АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А76-1455/2018

25 сентября 2018 г.

г. Челябинск

 

Резолютивная часть решения объявлена 18 сентября 2018 г.

 

Полный текст решения изготовлен 25 сентября 2018 г.

 

Судья Арбитражного суда Челябинской области Конкин М.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Медиана», г.Челябинск, ОГРН 

<

***>

к страховому акционерному обществу «ВСК» в лице филиала в г.Челябинске, ОГРН 

<

***>,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

1) ФИО2, г.Челябинск;

2) ФИО3, п.Тимирязевский Чебаркульского района Челябинской области;

3) публичное акционерное общество «АСКО-Страхование», г.Челябинск;

4) общество с ограниченной ответственностью «Транслогистик», г.Челябинск

о взыскании 82 604 руб. 07 коп.

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО4, действующий на основании доверенности от 02.11.2016, личность установлена по паспорту;

от ответчика: ФИО5, действующей на основании доверенности №7-ТД-0231-Д от 16.01.2018, личность установлена по паспорту;

от третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

1) ФИО2: лично, личность установлена по паспорту;

2) ФИО3: лично, личность установлена по паспорту;

3) публичное акционерное общество «АСКО-Страхование»: не явился, извещён;

4) общество с ограниченной ответственностью «Транслогистик»: ФИО6, действующий на основании доверенности №2 от 17.09.2018, личность установлена по паспорту, 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Медиана» (далее – ООО «Медиана», истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к страховому акционерному обществу «ВСК» в лице филиала в г.Челябинске (далее – САО «ВСК», ответчик) о взыскании страхового возмещения в сумме 77 840 руб. 41 коп., убытков в сумме 6700 руб., а также расходов по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб. (т.1, л.д. 3-4).

Определениями Арбитражного суда Челябинской области от 26.01.2018 и от 25.04.2018 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3, публичное акционерное общество «Страховая компания ЮЖУРАЛ-АСКО», общество с ограниченной ответственностью «Транслогистик» (далее – третьи лица; т.1, л.д.1-2, 113-114).

Протокольным определением от 02.08.2018 арбитражный суд на основании сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, заменил наименование третьего лица с ПАО «СК ЮЖУРАЛ-АСКО» на публичное акционерное общество «АСКО-Страхование» (далее – ПАО «АСКО-Страхование», третье лицо).

САО «ВСК» с заявленными истцом требованиями не согласилось, представило отзыв на исковое заявление (т.1, л.д. 62-65). По мнению ответчика, лицами, виновными в произошедшем 10.10.2017 дорожно-транспортном происшествии, являются как водитель автомобиля Опель ФИО2, так и водитель автомобиля Шакман ФИО3, вследствие чего истец не имеет права требовать выплаты страхового возмещения без учёта степени вины участников дорожно-транспортного происшествия.

Кроме того, ответчик полагает, что повреждения автомобиля Опель, в связи с появлением которых заявлено требование о выплате страхового возмещения, не могли возникнуть в результате дорожно-транспортного происшествия от 10.10.2017.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, отзывы в письменном виде в нарушение требований статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду не представили.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 13.06.2018 (т.1, л.д. 142-145) удовлетворено ходатайство САО «ВСК» о проведении судебной экспертизы (т.1, л.д. 59, 98) для определения стоимости восстановительного ремонта повреждённого автомобиля Опель, без учёта повреждений от других дорожно-транспортных происшествий.

Проведение экспертизы поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Южно-Уральский Центр Оценки» ФИО7, производство по делу приостановлено.

01.08.2018 через отдел делопроизводства Арбитражного суда Челябинской области поступило заключение эксперта №3318013 от 23.07.2018 (т.2, л.д. 1-20), в связи с чем производство по делу возобновлено.

Ознакомившись с заключением эксперта, истец заявил об уменьшении суммы взыскиваемого страхового возмещения до 75 904 руб. 07 коп. (т.2, л.д.61-62).

Данное уменьшение суммы иска судом принято в соответствии с положениями статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца и ФИО2 в судебном заседании 18.09.2018 заявленные требования с учётом уменьшения поддержали, просили удовлетворить их в полном объёме.

Представитель ответчика просил отказать истцу в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на доводы, изложенные в отзыве.

ФИО3 и представитель ООО «Транслогистик» мнения по заявленным истцом требованиям не высказали, оставив разрешение спора на усмотрение суда.

