﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-2825/2017

г. Краснодар

15 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 9 июня 2020 года 

Постановление в полном объеме изготовлено 15 июня 2020 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Герасименко А.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Витютневой Е.Д., при участии в судебном заседании с использованием системы онлайн заседания от ПАО Национальный банк «Траст» – Шаповалова Д.А. (доверенность от 13.06.2019), от публичного акционерного общества «МРСК Северо-Запада» – Томилина А.Ю. (доверенность от 14.05.2020), от конкурсного управляющего должника – публичного акционерного общества «Архэнергосбыт» – Ольхова А.И. (доверенность от 15.01.2020), в отсутствие иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу публичного акционерного общества Национальный банк «Траст» на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.09.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2019 по делу № А25-2825/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Архангельская сбытовая компания» (далее ? должник) в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника с заявлением о признании недействительными сделок должника  ? договоров поручительства от 20.10.2016 № 1383КЛ/2-П/16, от 20.10.2016 № 1384КЛ/1-П/16, от 20.10.2016 № 1385КЛ/2-П/16, заключенных АО «Рост банк» и должником (далее – договоры поручительства).

Определением суда от 24.09.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 04.12.2019, заявление удовлетворено. Признаны недействительными договоры поручительства. Признавая договоры поручительства недействительными сделками, суды основывались на наличии доказательств неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемых сделок, суды пришли к выводу о том, что подписание договоров поручительства и принятие на себя дополнительных обязательств в условиях регулярной неплатежеспособности свидетельствует о наличии в поведении должника и банка признаков злоупотребления правом и цели причинения имущественного вреда кредиторам.

В кассационной жалобе ПАО НБ «Траст» (далее – банк) просит отменить суда определение суда от 24.09.2019 и постановление апелляционного суда от 04.12.2019, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. По мнению подателя жалобы, суды нарушили нормы материального и процессуального права, принцип состязательности сторон, не оценили представленные банком доказательства, не учли обстоятельства дела. Банк полагает, что выводы судов не обоснованы и не подтверждаются материалами и обстоятельствами дела. Заявитель указывает, что материалы дела не содержат доказательств осведомленности АО «РОСТ БАНК» и ПАО «БИНБАНК» на момент заключения кредитных договоров и договоров поручительства о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества должника и заемщиков, добросовестность банка не опровергнута, доказательств действий со стороны банков со злоупотреблением права не представлено. Податель жалобы полагает, что банк доказал реальность сделки и ее исполнение со стороны заемщиков (поручителей), доказательства недействительности и мнимости кредитных договоров и договоров поручительства в материалах дела отсутствуют, указывает, что выданные транши и их погашение сторонами обособленного спора не оспорены и оспариваются, кроме того, не представлены доказательства причинения ущерба кредиторам должника. По мнению заявителя, суды не учли позицию Верховного суда Российской Федерации о том, что нельзя оспаривать сделку, причиняющую вред кредиторам, на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), если она не выходит за рамки понятия подозрительной сделки.

В отзывах на кассационную жалобу ПАО «МРСК Северо-Запада», конкурсный управляющий должника просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы жалобы и отзывов.

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзывов, выслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что обжалуемые судебные акты надлежит отменить, обособленный спор – направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 09.04.2018 заявление ПАО «МРСК Северо-Запада» о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена Блинова И.В. Сообщение о признании обоснованным заявления ПАО «МРСК Северо-Запада» о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсант» от 14.04.2018 № 65 за № 77032582590, на официальном сайте – 13.04.2018 (www.kommersant.ru/doc/3601428). 

Решением суда от 20.12.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утвержден Иосипчук В.А. Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсант» от 29.12.2018 № 242 за № 61030415684, на официальном сайте – 28.12.2018 (www.kommersant.ru/doc/3846178).

АО «Рост банк» и АО «ВологдаЭнергоСбыт» заключили кредитный договор от 20.10.2016 № 1383КЛ/16 о предоставлении последнему кредитной линии в сумме 1500 млн на пополнение оборотных средств. В обеспечение исполнения обязанностей должника по кредитному договору АО «Рост банк» и должник заключили договор поручительства от 20.10.2016 №1383КЛ/2-П/16. 

АО «Рост банк» и АО «ХакасЭнергоСбыт» заключили кредитный договор от 20.10.2016 № 1384КЛ/16 о предоставлении последнему кредитной линии в сумме 1500 млн на пополнение оборотных средств. В обеспечение исполнения обязанностей должника по кредитному договору АО «Рост банк» и должник заключили договор поручительства от 20.10.2016 № 1384КЛ/1-П/16. 

