ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

30.09.2019

                  Дело № А40-240735/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 30 сентября 2019 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, Е.А. Зверевой, 

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО1, лично, паспорт РФ,

от конкурсного управляющего ООО «НИПИСтройТЭК» - ФИО2, по доверенности от 09.01.2019, срок до 31.12.2019,

от АО «СтройТрансНефтеГаз» - ФИО3, по доверенности № 28/2019 от 01.01.2019, срок до 31.12.2019,

рассмотрев 24.09.2019 в судебном заседании кассационной жалобы 

ФИО1 

на определение от 30.04.2019

Арбитражного суда города Москвы, 

вынесенное судьей Э.В. Мироненко, 

на постановление от 09.07.2019 

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями И.М. Клеандровым, А.Н. Григорьевым, В.В. Лапшиной, 

о признании недействительным дополнительного соглашения между ООО «НИПИСТРОЙТЭК» и ФИО1 от 01.10.2015 б/н к трудовому договору от 05.05.2014 №131 в части пункта 1, согласно которому ФИО1 с 01.10.2015 устанавливается оклад в размере 805 000 руб. с оплатой по фактически отработанному времени; признании недействительным Приказа о переводе работника на другую работу от 01.10.2015 №48-К в части установления ФИО1 оклада в размере 805 000рублей: признании недействительными действия по выплате ООО «НИПИСТРОЙТЭК» денежных средств ФИО1 на основании платежных поручений №73 от 19.01.2015, №66 от 19.01.2015, №67 от 19.01.2015, №153 от 26.01.2015, №282 от 12.02.2015, №383 от 20.02.2015, №466 от 06.03.2015, №600 от 26.03.2015, №715 от 15.04.2015, №1791 от 13.08.2015, №1792 от 13.08.2015, №1825от 17.08.2015, №1808 от 17.08.2015, №1833 от 17.08.2015, №1816 от 17.08.2015, №1972 от 04.09.2015, №2121 от 13.10.2015, №2217 от 14.10.2015, №2327 от 10.11.2015, №2407 от 09.11.2015, №2590 от 14.12.2015, №2558 от 08.12.2015, №2488 от 24.12.2015, №2716 от 24.12.2015, №518 от 29.02.2016, №61 от 29.01.2016, №79 от 08.02.2016, №132 от 11.03.2016, №144 от 14.03.2016, №128 от 30.09.2016 в общем размере 2 249 266, 01 руб., применении последствий недействительности сделок, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Научно – исследовательский и проектный институт по строительству и эксплуатации объектов топливно – энергетического комплекса», 

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2016 должник – ООО «НИПИСтройТЭК» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2019, признано недействительным дополнительное соглашение между ООО «НИПИСтройТЭК» и ФИО1 от 01.10.2015 года б/н к трудовому договору от 05.05.2014 года № 131 в части пункта 1, согласно которому ФИО1 с 01.10.2015 года устанавливается оклад в размере 805 000 руб. с оплатой по фактически отработанному времени; признан недействительным Приказ о переводе работника на другую работу от 01.10.2015 г. № 48-К в части установления ФИО1 оклада в размере 805 000 руб. Признаны недействительными действия по выплате ООО «НИПИСтройТЭК» денежных средств ФИО1 на основании платежных поручений № 73 от 19.01.2015, № 66 от 19.01.2015, № 67 от 19.01.2015, № 153 от 26.01.2015, № 282 от 12.02.2015, № 383 от 20.02.2015, № 466 от 06.03.2015, № 600 от 26.03.2015, № 715 от 15.04.2015, № 1791 от 13.08.2015, № 1792 от 13.08.2015, № 1825 от 17.08.2015, № 1808 от 17.08.2015, № 1833 от 17.08.2015, № 1816 от 17.08.2015, № 1972 от 04.09.2015, № 2121 от 13.10.2015, №2217 от 14.10.2015, № 2327 от 10.11.2015, № 2407 от 09.11.2015, № 2590 от 14.12.2015, № 2558 от 08.12.2015, № 2488 от 24.12.2015, № 2716 от 24.12.2015, № 518 от 29.02.2016, №61 от 29.01.2016, №79 от 08.02.2016, № 132 от 11.03.2016, № 144 от 14.03.2016, № 128 от 30.09.2016 в общем размере 2 249 266,01 руб., применены последствия недействительности сделок: взысканы с ФИО1 денежные средства в размере 2 249 266,01 руб. в пользу ООО «НИПИСТРОЙТЭК», составляющие разницу между суммой фактически полученных ФИО1 выплат и размером, установленным штатным расписанием от 05.11.2014 заработной платы.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2019 и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда (с учетом уточнений).