ПАО «АСКО-Страхование» представителя в судебное заседание 18.09.2018 не направило, о начавшемся судебном процессе, о времени и месте судебного заседания извещено с соблюдением требований статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (т.1, л.д. 54).

Неявка или уклонение стороны от участия при рассмотрении дела не свидетельствует о нарушении предоставленных ей Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации гарантий защиты и не может служить препятствием для рассмотрения дела по существу.

В силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, извещённых надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения дела, если суд не признал их явку обязательной.

Дело подлежит рассмотрению в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителя ПАО «АСКО-Страхование», извещённого надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является собственником автомобиля Опель, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства (т.1, л.д. 19).

Гражданская ответственность ФИО2 как владельца указанного выше транспортного средства застрахована в САО «ВСК» по договору страхования серии ЕЕЕ №0902907433 (т.1, л.д. 93 оборот).

10.10.2017 произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Опель, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> под управлением водителя ФИО2 и автомобиля Шакман, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> под управлением водителя ФИО3

Сотрудники ГИБДД при оформлении справки о дорожно-транспортном происшествии указали, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем ФИО2 пункта 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и нарушения водителем ФИО3 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации (т.1, л.д. 104).

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль Опель получил механические повреждения, что подтверждается актами осмотра транспортного средства от 08.12.2017 с фотографиями (т.1, л.д. 19-25), от 17.10.2017 с фотографиями (т.1, л.д. 81 оборот-87) и справкой о дорожно-транспортном происшествии от 10.10.2017 (т.1, л.д. 104).

В связи с повреждением автомобиля Опель в дорожно-транспортном происшествии ФИО2 обратился в САО «ВСК» с заявлением о выплате страхового возмещения.

САО «ВСК» организовало осмотр повреждённого автомобиля (т.1, л.д. 81 оборот-87) и, полагая, что вина ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии составляет не менее 50%, на основании заключения эксперта (т.1, л.д. 77-93) платёжным поручением №218543 от 01.11.2017 (т.1, л.д. 67) выплатило ФИО2 страховое возмещение в сумме 23 332 руб. 60 коп. (46 665 руб. 20 коп. х 50%).

Полагая, что ответчик выплатил страховое возмещение не в полном объёме, ФИО2 30.10.2017 вручил ответчику заявление о проведении независимой экспертизы (т.1, л.д. 13).

В связи с тем, что данное заявление оставлено САО «ВСК» без ответа и удовлетворения, ФИО2 самостоятельно организовал проведение независимой оценки стоимости восстановительного ремонта повреждённого автомобиля Опель.

Согласно экспертному заключению №НЭ-6778.11/17, составленному по заказу ФИО2, стоимость восстановительного ремонта повреждённого автомобиля Опель без учёта износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов составляет 144 379 руб. 80 коп., а с учётом износа – 101 173 руб. 01 коп. (т.1, л.д. 14-32).

Оказанные экспертом услуги ФИО2 оплатил в сумме 6700 руб., что подтверждается квитанцией серии АЕ №018131 от 08.12.2017 (т.1, л.д. 33).

19.12.2017 ФИО2 вручил САО «ВСК» претензию о дополнительной выплате страхового возмещения, к которой приложил названное выше заключение эксперта (т.1, л.д. 36).

15.01.2018 между ФИО2 и ООО «Медиана» заключен договор уступки права требования (т.1, л.д. 34).

Согласно пункту 1.1 данного договора ФИО2 уступил ООО «Медиана» право требования от САО «ВСК» страхового возмещения в связи с повреждением транспортного средства Опель, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> в результате произошедшего 10.10.2017 дорожно-транспортного происшествия.

В связи с тем, что САО «ВСК» оставило претензию ФИО2 без ответа и удовлетворения, ООО «Медиана» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с рассматриваемым исковым заявлением.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из представленного в материалы дела договора уступки права от 15.01.2018 (т.1, л.д. 34) следует, что ФИО2 как владелец повреждённого 10.10.2017 в результате дорожно-транспортного происшествия транспортного средства уступил истцу право требования выплаты страхового возмещения.

Объём, состав и обстоятельства возникновения перешедшего к истцу права требования указаны в пункте 1.1 договора уступки права.