АО «Рост банк» и АО «Роскоммунэнерго» заключили кредитный договор от 20.10.2016 № 1385КЛ/16 о предоставлении последнему кредитной линии в сумме 1500 млн на пополнение оборотных средств. В обеспечение исполнения обязанностей должника по кредитному договору АО «Рост банк» и должник заключили договор поручительства от 20.10.2016 №1385КЛ/2-П/16. 

30 июня 2017 года АО «Рост банк» и ПАО «БинБанк» заключили договор № 168/У уступки прав требования и обязанностей, по условиям которого АО «Рост банк» передал ПАО «БинБанк» права требования в сумме 668 736 672 рублей 59 копеек основного долга, 586 289 рублей 68 копеек неустойки к должнику по договору поручительства от 20.10.2016 № 1383КЛ/2-П/16 и кредитному договору от 20.10.2016 № 1383КЛ/16. 

30 июня 2017 года АО «Рост банк» и ПАО «БинБанк» заключили договор № 169/У уступки прав требования и обязанностей, по условиям которого АО «Рост банк» передал ПАО «БинБанк» права требования в сумме 62 156 645 рублей 06 копеек основного долга, 54 574 рублей 53 копеек неустойки к должнику по договору поручительства от 20.10.2016 № 1385КЛ/2-П/16 и кредитному договору от 20.10.2016 №1385КЛ/16. 

30 июня 2017 года АО «Рост банк» и ПАО «БинБанк» заключили договор № 170/У уступки прав требования и обязанностей, по условиям которого АО «Рост банк» передал ПАО «БинБанк» права требования в сумме 49 919 097 рублей 29 копеек основного долга к должнику по договору поручительства от 20.10.2016 № 1384КЛ/1-П/16 и кредитному договору от 20.10.2016 № 1384КЛ/16. 

27 июля 2018 года ПАО «БинБанк» и банк заключили договор уступки прав требования № 0215_SMAL, по условиям которого ПАО «БинБанк» передал банку права требования в сумме 62 156 645 рублей 06 копеек основного долга, 54 574 рублей 53 копеек неустойки к должнику по договору поручительства от 20.10.2016 № 1385КЛ/2- П/16 и кредитному договору от 20.10.2016 №1385КЛ/16. 

27 июля 2018 года ПАО «БинБанк» и банк заключили договор уступки прав требования № 0216_SMAL, по условиям которого ПАО «БинБанк» передал банку права требования в сумме 49 919 097 рублей 29 копеек основного долга к должнику по договору поручительства от 20.10.2016 № 1384КЛ/1-П/16 и кредитному договору от 20.10.2016 № 1384КЛ/16. 

27 июля 2018 года ПАО «БинБанк» и банк заключили договор уступки прав требования № 0217_SMAL, по условиям которого ПАО «БинБанк» передал банку права требования в сумме 668 736 672 рублей 59 копеек основного долга, 586 289 рублей 68 копеек неустойки к должнику по договору поручительства от 20.10.2016 № 1383КЛ/2-П/16 и кредитному договору от 20.10.2016 № 1383КЛ/16.

Конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок должника  ? договоров поручительства.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 2, 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского кодекса, разъяснениями постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (далее – постановление № 63), от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом “О несостоятельности (банкротстве)”» (далее – постановление № 32).

Поскольку спорные договоры поручительства встречное исполнение не предусматривают, для признания наличия цели причинения имущественного вреда кредиторам достаточно доказать наличие признаков неплатежеспособности должника на момент их совершения (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2018 № 301-ЭС17-7613(3) по делу № А79-8396/2015).

Апелляционный суд  отклонил доводы банка о том, что выводы суда первой инстанции о неплатежеспособности должника и принятии на себя дополнительных обязательств по договорам поручительства в условиях регулярной собственной неплатежеспособности не соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам. Так, из представленных банком в материалы дела документов суд установил, что в один день на одинаковых условиях АО «Рост Банк» заключил с ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго» кредитные договоры об открытии кредитной линии с лимитом задолженности                         1500 млн рублей, по каждому из которых последовательно выступают заемщиками ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО Хакасэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», также являющиеся поручителями друг друга. Кроме того, поручителем по всем кредитным договорам выступает должник. 