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  Так, кассатор указывает, что Девятый арбитражный апелляционный суд рассмотрел иной обособленный спор – по сделке с ФИО1, а ФИО1 не был извещен о своем обособленном споре в апелляционном суден. Также кассатор считает, что суды неверно не применили нормы материального права о пропуске управляющим срока исковой давности, при том что такой срок пропущен им. Кроме того, заявитель полагает, что  штатное расписание не является сделкой по смыслу Гражданского кодекса Российской Федерации, а также судами неверно применен пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ № 63.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

17.09.2019 в суд округа поступил отзыв, согласно которому АО «СтройТрансНефтеГаз» просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

18.09.2019 в суд округа также поступил отзыв, согласно которому конкурсный управляющий ООО «НИПИСтройТэК» просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные отзывы приобщены к материалам дела. 

В судебном заседании ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель конкурсного управляющего ООО «НИПИСтройТЭК», представитель АО «СтройТрансНефтеГаз» возражали против доводов кассационной жалобы по мотивам, изложенным в своих отзывах. 

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что ФИО1 занимал должность генерального директора должника и осуществлял руководство деятельностью должника в период с 10.12.2014 по 02.06.2016, в соответствии со штатным расписанием от 05.11.2014 заработная плата генерального директора должника составляла 250 000 руб.  без учета налогов. 01 октября 2015 года между должником и ФИО1 заключено Дополнительное соглашение к трудовому договору от 05.05.2014 № 131 в части пункта 1, согласно которому ФИО1 устанавливается с 01.10.2015 оклад в размере 805 000 рублей с оплатой по фактически отработанному времени, а также Приказ о переводе работника на другую работу от 01.10.2015 № 48_К в части установления оклада в размере 805 000 рублей. В период с 19.01.2015 по 20.09.2016 общая сумма выплат ответчику составила 2 249 266,01 рублей.

Конкурсный управляющий должника оспорил указанные сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, полагая, что установленный работнику штатным расписанием от 05.11.2014, а также фактически полученный в суммах, превышающих 250 000 руб., без учета налогов, уровень заработанной платы и компенсации несоразмерно высокий, представляет собой недействительную сделку, совершенную с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, в результате ее совершения был причинен вред, ответчик знал об указанной цели к моменту совершения сделки, поскольку являлся руководителем должника и заместителем руководителя (советник), сделка заключена в результате злоупотребления правом, на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением от 08.02.2016 заявление ООО «НИПИстройТЭК» о признании общества несостоятельным (банкротом) принято к производству суда, возбуждено производство по делу, определением от 25.04.2016 в отношении ООО «НИПИстройТЭК» введена процедура наблюдения, о чем в газете «Коммерсантъ» опубликованы сведения 07.05.2016, спорные оспариваемые платежи были совершены в период с 2015 по 2016 годы, то есть в течение трех лет до и после принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Судами из штатной расстановки должника установлено, что ответчик занимал должность генерального директора должника, что подтверждается данными трудовой книжки должника, в связи с чем пришли к выводу, что обладал соответствующими знаниями и доступом к необходимым документам, ввиду чего указали, что не ставят под сомнение факт осведомленности ответчика о неплатежеспособности ООО «НИПИСТРОЙТЭК» на момент совершения оспариваемого соглашения и платежей.

Кроме того, суды установили, что 10.12.2015, то есть уже через два месяца после подписания оспариваемого соглашения, должник обратился в арбитражный суд с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), согласно заявлению у должника отсутствовали достаточные средства для погашения кредиторской задолженности, которую сам должник оценивал в размере 117,1 млн. руб., указанное заявление о банкротстве подписано лично ответчиком как генеральным директором должника.

Суды пришли к выводу, что вышеуказанные обстоятельства в силу принципа эстоппель и правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению) подтверждают факт того, что оспариваемые сделки были совершены в результате недобросовестного поведения ответчика с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Оспариваемые сделки отвечают всем перечисленным признакам сделок, направленных на причинение вреда имущественным интересам кредиторов. Ответчик в силу своего положения (генеральный директор) не мог не знать о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок

Также судами установлено, что исходя из данных финансового анализа должника,  деятельность должника в анализируемый период была убыточна, что в свою очередь подтверждает отсутствие какого-либо экономического и юридического обоснования совершения оспариваемых сделок. Выплаты ответчику не были связаны с достижением положительных экономических показателей деятельности должника и фактически были направлены на безвозмездное отчуждение денежных средств должника, в связи с чем соответствующие сделки (действия) отвечают признакам злоупотребления правом и подлежат признанию недействительными на основании пунктов 1-2 статьи 10, пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Так судами указано, что действуя добросовестно и разумно, проявляя достаточную степень осмотрительности, ответчик должен был оценить, насколько совершаемые в его интересах платежи отвечают интересам должника, вместе с тем в материалах дела отсутствуют доказательства того, что оспариваемые сделки были совершены в интересах должника, а установленные Законом о банкротстве презумпции вредоносной цели и осведомленности (в силу занимаемой ответчиком должности) не могут быть не опровергнуты в силу вышеназванных фактических обстоятельств.