Руководствуясь указанными выше требованиями закона, арбитражный суд приходит к выводу о том, что истец на основании заключенного с ФИО2 договора уступки права, приобрёл право требования страхового возмещения.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В силу требований пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Из анализа указанных норм права следует, что при причинении владельцами источников повышенной опасности вреда друг другу в результате взаимодействия этих источников, размер возмещения вреда следует определять с учётом степени вины каждого.

Разрешая вопрос о вине участников дорожно-транспортного происшествия в его совершении, арбитражный суд исходит из следующего.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В своём объяснении, данном сотрудникам ГИБДД после дорожно-транспортного происшествия, ФИО2 указывает, что 10.10.2017 в вечернее время находился за управлением принадлежащего ему автомобиля Опель и двигался в г.Челябинске по Копейскому шоссе со стороны ул.Рождественского в сторону ул.Гагарина. Движение было затруднённым, медленным, не более 20 км/ч, так как на проезжей части производились ремонтные работы. В связи с тем, что в попутном направлении ФИО2 заметил автомобиль с включённой аварийной сигнализацией, он принял решение перестроиться в левый ряд. Для совершения данного манёвра ФИО2 включил сигнал левого поворота и остановился перед сломанным автомобилем, чтобы убедиться в безопасности манёвра. Через несколько секунд после остановки он почувствовал удар в переднюю левую часть автомобиля Опель и понял, что столкновение произошло с двигавшимся в попутном направлении грузовым автомобилем Шакман (т.1, л.д. 107).

Аналогичные пояснения относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия ФИО2 дал в ходе судебного разбирательства по делу.

Водитель автомобиля Шакман ФИО3 после дорожно-транспортного происшествия пояснил сотрудникам ГИБДД, что 10.10.2017 в вечернее время находился за управлением автомобиля Шакман и двигался в г.Челябинске по Копейскому шоссе со стороны ул.Рождественского в сторону ул.Гагарина. Двигаясь в прямом направлении со скоростью не более 5 км/ч, он не заметил стоявший справа автомобиль Опель и совершил с ним столкновение (т.1, л.д. 106).

Аналогичные пояснения относительно обстоятельств дорожно-транспортного происшествия ФИО3 дал в ходе судебного разбирательства по делу.

В ходе проведения по делу судебной экспертизы эксперт, изучив обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, а также наличие повреждений на транспортных средствах и их взаимное расположение, пришёл к выводу о том, что к моменту контакта автомобиль Шакман находился в движении и двигался параллельным курсом относительно автомобиля Опель, находившегося в статическом положении (т.2, л.д. 8).

Согласно пункту 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Из объяснения водителя ФИО2 (т.1, л.д. 107) и вывода эксперта (т.2, л.д. 8) следует, что автомобиль Опель непосредственно перед столкновением не двигался, находился в статическом положении, а водитель ФИО2 не выполнял маневр, а только приготовился к его выполнению, ожидая благоприятной для выполнения маневра дорожной ситуации.

При этом материалы дела не содержат доказательств расположения водителем ФИО2 автомобиля Опель на проезжей части таким образом, что он существенно препятствовал проезду автомобиля Шакман, либо совершения водителем ФИО2 иных действий, способствовавших возникновению дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, является необоснованным вывод сотрудников ГИБДД о нарушении водителем ФИО2 пункта 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Вместе с тем, водитель автомобиля Шакман ФИО3 нарушил требования пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, согласно которому при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Двигаясь в плотном потоке транспортных средств, управляя грузовым автомобилем, имеющим большие габариты, большую инерцию и меньшую маневренность по сравнению с легковым транспортным средством, водитель ФИО3 обязан постоянно сопоставлять габариты своего транспортного средства и с габаритами транспортного потока, оценивать возможность проезда своего транспортного средства между другими транспортными средствами.

В своём объяснении водитель ФИО3 указывает, что скорость транспортного потока составляла около 5 км/ч, вследствие чего водитель ФИО3 не только имел возможность заметить появление автомобиля Опель, но и оценить возможность беспрепятственного проезда рядом ним, а в случае сомнений в наличии такой возможности, остановить грузовое транспортное средство.

Между тем, водитель ФИО3 не уделил должного внимания сложной дорожной обстановке и допустил столкновение с автомобилем Опель.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу о том, что произошедшее 10.10.2017 дорожно-транспортное происшествие, в результате которого причинены механические повреждения автомобилю Опель, является следствием противоправного поведения только водителя ФИО8, нарушившего требования пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (пункт 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 14.1 Федерального закона №40-ФЗ от 25.04.2002 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО), потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте «б» настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух и более транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что гражданская ответственность владельца повреждённого транспортного средства Опель застрахована у ответчика по соответствующему договору страхования (страховой полис серии ЕЕЕ №0902907433); дорожно-транспортное происшествие произошло 10.10.2017 с участием двух транспортных средств, гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО; вред причинён только самим транспортным средствам.