Общая сумма предъявленных банком требований к должнику составила 781 млн рублей (обязательства в качестве поручителя), АО «Роскоммунэнерго» – 786 млн рублей (обязательства в качестве заемщика – 62 млн рублей и поручителя – 724 млн рублей), АО «Хакасэнергосбыт» – 786 млн рублей (обязательства в качестве заемщика – 49,9 млн рублей и поручителя – 736 млн рублей), ПАО «Вологдаэнергосбыт» – 786 млн рублей (обязательства в качестве заемщика – 674 млн рублей и поручителя  – 111,9 млн рублей) (далее – Сбытовые компании). 

Совокупность пяти энергосбытовых компаний (должник, ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», АО «Хакасэнергосбыт», ПАО«Челябэнергосбыт»), учрежденной ими управляющей компании – АО «МРСЭН», иных компаний, а также АКБ Мосуралбанка (АО), являющегося финансовым центром группы – представляют собой группу компаний МРСЭН.

На дату заключения кредитных договоров и договоров поручительства и на протяжении длительного времени у ПАО «Вологдаэнергосбыт» имелись неисполненные обязательства перед ПАО «МРСК Северо-Запада», подтвержденные судебными актами.

Согласно пункту 4.2. Пояснительной записки к бухгалтерской отчетности ПАО «Вологдаэнергосбыт» за 2017 год «Россети Северо-Запад» предъявлено 9 исков к ПАО «Вологдаэнергосбыт» на общую сумму 199 млн рублей (сайт раскрытия корпоративной информации Интерфакс. 

ПАО «МРСК Северо-Запада» инициировало дела о банкротстве ПАО «Вологдаэнергосбыт»: № А25-2459/2016 (принято 14.12.2016, прекращено 03.02.2017), № А25-679/2017 (принято 04.05.17, прекращено 02.06.2017), № А25-897/2017 (принято 14.06.2017, прекращено 14.07.2017), № А25-846/2018 (принято 23.04.2018, 21.12.2018 введена процедура наблюдения).

На дату заключения кредитных договоров, договоров поручительства АО «Роскоммунэнерго» имело неисполненные обязательства перед ОАО «МРСК Урала» по оплате стоимости услуг за передачу электроэнергии в феврале 2016 года в сумме 111 805 145 рублей 71 копейки, подтвержденные решениями Арбитражного суда Свердловской области.

 ОАО «МРСК Урала» взыскивало с АО «Роскоммунэнерго» задолженность за 2017 год в рамках дел (январь – декабрь 2017 года) на общую сумму 1,2 млрд рублей. 

В отношении АО «Роскоммунэнерго» инициированы дела о банкротстве: № А25-436/2016 (принято 23.03.2016, прекращено 02.06.2016), № А25-1795/2016, (принято 07.09.2016, прекращено 09.11.2016), № А25-715/2017 (принято 15.05.2017, прекращено 27.06.2017), № А25-1410/2017 (принято 15.08.2017, прекращено 25.10.2017), № А25-2500/2017 (принято 20.11.2017, прекращено 06.02.2018), № А25-605/2018 (принято 02.04.2018, 21.01.2019 признано банкротом, открыто конкурсное производство).

На дату заключения кредитных договоров, договоров поручительства АО «Хакасэнергосбыт» имело неисполненные обязательства перед ПАО «МРСК Сибири» по оплате стоимости услуг за передачу электроэнергии в июле 2016 года в сумме 56 365 541 рубля 39 копеек, подтвержденные решениями Арбитражного суда Республики Хакассия.

ПАО «МРСК Сибири» взыскивало с АО «Хакасэнергосбыт» задолженность за 2017 год в рамках дел (январь – февраль, май – сентябрь, ноябрь – декабрь 2017 года) на общую сумму 747,2 млн рублей. 

ПАО «МРСК Сибири» инициированы дела о банкротстве АО «Хакасэнергосбыт»: № А74-5873/17 (принято 11.05.2017, прекращено 20.06.2017), № А74-10983/17 (принято 31.07.2017, прекращено 24.08.2017), № А74-5805/2018 (01.08.2018 введено наблюдение).

На дату заключения договоров поручительства должник имел задолженность перед «Россети Северо-Запада», взысканную решениями Арбитражного суда Архангельской области, а также иные решения, вынесенные по более 200 делам, рассматриваемым по искам ПАО «МРСК СевероЗапада» к должнику.

Согласно информации с сайта kad.arbitr.ru в отношении должника в 2016 и 2017 году неоднократно возбуждались дела о несостоятельности.

