свою очередь, передача имущества должника осуществлялась бывшим конкурсным управляющим должника.

Как указал конкурсный управляющий, осуществить передачу имущества, учитывая значительный объем передаваемого имущества должника - товарно-материальные ценности, автотранспорт, а также несколько зданий пансионата, в которых это имущество находится, в более короткий срок не представилось возможным.

Судами принято во внимание, что факт наличия большого объема имущества должника установлен Арбитражным судом Московской области ранее при рассмотрении в рамках настоящего дела заявления конкурсного управляющего ФИО4 о продлении срока инвентаризации имущества должника. Так, определением Арбитражного суда Московской области от 11.09.2019 срок инвентаризации имущества должника продлен до 26.09.2019.

Суды обоснованно отметили, что передача имущества должника новому утвержденному арбитражным судом конкурсному управляющему по своей сути является аналогом инвентаризации, поскольку происходит установление наличия имущества в соответствии с документацией, в которой это имущество перечислено и которой установлено право собственности должника на данное имущество.

Судами установлено, что из акта приема-передачи имущества от 09.08.2022 следует, что все имущество, согласно актам инвентаризации, перечислено и передано бывшим конкурсным управляющим ФИО4 конкурсному управляющему ФИО3

Доказательств вины именно конкурсного управляющего ФИО3 в длительной непередаче имущества судам не представлено.

Довод уполномоченного органа о том, что указанный акт приема-передачи составлен формально, обоснованно отклонен судами, поскольку носит предположительный характер и документально не подтвержден.

Также суды отметили, что уполномоченный орган указал, что 11.10.2022 конкурсный управляющий обратился в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту совершения хищения имущества, принадлежащего должнику, при этом указал, что хищение имущества совершено в период с 15.03.2022 по 02.10.2022. В период с 26.01.2023 по 19.03.2023 в имущественном комплексе, принадлежащем должнику, произошли пожары, причиной которых явилось возгорание сгораемых предметов и материалов вследствие заноса открытого источника огня, принадлежащего объекту пожара. Указанные обстоятельства, по мнению уполномоченного органа, явились следствием непринятия конкурсным управляющим мер по обеспечению сохранности имущества должника.

Между тем, суды указали, что согласно пояснениям конкурсного управляющего на дату утверждения его в качестве конкурсного управляющего лимиты на привлеченных лиц для обеспечения его деятельности были исчерпаны, в связи с чем конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Суды установили, что определением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2022 по делу № А41-34600/18, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2023 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.05.2023, утверждена оплата услуг, в том числе и по охране объекта в размере 160.000 руб. ежемесячно.

Впоследствии между конкурсным управляющим и ООО ЧОО «Гарант» заключен договор на оказание охранных услуг от 27.04.2023 № 53/2023-ФО.

При этом ранее услуги по охране объекта недвижимости осуществлялись ФИО5 на основании договора на охрану объекта с физическим лицом от 01.06.2022.

Суды указали, что уполномоченный орган полагает, что конкурсный управляющий, установив превышение лимитов расходов на проведение процедуры, мог обратиться к собранию кредиторов с предложением о передаче имущества должника в аренду.

В соответствии с положениями законодательства о банкротстве, действуя разумно и добросовестно в интересах должника и кредиторов, арбитражный управляющий, как антикризисный менеджер, в силу имеющихся у него полномочий и компетенции самостоятельно определяет стратегию соответствующей процедуры в отношении должника, избирая наиболее эффективные и в большей степени отвечающие интересам конкурсных кредиторов способы и механизмы пополнения конкурсной массы.

Несогласие кредитора с выбранной арбитражным управляющим стратегией ведения процедуры не является основанием для признания бездействия незаконным.

При этом суды обоснованно отметили, что уполномоченный орган не был лишен возможности предложить включить в повестку собрания кредиторов вопрос о передаче имущества должника в аренду, однако своим правом не воспользовался.

Учитывая изложенные обстоятельства, доводы уполномоченного органа о допущенном управляющим бездействии обоснованно отклонены судами.

Также суды указали, что уполномоченный орган в качестве подтверждения своих доводов ссылался на решение Арбитражного суда Московской области от 13.09.2023 по делу о привлечении ФИО3 к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Вместе с тем, суды установили, что на дату вынесения судом оспариваемого судебного акта (12.09.2023) данное решение еще не было принято. Кроме того, указанное решение суда не вступило в законную силу, поскольку определением Десятого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2023 принята к производству апелляционная жалоба конкурсного управляющего должника ФИО3, и апелляционный суд определил рассмотреть апелляционную жалобу без проведения судебного заседания (часть 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суды обоснованно отметили, что сам по себе данный факт не может, безусловно, свидетельствовать о ненадлежащем исполнении конкурсным управляющим своих обязанностей с учетом совокупности представленных в дело доказательств и конкретных обстоятельств дела.