Принимая во внимание то обстоятельство, что водитель автомобиля Опель не является лицом, виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия, арбитражный суд приходит к выводу о том, что истец правомерно, на законных основаниях, обратился к ответчику с требованием о выплате страхового возмещения в порядке прямого возмещения убытков.

Из содержания подпункта «б» пункта 18, пункта 19 статьи 12 Закона об ОСАГО, а также пункта 4.15 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утверждённых Положением Центрального банка Российской Федерации от 19.09.2014 №431-П, следует, что стоимость восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства необходимо рассчитывать с учётом его износа.

В обоснование заявленных требований истцом в материалы дела представлено заключение эксперта (т.1, л.д. 14-32), согласно которому стоимость восстановительного ремонта повреждённого автомобиля Опель с учётом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов составляет 101 173 руб. 01 коп.

Не согласившись с указанным заключением эксперта, ответчик заявил ходатайство о проведении судебной экспертизы (т.1, л.д. 59, 98).

Судом данное ходатайство удовлетворено, назначена экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Южно-Уральский Центр Оценки» ФИО7 (т.1, л.д. 142-145).

На разрешение эксперту поставлены следующие вопросы:

1) Образованы ли повреждения автомобиля Опель, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> зафиксированные в актах осмотра транспортного средства №НЭ-6778.11/17 от 08.12.2017 и №ОСАГО371658 от 17.10.2017, в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 10.10.2017?

2) С учётом ответа на первый вопрос определить, стоимость восстановительного ремонта автомобиля Опель, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> повреждённого в результате дорожно-транспортного происшествия 10.10.2017, с учётом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов по состоянию на 10.10.2017?

01.08.2018 через отдел делопроизводства Арбитражного суда Челябинской области от общества с ограниченной ответственностью «Южно-Уральский Центр Оценки» поступило заключение эксперта №3318013 от 23.07.2018 (т.2, л.д. 1-20).

Согласно указанному заключению эксперта все повреждения Опель, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> возникли результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 10.10.2017, в связи с чем стоимость ремонта указанного транспортного средства с учётом износа заменяемых деталей, узлов и агрегатов по состоянию на 10.10.2017 составляет 71 600 руб.

Не согласившись с выводами эксперта, ответчик заявил ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы (т.2, л.д. 31).

Истец также не согласился с некоторыми выводами эксперта относительно стоимости восстановительного ремонта автомобиля и заявил ходатайство о вызове эксперта в судебное заседание (т.2, л.д. 27).

Судом в целях проверки обоснованности ходатайства ответчика о назначении повторной судебной экспертизы и в связи с заявленным истцом ходатайством в судебное заседание 30.08.2018 вызван эксперт ФИО7 для дачи пояснений по составленному заключению.

Допрошенный в ходе судебного заседания эксперт ФИО7, ссылаясь на материалы дела, в том числе фотоматериалы, пояснил, что довод ответчика о невозможности возникновения повреждений левого колёсного диска и левого переднего крыла автомобиля Опель в результате взаимодействия с правым передним колесом автомобиля Шакман, является обоснованным и соответствующим обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия. Вместе с тем, повреждения автомобилю Опель могли быть причинены иной деталью автомобиля Шакман, например подножкой или ступенькой.

Повреждения передней левой фары автомобиля Опель в виде скола стекла, по словам эксперта, также возникли в результате дорожно-транспортного происшествия, когда переднее левое крыло автомобиля Опель от скользящего удара автомобиля Шакман сдвинулось вперёд, а впоследствии при спаде напряжения вернулось в исходное положение.

В судебном заседании 18.09.2018 водитель автомобиля ФИО3 пояснил, что управлявшийся им автомобиль Шакман имел с правой стороны подножку, служащую для облегчения доступа в кабину автомобиля. В результате столкновения с автомобилем Опель данная подножка отломилась, её обломки можно видеть на имеющихся в материалах дела фотографиях.

Принимая во внимание пояснения эксперта и ФИО3,  арбитражный суд отказал в удовлетворении ходатайства о назначении повторной судебной экспертизы.