При этом судами указано, что представленные работником в материалы дела трудовые договоры от 01.04.2014 и 05.05.2014, в соответствии с которыми работник занимал должности заместителя генерального директора по работе с ключевыми клиентами и советника генерального директора, не опровергают выводы арбитражного суда.

Так, судами установлено, что работник в период с 10.12.2014 занимал должность генерального директора должника, между тем трудовой договор между должником и работником на замещение должности генерального директора должника в материалы настоящего дела не представлен, если следовать логике работника, то он якобы занимал одновременно три должности у должника: - генерального директора; - заместителя генерального директора по работе с ключевыми клиентами; - советника генерального директора.

Кроме того, судами установлено, что имеющиеся в материалах дела Приказ и трудовая книжка работника свидетельствуют о расторжении ранее действовавшего трудового договора с работником 24.04.2014, а также о переводе работника на новую должность (генерального директора) 06.12.2014. Более того, замещение работником одновременно должностей генерального директора  должника,   своего   собственного  заместителя   и   своего   собственного советника, даже если оно имело место быть, хотя приведенные выше документы свидетельствуют об обратном, является исключительно формальным и направлено на искусственное увеличение получаемого работником дохода, что дополнительно подтверждает выводы арбитражного суда о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в силу статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом судами отклонены ссылки на трудовой договор между должником и С.Г. Корсеем, поскольку данный трудовой договор оформлен 25.02.2011, дополнительное соглашение к нему подписано 01.04.2012, то есть задолго до появления у должника признаков неплатежеспособности и утверждения штатного расписания от 05.11.2014, закрепляющего размер оклада генерального директора должника на момент оформления трудовых отношений с работником.

Кроме того, несостоятельными признаны ссылки ответчика на трудовой договор с АО «СтройТрансНефтеГаз», поскольку трудовые отношения работников должника с должником и работников кредитора с кредитором не имеют какой-либо взаимозависимости, как и сам кредитор и должник.

Суды также установили, что вопреки доводам заявителя учредителем (участником) должника является и ранее являлось ООО «РусИнжиниринг», а не АО «СТНГ», какая-либо корпоративная связь между АО «СТНГ» и должником отсутствует и ранее не существовала, что подтверждается имеющимися в деле данными ЕГРЮЛ.

При вышеизложенных обстоятельствах суды пришли к выводам о недобросовестности работника, об отнесении работника к числу заинтересованных лиц и о недействительности приказа, дополнительного соглашения и платежей в силу пункта 2 статьи 61.2, пунктов 1-2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, пунктов 1-2 статьи 10, пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривают возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При этом, платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств, относятся к случаям, указанным в абзаце 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона, - оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами имеет место в случаях, когда сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Если сделка с предпочтением совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 11 Постановления № 63).

При наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

В пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанны с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Кроме того, согласно абзацу 2 пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей. В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров, коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, либо лицо, имеющее или имевшее возможность определять действия должника.

Таким образом, суды установив, что оспариваемые сделки отвечают всем перечисленным признакам сделок, направленных на причинение вреда имущественным интересам кредиторов, а ответчик в силу своего положения (генеральный директор) не мог не знать о неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок пришли к обоснованному выводу, что на дату совершения оспариваемых соглашений и платежей должник отвечал признаку недостаточности имущества, о чем ответчик не мог не знать.

Согласно пункту 2.1 статьи 134 Закона о банкротстве требования руководителя должника, его заместителей, лиц, входящих в коллегиальный исполнительный орган должника, главного бухгалтера должника, его заместителей, руководителя филиала или представительства должника, его заместителей, главного бухгалтера филиала или представительства должника, его заместителей о выплате выходного пособия и (или) иных компенсаций, размер которых установлен соответствующим трудовым договором, в случае его прекращения в части, превышающей минимальный размер соответствующих выплат, установленный трудовым законодательством, не относятся к числу требований кредиторов по текущим платежам и удовлетворяются после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, предусмотренной абзацем четвертым пункта 4 соответствующей статьи.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанны с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с разъяснениями абзацев 2-4 пункта 7 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанны с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

К числу специальных предусмотренных Законом о банкротстве оснований для признания совершенных должником в период банкротства либо в предбанкротный период подозрительных сделок должника относится совершение должником сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

С учетом вышеизложенного признанные суды пришли к обоснованному и правомерному выводу, что оспариваемые сделки подлежат признанию недействительными в силу пункта 2 статьи 61.2, пунктов 1-2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, пунктов 1-2 статьи 10, пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Доводы об отнесении оспариваемых сделок к обычной хозяйственной деятельности мотивированно отклонены судами как несостоятельные и приведенные без учета положений пункта 2 статьи  61.4 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает 1% стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности за последний отчетный период.