Суды указали, что наличие задолженности должника, невозможность своевременного погашения которой обуславливало инициирование процедур несостоятельности (банкротства), свидетельствовало исключительно о недостаточности денежных средств у должника для расчетов со всеми кредиторами. Кроме того, из приведенной динамики взыскания задолженности и возбуждения дел о несостоятельности (банкротстве) апелляционный суд сделал вывод о том, что должник в 2016 году обладал признаками неплатежеспособности, так как постоянно имел часть неисполненных денежных обязательств, и это только на примере обязательств перед «Россети Северо-Запад». Суды указали, что с января 2015 года должник постоянно имел задолженность перед «Россети Северо-Запад».

Неплатежеспособность должника в момент совершения договоров поручительства также подтверждается сведениями, содержащимися в бухгалтерском балансе должника за соответствующие налоговые периоды. Согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 31.12.2016 активы должника составляли 5 994 млн. рублей, кредиторская задолженность – 5 994 млн. рублей. Таким образом, данные бухгалтерского баланса свидетельствуют о том, что должник не мог увеличивать свои обязательства, заключая договоры поручительства, в связи с его неплатежеспособностью.

Согласно анализу финансового состояния должника, подготовленному временным управляющим должника Блиновой И.В. по результатам процедуры наблюдения, динамика изменения степени платежеспособности должника по текущим обязательства за 2016 год составляет 4.89, то есть в течение всего анализируемого периода значение данного коэффициента больше 3 месяцев и возрастает. К концу анализируемого периода наблюдается повышение данного показателя, его величина характеризует превышение текущих обязательств должника над среднемесячной выручкой, что свидетельствует о неплатежеспособности должника по текущим обязательствам. Анализ перечисленных коэффициентов позволяет сделать вывод о недостаточной ликвидности баланса должника, таким образом, должнику недостает средств даже для погашения наиболее срочных и краткосрочных обязательств, что, в свою очередь, позволяет сделать вывод о его неплатежеспособности. В период с 01.01.2015 по 31.12.2017 наблюдается значительное увеличение кредиторской задолженности должника: на начало 2015 года она составляла 4 584 106 тыс. рублей, в то время как к окончанию 2017 года ее размер составил уже 7 498 769 тыс. рублей. 

Апелляционный суд, исследовав представленную банком информацию о финансовом состоянии ГК МРСЭН по результатам отчетности на 30.06.2016, сделал вывод о том, что она не является объективным отражением финансового состояния ГК МРСЭН, поскольку выводы, сформулированные банком в указанной таблице, базируются лишь на выборочной оценке отдельных показателей отчетности организаций по состоянию на 30.09.2016. Представленный в материалы дела анализ сделан банком без комплексного учета показателей бухгалтерской отчетности за 3 последних завершенных финансовых года, не указаны критерии для проведения указанного анализа, в том числе установленные в соответствии с Международными стандартами финансовой отчетности, что, как указал апелляционный суд, не может свидетельствовать о допустимости указанного доказательства, как подтверждающего благоприятное финансовое состояние заемщиков ПАО «Вологдаэнергосбыт», ОАО «Хакасэнергосбыт» и ОАО «Роскоммунэнерго» и, тем более, не опровергает неплатежеспособность должника. 

Апелляционный суд установил, что заключение договоров поручительства с банком повлекло возникновение новых обязательств должника по солидарному погашению долга, в результате чего увеличен размер требований к должнику, при этом у должника на момент подписания данных договоров отсутствовала финансовая возможность исполнить как собственные обязательства (наличие признаков собственной неплатежеспособности), так и вновь принятые акцессорные обязательства. В течение последних лет деятельность компании группы МРСЭН осуществлялась за счет заключения заемных, кредитных договоров, практиковались крупные внутригрупповые финансовые транзакции, и, в результате постоянного целенаправленного наращивания кредиторской задолженности у всех Сбытовых компаний одновременно появились признаки недостаточности имущества и неплатежеспособности, в связи с чем они в один период времени оказались в процедурах банкротства. Компании группы МРСЭН злонамеренно наращивали задолженность, в том числе перед компаниями ПАО «Россети», в результате банкротства Сбытовых компаний ПАО «Россети» причинен значительный ущерб, который составляет порядка 9 млрд рублей.

Обычной и характерной для гарантирующего поставщика хозяйственной деятельностью являлось приобретение электроэнергии на ОРЭМ и потребление услуг по передаче электрической энергии. Это означает, что для должника основными кредиторами при осуществлении его хозяйственной деятельности являлись поставщики ОРЭМ и сетевая компания «Россети Северо-Запада». Вместе с тем, обязательства на ОРЭМ не исполнялись, что и привело к массовому лишению статусов гарантирующих поставщиков ГК МРСЭН. При таких обстоятельствах апелляционный суд обоснованно отклонил доводы банка об использовании кредитных средств в обычной хозяйственной деятельности и направлении их для расчетов с кредиторами.