Несогласие истца с заключением судебной экспертизы сводится к тому, что эксперт при расчёте стоимости ремонта автомобиля Опель необоснованно включил в комплектацию автомобиля галогеновые фары, тогда как комплектация автомобиля включает ксеноновые фары.

Кроме того, эксперт учёл иную модель шины, чем та, которая стояла на автомобиле опель в момент повреждения.

Изучив материалы дела, арбитражный суд соглашается с доводами истца.

Так, согласно представленным истцом сведениям с указанием идентификационного номера автомобиля (т.2, л.д. 28-30), транспортное средство Опель, находящееся в собственности ФИО2, оборудовано ксеноновыми фарами.

Комплектация автомобиля Опель ксеноновыми фарами подтверждена ФИО2 в судебном заседании.

Стоимость ксеноновой фары согласно сведениям с официального сайта Российского Союза Автостраховщиков составляет 64 400 руб. (т.1, л.д. 27).

Таким образом, в составленном судебным экспертом заключении необходимо заменить стоимость передней левой фары с 27 100 руб. (галогеновая) на 64 400 руб. (ксеноновая).

Кроме того, судебным экспертом в заключении учтена шина Bridgestone Potenza RE003 стоимостью 9040 руб. (т.2, л.д. 14).

В судебном заседании 30.08.2018 судом с участием представителей сторон просмотрены фотографии с места дорожно-транспортного происшествия, а также фотографии автомобиля Опель, сделанные в ходе его осмотра (т.1, л.д. 116, 117). В результате просмотра фотографий установлено, что автомобиль Опель оборудован шинами Bridgestone Potenza S001.

Стоимость указанной шины составляет 12 320 руб. (т.1, л.д. 29).

Таким образом, в составленном судебным экспертом заключении необходимо заменить стоимость передней левой шины автомобиля Опель с 9040 руб. на 12 320 руб.

При этом судебным экспертом учтён износ шины в размере 59,52%, что противоречит требованиям абзаца 2 пункта 19 статьи 12 Закона об ОСАГО, согласно которому на комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости.

Принимая во внимание обоснованность возражений истца, арбитражный суд приходит к выводу о том, что при определении стоимости восстановительного ремонта повреждённого транспортного средства Опель необходимо учитывать стоимость левой ксеноновой фары в сумме 43 470 руб. (64 400 руб. – 32,5% (определённый судебным экспертом износ)), а стоимость левой передней шины в сумме 6160 руб. (12 320 руб. – 50%).

Таким образом, общая стоимость заменяемых деталей, узлов и агрегатов автомобиля Опель составляет 87 536 руб. 87 коп., а общая стоимость ремонта составляет 99 236 руб. 67 коп. (87 536 руб. 87 коп. + 3698 руб. + 3887 руб. 20 коп. + 4114 руб. 60 коп.) (т.2, л.д. 14).

Платёжным поручением №218543 от 01.11.2017 САО «ВСК» выплатило ФИО2 страховое возмещение в сумме 23 332 руб. 60 коп. (т.1, л.д. 67).

Между тем, доказательств выплаты страхового возмещения в оставшейся сумме 75 904 руб. 07 коп. (99 236 руб. 67 коп. – 23332 руб. 60 коп.) ответчиком, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25).

Расходы на проведение экспертизы не являются страховым возмещением, а направлены на определение размера убытков, относятся к обычной хозяйственной деятельности страховщика (пункт 19 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 №75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с использованием договора страхования»).

Из материалов дела следует, что ответчик осмотрел повреждённое транспортное средство и выплатил часть страхового возмещения на основании составленного по его заказу заключения эксперта.

Вместе с тем, ответчик оставил без удовлетворения заявление потерпевшего о проведении независимой экспертизы (т.1, л.д. 13), вынудив тем самым потерпевшего самостоятельно обратиться к независимому оценщику.

С учётом изложенных обстоятельств, а также разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в пунктах 99 и 100 Постановления от 26.12.2017 №58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», арбитражный суд приходит к выводу о том, что расходы потерпевшего в сумме 6700 руб. (т.1, л.д. 33) являются убытками страховщика.

Доказательств выплаты истцу убытков в сумме 6700 руб.  ответчиком, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

При указанных обстоятельствах и в соответствии с требованиями статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими необходимость исполнения обязательства надлежащим образом и недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательства, арбитражный суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика страхового возмещения в сумме 75 904 руб. 07 коп. и убытков в сумме 6700 руб.