При этом согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве рассматриваемое правило применимо к сделкам, оспариваемым на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время по данному основанию приказ, дополнительное соглашение и выплаты конкурсным управляющим не оспаривались и арбитражным судом недействительными не признавались.

В свою очередь к сделкам, признаваемым недействительными как сделки, направленные на причинение вреда имущественным интересам кредиторов (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), правила пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве не распространяются.

В рассматриваемом случае судами установлено и подтверждается материалами дела, что не представлены доказательства того, что денежное выражение выплат не превышает 1% стоимости активов должника по состоянию на даты совершения соответствующих выплат.

Согласно абзацу 4 пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанны с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», абзаца 6 пункта 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, главным критерием отнесения сделки к категории «совершенной в обычной хозяйственной деятельности» является неоднократное совершение должником аналогичных по своим условиям сделок на протяжении продолжительного периода времени, предшествующего совершению сделки.

Доводы о том, что признанные арбитражным судом недействительными сделки подпадают под действие специальных норм трудового права, в связи с чем не могут быть признаны недействительными, отклонены судами в связи со следующим.

Согласно пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III. 1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок могут применяться к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат.

            Таким образом, суды обоснованно указали, что приказ и дополнительное соглашение в оспариваемой части, как и сами осуществленные в соответствии с трудовым законодательством выплаты, относится к числу сделок, оспаривание которых может осуществляться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах доводы работника о неприменимости положений статей 61.1-61.2 Закона о банкротстве к оспариваемым конкурсным управляющим сделкам прямо противоречат пункту 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В свою очередь в силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, по общему правилу ничтожна.

При этом согласно абзацу 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанны с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Таким образом, наличие в признанных арбитражным судом недействительными сделках установленных пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признаков недействительности не препятствовало Арбитражному суду квалифицировать соответствующие сделки как отвечающие признакам злоупотребления правом в соответствии с пунктами 1-2 статьи 10, пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В рассматриваемом случае судами установлено и материалами дела подтверждается наличие в оспариваемых сделках пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, так, в частности, суды отметили, что о наличии признаков злоупотребления правом свидетельствует экономическая необоснованность,  выплата в пользу заинтересованного лица, отсутствие в истории деятельности должника аналогичных выплат в более ранние периоды.

Доводы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, также мотивированно отклонены судами.

Согласно абзацу 1 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанны с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2-61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности.

В данном случае судами установлено и подтверждается материалами дела, что конкурсный управляющий утвержден 07.10.2016 решением Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-240735/15, конкурсный управляющий направил в Арбитражный суд заявление о признании сделки недействительной 07.10.2017, что подтверждается штампом «Почты России» на описи вложений в ценное письмо.

В соответствии с частями 1, 5 статьи 114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальный срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующий месяц и число последнего года установленного срока. Процессуальное действие, для совершения которого установлен срок, может быть выполнено до двадцати четырех часов последнего дня установленного срока.

Таким образом, с учетом норм статей 113-114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктов 2, 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» срок исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки конкурсным управляющим не пропущен.

Довод о том, что ФИО1 не был надлежащим образом извещен и по сути апелляционный суд рассмотрел не его обособленный спор по его апелляционной жалобе, а рассмотрел апелляционную жалобу ФИО1 суд округа  отклоняет, поскольку в материалах дела имеются письменные объяснения работника – ФИО1, он принимал участие в судебных заседаниях суда первой инстанции, а Девятым арбитражным апелляционным судом определением от 07.06.2019 исправлена опечатка, допущенная в определении от 06.06.2019 о принятии к производству апелляционной жалобы ФИО1.  Именно с учетом этой исправленной опечатки апелляционный суд по факту и рассматривал апелляционную жалобу ФИО1, а не Михаила Викторовича, что следует также из текста постановления от 09.08.2019.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.07.2019 по  делу №А40-240735/15 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Н.Я. Мысак 

                                                                  Е.А. Зверева