Суды установили, что договоры поручительства являются составной частью совокупности сделок по единовременному заключению АО «Рост Банк» кредитных договоров от 15 20.10.2016 на открытие возобновляемых кредитных линий и договоров поручительства со Сбытовыми компаниями, входящими в ГК МРСЭН (ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», ПАО «Роскоммунэнерго»). 

Из договоров поручительства и кредитных договоров суды установили, что все кредитные договоры с ГК МРСЭН заключались на одинаковых условиях с общим лимитом задолженности 1500 млн рублей, при том, что все заемщики выступали по таким кредитным договорам поручителями друг друга.

В рассматриваемой ситуации каждый из поручителей являлся самостоятельным заемщиком перед банком и в условиях очевидной их неплатежеспособности на момент совершения сделок, расчет на то, что имущественной массы в совокупности АО «Роскоммунэнерго», ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», должника хватит на погашение обязательств по каждому из кредитных обязательств друг друга, нельзя признать разумным поведением кредитора, тем более если данный кредитор  является профессиональным участником рынка оказания финансовых услуг – банком. Кроме того, договоры поручительства заключены должником после прекращения дела о банкротстве № А25-1748/2016, незадолго до возбуждения дела № А25-680/2017 о банкротстве должника, в условиях неисполнения должником обязательств с наступившим сроком исполнения перед другими кредиторами, что должно было породить у банка обоснованные сомнения в возможности получить удовлетворение именно по данному обеспечению. Банк и должник не подтвердили разумные экономические мотивы заключения спорных договоров поручительства.

Поскольку договоры поручительства заключены в условиях неплатежеспособности должника, не исполнения им существующих обязательств перед иными кредиторами, регулярного банкротства, а также в условиях неплатежеспособности заемщиков, очевидной была невозможность исполнения должником вновь принятых акцессорных обязательств, поручительством не преследовалась законная цель создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств. Из-за явных признаков неплатежеспособности должника и заемщиков, обеспечение фактически выдавалось за счет его независимых кредиторов, которые рискуют не получить удовлетворение своих требований в связи с безосновательным увеличением задолженности. 

Суды указали, что договоры поручительства заключались в период, когда должник находился в критическом финансовом положении, экономический смысл ни для банка, ни для должника в совершении данных сделок отсутствовал, сделки привели к увеличению кредиторской задолженности, что свидетельствует о злоупотреблении правом и причинении имущественного вреда кредиторам должника.

Апелляционный суд отклонил доводы банка о том, что в соответствии с бухгалтерской отчетностью должника, ПАО «Вологдаэнергосбыт», АО «Хакасэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», содержащейся в представленных банком кредитных досье, компании имели стабильные показатели, величина чистых активов была положительной, на основании чего банк сделал вывод об их платежеспособности и указал на то, что банк ссылается лишь на свидетельствующие в его пользу показатели бухгалтерской отчетности должника. Вместе с тем, согласно нормам (глава 3) Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П «О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, ссудной и приравненной к ней задолженности», действовавшего в период заключения банком кредитных договоров и договоров поручительства с должником, для анализа финансового состояния заемщика и поручителя банки должны учитывать отраженную в бухгалтерской отчетности кредиторскую задолженность, вовлеченность в судебные разбирательства, выполнение обязательств перед другими кредиторами, возбуждение производства по делу о банкротстве. При заключении договоров поручительства, имея доступ к кредитным историям в соответствии с положениями Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях», имеющуюся в открытом доступе информацию о наличии у должника и Сбытовых компаний группы МРСЭН (заемщиков по кредитным договорам, обеспеченным поручительствами должника) регулярной и устойчивой задолженности по обязательствам на ОРЭМ, перед сетевыми компаниями, об инициировании банкротства (информация, опубликованная на официальных сайтах организаций http://www.e-disclosure.ru/, и арбитражных судов http://kad.arbitr.ru/), банк при должной степени заботливости и осмотрительности мог с достоверностью выяснить не только финансовое состояние поручителя, основанное на данных бухгалтерской отчетности, но и сведения об имеющихся у него других обязательствах на момент заключения договора поручительства. Таким образом, банк с учетом его статуса профессионального участника рынка банковских услуг не проявил достаточную степень заботливости и осмотрительности при проверке заемщика и поручителя, недостаточность проведенных мероприятий банку должна была быть очевидна, поэтому суды пришли к правомерному выводу о злоупотреблении банком  своим правом, недобросовестном поведении в части заключения кредитных договоров и договоров поручительства и проверки благонадежности заемщика и поручителя.