Истцом заявлено ходатайство об отнесении на ответчика расходов по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб.

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся, помимо прочих, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей).

В обоснование ходатайства о возмещении судебных расходов истцом в материалы дела представлен договор об оказании юридических услуг №4, заключенный 24.01.2018 между истцом и ИП ФИО9 (т.1, л.д. 48).

В соответствии с условиями договора ИП ФИО9 приняла на себя обязательство лично ли с привлечением ФИО4 оказать истцу юридическую помощь при взыскании с ответчика страхового возмещения и убытков в связи с повреждением автомобиля Опель, имеющего государственный регистрационный знак 

<

***> в дорожно-транспортном происшествии 10.10.2017.

Пунктом 2.1 договора об оказании юридических услуг предусмотрено, что ИП ФИО9 обязалась, помимо прочего, подготовить исковое заявление и представлять интересы истца в суде первой инстанции.

В пункте 3.1 договора стоимость подлежащих оказанию услуг оценена в 15 000 руб.

Из материалов дела следует, что исковое заявление (т.1, л.д. 3-4), его последующее уточнение (т.2, л.д. 61-62) подготовлены представителем истца ФИО4, действовавшим на основании выданной истцом доверенности (т.1, л.д. 44).

Интересы истца в судебных заседаниях представлял также ФИО4

В подтверждение факта оплаты оказанных юридических услуг истцом в материалы дела представлено платёжное поручение №307 от 26.01.2018 на сумму 15 000 руб., основанием платежа в котором указан договор на оказание юридических услуг №4 от 24.01.2018 (т.1, л.д. 49).

Таким образом, истцом представлены доказательства оказания представителем юридических услуг и несения истцом расходов, связанных с оплатой услуг представителя.

В силу части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В силу требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, лицо, заявившее требование о возмещении понесенных им расходов на оплату услуг представителя должно доказать лишь факт осуществления этих платежей; другая сторона вправе заявить о чрезмерности требуемой суммы и обосновать разумный размер понесенных заявителем расходов. При этом сторона, требующая возмещения расходов, вправе представлять обоснование и доказательства, опровергающие доводы другой стороны о чрезмерности расходов.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 21.12.2004 №454-О, изменяя размер сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с неё расходов.

Ответчиком не заявлено о чрезмерности расходов истца по оплате услуг представителя и их несоответствии сложности дела и сложившимся в регионе расценкам на оказание аналогичных юридических услуг.

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1).

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Исследовав материалы дела, учитывая объём проделанной представителем истца работы, а также сложность рассматриваемого дела и продолжительность его рассмотрения, арбитражный суд полагает, что понесённые истцом расходы по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб. являются разумными, следовательно, подлежат возмещению истцу за счёт ответчика в полном объёме.

При заявленной истцом цене иска в сумме 82 604 руб. 07 коп. в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплате подлежит государственная пошлина в сумме  3304 руб.

Истцу при обращении с исковым заявлением судом предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

В соответствии с требованием части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно указанному требованию закона и с учётом предоставленной истцу отсрочки уплаты государственной пошлины с ответчика в доход федерального бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 3304 руб.

Понесённые ответчиком расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 16 000 руб. (т.1, л.д. 150) по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возмещению ответчику не подлежат.

 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 АПК РФ, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Медиана» удовлетворить.

Взыскать со страхового акционерного общества «ВСК» в лице филиала в г.Челябинске (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Медиана» (ОГРН 

<

***>) страховое возмещение в сумме 75 904 (семьдесят пять тысяч девятьсот четыре) руб. 07 коп., убытки в сумме 6700 (шесть тысяч семьсот) руб., а также 15 000 (пятнадцать тысяч) руб. в счёт возмещения расходов по оплате услуг представителя.

Взыскать со страхового акционерного общества «ВСК» в лице филиала в г.Челябинске (ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3304 (три тысячи триста четыре) руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объёме) через Арбитражный суд Челябинской области.

 

 

Судья                                                                                          М.В. Конкин 

 

Сервис подачи документов в электронном виде доступен в разделе «Электронный страж» по веб-адресу http://my.arbitr. ru. Информация о движении дела размещена на официальном сайте Арбитражного суда Челябинской области в сети Интернет по веб-адресу http:// kad.arbitr.ru.