Основанием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей); несоответствия этих действий требованиям разумности; несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего заявитель жалобы обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы заявителя (должника).

Действующее законодательство определяет в качестве необходимого условия для оценки действий управляющего в качестве несоответствующих закону нарушение прав и интересов кредиторов.

Из совокупности положений статей 2, 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 60 Закона о банкротстве следует, что целью рассмотрения жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего является определение законности таких действий (бездействия), а также восстановление нарушенных прав и защита законных интересов подателей таких жалоб.

В соответствии со статьями 41 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В свою очередь, доказательств нарушения прав уполномоченного органа обжалуемым бездействием управляющего судам не представлено.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: лицо, обратившееся с жалобой, обязано доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы этого лица.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Поскольку уполномоченный орган не представил судами надлежащих и бесспорных доказательств, подтверждающих неправомерность действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО3, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отказали уполномоченному органу в удовлетворении жалобы.

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Суды отметили, что уполномоченный орган указывал на причинение убытков должнику в размере 1.050.758 руб., обосновывая требование ненадлежащим исполнением конкурсным управляющим обязанности по обеспечению сохранности имущества должника. Также уполномоченный орган ссылался на то, что 11.10.2022 конкурсный управляющий обратился в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту совершения хищения имущества, принадлежащего должнику, при этом указал, что хищение имущества совершено в период с 15.03.2022 по 02.10.2022. Кроме того, в период с 26.01.2023 по 19.03.2023 в имущественном комплексе, принадлежащем должнику, произошли пожары, причиной которых явилось возгорание сгораемых предметов и материалов вследствие заноса открытого источника огня, принадлежащего объекту пожара. Сумма похищенного имущества конкурсным управляющим определена в размере 1.050.758 руб., также указано о ненадлежащем состоянии транспортных средств. По мнению уполномоченного органа, данные убытки причинены должнику в результате противоправного характера бездействия конкурсного управляющего ФИО3 и непринятия своевременных мер по обеспечению сохранности имущества должника.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и так далее, временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и тому подобное; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и тому подобное; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Из буквального содержания приведенных правовых норм и соответствующих разъяснений следует, что субъектом ответственности в виде возмещения убытков юридическому лицу является также внешний управляющий и конкурсный управляющий, исполняющие обязанности руководителя должника в процедуре внешнего управления и конкурсного производства.

Ответственность арбитражного управляющего является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о незаконности, недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Последствия в виде убытков должны находиться в прямой причинно-следственной связи с действиями (бездействием) ответчика и их размер должен быть подтвержден с разумной степенью достоверности.

Исследовав материалы дела, суды не установили совокупности предусмотренных законом оснований для возложения на ФИО3 обязанности по возмещению должнику убытков в размере 1.050.758 руб.

Судам не представлены доказательства противоправности действий ФИО3 и нарушение им обязанностей, предусмотренных Законом о банкротстве, доказательства вины (недобросовестности и неразумности его действий), размера причиненных кредиторам убытков, а также причинно-следственной связи между действиями арбитражного управляющего и убытками должника и кредиторов.

Таким образом, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении жалобы уполномоченного органа на действия и бездействие арбитражного управляющего ФИО3, а также взыскании с ФИО3 убытков в размере 1.050.758 руб.

Суды также пришли к правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявления уполномоченного органа об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве, неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с настоящим Федеральным законом или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Принимая во внимание исключительность названной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения, суд должен также учитывать, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время (несколько лет и более) назад.

Из разъяснений, изложенных в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 5 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Согласно позиции, изложенной в пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», при рассмотрении вопроса об отстранении конкурсного управляющего по жалобе лиц, участвующих в деле о банкротстве (абзац 3 пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве), необходимо установить, повлекло ли или могло ли повлечь допущенное им нарушение причинение убытков должнику или его кредиторам.

Суды, учитывая, что жалоба уполномоченного органа на действия (бездействие) управляющего признана необоснованной, не установили оснований для удовлетворения требования уполномоченного органа об отстранении ФИО3 от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права. 

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 27 сентября 2023 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 01 декабря 2023 года по делу № А41-34600/18 оставить без изменения, кассационную жалобу ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России № 11 по Московской области - без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            В.Л. Перунова

 

Н.Н. Тарасов