Из пункта 4 постановления № 63 следует, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы (пункт 10 постановления № 32).

Суды пришли к выводу о том, что подписание договоров поручительства и принятие на себя дополнительных обязательств в условиях регулярной собственной неплатежеспособности, свидетельствует о наличии в поведении должника и банка признаков злоупотребления правом и цели причинения имущественного вреда кредиторам.

Вместе с тем, суды не учли следующее.

В рассматриваемом случае банк ссылался на то, что заемщики и предоставившая обеспечение организация (должник) являлись аффилированными лицами в силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее - Закон «О конкуренции») и части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Федеральный закон о защите конкуренции), и входили в группу компаний. Суды также установили данное обстоятельство.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР «О конкуренции» аффилированными лицами юридического лица являются, в частности, лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Понятие «группа лиц» раскрыто в части 1 статьи 9 Федерального закона о защите конкуренции.

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13).

Как верно отметили суды, в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"».

Вместе с тем для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны поручителя, но и со стороны банка.

О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:

участие банка в операциях по неправомерному выводу активов;

получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В рассматриваемом случае обеспечение по соглашениям о кредитовании выдавалось, как указывал банк, в период подписания кредитных договоров. Банк обращал внимание на то, что у него не имелось сомнений относительно выдачи заемных средств компании, аффилированной с лицом, предоставившим обеспечение и входящей в одну группу. Также банк заявлял, что заемщики и должник как поручитель не только контролировались одним и тем же лицом, но и имели определенные хозяйственные связи, осуществляя деятельность на одном рынке, в связи с чем банком оценивались кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщиков и лиц, предоставивших обеспечение.

Между тем по общему правилу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Банк, не являющийся участником отношений внутри группы, не должен был подтверждать собственную добросовестность строгими средствами доказывания, пытаясь опровергнуть неочевидные претензии поручителя (залогодателя). В отсутствие доказательств обратного у судов не имелось оснований полагать, что банк, зная о заведомой неплатежеспособности группы лиц, объединяющей основного должника, поручителя (залогодателя) и иных лиц, подверг бы себя не имеющему экономического смысла риску и предоставил бы заемные средства. В силу статьи 65 Кодекса именно на арбитражном управляющем лежала обязанность доказывания того, что выдавая кредит под предоставленное должником  обеспечение, банк отклонился от стандарта поведения обычной кредитной организации, поставленной в сходные обстоятельства, злоупотребив при этом правом.

Однако данный вопрос судами должным образом не исследовался.

Судами не учтено, что сделки поручительства и залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица. Поэтому не имелось оснований ожидать, что банк должен был заботиться о выгодности спорных сделок для поручителя (залогодателя).

В соответствии со статьей 71, частью 4 статьи 170 Кодекса суд устанавливает обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, путем всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования и оценки имеющихся в деле доказательств.

Согласно пункту 7 статьи 71, пункту 2 части 4 статьи 170 Кодекса результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, приведенные в обоснование их требований и возражений.

По смыслу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 9 постановления от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», заключение договора поручительства (залога) может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей (залогодателей) в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Вместе с тем общества, прямо контролирующие друг друга, не могли быть поставлены судами в иное положение, нежели чем общества, имеющие корпоративные связи через одних и тех же бенефициаров.

Суд кассационной инстанции учитывает правовую позицию, сформированную определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607 по делу № А63-4164/2014.

Вместе с тем, в полномочия суда кассационной инстанции не входит исследование доказательств и установление фактических обстоятельств дела, в связи с чем указанные обстоятельства не могут быть проверены в рамках рассмотрения кассационной жалобы.

Поскольку выводы судов сделаны без установления всех имеющих значение фактических обстоятельств по делу, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса принятые по делу судебные акты надлежит отменить, а обособленные спор – направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.  

В соответствии с частью 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, устранить указанные нарушения норм материального и процессуального права, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований Кодекса, участь правовую позицию, сформированную Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении таких споров, после чего разрешить спор с соблюдением норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.09.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2019 по  делу № А25-2825/2017 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

Е.В. Андреева

 

А.Н. Герасименко